Комитет против пыток

Решение, принятое Комитетом в соответствии со статьей 22 Конвенции относительно сообщения № 1106/2021 * **

Сообщение представлено:	И. А. (представлен адвокатом Меджреме Омури)
Предполагаемая жертва:	заявитель
Государство-участник:	Швейцария
Дата сообщения:	26 ноября 2021 года (первоначальное представление)
Справочная документация:	решение, принятое в соответствии с правилами 114 и 115 правил процедуры Комитета, препровожденное государству-участнику 30 ноября 2021 года (в виде документа не издавалось)
Дата принятия решения:	12 июля 2024 года
Тема сообщения:	депортация в Шри-Ланку
Процедурные вопросы :	исчерпание внутренних средств правовой защиты; степень обоснованности утверждений
Вопросы существа:	угроза для жизни либо угроза применения пыток или других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания в случае депортации в страну происхождения (non-refoulement)
Статьи Конвенции:	3, 14 и 16

1.1Заявителем является И. А., гражданин Шри-Ланки 1990 года рождения. Он подал ходатайство о предоставлении ему убежища в Швейцарии, однако оно было отклонено. В отношении него было вынесено решение о депортации в Шри-Ланку, и он утверждает, что его депортация будет представлять собой нарушение Швейцарией статей 3, 14 и 16 Конвенции. Государство-участник сделало заявление по пункту 1 статьи 22 Конвенции 2 декабря 1986 года. Заявитель представлен адвокатом.

1.230 ноября 2021 года в соответствии с правилом 114 своих правил процедуры Комитет, действуя через своего Докладчика по новым жалобам и временным мерам, обратился к государству-участнику с просьбой не депортировать заявителя в Шри‑Ланку, пока его сообщение находится на рассмотрении Комитета.

Обстоятельства дела

2.1Заявитель принадлежит к тамильской этнической группе. В 2007 году он познакомился с человеком, который был связан с «Тиграми освобождения Тамил Илама» и который попросил заявителя помочь с доставкой посылок, заполнением форм на сингальском языке и организацией ночлега для других людей. Заявитель также переводил документы, такие как свидетельства о рождении и паспорта, предполагая, что он помогает тамилам, которые спасаются бегством. Он выполнял эти поручения за небольшое вознаграждение до конца 2008 года, когда потерял контакт с этим человеком.

2.2В апреле или мае 2014 года заявитель встретил в Коломбо мужчину, который подошел к нему и сказал, что однажды останавливался в его доме. Через три недели в дом заявителя пришли трое полицейских, чтобы арестовать его, причем одним из них был тот же человек, который подходил к нему ранее. Они увезли его в неизвестном направлении. Его завели в комнату, где двое сотрудников несколько раз ударили его по лицу и облили холодной водой. Сотрудники задали ему множество вопросов и сообщили, что им известно о его деятельности. Один из сотрудников попытался вставить ему в задний проход стеклянную бутылку, но заявитель смог отбиться, освободить руку и встать. Затем его ударили железным прутом по левой руке, после чего он потерял сознание. Он пришел в сознание в государственной больнице в Коломбо в присутствии родителей. У него была сломана рука, и ему потребовалась операция. Из-за инфекции заявитель был госпитализирован на два с половиной месяца. После того как заявитель пришел в себя, полицейские снова попытались забрать его, но его отцу удалось предотвратить это, заплатив деньги. Тогда его отец спланировал побег сына из Шри-Ланки в сентябре 2015 года с помощью контрабандиста и поддельного паспорта.

2.3Заявитель прибыл в Швейцарию 27 сентября 2015 года и обратился с просьбой о предоставлении убежища. Сотрудники Государственного секретариата по вопросам миграции провели с ним собеседование 5 октября 2015 года, 6 апреля 2017 года и 13 июня 2019 года. Заявитель сообщил, что через два месяца после его побега его старший брат был задержан силами безопасности для допроса и больше его не видели — либо он скрывался, либо был похищен и задержан, либо убит силами безопасности. К родителям заявителя также несколько раз приходили сотрудники Департамента уголовного розыска и расспрашивали их о местонахождении сына. Им угрожали, и их также возили в полицейский участок для допроса. Его родители не могли больше выносить постоянных преследований и переехали в другой район, чтобы жить с тетей заявителя. Однако, по словам соседей, силы безопасности продолжали посещать дом семьи даже после того, как родители переехали.

2.4На основании информации, предоставленной заявителем, Государственный секретариат по вопросам миграции обратился в посольство Швейцарии в Шри-Ланке с просьбой проверить, известно ли местонахождение брата и подтвердить местонахождение других членов семьи. Согласно сообщению посольства от 13 мая 2020 года, родители заявителя предполагали, что брат заявителя поддерживал контакты с людьми, близкими к «Тиграм освобождения Тамил Илама». Он выполнял для них мелкую работу, поскольку хорошо говорил и писал по-сингальски. Около восьми с половиной или девяти лет назад он не вернулся домой и с тех пор исчез. После его исчезновения неизвестные люди продолжали спрашивать о нем. Самому заявителю угрожали и его избивали, из-за чего он провел три месяца в больнице. Во время его пребывания в больнице никто не просил его навестить. После отбытия заявителя неизвестные люди попросили о встрече с ним. Затем родители переехали жить к тете заявителя. Во время пандемии коронавирусной инфекции (COVID-19) родители жили в семейном доме в Коломбо, а в остальное время они жили у тети. Медицинская справка из Шри-Ланки, предъявленная заявителем, оказалась подлинной. В своих ответах от 23 июня и 6 сентября 2020 года заявитель, представленный адвокатом, представил комментарии к заключению посольства и опроверг информацию, предоставленную его родителями, посчитав ее частично недостоверной.

2.516 сентября 2020 года Государственный секретариат по вопросам миграции отклонил ходатайство заявителя о предоставлении убежища и распорядился о его возвращении в Шри-Ланку. Он счел, что претензии заявителя непоследовательны и не подкреплены никакими доказательствами. Если заявитель действительно был арестован в мае 2014 года силами безопасности в присутствии своих родителей и если впоследствии его несколько раз навещали в больнице, можно было бы ожидать подробного рассказа о событиях, а также совпадения с результатами расследования, проведенного посольством. Однако информация, полученная от родителей, оказалась несовместимой с заявлениями заявителя. В частности, согласно объяснениям родителей, только брат заявителя имел какие-либо контакты с «Тиграми освобождения Тамил Илама», тогда как заявитель утверждал, что его брат не имеет никаких связей с этим движением. Государственный секретариат по вопросам миграции также отметил, что, хотя травма руки заявителя была достоверной, ее предполагаемые причины не были достоверными.

2.64 декабря 2020 года Федеральный административный суд отклонил апелляцию заявителя в связи с недостоверностью утверждений о преследовании со стороны государства в Шри-Ланке и о предполагаемом жестоком обращении. Хотя нельзя исключить, что заявитель подвергся насилию в своей стране и сломал запястье, он не смог убедительно доказать, что это было вызвано преследованием со стороны государства.

2.712 апреля 2021 года заявитель обратился в Государственный секретариат по вопросам миграции с просьбой пересмотреть свое решение от 16 сентября 2020 года. Он представил медицинское заключение от 11 марта 2021 года и сослался на практику Комитета в отношении точности и последовательности заявлений, сделанных жертвами пыток. Он также упомянул, что после решения Федерального административного суда у его отца случился инфаркт миокарда, и он умер.

2.813 мая 2021 года Государственный секретариат по вопросам миграции отклонил просьбу заявителя о пересмотре своего решения, поскольку в медицинском заключении врачи опирались только на утверждения заявителя о причинах психологических расстройств, которые были квалифицированы как неправдоподобные Государственным секретариатом и Федеральным административным судом.

2.95 июля 2021 года Федеральный административный суд отклонил апелляцию заявителя в той части, в какой он утверждал, основываясь на документах, о риске преследования в Шри-Ланке в случае его возвращения. Однако Суд счел, что Государственный секретариат по вопросам миграции не полностью прояснил, как развивалось состояние психического здоровья заявителя и являлось ли это препятствием для его возвращения. В связи с этим он удовлетворил апелляцию и вернул дело в Государственный секретариат по вопросам миграции.

2.1027 июля 2021 года Государственный секретариат по вопросам миграции вновь отклонил просьбу заявителя о пересмотре дела по данному аспекту. Он указал, что заявитель не говорил о каких-либо психологических проблемах во время первой процедуры предоставления убежища. Напротив, эти проблемы должны были возникнуть после вынесения постановления Федерального административного суда от 4 декабря 2020 года. В этом случае психологические и психиатрические проблемы будут, по крайней мере частично, объясняться негативным развитием процедуры предоставления убежища. Государственный секретариат по вопросам миграции также отметил, что, согласно медицинской карте, в основе проблем заявителя лежали его опасения за свою семью и угрызения совести после смерти отца. Кроме того, Государственный секретариат по вопросам миграции отметил, что заявитель, выросший в Коломбо, мог бы получить лечение в этой стране и что необходимые лекарства можно приобрести в Коломбо.

2.116 октября 2021 года Федеральный административный суд отклонил апелляционную жалобу заявителя. Он принял во внимание новое медицинское заключение от 28 августа 2021 года и решил, что оно основано на утверждениях заявителя и поэтому может рассматриваться как косвенное доказательство, но не как доказательство утверждений о преследовании. Поскольку Суд также сомневался в статусе заявителя как жертвы пыток, просьба о предоставлении доказательств для подготовки экспертного заключения психотерапевтом в соответствии с Руководством по эффективному расследованию и документированию пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (Стамбульский протокол) была отклонена при таких обстоятельствах. Суд также пришел к выводу, что из медицинских заключений нельзя сделать вывод о серьезном ухудшении здоровья.

2.12Столкнувшись с риском депортации в Шри-Ланку, заявитель запросил физическое и психологическое освидетельствование в соответствии со Стамбульским протоколом. Физический медосмотр, проведенный 5 ноября 2021 года, показал, что у заявителя были переломы обеих костей предплечья, что вполне соответствует удару неким предметом, например железным прутом. Они могли быть вызваны указанной травмой, поскольку других возможных причин немного. Шрамы на правой груди, в левой нижней части живота и на обеих руках и ногах могли появиться в 2014 году и не являются специфическими. Их происхождение, по крайней мере частично, соответствует тому, что они являются следствием ударов, но существует множество других возможных причин. Эксперты пришли к выводу, что в целом зажившие переломы левого предплечья на рентгеновском снимке и результаты физического обследования соответствуют утверждениям о пытках и жестоком обращении. В психологическом заключении от 16 ноября 2021 года эксперты отметили, что описанные симптомы посттравматического стрессового расстройства с высокой степенью вероятности возникли в результате предполагаемого жестокого обращения.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает, что его депортация в Шри-Ланку будет представлять собой нарушение его прав, предусмотренных статьями 3, 14 и 16 Конвенции.

3.2Заявитель указывает, что страдает от серьезного заболевания. Даже если бы он смог обратиться за лечением в Шри-Ланке, близость к месту травматических переживаний и недоверие сделали бы для него почти невозможным повествование о своих травматических переживаниях, которое, в свою очередь, было бы необходимо для успешного лечения. В случае принудительной репатриации заявитель столкнется с силами безопасности, что, скорее всего, приведет не только к усилению имеющихся симптомов посттравматического стрессового расстройства, но и к повторной травматизации. Таким образом, очевидно, что его высылка представляет особый высокий риск для его жизни и, следовательно, является нарушением статей 3 и 16 Конвенции.

3.3Ссылаясь на статью 14 Конвенции, заявитель утверждает, что в Шри-Ланке не существует специальных реабилитационных программ и центров, а альтернативные службы не в состоянии предоставить жертвам пыток необходимые услуги. Даже если бы существовали реабилитационные учреждения, заявителю ясно, что безопасная среда, необходимая для этого, недоступна из-за условий, с которыми он столкнулся в родной стране, и связанных с ними страхов.

Замечания государства-участника относительно приемлемости и существа сообщения

4.116 мая 2022 года государство-участник представило свои замечания. Оно отметило, что заявитель представил Комитету два экспертных заключения, которые не были переданы в органы по предоставлению убежища. Таким образом, оно считает, что заявитель не исчерпал все внутренние средства правовой защиты, учитывая, что у него была возможность запросить повторное рассмотрение своего ходатайства о предоставлении убежища на основании новых доказательств.

4.2Что касается предполагаемого нарушения статьи 14 Конвенции, государство-участник отмечает, что не было установлено, что государственные должностные лица были причастны к действиям, которые привели к возникшему состоянию заявителя. Поскольку такая причастность является определяющим элементом деяний, запрещенных статьями 1 и 16 Конвенции, и, таким образом, понятия «жертва», содержащегося в статье 14, государство-участник считает, что заявитель не может быть квалифицирован как жертва по смыслу статьи 14. Из этого следует, что статья 14 не применима в данном случае, и, следовательно, его жалоба несовместима ratione materiae с Конвенцией.

4.3Что касается существа дела, государство-участник повторяет аргументы, выдвинутые швейцарскими властями, предоставляющими убежище. Оно признает, что ситуация в области прав человека в Шри-Ланке вызывает обеспокоенность во многих отношениях, однако отмечает, что эта ситуация, а также риск подвергнуться пыткам в случае возвращения, уже были тщательно проанализированы Федеральным административным судом в его прецедентном решении, в соответствии с которым не все высланные лица, которые реально или предположительно связаны или были связаны с организацией «Тигры освобождения Тамил Илама», обязательно подвергаются риску преследования. Эта опасность существует лишь для тех, кого обвиняют в разжигании этнического конфликта. То же самое относится и к гражданам Шри-Ланки, которые занимаются политической деятельностью в изгнании. В данном случае заявитель не смог обосновать утверждение о том, что он привлек внимание властей Шри-Ланки.

4.4Государство-участник отмечает, что в ходе последующих разбирательств заявитель подчеркнул состояние своего здоровья и больше не утверждал, что в случае депортации подвергается фактическому и личному риску пыток. Ни Государственный секретариат по вопросам миграции, ни Федеральный административный суд не поставили под сомнение тот факт, что заявитель подвергался физическому насилию в Шри-Ланке. Однако они пришли к выводу, что, учитывая неправдоподобность рассказа заявителя, переломы костей нижней части плеча должны были иметь иные причины, чем те, на которые он указал. Государство-участник также отмечает, что в сообщении не содержится никаких указаний на то, что заявитель, по мнению правящего режима, мог бы представлять угрозу для государства Шри-Ланка.

4.5Далее государство-участник отмечает, что, согласно медицинскому заключению от 5 ноября 2021 года, возможно, что удар железным прутом вызвал перелом руки заявителя, однако в этом заключении эксперты не приводят никаких убедительных доказательств относительно точных обстоятельств нанесения удара. То же самое касается и других шрамов: эксперты пришли к выводу, что у них могли быть и другие причины. По мнению государства-участника, в условиях, когда национальные власти неоднократно признавали утверждения заявителя о преследовании неправдоподобными, основываясь на различных источниках информации, экспертное заключение института судебной медицины не предоставляет никакой новой и убедительной информации о причинах травм и шрамов, о которых говорил заявитель.

4.6Что касается экспертного заключения от 16 ноября 2021 года, то, хотя оно было подготовлено в соответствии со Стамбульским протоколом и поэтому имеет большую научно обоснованную доказательную ценность, государство-участник отмечает, что экспертное заключение было запрошено самим заявителем и что эксперт по психологии также является его лечащим психотерапевтом. Это неизбежно приводит к серьезному конфликту интересов между ролью объективного эксперта и ролью терапевта для человека, проходящего освидетельствование. Этот конфликт, который невозможно разрешить, должен быть учтен при проведении психиатрической и психологической экспертизы.

4.7Помимо этих оговорок, касающихся психологической экспертизы, государство-участник отмечает, что психологические расстройства, на которые ссылается заявитель, уже были известны национальным властям на момент рассмотрения дела о предоставлении убежища и являлись предметом этого разбирательства. Таким образом, экспертное заключение от 16 ноября 2021 года не содержит никаких новых существенных элементов. Эксперты приходят к выводу, что психологические симптомы, о которых сообщил заявитель и которые наблюдались в ходе расследования, а также их проявление максимально соответствуют жестокому обращению, предположительно совершенному силами безопасности Шри-Ланки. По их мнению, симптомы посттравматического стрессового расстройства, скорее всего, были вызваны предполагаемым жестоким обращением с заявителем. Однако эксперты не объясняют, почему они пришли к такому выводу и с большой долей вероятности исключили другие возможные причины. Поэтому государство-участник считает, что экспертное заключение от 16 ноября 2021 года не доказывает предполагаемые пытки со стороны сил безопасности Шри-Ланки.

Комментарии заявителя к замечаниям государства-участника

5.111 сентября 2023 года заявитель представил комментарии, в которых он оспорил аргументы государства-участника. Что касается утверждения государства-участника о неприемлемости в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты, заявитель утверждает, что государство-участник не признает, что экспертное заключение и содержащиеся в нем разъяснения представляют собой не новые факты или доказательства в поддержку новых утверждений, а дополнительные доказательства в поддержку его утверждений о пытках и жестоком обращении и его опасений вновь подвергнуться преследованиям. Новые заключения экспертов имеют большое значение для оценки того, имело ли место нарушение права заявителя на реабилитацию в соответствии со статьей 14 Конвенции. Заявитель также считает, что нет никаких доказательств того, что эксперты, отвечавшие за экспертное заключение от 16 ноября 2021 года, не оценили ситуацию объективно.

5.2Что касается несоответствий, обнаруженных швейцарскими властями после расследования, проведенного посольством Швейцарии в Шри-Ланке, заявитель сообщил, что его родители не доверяли сотрудникам посольства и не говорили правду, чтобы защитить его. Затем он вновь ссылается на ситуацию с правами человека в Шри‑Ланке и утверждает, что, поскольку он известен властям Шри-Ланки как предполагаемый противник режима, связанный с «Тиграми освобождения Тамил‑Илама», и учитывая тот факт, что силы безопасности неоднократно наводили справки о его местонахождении, в случае возвращения он рискует столкнуться с обращением, противоречащим статье 3 Конвенции.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

Рассмотрение вопроса о приемлемости

6.1Прежде чем рассматривать какое-либо утверждение, содержащееся в сообщении, Комитет должен принять решение о том, является ли оно приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. Согласно требованиям пункта 5 а) статьи 22 Конвенции Комитет удостоверился в том, что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования.

6.2Комитет напоминает о том, что в соответствии с пунктом 5 b) статьи 22 Конвенции он не рассматривает никаких сообщений от какого-либо лица, если не убедится в том, что данное лицо исчерпало все имеющиеся внутренние средства правовой защиты. Комитет отмечает, что в данном случае государство-участник оспорило исчерпание заявителем всех имеющихся внутренних средств правовой защиты, поскольку он не обратился с просьбой о повторном рассмотрении его дела, чтобы компетентные национальные органы могли оценить два новых экспертных заключения, которые были представлены заявителем в его жалобе в Комитет. Государство-участник также утверждает, что в преломлении к его жалобе по статье 14 Конвенции заявитель не имеет статуса жертвы, поскольку не было установлено, что государственные должностные лица были причастны к обращению, о котором заявитель утверждает.

6.3Комитет, во-первых, считает, что заявитель не доказал, что изложенные им факты вызывают отдельные вопросы по статьям 14 и 16 Конвенции. Ввиду отсутствия дополнительных разъяснений Комитет приходит к выводу, что данный аспект сообщения не является достаточно обоснованным.

6.4Далее Комитет принимает к сведению аргумент заявителя о том, что два новых экспертных заключения не являются новыми фактами или доказательствами в поддержку новых утверждений, а представляют собой дополнительные доказательства в поддержку его первоначальных утверждений о пытках и жестоком обращении. Комитет считает, что жалобы заявителя, представленные Комитету, основаны на ряде фактов, которые были рассмотрены властями государства-участника и которые были достаточно обоснованы для целей приемлемости. Таким образом, Комитет считает, что не имеется препятствий для рассмотрения этой жалобы, касающейся статьи 3, в соответствии с положением подпункта b) пункта 5 статьи 22 Конвенции.

6.5Кроме того, Комитет считает, что для целей приемлемости заявитель представил достаточную информацию о риске непоправимого вреда, которому он предположительно подвергнется в случае возвращения в Шри-Ланку, и, таким образом, обосновал свои утверждения по статье 3 Конвенции. Соответственно, Комитет объявляет жалобу приемлемой и приступает к ее рассмотрению по существу.

Рассмотрение по существу

7.1В соответствии с пунктом 4 статьи 22 Конвенции Комитет рассмотрел настоящее сообщение в свете всей информации, предоставленной ему сторонами.

7.2В данном случае Комитет должен решить, стало бы возвращение заявителя в Шри-Ланку нарушением обязательства государства-участника по статье 3 Конвенции не высылать или не возвращать (refouler) какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что там ему или ей может угрожать применение пыток.

7.3Комитет должен оценить, имеются ли серьезные основания полагать, что после возвращения в Шри-Ланку заявителю будет лично угрожать опасность применения пыток. При оценке этой опасности Комитет должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства в соответствии с пунктом 2 статьи 3 Конвенции, включая существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Однако Комитет напоминает, что цель такого определения состоит в том, чтобы установить, грозит ли лично данному лицу предсказуемая и реальная опасность подвергнуться пыткам в стране, в которую оно будет возвращено. Следовательно, существование в той или иной стране практики грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека само по себе не является достаточным основанием для признания того, что соответствующему лицу будет угрожать опасность подвергнуться пыткам по возвращении в эту страну; необходимо привести дополнительные основания в подтверждение того, что такая опасность будет угрожать лично данному лицу. Более того, хотя события прошлого могут иметь значение, главный вопрос, стоящий перед Комитетом, заключается в том, угрожает ли заявителю в настоящее время опасность подвергнуться пыткам в случае возвращения в Шри‑Ланку.

7.4Комитет ссылается на свое замечание общего порядка № 4 (2017), в котором он указал, что при оценке степени риска применения пыток должны анализироваться основания, выходящие за пределы одних лишь умозрительных предположений или подозрений. Хотя при оценке этого риска не следует брать за основу критерий «высокой степени вероятности», бремя доказывания обычно возлагается на заявителя, который должен привести убедительные аргументы в подтверждение того, что ему или ей угрожает предсказуемая, реальная и личная опасность. Комитет также напоминает, что он в значительной степени опирается на заявления по фактической стороне дела, подготовленные органами соответствующего государства-участника, но при этом не считает себя связанным такими заключениями и в соответствии с пунктом 4 статьи 22 Конвенции правомочен свободно оценивать факты с учетом всех обстоятельств по каждому конкретному делу.

7.5В данном случае Комитет принимает к сведению утверждение заявителя о том, что в случае возвращения в Шри-Ланку он рискует подвергнуться обращению, противоречащему статье 3 Конвенции, поскольку ему угрожает опасность задержания, актов пыток и жестокого обращения в связи с его предполагаемыми связями с организацией «Тигры освобождения Тамил Илама», особенно с учетом положения в области прав человека в Шри-Ланке, его принадлежности к тамильской этнической группе и его нахождения за пределами страны. Он также принимает к сведению утверждение заявителя о том, что его задерживали, допрашивали и подвергали жестокому обращению и что с тех пор власти Шри-Ланки его разыскивают. В этой связи Комитет принимает к сведению документы, которые были представлены заявителем в поддержку своих утверждений швейцарским властям, а также те, которые были представлены исключительно Комитету после отклонения ходатайства заявителя о предоставлении убежища Федеральным административным судом в последней инстанции и, следовательно, не были представлены властям государства-участника в ходе процедуры рассмотрения его ходатайств о предоставления убежища.

7.6Комитет принимает к сведению указанные государством-участником несоответствия, которые органы по вопросам предоставления убежища выявили в рассказе заявителя, а также его вывод в этой связи о том, что заявитель не смог обосновать свое утверждение, согласно которому он привлек внимание властей Шри‑Ланки. Комитет отмечает, что швейцарские власти должным образом изучили — в том числе через посредство посольства Швейцарии в Шри-Ланке — утверждения заявителя в поддержку его просьбы о предоставлении убежища, но подчеркнули несоответствия в них и выразили сомнения в их достоверности.

7.7Так, Государственный секретариат по вопросам миграции отметил, что заявитель указал, что был арестован в присутствии своих родителей, в то время как его родители никогда не заявляли, что он был арестован. Затем заявитель сообщил в Государственный секретариат по вопросам миграции, что его брат был арестован через два месяца после его побега и больше его не видели, а его родители заявили в посольство Швейцарии, что брат заявителя исчез около восьми или девяти лет назад. Заявитель также упомянул, что во время пребывания в больнице его несколько раз посещали шри-ланкийские полицейские, в то время как его родители заявили, что во время его пребывания в больнице никто не просил о встрече с ним. Наконец, Государственный секретариат по вопросам миграции отметил, что, согласно объяснениям родителей, только брат заявителя имел контакты с «Тиграми освобождения Тамил Илама», тогда как заявитель утверждал, что его брат не имеет никаких связей с этим движением. Комитет отмечает, что заявитель не представил убедительного объяснения этих расхождений.

7.8Комитет далее отмечает, что швейцарские власти не поставили под сомнение утверждение о том, что заявитель мог пострадать от насилия в Шри-Ланке и сломать предплечья. Однако они сочли недостоверными утверждения заявителя о том, что его деятельность в организации «Тигры освобождения Тамил-Илама» повлекла за собой преследование со стороны властей Шри-Ланки и что травмы, которые он получил, были нанесены представителями государства. Комитет отмечает, что заявитель не представил никаких доказательств своих утверждений.

7.9Комитет принимает к сведению два экспертных заключения, представленных после рассмотрения дела заявителя в соответствии со Стамбульским протоколом. Однако Комитет отмечает, что эти заключения — по физическому медосмотру и психологическому обследованию — были запрошены заявителем только после того, как Федеральный административный суд отклонил его апелляцию в рамках процедуры повторного освидетельствования, и поэтому не были представлены властям государства-участника в ходе процедуры предоставления убежища. Комитет также отмечает, что в ходе обычного разбирательства заявитель не ссылался на какие-либо психологические проблемы и не представил никакого медицинского заключения. Только в ходе внеочередного переосвидетельствования он представил медицинское заключение, подтверждающее, что он начал проходить психиатрическое лечение почти через два месяца после окончательного отклонения его ходатайства о предоставлении убежища. Заявитель не объясняет, почему он решил запросить освидетельствование в соответствии со Стамбульским протоколом после вынесения окончательного решения по процедуре повторного освидетельствования вместо прохождения такого освидетельствования в ходе процедуры предоставления убежища, чтобы использовать заключение в поддержку своих утверждений.

7.10В отношении аргумента заявителя об ухудшении положения в области прав человека в Шри-Ланке Комитет напоминает, что наличие нарушений прав человека в стране происхождения заявителя само по себе не является достаточным основанием для вывода о существовании опасности лично для заявителя подвергнуться там пыткам. Комитет отмечает, что заявитель имел достаточно возможностей предоставить Государственному секретариату по вопросам миграции и Федеральному административному суду подтверждающие доказательства и более подробную информацию в отношении своих утверждений в ходе рассмотрения дела о предоставлении убежища и ходатайства о повторном освидетельствовании. Однако представленные сведения не позволяют сделать вывод о том, что в случае возвращения в Шри-Ланку заявитель лично подвергнется риску пыток или бесчеловечного или унижающего достоинство обращения. Даже если согласиться с утверждением о том, что заявитель подвергался актам пыток и жестокого обращения в прошлом — что якобы подтверждается результатами его физического и психологического обследования в соответствии со Стамбульским протоколом, — Комитет напоминает, что вопрос заключается в том, сохраняется ли в настоящее время для него опасность подвергнуться пыткам в Шри-Ланке в случае его принудительного возвращения туда. Кроме того, Комитет ссылается на свою правовую практику, согласно которой бремя аргументированного изложения дела, как правило, лежит на заявителе.

7.11В данном случае, по мнению Комитета, заявитель не представил достоверной информации, позволяющей предположить, что власти Шри-Ланки в настоящее время проявляют к нему интерес. В этом разрезе он отмечает, что заявитель не продемонстрировал швейцарским органам по предоставлению убежища, что предполагаемое насилие, которому он подвергся, было вызвано вмешательством представителей государства или что власти Шри-Ланки в настоящее время его разыскивают. Заявитель также не продемонстрировал, что его семья в настоящее время подвергается преследованиям из-за его собственной деятельности в прошлом.

8.На основании вышеизложенного и в свете представленных ему материалов Комитет считает, что заявитель не представил достаточных доказательств, позволяющих Комитету сделать вывод о том, что в случае депортации заявителя в страну его происхождения ему будет угрожать реальная, предсказуемая и существующая личная опасность подвергнуться обращению, противоречащему статье 3 Конвенции.

9.Комитет, действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции, приходит к выводу о том, что возвращение заявителя в Шри-Ланку не будет представлять собой нарушение государством-участником статьи 3 Конвенции.