Комитет по правам человека

Мнения, принятые Комитетом в соответствии с пунктом 4 статьи 5 Факультативного протокола в отношении сообщения № 3102/2018 * **

Сообщение представлено:	Хесусом Мария Эрмосилья Баррио (представлен адвокатом Сесаром Пинто Каньоном)
Предполагаемая жертва:	автор сообщения
Государство-участник:	Испания
Дата сообщения:	25 июля 2017 года (первоначальное представление)
Справочная документация:	решение, принятое в соответствии с правилом 92 правил процедуры Комитета и препровожденное государству-участнику 19 января 2018 года (в виде документа не издавалось)
Дата принятия Cоображений :	25 октября 2022 года
Тема сообщения:	отсутствие средств правовой защиты для получения компенсации; арест и произвольное задержание
Процедурные вопросы:	исчерпание внутренних средств правовой защиты; недостаточная обоснованность; передача в другую процедуру международного разбирательства или урегулирования
Вопросы существа:	произвольнoe содержаниe под стражей; право на возмещение ущерба; равенство перед законом
Статьи Пакта:	9, пп. 1, 4 и 5; и 26
Статья Факультативного протокола:	5, п. 2

1.Автором сообщения является Хесус Мария Эрмосилья Баррио, граждаин Испании, родившийся 25 июня 1955 года. Он утверждает, что государство-участник нарушило его права, предусмотренные пунктом 5 статьи 9, рассматриваемым в совокупности с пунктами 1 и 4 статьи 9, а также статьей 26 Пакта. Факультативный протокол вступил в силу для государства-участника 25 апреля 1985 года. Автор сообщения представлен адвокатом.

Факты в изложении автора

2.16 декабря 2004 года автор, отбывавший шесть тюремных сроков, вынесенных различными судебными органами, подал ходатайство о назначении наказания по совокупностиприговоров, по которым он был осужден, на основании статьи 76 Уголовного кодекса и статьи 988 Уголовно-процессуального закона. 13 апреля 2005 года Уголовный суд № 1 Бургоса отказался назначить наказание по совокупностиприговоров о лишении свободы, вынесенные автору. Против этого отказа автор подал кассационную жалобу в Уголовную палату Верховного суда, которая была удовлетворена решением от 29 июня 2006 года, в котором было объявлено, что запрошенное назначение наказания по совокупностиприговоров является приемлемым, и возвратил производство в суд, передавший дело, подчеркнув, что определяющим требованием для назначения наказания по совокупностиприговоров является временная связь.

2.2Постановлением от 26 октября 2006 года Уголовный суд № 1 Бургоса заявил, что он не обладает юрисдикцией для назначения наказания по совокупностиприговоров, о котором просил автор, учитывая наличие нового приговора в виде одного года и девяти месяцев лишения свободы за преступление, связанное с нанесением телесных повреждений, вынесенного решением Уголовного суда № 2 Витории-Гастейс от 8 июня 2004 года за события, произошедшие 9 и 15 февраля 2002 года. Уголовный суд № 1 Бургоса принял решение передать дело на рассмотрениеУголовного суда № 2 Витории-Гастейс, который вынес последний окончательный приговор автору. Автор подал апелляцию на постановление о запрете Уголовного суда № 1 Бургоса в Первую секцию Провинциального суда Бургоса, которая была отклонена 18 декабря 2006 года.

2.33 апреля 2007 года Уголовный суд № 2 города Витория-Гастейс согласился удовлетворить ходатайство о суммировании пяти из назначенных автору приговоров к лишению свободы, но не двух других, на основании своего толкования статьи 76 Уголовного кодекса, действовавшего на тот момент. Автор подал новую кассационную жалобу на это решение в Уголовную коллегию Верховного суда, которая 22 ноября 2007 года удовлетворила жалобу и передала дело в Уголовный суд № 2 города Витория-Гастейс. Верховный суд повторил то, что было установлено в его решении от 29 июня 2006 года, указав, что в деле автора временная связь была уместной, учитывая, что все деяния были совершены до даты вынесения первого решения и, следовательно, все они могли быть предметом одного и того же преследования. Кроме того, Верховный суд повторил, что его предыдущее решение от 29 июня 2006 года должно соблюдаться как res judicata.

2.49 января 2008 года Уголовный суд № 2 города Витория-Гастейс согласился выполнить решение Второй палаты Верховного суда в отношении критериев назначения наказания по совокупностиприговоров, передав это решение в Пенитенциарный центр Бургоса, где содержался автор. Пенитенциарное учреждение ответило письмом от 16 января 2008 года, в котором просило судебный орган направить определение приговора после его исполнения, учитывая, что, согласно его определению, дата отбытия измененного приговора — 17 июня 2007 года.

2.5 После вынесения приговора секретарем уголовного суда № 2 города Витория‑Гастейс 16 января 2008 года, установив, что последней датой отбытия наказания является 17 июня 2007 года, суд издал приказ о срочном освобождении автора, который был исполнен в тот же день.

2.630 апреля 2008 года автор подал иск во Вторую палату Верховного суда от своего имени с требованием признать судебную ошибку, допущенную Уголовным судом № 1 Бургоса, Провинциальным судом Бургоса и Уголовным судом № 2 Витории-Гастейс, ссылаясь на статьи 292 и 293 Закона о судебной власти и требуя компенсации. Автор утверждал, что из-за ошибки в исполнении назначения наказания по совокупностиприговоров и реализации положений Верховного суда он был лишен свободы дольше, чем положено. 8 октября 2008 года Первая секция Второй уголовной палаты Верховного суда заявила об отсутствии у нее компетенции выносить решение по ходатайству о компенсации, уточнив, что понятие «судебная ошибка» должно толковаться с ограничительным критерием, добавив, что только «судебная ошибка в установлении фактов, которая является ясной и очевидной,» может быть включена в статью 293 Органического закона о судебной власти, и уточнив, что в отношении юридической ошибки «применение нормы к данному делу должно быть абсурдным, экстравагантным или лишенным какой-либо правовой или доктринальной основы». Кроме того, Верховный суд указал, что «ситуация тюремного заключения, будь то превентивного или для исполнения наказания: [Органический закон о судебной власти] в статье 294 предусматривает конкретную процедуру компенсации за такое тюремное заключение [...]. Заявление должно быть адресовано непосредственно Министерству юстиции, и данная Палата не имеет компетенции вмешиваться в этот иск». Верховный суд согласился закрыть производство и постановил сообщить «заявителю, что в случае ненормальной ситуации достаточно подать заявление в Министерство юстиции».

2.729 сентября 2008 года автор подал иск о возмещении ущерба против Министерства юстиции за отбывание более длительного срока наказания, чем положено, а именно на семь месяцев дольше, утверждая о ненормальном функционировании системы отправления правосудия. В письменном заявлении автор оценил ущерб в размере 32 508,57 евро. 30 января 2009 года Министерство юстиции приняло решение не принимать жалобу автора к рассмотрению, посчитав, что средство правовой защиты в связи с предполагаемой судебной ошибкой находится в Верховном суде.

2.8 24 сентября 2009 года Министерство юстиции частично удовлетворило ходатайство автора о пересмотре дела и запросило отчет у Генерального совета судебной власти. 28 января 2010 года Генеральный совет судебной власти пришел к выводу об отсутствии нарушений в работе органов правосудия, уточнив, что:

единственное, о чем идет речь, это критерий, который эти суды применили при выборе и толковании норм, относящихся к рассматриваемому делу, что является самой сутью осуществления судебной власти [....]. Это не то, о чем уместно высказывать мнение в контексте дела об ответственности за нарушение порядка отправления правосудия.

23 сентября 2010 года Государственный совет подтвердил решение Генерального совета судебной власти о том, что в работе судебной системы не было сбоев, а имело место «неправильное применение судебными органами правил, применимых к данному делу, с несоответствием критериев».

2.99 мая 2011 года автор подал спорно-административную апелляцию на решение Государственного совета в третью секцию Административной палаты Национального высокого суда. 14 июня 2012 года Национальный высокий суд отклонил апелляцию, повторив, что речь идет о возможной судебной ошибке. В своем решении Национальный высокий суд подтвердил наличие превышения назначенного и суммарного срока наказания в 210 дней и возможного ущерба, понесенного автором. Однако он уточнил, что статья 294 Органического закона о судебной власти применяется к «предварительному заключению с оправдательным приговором или окончательным освобождением, что не относится к данному случаю, где мы имеем дело с окончательными приговорами». Ходатайство об аннулировании, поданное автором в тот же орган, было отклонено 4 октября 2012 года. В этом же решении Национальный высокий суд определил, что «в случае г-на Эрмосилья Баррио не было нарушения нормального функционирования, которое исключено из решения этой Палаты и Секции, хотя имела место судебная ошибка в постановлении [Верховного суда]». 4 ноября 2015 года Конституционный суд принял решение отклонить ходатайство автора об ампаро на том основании, что явно не было нарушения фундаментального права, которое можно было бы защитить с помощью ампаро.

2.10 16 апреля 2016 года автор подал жалобу в Европейский суд по правам человека. Решением единоличного судьи от 16 июня 2016 года Суд признал жалобы неприемлемыми, поскольку не были соблюдены требуемые условия, установленные статьями 34 и 35 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Европейская конвенция по правам человека).

Жалоба

3.1Автор утверждает о нарушении пункта 5 статьи 9 Пакта, рассматриваемого в совокупности с пунктами 1 и 4 статьи 9. Автор утверждает, что факт его необоснованного содержания под стражей в течение семи месяцев не был оспорен различными органами государства-участника, что само по себе равносильно нарушению пункта 1 статьи 9 Пакта. Автор далее утверждает, что законодательство и институты, действовавшие на момент подачи различных исков о компенсации, не обеспечили реализацию его права на компенсацию за незаконное содержание под стражей, закрепленного в пункте 5 статьи 9 Пакта. В этой связи он подчеркивает, что судебные органы заявили об отсутствии судебной ошибки и что административная процедура финансовой ответственности исполнительной власти определила, что не было случая ненормального функционирования системы отправления правосудия. Автор подчеркивает, что это означает, что в испанской правовой системе могут быть случаи, подобные данному, в которых, несмотря на избыток отбываемых тюремных сроков в результате процесса накопления приговоров, тюремное заключение не является незаконным или же не подлежит компенсации.

3.2Автор утверждает о нарушении статьи 26 Пакта, заявляя, что в соответствии с законом, действовавшим на момент подачи настоящего сообщения, существуют случаи неправомерного лишения свободы, за которые выплачивается компенсация, например предусмотренные статьей 294 Закона о судоустройстве, и другие случаи, которые, хотя и являются неправомерными, не подлежат компенсации. Автор утверждает, что это дело касается его права на равенство перед законом.

Замечания государства-участника относительно приемлемости сообщения

4.1В своих замечаниях от 23 марта 2018 года государство-участник утверждает о неприемлемости сообщения на основании пункта 2 а) статьи 5 Факультативного протокола и правила 96 е) правил процедуры Комитета. Государство-участник отмечает, что этот же вопрос был передан в Европейский суд по правам человека и был признан неприемлемым решением этого Суда от 9 июня 2016 года. Государство-участник добавляет, что, поскольку Европейский суд по правам человека в своем решении о неприемлемости ссылается на статью 35 Европейской конвенции по правам человека, это означает, что он рассмотрел дело по существу.

4.2Государство-участник ссылается на явное отсутствие обоснования и ссылается на решение об отклонении ходатайства об ампаро в Конституционном суде, в котором говорится о явном отсутствии нарушения фундаментального права.

Комментарии автора к замечаниям государства-участника относительно приемлемости сообщения

5.1В своих комментариях от 18 июня 2018 года автор утверждает, что Европейский суд по правам человека не указал основание неприемлемости, поэтому невозможно узнать конкретную причину, по которой его ходатайство не было принято к рассмотрению. Автор ссылается на судебную практику Комитета и повторяет, что сообщение Европейского суда по правам человека содержит лишь заявление открытого характера, что не позволяет Комитету предположить, что рассмотрение включало достаточное рассмотрение элементов существа. Автор добавляет, что нет точного соответствия между правами, признанными Европейской конвенцией по правам человека и Пактом, ссылаясь на предполагаемые расхождения между статьей 9, пункт 5, Пакта и аналогичной статьей 5, пункт 5, Европейской конвенции по правам человека и утверждая, что Европейская конвенция по правам человека прямо не предусматривает право на возмещение ущерба, когда человек был незаконно или необоснованно задержан в тюрьме.

5.2Автор вновь заявляет, что государство-участник отказывает ему в праве на возмещение ущерба за семь месяцев чрезмерного содержания под стражей. Кроме того, он указывает, что причиненный ущерб относится не к конкретному судебному органу, а к системе исполнения наказаний, которая может привести к возникновению ситуаций, подобных рассматриваемой, из-за неоправданной задержки. Автор отмечает, что данное сообщение выходит за рамки отдельного дела, поскольку аналогичная ситуация наблюдается в государстве-участнике в большом количестве дел, связанных с объединенными процессами.

5.3Автор подчеркивает, что тот факт, что Конституционный суд не принял к рассмотрению его ходатайство об ампаро, не означает автоматически, что его сообщение является необоснованным, и указывает, что подача ходатайства об ампаро является частью исчерпания внутренних средств правовой защиты. Автор добавляет, что отказ Конституционного суда является частью его причин для подачи сообщения в Комитет, указывая, что в решении Конституционного суда отсутствует минимальная мотивация и что право, предусмотренное пунктом 5 статьи 9 Пакта, не квалифицируется во внутреннем законодательстве как основополагающее право.

5.4 Автор уточняет искомые средства правовой защиты, включая заявление Комитета о том, что государство-участник нарушило его предполагаемые права, и признание его права на финансовую компенсацию за период необоснованного содержания под стражей, которая, по оценке автора, составляет 32 508,57 евро плюс установленные законом проценты с 29 ноября 2008 года. Кроме того, автор требует финансовой компенсации в размере 520 евро за расходы на юридическое представительство, что вдвое превышает сумму, выплаченную Министерством юстиции назначенным судом адвокатам за подачу ходатайства об ампаро в Конституционный суд. Автор объясняет, что это вознаграждение является чисто символическим и предназначено как косвенное требование более высокой оплаты труда официально назначаемых адвокатов. Наконец, автор просит Комитет потребовать от государства-участника изучить и пересмотреть свое законодательство, касающееся права на возмещение ущерба любому лицу, которое было незаконно лишено свободы, с тем чтобы сделать это положение ясным и четким.

Дополнительные замечания государства-участника относительно приемлемости сообщения и замечания по его существу

6.1 26 июля 2018 года государство-участник представило свои замечания относительно приемлемости и существа сообщения, представленного автором. Государство признает, что автор отбыл на семь месяцев больше, чем следовало из-за толкования назначения наказания по совокупностиприговоров. Однако государство-участник утверждает, что автор не поднимал в национальных судах вопрос о нарушении принципа равенства перед законом в соответствии со статьей 26 Пакта. Кроме того, оно добавляет, что автор впервые выдвинул аргумент об ответственности за неоправданную задержку в Национальном высоком суде, который, учитывая его надзорный характер, не мог дать оценку этому утверждению. Государство-участник просит Комитет признать утверждения, касающиеся нарушения пункта 5 статьи 9, рассматриваемого в совокупности с пунктом 4 статьи 9 и статьей 26 Пакта, неприемлемыми в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты.

6.2 Государство-участник утверждает, что нарушения статьи 9 Пакта нет, поскольку оно отмечает, что автор не утверждает, что любой из семи вынесенных приговоров связан с «произвольным арестом или содержанием под стражей». Опираясь на пункт 20 замечания общего порядка № 35 (2014) Комитета, государство-участник добавляет, что объектом оценки для целей Пакта является вопрос о том, были ли судебные решения оназначении наказания по совокупностиприговоров произвольными, на что сам автор отвечает, что не обнаружил судебной ошибки. Что касается пункта 4 статьи 9 Пакта, государство-участник ссылается на пункты 39 и 41 замечание общего порядка № 35 (2014) и утверждает, что он не применим к данному делу, учитывая, что «это право направлено на освобождение (безусловное или условное) в случае незаконного лишения свободы», и утверждает, что он не применим к настоящему делу. Государство-участник также утверждает, что пункт 5 статьи 9 признает право на получение средства правовой защиты только в случае незаконного задержания, ссылаясь на пункт 51 замечания общего порядка № 35 (2014) и ссылаясь на два сообщения в Комитет. В этой связи государство-участник подчеркивает, что тот факт, что обвиняемый в судебном процессе был окончательно оправдан, не является достаточным для того, чтобы сделать любое предыдущее содержание под стражей «незаконным». Государство-участник утверждает, что единственный аргумент, который может привести автор, заключается в том, что «незаконно» или «противозаконно» эквивалентно «неоправданной задержке», а это не так, поскольку в Пакте «неоправданная задержка» упоминается только в статье 14. Государство-участник добавляет, что в любом случае автор не поднимал этот аргумент в национальных судах.

6.3В отношении жалобы автора по статье 26 Пакта государство-участник утверждает, что автор впервые обращается с этой жалобой в Комитет. Оно добавляет, что автор также не смог сослаться в национальной правовой системе на то, что его дело приравнивается к делу о предварительном заключении, как это предусмотрено статьей 294 Закона о судоустройстве, или к делу о судебной ошибке, как это предусмотрено статьей 293 данного закона. Оно подчеркивает, что финансовая ответственность за необоснованную задержку предусмотрена статьей 292 упомянутого закона. Оно добавляет, что утверждение, относящееся к статье 294 Органического закона о судебной власти, было сделано не в администрации, а непосредственно в судах, которые являются судами, рассматривающими административные действия, и не могут выносить решения по тому, что не было запрошено в ходе административного разбирательства.

6.4 Государство-участник утверждает, что пункт 5 статьи 9 применяется только тогда, когда содержание под стражей можно считать незаконным, а это не тот случай, когда речь идет о неоправданной задержке. Оно добавляет, что Пакт регулирует неоправданную задержку только в статье 14, на которую автор не ссылается и которая не применима к данному делу. Кроме того, государство-участник утверждает, что в данном конкретном случае речь не идет о незаконном или произвольном задержании, а скорее о применении пенитенциарной политики по назначению наказания по совокупностиприговоров, вынесенных в соответствии с законом, и поэтому эти судебные решения не носят произвольного характера. Оно добавляет, что правовая система регулирует материальную ответственность за неоправданную задержку в статье 292 Органического закона о судебной власти.

Комментарии автора к замечаниям государства-участника относительно приемлемости и существа сообщения

7.1В своих замечаниях от 11 ноября 2020 года автор повторяет, что он был лишен свободы, когда содержание под стражей не имело законных оснований в соответствии с испанским законодательством и толкованием судебных органов. Автор подчеркивает, что это лишение свободы на семь месяцев было произвольным и незаконным и выходило за рамки того, что было определено судебными органами при применении статьи 76 Уголовного кодекса.

7.2Тем автор обращает внимание на тот факт, что после своего освобождения 16января 2008 года он обращался в различные компетентные органы государства-участника с просьбой о компенсации за незаконное содержание под стражей. Ондобавляет, что, поскольку он не является экспертом в области права, он использовал свои собственные слова и не всегда соответствующую терминологию, но всегда придерживался одной и той же линии аргументации, утверждая, что испанские власти ущемляют его право на свободу, неправомерно лишали его свободы в течении семи месяцев, и требует исправить это нарушение.

7.3Автор утверждает, что испанское законодательство о праве на получение возмещения в случаях незаконного ареста или содержания под стражей является явно несовершенным. В этой связи он напоминает об отказе Палаты по уголовным делам Верховного суда признать судебную ошибку, а также об отказе Министерства юстиции и Национального высокого суда признать ненормальное функционирование системы отправления правосудия. Автор утверждает, что различия в подходах к возмещению ущерба не должны препятствовать выплате компенсации лицам, которые были необоснованно лишены свободы.

7.4 Что касается статьи 26 Пакта, то автор повторяет, что нарушение права на равенство перед законом упоминалось в Национальном высоком суде и в его ходатайстве по процедуре ампаро со ссылкой на статью 14 Конституции Испании, вкоторой отражено это право.

7.5 Обосновывая незаконный или произвольный характер его задержания, автор утверждает, что пункты 16 и 17 принятого Комитетом замечания общего порядка № 35(2014) содержат не закрытый перечень возможных случаев произвольного или незаконного задержания, а открытый перечень. Он утверждает, что если бы конкретный случай содержания под стражей без законных оснований в результате совокупности приговоров, вынесенных на основании статьи 76 Уголовного кодекса, не был бы признан произвольным, то применение и эффективность этой статьи и принципаназначения наказания по совокупностиприговоров были бы оставлены на усмотрение судебных органов и сроков, которые они используют для разрешения вопроса об объединении приговоров; это противоречит принципам правовой определенности и законности по уголовным делам. Автор напоминает, что в пункте 20 принятого Комитетом замечания общего порядка № 35 (2014) четко указывается, что осужденные лица имеют право на корректирование срока наказания в соответствии с внутренним законодательством.

7.6 Автор утверждает, что произвольный арест или содержание под стражей с точки зрения получения компенсации в соответствии с пунктом 5 статьи 9 Пакта не исключает произвольное задержание, вызванное, в частности, чрезмерными задержками. Он подчеркивает, что пункт 5 статьи 9 подразумевает, что, если лицо было незаконно заключено в тюрьму, оно имеет право на возмещение ущерба, независимо от причины такого незаконного задержания. Он добавляет, что статья 14 Пакта и пункт 4 статьи 9 Пакта дополняют пункт 5 статьи 9 Пакта. Автор отмечает, что этот аргумент был прямо использован в Национальном высоком суде и что из предыдущего разбирательства явствует, что национальные суды затягивались, что означало, что с самого начала сохранялась та же линия аргументации.

Обсуждения в Комитете

Рассмотрение вопроса о приемлемости

8.1Перед для рассмотрения любой жалобы, содержащейся в сообщении, Комитет должен принять решение в соответствии с правилом 97 своих правил процедуры о том, является ли данное сообщение приемлемым в соответствии с Факультативным протоколом.

8.2Комитет отмечает, что в соответствии с пунктом 2 а) статьи 5 Факультативного протокола и оговоркой государства-участника к этому положению Комитет не может рассматривать вопрос, который рассматривается или уже рассматривался в соответствии с другой процедурой международного разбирательства или урегулирования. Комитет ссылается на свою правовую практику, согласно которой «один и тот же вопрос» по смыслу пункта 2 а) статьи 5 следует понимать как относящийся к одному и тому же автору, тем же фактам и тем же основным правам. Комитет отмечает, что обращение автора в Европейский суд по правам человека было основано на тех же фактах и касалось тех же материальных прав, что и те, которые были затронуты в настоящем сообщении. Поэтому Комитет должен определить, «рассматривал» ли Суд этот же вопрос по смыслу пункта 2 а) статьи 5 Факультативного протокола. В этой связи Комитет отмечает, что 16 июня 2016 года Европейский суд по правам человека объявил жалобу автора неприемлемой на том основании, что она не отвечает требованиям приемлемости, изложенным в статьях 34 и 35 Европейской конвенции о правах человека. Комитет ссылается на свою правовую практику, согласно которой в тех случаях, когда Европейский суд по правам человека основывает заявление о неприемлемости не только на процессуальных основаниях, но и на основаниях, указывающих на определенную степень рассмотрения дела по существу, каким бы ограниченным оно ни было, это дело будет «рассмотрено» в том значении, которое придается этому выражению в оговорках к статье 5, пункт 2 а), Факультативного протокола. В данном случае Комитет отмечает, что лаконичный характер решения Суда не позволяет ему с уверенностью определить, рассматривал ли Суд существо дела, хотя бы в ограниченном объеме. Таким образом, Комитет считает, что пункт 2 а) статьи 5 Факультативного протокола не наносит ущерба рассмотрению им настоящего сообщения.

8.3Комитет принимает к сведению аргумент государства-участника о том, что автор не исчерпал все имеющиеся внутренние средства правовой защиты, поскольку он не поднял в национальных судах вопрос о том, что его предполагаемое произвольное задержание было вызвано неоправданной задержкой и предполагаемым нарушением пункта 5 статьи 9 в совокупности со статьей 9, пункт 4, а также нарушением права на равенство перед законом, закрепленного в статье 26 Пакта. Комитет принимает к сведению довод автора о том, что на нарушение права на равенство перед законом ссылались в Национальном высоком суде и в ходатайстве о применении процедуры ампаров связи со статьей 14 Конституции Испании, в которой отражен этот принцип. Кроме того, Комитет отмечает, что утверждение автора о нарушении статьи 26 Пакта не обеспечивает необходимой детализации и не дает исчерпывающего объяснения в связи с предполагаемым нарушением права на равенство перед законом. Поэтому Комитет считает, что автор недостаточно обосновал свои утверждения о нарушениях статьи 26 Пакта и следовательно они являются неприемлемыми в соответствии со статьей 2 Факультативного протокола.

8.4 Комитет отмечает, что автор был лишен свободы до 16 января 2008 года во исполнение окончательных обвинительных приговоров, законность или соответствие которых соответствующим национальным или международным стандартам не ставится под сомнение. Вместе с тем Комитет отмечает, что государство-участник не ответило на вопрос о том, что автор ходатайствовал о возмещении ущерба за период времени, в течение которого он был лишен свободы, превышающий максимальный срок, установленный судебными органами в рамках процедуры назначения наказания по совокупностиприговоров. Для того чтобы определить ответственность государства-участника за отсутствие возмещения, необходимо приступить к анализу утверждения о незаконности семи месяцев, проведенных автором в тюрьме после вынесения последнего решения, определяющего назначение наказания по совокупностиприговоров, в пользу автора. В свете вышеизложенного Комитет считает, что утверждения автора, касающиеся незаконного характера содержания под стражей в течение последних семи месяцев, являются достаточно обоснованными, объявляет сообщение приемлемым в связи с утверждениями автора по пункту 5 статьи9 в совокупности с пунктами 1 и 4 статьи 9 Пакта и приступает к его рассмотрению по существу.

Рассмотрение дела по существу

9.1 Комитет рассмотрел настоящее сообщение в свете всей информации, представленной ему сторонами, как это предусмотрено в пункте 1 статьи 5 Факультативного протокола.

9.2Комитет принимает к сведению утверждение автора о том, что государство-участник нарушило его право, предусмотренное пунктом 5 статьи 9 Пакта, отказавшись предоставить ему возмещение ущерба, причиненного ему в результате семи месяцев, которые он провел в заключении сверх срока, установленного судебными органами. В этой связи автор ссылается на принятое Комитетом замечание общего порядка № 35 (2014), в котором предусматривается, что осужденные лица имеют право на корректирование срока наказания в соответствии с внутренним законодательством.

9.3 Поскольку в пункте 5 статьи 9 Пакта предусматривается эффективное право на возмещение ущерба для «всех, кто был незаконно арестован или заключен в тюрьму», Комитет должен определить, могут ли семь месяцев, в течение которых автор был лишен свободы, и возможный ущерб, который это могло причинить ему, квалифицироваться как незаконный арест или содержание под стражей по смыслу статьи 9, пункт 1, Пакта.

9.4Комитет отмечает, что, хотя его судебная практика сосредоточена на превентивном задержании и осуществлении процессуальных прав и гарантий вплоть до момента осуждения или вынесения судебного приговора, государства-участники обязаны обеспечивать защиту и поощрение соответствующих прав, закрепленных в Пакте, даже на стадии исполнения приговоров. В этой связи следует напомнить о том, что Комитет указал, что самовольное содержание заключенных сверх срока их наказания является произвольным и незаконным, равно как и самовольное продление других форм содержания под стражей. Комитет также счел, что термин «тюремное заключение» относится к лишению свободы, начиная с содержания под стражей и ареста до освобождения.

9.5 Комитет принимает к сведению аргументы государства-участника о том, что семь месяцев, в течение которых автор был лишен свободы, не следует рассматривать как произвольный арест или содержание под стражей, ссылаясь на принятое Комитетом замечание общего порядка № 35 (2014) и уточняя, что тот факт, что обвиняемый в ходе судебного разбирательства был наконец оправдан, недостаточен для того, чтобы признать любое предыдущее содержание под стражей незаконным. Кроме того, государство-участник утверждает, что неоправданная задержка, которая могла привести к такому задержанию, не охватывается статьей 9 Пакта, а лишь статьей14.

9.6Комитет неоднократно заявлял, что «понятие “произвольный” не следует отождествлять с понятием “противоречащий закону”, а следует толковать более широко, включая такие элементы, как неисправление нарушений и несправедливость». Комитет также уточнил, что понятие произвольности«следует толковать более широко, с тем чтобы оно включало элементы неуместности, несправедливости и непредсказуемости, а также принцип «надлежащей правовой процедуры». В этой связи Комитет разъясняет, что примеры, упомянутые в пунктах16 и 17 его замечания общего порядка № 35 (2014), представляют собой неисчерпывающий перечень того, что считается произвольным или незаконным задержанием в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Пакта, а примерный перечень, основанный на его замечаниях и доктрине на дату опубликования замечания общего порядка. При определении того, является ли задержание или арест произвольным, Комитет принимает во внимание соблюдение процессуальных гарантий, содержащихся в других статьях Пакта, таких как пункт 4 статьи 9, а также гарантий, закрепленных в статье 14 Пакта.

9.7Комитет напоминает, что власти должны как можно скорее принять решение о законности задержания, о чем говорится в пункте 4 статьи 9 Пакта. Как отмечалось выше:

Это право распространяется на любое задержание, которое происходит в результате официальных действий или на основании официального разрешения, включая задержание в связи с уголовным судопроизводством, содержание под стражей на военной службе, задержание по соображениям безопасности, содержание под стражей в контексте борьбы с терроризмом, недобровольную госпитализацию, содержание под стражей в контексте иммиграции, которые осуществляются с целью выдачи, и совершенно необоснованные задержания.

Лица, лишенные свободы, имеют право не только на апелляцию, но и на то, чтобы средство правовой защиты было решено и осуществлено безотлагательно и как можно скорее. Как определено в статье 76 Уголовного кодекса Испании, совокупность приговоров должна соответствовать этим принципам и избегать неоправданных задержек для обеспечения того, чтобы время, в течение которого лицо остается лишенным свободы, не продлевалось неоправданно или без необходимости.

9.8Тем не менее государство-участник утверждает, что в данном конкретном случае речь шла не о незаконном или произвольном задержании, а о применении пенитенциарной политики в отношенииназначения наказания по совокупностиприговоров, вынесенных в соответствии с законом на основе судебных решений, не носящих произвольного характера. Автор, со своей стороны, утверждает, что причиненный ущерб может быть отнесен не на счет какого-либо конкретного судебного органа, а на систему исполнения приговоров, которая может привести к неоправданным задержкам в таких ситуациях, как та, о которой идет речь. Комитет отмечает, что первая просьба автора о назначении наказания по совокупностиприговоров была подана 6 декабря 2004 года, т.е. через четыре года после его первого осуждения, более чем через два года после его первоначального тюремного заключения и примерно через шесть месяцев после его последнего обвинительного приговора, вынесенного Уголовным судом № 2 Витории-Гастейс 8 июня 2004 года. Процедура назначения наказания по совокупностиприговоров по статье 76 Уголовного кодекса была окончательно предоставлена автору 9 января 2008 года, т. е. через три с половиной года после подачи первоначального ходатайства, несмотря на решение Палаты по уголовным делам Верховного суда от 29 июня 2006 года. Право обвиняемого быть судимым без неоправданной задержки, предусмотренное в пункте3с) статьи 14 Пакта, направлено не только на то, чтобы не допустить слишком длительного пребывания лиц в неопределенности относительно их судьбы, и, если они содержатся под стражей в течение судебного разбирательства, обеспечить, чтобы такое лишение свободы не продолжалось дольше, чем это необходимо, в зависимости от обстоятельств дела, но и на обеспечение интересов правосудия. То, что является разумным, должно оцениваться с учетом обстоятельств каждого дела, принимая во внимание, прежде всего, его сложность дела, поведение обвиняемого и то, каким образом административные и судебные органы решают этот вопрос.

9.9 В данном случае средства правовой защиты для обеспечения гарантий, установленных в испанском законодательстве и инкорпорированных в институты государства-участника, включая представленность адвокатом, назначенного по своему выбору или предоставленного государством, и/или возможность для судебных органов или прокуратуры запрашивать назначение наказания по совокупностиприговоровexofficio, предусмотренное в статье 76 Уголовного кодекса,не позволили избежать необоснованного содержания автора под стражей в течение семи месяцев, что могло причинить ему вред, как это было подтверждено государством-участником и судебными органами.

9.10Комитет считает, что национальные суды должны рассматривать факты и доказательства или применение внутреннего законодательства в каждом конкретном случае, если только не будет доказано, что оценка доказательств или применение национального законодательства были явно произвольными или представляли собой явную ошибку или отказ в правосудии. В данном случае Комитет считает, что государство-участник не доказало, что продолжительность времени, отведенного для урегулирования процедуры объединения приговоров в соответствии со статьей 76 Уголовного кодекса, была разумной с учетом степени сложности дела и судебной практики, установленной Верховным судом в отношении назначения наказания по совокупностиприговоров. Государство-участник также не представило аргументов и не продемонстрировало, что оно обеспечило соблюдение всех процессуальных гарантий, с тем чтобы избежать такой задержки и содержания под стражей в течение семи месяцев, что могло бы быть результатом отсутствия предсказуемости для автора и различных судебных органов по вопросам правильного применения режима накопления приговоров и наказаний в виде лишения свободы. В этой связи следует напомнить о том, что принцип предсказуемости должен соблюдаться как при определении правонарушения, так и при назначении наказания, которое оно влечет за собой. Следует напомнить, что во всех случаях задержания бремя установления правовых оснований и разумности, необходимости и соразмерности задержания лежит на органах, ответственных за содержание под стражей. Государство-участник не доказало, что его действия в данном случае были эффективными с точки зрения предотвращения или недопущения задержек в разбирательстве по назначению наказания по совокупностиприговоров, которые привели к незаконному задержанию автора. Вместо этого автор старательно исчерпал имеющиеся средства правовой защиты для обеспечения того, чтобы продолжительность его наказания соответствовала внутреннему законодательству. Комитет считает, что в обстоятельствах данного дела семимесячный срок лишения свободы, о котором идет речь в настоящем сообщении, который автор отбывал с 17 июня 2007 года по 17 января 2008 года, был произвольным по смыслу пункта 1 статьи 9 Пакта и что государство-участник нарушило свое обязательство защищать право автора на свободу и личную неприкосновенность в соответствии со статьей 9 Пакта.

9.11В соответствии со своей соответствующей правовой практикой Комитет приходит к выводу о том, что представленные ему факты свидетельствуют о нарушении пункта 1 статьи 9 Пакта и что автор имеет право на возмещение в соответствии с пунктом 5 статьи 9 Пакта. Комитет напоминает, что пункт 5 статьи 9 Пакта обязывает государства-участники создать необходимую правовую основу для предоставления компенсации жертвам, с тем чтобы это право являлось правоприменимым правом, а не вопросом exgratia или дискреционного характера. Впункте 5 статьи 9 Пакта не уточняется точная форма процедуры, которая может включать средства правовой защиты против самого государства-участника или против конкретных государственных должностных лиц, ответственных за нарушение, при условии, что они являются эффективными. Он также не требует создания единой процедуры, обеспечивающей компенсацию за все формы незаконного задержания, алишь эффективной системы процедур, обеспечивающих компенсацию во всех случаях, охватываемых пунктом 5 статьи 9 Пакта.

9.12Комитет принимает к сведению неспособность заявителя получить возмещение в связи с его произвольным задержанием в соответствии со статьей 121 Конституции Испании, несмотря на исчерпание внутренних средств правовой защиты в этой связи, которое началось 30 апреля 2008 года и закончилось 4 ноября 2015 года, сиспользованием различных судебных и других процедур для получения возмещения, как это установлено в Органическом законе о судебной власти. Комитет напоминает, что четкая формулировка пункта 5 статьи 9 Пакта не допускает исключений из требования о выплате государствами-участниками компенсации за незаконное задержание или лишение свободы. В этой связи Комитет считает, что даже в данном случае, в котором государство-участник утверждает, что содержание под стражей было вызвано не судебной ошибкой или аномалией в отправлении правосудия, априменением пенитенциарной политики в отношении назначения наказания по совокупностиприговоров, вынесенных в соответствии с законом, что привело к вынесению непроизвольных судебных решений, в соответствии с пунктом 5 статьи 9 Пакта сохраняется обязательство защищать эффективное право на возмещение ущерба в связи с произвольным задержанием. Комитет отмечает, что с помощью различных процедур, имеющихся для возмещения ущерба в связи с произвольным или незаконным задержанием, не было проведено никакой оценки произвольного или незаконного характера семимесячного содержания под стражей, и анализ был ограничен строгим применением действовавшего на тот момент законодательства о возмещении ущерба. Комитет напоминает, что в случаях незаконного или произвольного ареста или лишения свободы компенсация жертве не должна подрывать независимость судебной системы, а должна укреплять подотчетность и доверие к судебной системе путем предоставления компенсации за причиненный ущерб.

10. Комитет, действуя в соответствии с пунктом 4 статьи 5 Факультативного протокола, считает, что представленные ему факты свидетельствуют о нарушении государством-участником прав автора по пункту 5 статьи 9 Пакта, рассматриваемого в совокупности с пунктами 1 и 4 статьи 9 Пакта.

11. Из в соответствии с пунктом 3 а) статьи 2 Пакта государство-участник обязано предоставить автору эффективное средство правовой защиты. Это означает, что оно должно обеспечить всеобъемлющее возмещение лицам, чьи права, признанные в Пакте, были нарушены. Таким образом, государство-участник обязано, в частности, принять необходимые меры для того, чтобы: а) предоставить автору адекватное возмещение за нарушение пункта 5 статьи 9 Пакта; b) предоставить автору доступ к механизму компенсации за чрезмерное лишение свободы, которому он был подвергнут; и с) принять все необходимые меры для предотвращения подобных нарушений в будущем, в том числе путем пересмотра своего национального законодательства, нормативных актов и практики, с тем чтобы позволить лицам, которые были незаконно или произвольно арестованы или лишены свободы, добиваться адекватной компенсации в соответствии с его обязательствами по Пакту.

12. Памятуя о том, что, присоединившись к Факультативному протоколу, государство-участник признало компетенцию Комитета выносить решения по факту наличия нарушений Пакта и что в соответствии со статьей 2 Пакта государство-участник обязано обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в Пакте, и предоставлять эффективные средства правовой защиты, Комитет хотел бы получить от государства-участника в течение 180 дней информацию о мерах, принятых во исполнение сформулированных Комитетом соображений. Государству-участнику также предлагается опубликовать настоящие Соображения и широко распространить их на официальных языках государства-участника.