Комитет по правам человека

Решение, принятое Комитетом в соответствии с Факультативным протоколом относительно сообщения № 3237/2018 * **

Сообщение представлено :	У.Л.У. (представлен адвокатом Хендриком Андрисом Стридомом)
Предполагаемая жертва:	автор сообщения
Государство-участник:	Южная Африка
Дата сообщения:	18 апреля 2018 года (первоначальное представление)
Справочная документация:	решение, принятое в соответствии с правилом 92 правил процедуры Комитета, препровожденное государству-участнику 20 ноября 2018 года (в виде документа не издавалось)
Дата принятия решения :	28 марта 2024 года
Тема сообщения:	дискриминация по имущественному признаку
Процедурные вопросы :	исчерпание внутренних средств правовой защиты; степень обоснованности утверждений; злоупотребление правом на представление сообщений
Вопросы существа:	дискриминация по имущественному признаку; право на эффективное средство правовой защиты
Статьи Пакта :	2 и 26
Статьи Факультативного протокола:	2, 3 и 5 (пункт 2 b))

1.Автором сообщения является У.Л.У., гражданин Южной Африки 1943 года рождения. Он утверждает, что государство-участник нарушило его права, предусмотренные статьями 2 и 26 Пакта. Факультативный протокол вступил в силу для государства-участника 28 ноября 2002 года. Автор представлен адвокатом.

Факты в изложении автора

2.1В 2002 году в государстве-участнике был принят Закон о разработке минеральных и нефтяных ресурсов, который изменил режим прав собственности на минеральные ресурсы в государстве-участнике. В соответствии с прежним режимом землевладельцы, обладавшие правами на минеральные ресурсы на своей земле, имели право вести поиск и разработку их месторождений на своей земле. Землевладелец также имел право распоряжаться правом на минеральные ресурсы на своей земле и уступать это право третьей стороне, которая после этого становилась обладателем прав на минеральные ресурсы на этой земле, или же землевладелец мог заключать договор аренды минеральных ресурсов, тем самым давая третьей стороне согласие на добычу минеральных ресурсов на своей земле, в обмен на выплату роялти арендатором. Владелец земли также имел право не разрабатывать минеральные ресурсы на своей земле и, например, наслаждаться сельскохозяйственной ценностью и природной красотой своей земли. Однако после вступления в силу 1 мая 2004 года Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов минеральные ресурсы стали рассматриваться как общее достояние всего народа государства-участника, хранителем которого является государство-участник.

2.2Автор отмечает, что в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов был принят принцип «осваивай их или лишайся их», якобы для обеспечения равноправного доступа к минеральным ресурсам государства-участника. Это было достигнуто путем создания того, что в Законе определялось как: a) «право на разведку по прежнему режиму», т. е. право на разведку минеральных ресурсов, принадлежавшее по действовавшему до принятия Закона законодательству лицу, которое осуществляло это право непосредственно перед вступлением Закона в силу; b) «право на добычу минеральных ресурсов по прежнему режиму», т. е. право на добычу минеральных ресурсов, принадлежавшее по действовавшему до принятия Закона законодательству лицу, которое осуществляло это право непосредственно перед вступлением Закона в силу; или c) «нереализованное право по прежнему режиму», как в случае автора, которое представляло собой право на минеральные ресурсы, принадлежавшее по действовавшему до принятия Закона законодательству лицу, которое непосредственно перед вступлением Закона в силу не осуществляло это право ни путем разведки, ни путем добычи. В отношении обладателей прав на разведку минеральных ресурсов по прежнему режиму и добычу минеральных ресурсов по прежнему режиму был предусмотрен переходный период продолжительностью один год или пять лет соответственно для обращения в Департамент минеральных ресурсов с ходатайством о преобразовании прав на добычу минеральных ресурсов, предоставленных в соответствии с основными положениями Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов. В течение переходного периода они могли продолжать осуществлять деятельность, разрешенную законодательством, которое действовало до принятия Закона. Со своей стороны, в соответствии с основными положениями Закона обладатели так называемых «нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму» имели год на то, чтобы подать заявку на получение прав на разведку или добычу минеральных ресурсов. Автор утверждает, что, как следствие этого, процесс преобразования для обладателей нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму отличался от процесса преобразования, который был предусмотрен в отношении обладателей прав на разведку или добычу минеральных ресурсов по прежнему режиму. По финансовым и логистическим причинам обладателям прав на разведку или добычу минеральных ресурсов по прежнему режиму было проще выполнить требования в отношении преобразования их прав в соответствии с новым законодательством, чем обладателям нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму.

2.3Автор утверждает, что от введения в действие Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов больше всего пострадали обладатели нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму. На них легло значительное бремя, поскольку для проведения работ по разведке или создания действующей шахты им требовалось инвестировать значительные финансовые средства, и, как следствие, возможность подать заявку на преобразование прав на минеральные ресурсы в течение предусмотренного Законом годичного срока становилась в практическом плане почти иллюзорной. В результате такие правообладатели не только теряли свою собственность в виде прав на минеральные ресурсы, но и не могли уступить эти права в течение годичного переходного периода. Автор утверждает, что в связи с этим в процессе применения Закона было проведено четкое различие между обладателями нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму и обладателями прав на разведку и добычу минеральных ресурсов по прежнему режиму.

2.4Автор подчеркивает, что срок действия нереализованного права на минеральные ресурсы по прежнему режиму, таким образом, истек по истечении годичного срока подачи заявок на преобразование права в соответствии с положениями Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов. Таким образом, все права на минеральные ресурсы, которые ранее были зарегистрированы в документах на право собственности, были впоследствии отменены в соответствии с циркуляром Главного регистратора № 11 от 2004 года. Единственный способ, которым бывшие обладатели прав на минеральные ресурсы после 2004 года могли возместить свои убытки, — это доказать, что их собственность была экспроприирована, и потребовать от государства компенсацию в соответствии с Законом. Этот путь был открыт для бывших обладателей прав по прежнему режиму до 2011 года.

2.5Что касается его личных обстоятельств, то автор отмечает, что 21 февраля 2011 года он заключил договор об уступке своего права с компанией Kerneels Greyling Trust, по которому он получил в собственность ферму «Каскад», а также все права, титулы и доли в отношении любых претензий или требований, которые компания могла предъявлять государству в результате отчуждения государством любых прав на минеральные ресурсы. До заключения договора об уступке прав компания Kerneels Greyling Trust зарегистрировала право на роялти в отношении разработки на ферме месторождения железной руды. Однако в соответствии с циркуляром Главного регистратора № 11 от 2004 года право на роялти было исключено из документа, подтверждающего право собственности, и автор отмечает, что именно это требование о компенсации за исключение из документа, подтверждающего право собственности, права на роялти было уступлено ему этой компанией в 2011 году.

2.6В период с 2010 по 2011 год в Департамент минеральных ресурсов подали иски о компенсации за предполагаемую экспроприацию собственности около 250 обладателей прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму, одним из которых был автор. Эти претензии были отклонены Департаментом, в основном на том основании, что права на минеральные ресурсы не были экспроприированы в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов.

2.7Автор отмечает, что 18 апреля 2013 года Конституционный суд отклонил иски о компенсации, поданные организацией Agri SA — группой лоббистов коммерческих фермеров — от имени компании Sebenza Mining Pty Ltd по делуAgri South Africa v. Minister for Minerals and Energy. Компания Sebenza, как и автор, являлась обладателем нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму, и организация Agri SA потребовала от ее имени компенсации в Конституционном суде на том основании, что права компании были экспроприированы. Автор утверждает, что жалоба лоббистской группы была пробным делом, возбужденным коллективно от имени нескольких фермеров по финансовым причинам из-за высокой стоимости судебного разбирательства. Автор отмечает, что он не был участником этого судебного процесса, но утверждает, что был связан с организацией Agri SA через свое членство в окружных и провинциальных ассоциациях фермеров, которые связаны с организацией Agri SA. В своем решении Конституционный суд постановил, что, согласно статье 25 Конституции, для того чтобы экспроприация считалась состоявшейся, экспроприируемая собственность должна перейти в собственность экспроприирующего органа. Однако Конституционный суд отметил, что после вступления в силу Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов государство не приобрело права собственности на какие-либо минеральные ресурсы, а значит экспроприация не имела места. Автор отмечает, что некоторые члены суда, составившие меньшинство, пришли к выводу о том, что факт приобретения права государством не является обязательным условием для экспроприации, однако это меньшинство также отклонило иск организации, заявив, что Закон о разработке минеральных и нефтяных ресурсов предусматривает «компенсацию в натуральной форме», т. е. право подать заявку на получение прав на разведку и добычу минеральных ресурсов в течение переходного периода.

2.8В свете решения Конституционного суда автор утверждает, что любые дальнейшие попытки его индивидуального обращения будут бесполезными, поскольку Конституционный суд занял конкретную позицию по данному вопросу, и, следовательно, внутренние средства правовой защиты им были исчерпаны. Автор признает, что претензии, выдвинутые в делеAgri South Africa v. Minister for Minerals and Energy, были основаны на экспроприации и prima facie не были основаны на дифференцированном обращении с точки зрения того, как Закон о разработке минеральных и нефтяных ресурсов влияет на различные категории обладателей прав на минеральные ресурсы, как утверждалось в его жалобе в Комитете. Он утверждает, что решение Конституционного суда, тем не менее, было основано на толковании статьи 25 Конституции, и это толкование было обусловлено обязательством провести земельные реформы и реформы, направленные на обеспечение справедливого доступа к природным ресурсам, который до 1994 года в государстве-участнике не обеспечивался из-за вопиющего неравенства в распределении богатства и земли. Автор утверждает, что, поскольку в основе толкования Конституционным судом статьи 25 Конституции лежал императив исправления неравенства во владении минеральными ресурсами и их эксплуатации вследствие расовой дискриминации, маловероятно, что иск, основанный на различиях в обращении с разными категориями обладателей прав на минеральные ресурсы в результате принятия Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов, будет успешным.

Жалоба

3.1Автор утверждает, что разница в обращении с обладателями прав на минеральные ресурсы, которые осуществляли свои права непосредственно до вступления в силу Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов и которые после преобразования своих прав на минеральные ресурсы могли продолжать пользоваться указанными правами, по сравнению с положением обладателей так называемых нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму, таких как автор, которые по различным причинам не смогли подать заявку на получение прав на разведку или добычу минеральных ресурсов в соответствии с Законом и поэтому были лишены своих прав собственности без компенсации, равносильна дискриминации по имущественному признаку в нарушениестатей 2 (пункты 1 и 2) и 26 Пакта. Автор утверждает, что в результате применения Закона богатые правообладатели, которые могли подать заявку на преобразование своих прав в соответствии с Законом, получили поддержку, а правообладатели, не имевшие средств для пользования своими нереализованными правами на минеральные ресурсы, такую поддержку не получили, что является произвольной дискриминацией в отношении различных категорий правообладателей.

3.2Автор далее утверждает, что государство-участник не выполнило свои обязательства по статье 2 (пункты 1 и 2) Пакта, введя в действие законодательный режим в виде Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов, приведшего к дискриминационному обращению, которое не являлось ни необходимым, ни соразмерным для достижения законной цели в соответствии с Пактом. Кроме того, он заявляет о нарушении статьи 2 (пункт 3) Пакта, поскольку, по его утверждению, государство-участник не предоставило ему эффективного средства правовой защиты.

Замечания государства-участника в отношении приемлемости и существа сообщения

4.18 июля и 16 декабря 2019 года государство-участник представило свои замечания относительно приемлемости и существа сообщения. Оно утверждает, что сообщение следует признать неприемлемым по причине неисчерпания внутренних средств правовой защиты и неспособности обосновать утверждения для целей приемлемости.

4.2Государство-участник принимает к сведению аргумент автора о том, что в свете выводов Конституционного суда по делу Agri South Africa v. Minister for Minerals and Energy любая попытка подать иск в национальные суды будет безуспешной. Однако государство-участник указывает на то, что упомянутое дело в Конституционном суде касалось требования компенсации на основании экспроприации, в то время как жалоба, поданная в Комитет, касается предполагаемой дискриминации и дифференцированного обращения с различными категориями обладателей прав на минеральные ресурсы. Оно утверждает, что вопрос о предполагаемой дискриминации в отношении обладателей реализованных и нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму ни одним национальным судом не рассматривался и что, следовательно, внутренние средства правовой защиты не были исчерпаны.

4.3Государство-участник утверждает далее, что в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов существует процедура подачи исковых заявлений об экспроприации, и эта возможность была эксплицитно сохранена Конституционным судом в решении по делу Agri SA. Государство-участник утверждает, что в своем решении по делу Agri South Africa v. Minister for Minerals and Energy Конституционный суд счел необходимым подчеркнуть, что каждое отдельное дело должно рассматриваться по существу, и что Суд подчеркнул, что исковые заявления об экспроприации могут подаваться на основании пункта 12 переходных положений Закона. Государство-участник утверждает, что в данном случае в жалобе автора не приводится никаких фактов, которые объясняли бы, почему процедуры подачи искового заявления об экспроприации не были соблюдены.

4.4Государство-участник далее утверждает, что жалоба является еще и преждевременной, поскольку автор решил подать в феврале 2014 года в Гаутенгскую палату Высокого суда Претории практически такое же исковое заявление, что и в его жалобе, поданной в Комитет, и это исковое заявление до сих пор находится на рассмотрении в этом суде. Государство-участник отмечает, что в своей жалобе, поданной в Комитет, автор не сообщил об этом исковом требовании, поданном в Высокий суд. 3 февраля 2014 года автор подал в Высокий суд исковое заявление против четырех государственных ведомств, в котором он утверждал, что в результате вступления в силу Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов унего (и других землевладельцев) были экспроприированы права, в частности право на стерилизацию прав на минеральные ресурсы, находящиеся на его собственности или под ней, или, в той мере, в какой эксплуатация этих минеральных ресурсов была разрешена, право требовать роялти от любого лица, эксплуатирующего эти минеральные ресурсы. Автор утверждал, что эти права представляют собой собственность и что поэтому он имеет право на компенсацию со стороны государства за экспроприацию указанных прав. Государство-участник отмечает, что четырьмя упомянутыми им государственными ведомствами исковое заявление автора было оспорено. 25 сентября 2014 года эти ведомства-ответчики представили подробный ответный аффидевит с возражениями против искового требования автора. В соответствии с правилами Суда автор имел право подать ответный аффидевит и предпринять шаги для передачи дела на рассмотрение Высокого суда. Однако автор не предпринял никаких дальнейших шагов в отношении своего искового заявления, но и не отозвал свой иск, который, соответственно, остался на рассмотрении Высокого суда Претории, и по этой причине государство-участник также утверждает, что автор не исчерпал внутренние средства правовой защиты.

4.5Государство-участник далее утверждает, что автор не обосновал свои требования для целей приемлемости, поскольку не представил достаточной информации по своему индивидуальному иску и вместо этого сделал акцент на общем положении обладателей прав на минеральные ресурсы. Что касается договора об уступке прав, заключенного автором с компанией Kerneels Greyling Trust, то государство-участник утверждает, что нет ответов на следующие вопросы: а) проводилась ли разведка с целью обнаружения месторождений железной руды; b) хотела ли компания заниматься добычей на территории фермы; c) хотела ли компания подать заявку на получение прав на разведку или добычу минеральных ресурсов в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов; d) в случае, если компания собиралась подать заявку на получение прав на разведку или добычу в соответствии с Законом, по какой причине она не смогла этого сделать; e) по каким причинам компания не обратилась с требованием о выплате компенсации в соответствии с Законом; f) по какой причине имел место временной лаг между изъятием в 2004 году прав на минеральные ресурсы и уступкой права требовать компенсацию, что было сделано только в 2011 году; g) какая сумма была уплачена автором за право требовать компенсацию; и h) имеются ли подробные сведения о требовании компенсации, поданном автором в Министерство минеральных ресурсов.

4.6Что касается существа жалобы, то государство-участник утверждает, что в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов были приняты необходимые меры для предотвращения любых дискриминационных последствий, которые могли возникнуть в результате применения Закона в отношении обладателей так называемых «нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму», с учетом переходных положений Закона, которые предоставляют обладателям указанных прав исключительное право подавать заявки на получение прав на разведку или добычу в соответствии с Законом в течение года после его вступления в силу. Государство-участник утверждает, что в той мере, в какой предполагаются дискриминация или дифференцированное обращение с обладателями нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов, это основано на разумных и объективных критериях, призванных обеспечивать достижение целей, которые являются законными в соответствии с Пактом. Государство-участник подчеркивает, что Конституционный суд в решении по делу Agri SA описал контекст, в котором действует Закон, отметив, что Южная Африка очень богата минеральными ресурсами, но из-за архитектуры системы апартеида около 87 процентов земли и минеральных ресурсов страны оказались в руках 13 процентов населения. Вследствие этого белые южноафриканцы обладали реальной экономической властью, в то время как уделом подавляющего большинства чернокожих южноафриканцев по-прежнему были безработица и крайняя нищета, поскольку они не могли извлекать прямые выгоды от эксплуатации минеральных ресурсов. Для устранения этого вопиющего экономического неравенства были приняты законодательные меры, направленные на обеспечение равного доступа к возможностям в горнодобывающей промышленности. В этой связи государство-участник отмечает, что одной из целей Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов, как указано в его преамбуле, является «обеспечение справедливого доступа к минеральным и нефтяным ресурсам страны и их устойчивого освоения; и решение иных сопутствующих вопросов». Государство-участник также отмечает, что в решении по делу Agri SA Конституционный суд отметил, что Закон направлен на устранение более сбалансированным образом несправедливости, которая допускалась в прошлом в экономическом секторе. Он подчеркнул, что Закон призван обеспечивать справедливое отношение к индивидуальным правам собственности, которого они заслуживают, и что по этой причине были приняты переходные меры, призванные снять остроту потенциальных проблем и предотвратить экспроприацию.

Комментарии автора к замечаниям государства-участника относительно приемлемости и существа дела

5.16 апреля 2020 года автор представил свои комментарии к замечаниям государства-участника. Он утверждает, что сообщение является приемлемым и что жалоба свидетельствует о нарушении его прав по статьям 2 и 26 Пакта.

5.2Автор принимает к сведению заявление государства-участника о том, что требование о компенсации, уступленное ему компанией Kerneels Greyling Trust, существенно отличается от основанных на дискриминации требований, на которые опирается жалоба, поданная в Комитет. Автор утверждает, что «вопрос о роялти является конкретной иллюстрацией ущерба, понесенного» им в результате отсутствия доступа к эффективным средствам правовой защиты, непосредственно связанным с дискриминационным отношением к обладателям нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов.

5.3Автор принимает к сведению информацию государства-участника о его ходатайстве, поданном в Гаутенгскую палату Высокого суда. Он подтверждает, что в 2014 году подал исковое заявление в Высокий суд, но не стал добиваться его рассмотрения по совету адвоката, сообщившего ему, что в 2012 году Верховный апелляционный суд вынес решение по другому делу Xtrata South Africa (Pty) Ltd. v. SFF Association, которое сделало «бесперспективным» его исковое заявление о компенсации за лишение права на получение роялти в рамках так называемых «прав по старому режиму». Это объясняется тем, что Высокий суд был бы связан решением Верховного апелляционного суда. Автор принимает к сведению информацию государства-участника о том, что, поскольку он не отозвал свой иск, поданный в Высокий суд, он остается на рассмотрении. Он утверждает, что не он, а его тогдашний адвокат должен был отозвать дело в официальном порядке, чего этот адвокат не сделал ввиду связанных с этим расходов. Однако автор утверждает, что «эта формальность несущественна и не может быть использована для оспаривания значимости решения по делу Xtrata». Поэтому он повторяет свой аргумент о том, что ему было бессмысленно добиваться компенсации за предполагаемую экспроприацию в соответствии с Законом о разработке минеральных и нефтяных ресурсов в свете решений по делам Xtrata и Agri South Africa v. Minister for Minerals and Energy, вынесенных соответственно Верховным апелляционным судом и Конституционным судом.

5.4Автор повторяет свой аргумент о том, что его права по статьям 2 и 26 Пакта были нарушены в результате дискриминационных последствий применения Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов в отношении обладателей так называемых «нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму». Он утверждает, что государство-участник не затронуло эти претензии в своих замечаниях и не объяснило, каким образом применение Закона преследовало законную цель или что принятые меры были необходимыми и соразмерными.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

Рассмотрение вопроса о приемлемости

6.1Прежде чем рассматривать какую-либо жалобу, содержащуюся в сообщении, Комитет должен решить согласно правилу 97 своих правил процедуры, является ли данное сообщение приемлемым в соответствии с Факультативным протоколом.

6.2Комитет принимает к сведению утверждение автора о том, что предполагаемое дифференцированное обращение с обладателями так называемых «прав на разведку или добычу минеральных ресурсов по прежнему режиму» и «нереализованных прав на (добычу или разведку) минеральных ресурсов по прежнему режиму» после вступления в силу Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов представляет собой нарушение его прав по статьям 2 и 26 Пакта.

6.3Комитет принимает к сведению довод государства-участника о том, что сообщение следует признать неприемлемым из-за неисчерпания внутренних средств правовой защиты. Он принимает к сведению аргумент автора о том, что Конституционный суд отклонил иск о компенсации в пробном деле, возбужденном лоббистской группой на основании предполагаемой экспроприации так называемых «нереализованных прав на минеральные ресурсы по прежнему режиму» после вступления в силу Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов. Комитет далее принимает к сведению аргумент автора о том, что в свете решения Конституционного суда любые дальнейшие попытки его обращения в суд в индивидуальном порядке будут бесполезными с учетом выводов Конституционного суда и его толкованием статьи 25 Конституции, что, по его мнению, сделает маловероятным удовлетворение иска, основанного на предполагаемом дифференцированном обращении с различными категориями обладателей прав на минеральные ресурсы. Вместе с тем Комитет принимает к сведению аргумент государства-участника о том, что упомянутое дело в Конституционном суде было основано на иске об экспроприации, в то время как жалоба, поданная автором в Комитет, касается предполагаемой дискриминации и дифференцированного обращения с различными категориями обладателей прав на минеральные ресурсы, и что претензии, выдвинутые автором в настоящем сообщении, таким образом, не были рассмотрены ни одним национальным судом или органом. Кроме того, он принимает к сведению аргумент государства-участника о том, что автор также подал в феврале 2014 года исковое заявление в Гаутенгскую палату Высокого суда Претории, о котором он в своей жалобе Комитету не сообщил, в связи с предполагаемой экспроприацией его прав на минеральные ресурсы, и что это дело на момент представления замечаний государством-участником оставалось на рассмотрении.

6.4Комитет ссылается на свою предыдущую практику, согласно которой, хотя обязательство исчерпать внутренние средства правовой защиты неприменимо, если при этом объективно отсутствуют шансы на успех, авторы сообщений должны проявлять добросовестность при поиске доступных средств правовой защиты. Одни лишь сомнения или предположения в отношении успеха или эффективности внутренних средств правовой защиты не освобождают авторов от обязанности их исчерпания. Комитет также напоминает, что обязательство по исчерпанию внутренних средств правовой защиты снимается, например, в тех случаях, когда, согласно применимому внутреннему законодательству, жалоба неизбежно будет отклонена или когда сложившаяся судебная практика высших национальных судебных инстанций исключает положительный результат.

6.5В данном случае Комитет принимает к сведению аргумент автора о том, что практика Конституционного суда и Верховного апелляционного суда по делам соответственно Agri South Africa v. Minister for Minerals and Energy и Xtrata South Africa (Pty) Ltd. v. SFF Association сделает его претензии бесперспективными. Вместе с тем Комитет отмечает не оспоренный автором аргумент государства-участника о том, что указанные дела касались исков о компенсации в связи с предполагаемой экспроприацией прав на минеральные ресурсы, тогда как жалоба, поданная автором в Комитет, представляет собой жалобу на предполагаемое дифференцированное обращение при осуществлении положений Закона о разработке минеральных и нефтяных ресурсов с различными категориями обладателей прав на минеральные ресурсы. Комитет принимает к сведению неоспоренное автором утверждение государства-участника о том, что указанные иски о предполагаемом дифференцированном обращении не поднимались в ходе рассмотрения дел в Конституционном суде и Верховном апелляционном суде, и автор также не представил никакой информации о том, что он предпринимал какие-либо попытки обратиться в какую-либо национальную инстанцию с такой претензией о предполагаемом дифференцированном обращении. Поэтому Комитет считает жалобы автора на нарушение статьи 26, рассматриваемой отдельно и в совокупности со статьей 2 Пакта, неприемлемыми в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты в соответствии со статьей 5 (пункт 2 b)) Факультативного протокола.

6.6Комитет также принимает к сведению информацию государства-участника о том, что на момент подачи своей жалобы в Комитет автор не сообщил Комитету о том, что им был подан иск об экспроприации, находящийся на рассмотрении национальных судов. Комитет считает, что в свете его заключения по статье 5 (пункт 2 b)) Факультативного протокола нет необходимости рассматривать остальные утверждения о неприемлемости, представленные в настоящем деле, однако в этой связи он подчеркивает, что автор обязан раскрывать всю соответствующую информацию, связанную с претензией, в сообщении, направляемом в Комитет, и что невыполнение этого обязательства может представлять собой злоупотребление правом на представление сообщений в соответствии со статьей 3 Факультативного протокола.

7.В этой связи Комитет постановляет:

a)признать сообщение неприемлемым по статье 5 (пункт 2 b)) Факультативного протокола;

b)довести настоящее решение до сведения государства-участника и автора.