Бенин: первоначальный доклад

CAT/C/21/Add.3

Индонезия: первоначальный доклад

CAT/C/47/Add.3

Израиль: третий периодический доклад

CAT/C/54/Add.1

Украина: четвертый периодический доклад

CAT/C/55/Add.1

Замбия: первоначальный доклад

CAT/C/47/Add.2

25.На рассмотрении Комитета на его двадцать восьмой сессии находились следующие доклады:

Дания: четвертый периодический доклад

CAT/C/55/Add.2

Люксембург: третий периодический доклад

CAT/C/34/Add.14

Норвегия: четвертый периодический доклад

CAT/C/55/Add.4

Российская Федерация: третий периодический доклад

CAT/C/34/Add.15

Саудовская Аравия: первоначальный доклад

CAT/C/42/Add.2

Швеция: четвертый периодический доклад

CAT/C/55/Add.3

Узбекистан: второй периодический доклад

CAT/C/53/Add.1

26.В соответствии с правилом 66 правил процедуры Комитета представителям всех государств, представивших доклады, было предложено присутствовать на заседаниях Комитета, на которых рассматривались их доклады. Все государства-участники, доклады которых рассматривались Комитетом, направили представителей для участия в рассмотрении их соответствующих докладов. Рассмотрение доклада о Саудовской Аравии, первоначально намеченное на двадцать седьмую сессию, было отложено по просьбе государства-участника, который не смог направить делегацию на эту сессию. Аналогичным образом рассмотрение доклада Венесуэлы, намеченное на двадцать восьмую сессию, было перенесено на двадцать девятую сессию по просьбе государства-участника, который не смог направить делегацию на двадцать восьмую сессию.

27.Согласно решению, принятому Комитетом на четвертой сессии, по каждому из рассмотренных докладов были назначены докладчики по стране и заместители докладчиков. Соответствующий список приводится в приложении VI к настоящему докладу.

28.В связи с рассмотрением докладов Комитет также имел в своем распоряжении следующие документы:

а)Общие руководящие принципы относительно формы и содержания первоначальных докладов, которые должны представляться государствами-участниками в соответствии со статьей 19 Конвенции (САТ/С/4/Rev.2);

b)Общие руководящие принципы относительно формы и содержания периодических докладов, которые должны представляться государствами-участниками в соответствии со статьей 19 Конвенции (САТ/С/14/Rev.1).

29.В соответствии с решением, принятым Комитетом на его одиннадцатой сессии**, в последующих разделах, посвященных конкретным странам и размещенных в том порядке, в котором Комитет рассматривал их доклады, содержатся ссылки на доклады, представленные государствами-участниками, и на краткие отчеты о заседаниях Комитета, на которых эти доклады рассматривались, а также текст выводов и рекомендаций, принятых Комитетом в отношении докладов государств-участников, рассмотренных на его двадцать седьмой и двадцать восьмой сессиях.

Бенин

30.Комитет рассмотрел первоначальный доклад Бенина (CAT/C/21/Add.3) на своих 489‑м и 492-м заседаниях 15 и 16 ноября 2001 года (CAT/C/SR.489 и 492) и принял следующие выводы и рекомендации.

A. Введение

31.Комитет с удовлетворением принимает к сведению первоначальный доклад Бенина, отмечая, что этот доклад, который должен был быть представлен 10 апреля 1993 года, поступил с задержкой в семь лет. Структура доклада соответствует руководящим принципам подготовки государствами-участниками своих первоначальных докладов. Тем не менее Комитет отмечает, что доклад не содержит конкретных примеров осуществления Конвенции. Вместе с тем, учитывая пояснения руководителя делегации, Комитет отмечает, что доклад охватывает только так называемую "революционную" эпоху и короткий период после провозглашения Конституции 1990 года, что не позволяет Комитету оценить современное положение в области осуществления Конвенции.

32.Комитет с удовлетворением отмечает информацию, препровожденную делегацией Бенина, а также состоявшийся откровенный, открытый и конструктивный диалог.

B. Позитивные аспекты

33.Комитет с удовлетворением отмечает следующие элементы:

а)статус международных договоров, ратифицированных Бенином, которые в соответствии с Конституцией имеют преимущественную силу над внутренним законодательством;

b)безусловное запрещение применения пыток, предусмотренное статьей 18 Конституции;

c)ратификацию государством-участником ряда международных договоров, касающихся защиты прав человека. Комитет, в частности, отмечает подписание 24 сентября 1999 года Римского статута, предусматривающего учреждение Международного уголовного суда;

d)стремление государства-участника загладить последствия массовых нарушений прав человека, которые имели место во время так называемого "революционного" периода, и обеспечить их более эффективную защиту путем принятия законодательных и нормативных положений;

e)статью 558 Уголовно-процессуального кодекса, которая, как представляется, соответствует положениям статьи 5.2 Конвенции об универсальной юрисдикции;

f)создание в соответствии с указом № 97-30 от 29 января 1997 года Бенинской комиссии по правам человека и департамента по правам человека в министерстве по делам юстиции и законодательства;

g)выплату компенсации некоторым лицам, ставшим жертвами пыток во время так называемого "революционного" периода, в соответствии с рекомендациями Межминистерской комиссии, созданной указом № 91-95 от 27 мая 1991 года;

h)улучшение условий содержания в тюрьмах и, в частности, ведущееся строительство нового пенитенциарного центра на 1 000 мест.

C. Проблемы, вызывающие озабоченность

34.Комитет испытывает озабоченность в связи со следующими фактами:

а)отсутствие определения пыток, которое строго соответствовало бы статье 1 Конвенции, и конкретных видов наказания за преступления, связанные с применением пыток, что приводит к возникновению пробела, не позволяющего обеспечить применение в полной мере положений Конвенции;

b)явное недоверие, испытываемое гражданами к работе судебных органов, и обусловленное этим большое количество случаев наказания преступников без суда;

с)перенаселенность и неудовлетворительный уровень материального обеспечения исправительных учреждений, в частности отсутствие санитарно-гигиенического оборудования, надлежащего питания и соответствующего медицинского обслуживания, несмотря на усилия, предпринимаемые государством-участником, и помощь, предоставляемую неправительственными организациями;

d)уделение недостаточного внимания вопросам прав человека, в частности запрещению пыток, в программах профессиональной подготовки гражданских и военных сотрудников правоприменительных органов, а также медицинского персонала, несмотря на позитивные усилия, предпринимаемые Бенинской комиссией по правам человека и Лигой защиты прав человека;

e)возможность продления в исключительных случаях срока содержания под стражей до восьми суток в соответствии со статьей 18 Конституции;

f)наличие в законодательстве Бенина правовых положений (статьи 327 и 328 Уголовного кодекса), освобождающих от ответственности любых лиц, виновных в правонарушениях или преступлениях, в тех случаях, когда эти деяния были совершены в соответствии с требованиями закона или по приказу законных органов власти, или исходя из необходимости законной обороны; эти положения противоречат статье 2.2 Конвенции в том, что касается пыток;

g)отсутствие практических программ медицинской и психологической реабилитации жертв пыток;

h)возможность содержания задержанных лиц в режиме строгой изоляции в течение трех месяцев;

i)риск того, что утвержденный до принятия Конвенции против пыток закон об амнистии может привести к возникновению ситуации безнаказанности.

D. Рекомендации

35.Комитет выносит следующие рекомендации:

a)государству-участнику в целях практического выполнения своих обязательств по Конвенции следует принять определение пыток, которое строго соответствовало бы определению, приведенному в первой статье Конвенции, и предусмотреть соответствующие наказания;

b)необходимо принять меры по регламентации права жертв пыток на получение справедливой и адекватной компенсации за счет государства и по разработке программ их физической и психологической реабилитации;

c)государству-участнику следует принять необходимые законодательные меры в целях приведения положений Уголовного кодекса в соответствие со статьей 2 Конвенции;

d)государству-участнику следует активизировать свою деятельность по ознакомлению сотрудников правоприменительных органов и медицинского персонала с правами человека и мерами по их поощрению, в частности, в том что касается запрещения пыток;

e)государству-участнику следует принять меры по искоренению практики наказания преступников без суда;

f)Комитет напоминает государству-участнику о его обязательстве проводить незамедлительное и беспристрастное расследование и привлекать к судебной ответственности лиц, которых подозревают в нарушении прав человека и, в частности, в применении пыток;

h)Комитет призывает государство-участник сделать заявления, предусмотренные в статьях 21 и 22 Конвенции;

i)государству-участнику следует обеспечить широкое распространение заключительных замечаний Комитета в отношении Бенина;

j)государству-участнику следует направить свой второй периодический доклад, который должен был быть представлен в апреле 1997 года, в ближайшие, по возможности, сроки в целях соблюдения периодичности, предусмотренной в статье 19 Конвенции.

Индонезия

36. Комитет рассмотрел первоначальный доклад Индонезии ( CAT / C /47/ Add .3) на своих 492-м и 495-м заседаниях, состоявшихся 16 и 19 ноября 2001 года ( CAT / C / SR .492 и 495), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

A.Введение

37. Комитет приветствует первоначальный доклад Индонезии, хотя и отмечает, что этот доклад, подлежавший представлению в ноябре 1999 года, был представлен более чем с годичной задержкой. Он отмечает, что в докладе в основном освещаются законодательные положения и не содержится достаточно подробной информации об осуществлении Конвенции против пыток на практике. Вместе с тем Комитет желает выразить свое удовлетворение усилиями, приложенными государством-участником к тому, чтобы представить дополнительную информацию в процессе конструктивного диалога с Комитетом.

38. Комитет приветствует данное государством-участником разъяснение, в котором было подтверждено, что оно признает компетенцию Комитета по статье 20 Конвенции.

39. Комитет отмечает, что Индонезия не сделала заявлений, предусмотренных в статьях 21 и 22 Конвенции.

B.Позитивные аспекты

40. Комитет отмечает следующие позитивные аспекты:

а) усилия, предпринимаемые государством-участником в целях реформирования правовой системы и пересмотра его конституции и законодательства для обеспечения гарантий универсальных прав человека, включая право не подвергаться пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания;

b) принятие Закона № 26/2000 о создании судов по правам человека, обладающих юрисдикцией в отношении грубых нарушений прав человека, включая пытки, и данные государством заверения в том, что суды по правам человека начнут функционировать к началу декабря 2001 года;

с) изложенные представителями государства-участника планы скорейшего завершения разработки нового закона о создании Комиссии по восстановлению правды и примирению для рассмотрения случаев нарушения прав человека, имевших место в прошлом, которые оказали серьезное влияние на жизнь нации  - закона о защите жертв и свидетелей;

d) официальное отделение полиции от армии в 1999 году как исключительно важный аспект усилий по обеспечению независимости гражданской власти, ответственной за поддержание правопорядка;

e) признание государством того факта, что искоренение пыток связано с преодолением культа насилия в обществе, особенно в армии (ТНИ) и в рядах полиции (особенно Мобильной полиции - "Бримоб"), и заверения в том, что усилия по продолжению работы над достижением этой цели являются одним из основных приоритетов правительства;

f) признание экстренной необходимости введения централизованного регистра лиц, содержащихся под стражей, для всей страны, и заверения в том, что вопрос о создании такой системы в настоящее время находится на рассмотрении;

g) проявленный государством-участником интерес к возможности налаживания сотрудничества правительства с национальными НПО в деле осуществления контроля над тюрьмами и местами содержания под стражей;

h)заявление представителя государства-участника о возможном посещении страны в предстоящем году Специальным докладчиком по вопросу о независимости судей и адвокатов.

С. Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

41.Комитет сознает сложность положения, в котором находится государство-участник в связи с вооруженными конфликтами, развязанными сепаратистами в ряде районов на территории государства-участника, а также с учетом факторов, обусловленных географическими особенностями индонезийского архипелага. Кроме того, Комитет признает также трудности, сопутствующие политическому преобразованию, переживаемому государством-участником в процессе перехода к демократической системе правления.

D . Проблемы, вызывающие озабоченность

42.Комитет испытывает озабоченность в отношении:

а)большого числа заявлений об актах пыток и жестокого обращения, совершаемых служащими сил полиции (особенно подразделений мобильной полиции ("Бримоб")), армии (ТНИ) и военизированных групп, которые, как сообщается, имеют связи с властями, в особенности в зонах вооруженных конфликтов (Ачех, Папуа, Малуку и т.д.);

b)заявлений о чрезмерном применении силы против демонстрантов или для целей проведения расследования;

с)заявлений о том, что военизированные группы, которые, согласно сообщениям, практикуют пытки и жестокое обращение в Индонезии, поддерживаются вооруженными силами, а в ряде случаев, как сообщается, совершают эти акты при участии военнослужащих;

d)многочисленных сообщений о нападениях на защитников прав человека, которые в некоторых случаях приводят к их смерти;

е)заявлений о том, что нарушения прав человека, имеющие отношение к Конвенции, иногда совершаются военнослужащими, нанятыми иностранными компаниями в Индонезии для защиты их территорий и предотвращения трудовых конфликтов;

f)заявлений об отсутствии надлежащей защиты от изнасилования и других форм сексуального насилия, которые, согласно заявлениям, довольно часто применяются в качестве разновидности пытки и жестокого обращения;

g)большого числа людей, которые, согласно заявлениям, страдают от последствий применения пыток или других форм жестокого обращения.

43.Комитет выражает также озабоченность в отношении следующего:

а)атмосферы безнаказанности, отчасти усугубляемой отсутствием реального прогресса в деле привлечения к судебной ответственности военнослужащих, сотрудников полиции или других государственных служащих, в особенности из числа высокопоставленных должностных лиц, которые обвиняются в планировании, организации или осуществлении актов пыток и жестокого обращения;

b)того, что государство-участник не всегда обеспечивает проведение быстрых, беспристрастных и полных расследований по многочисленным заявлениям о применении пыток, о которых сообщается властям, а также преследование лиц, предположительно виновных в их совершении, как того требуют статьи 12 и 13 Конвенции;

с)недостаточного уровня гарантий независимости и беспристрастности Национальной комиссии по правам человека (Komnas-HAM), что не позволяет ей выполнять ее мандат, который включает, в частности, исключительную ответственность согласно закону 2000/26 за проведение предварительных расследований в отношении грубых нарушений прав человека, включая пытки, до передачи этих дел Генеральному прокурору для возбуждения судебного преследования. Поскольку правом вынесения решения относительно возбуждения преследования обладает лишь Генеральный прокурор, Комитет озабочен также тем, что не все отчеты Komnas-HAM о предварительных расследованиях предаются гласности и что Komnas-HAM не имеет права оспорить решение Генерального прокурора о невозбуждении преследования.

44.Кроме того, Комитет выражает озабоченность в отношении следующего:

а)того, что уголовное законодательство страны не дает надлежащего определения преступления пытки сообразно со статьей 1 Конвенции, в результате чего уголовный кодекс государства-участника не предусматривает соответствующих наказаний за применение пытки, как того требует пункт 2 статьи 4 Конвенции. В этом контексте Комитет отмечает, что определение пытки в Законе 2000/26 не в полной мере соответствует положениям статьи 1 Конвенции;

b)географической и хронологической ограниченности мандата Специального суда по правам человека для Восточного Тимора;

с)неадекватности мер для обеспечения того, чтобы вторая поправка к Конституции 1945 года, касающаяся права не подвергаться преследованию в ретроактивном порядке, не применялась к таким деяниям, как пытка и преступления против человечности, которые уже признаны преступлениями согласно нормам международного права;

d)отсутствия надлежащей защиты свидетелей и жертв пыток, которые могут подвергаться запугиваниям и злоупотреблениям со стороны должностных лиц;

е)продолжительности и условий содержания под стражей в полиции и отсутствия надлежащих гарантий прав лиц, лишенных свободы, включая права на уведомление близких родственников или третьей стороны и на получение доступа к медицинской помощи и к свободно выбранному защитнику;

f)того факта, что, несмотря на официальное разделение полиции и армии, последняя по‑прежнему играет центральную роль в вопросах обеспечения внутренней безопасности и фигурирует в заявлениях о применении пыток и грубого обращения. Комитет испытывает озабоченность по поводу отсутствия принципа хабеас корпус для военных;

g)недостаточности юридической защиты, которая гарантировала бы, как это предусмотрено в статье 3 Конвенции, что ни одно лицо не может быть выслано, возвращено или выдано другому государству, где ему/ей может угрожать применение пыток;

h)отсутствия должного ответа на сообщения, направленные Специальным докладчиком по вопросу о пытках, а также того факта, что ему не было предложено посетить государство-участник, несмотря на запросы, направленные еще в 1993 году;

i)отсутствия надлежащего сотрудничества с подразделением, занимающимся серьезными преступлениями, Временной администрации Организации Объединенных Наций в Восточном Тиморе (ВАООНВТ);

j)отсутствия статистических данных и другой информации о применении пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания в разбивке по полу, этническим группам, географическим регионам, а также типам и местам содержания под стражей.

Е.Рекомендации

45.Комитет рекомендует государству-участнику:

а)внести поправки в уголовное законодательство, с тем чтобы пытки и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения и наказания рассматривались как преступления, строго запрещенные уголовным законодательством, в полном соответствии с определением, содержащимся в статье 1 Конвенции. Следует принять адекватные меры наказания, соответствующие серьезности этого преступления;

b)создать эффективную, надежную и независимую систему подачи и рассмотрения жалоб для проведения быстрых, беспристрастных и эффективных расследований по заявлениям о применении жестокого обращения и пыток сотрудниками полиции и другими должностными лицами, а также, при наличии соответствующих заключений, для преследования и наказания виновных, включая высокопоставленных должностных лиц;

с)обеспечить, чтобы все лица, включая высокопоставленных должностных лиц, которые поддерживали, планировали, поощряли, финансировали военизированные операции с применением пыток или участвовали в таких операциях, были подвернуты преследованию;

d)принять незамедлительные меры для укрепления независимости, объективности, эффективности и публичной отчетности Национальной комиссии по правам человека (Komnas-HAM) и обеспечить своевременное опубликование ее отчетов, представляемых Генеральному прокурору;

е)обеспечить, чтобы предлагаемый специальный суд по правам человека для Восточного Тимора имел возможность рассматривать многочисленные нарушения прав человека, которые, согласно заявлениям, имели место в этом районе в период с 1 января по 25 октября 1999 года;

f)обеспечить, чтобы право человека не подвергаться преследованию в ретроактивном порядке толковалось в соответствии с нормами международного права, т.е. чтобы такие преступления по международному праву, как пытки и преступления против человечности, совершенные в прошлом, подлежали преследованию в индонезийских судах;

g)продолжить работу по реформированию полиции в целях укрепления независимости полиции от армии - как независимой гражданской правоприменительной структуры;

h)сократить продолжительность предварительного заключения, обеспечить надлежащую защиту свидетелей и жертв пыток и исключить возможность использования в ходе любого судебного разбирательства любых заявлений, сделанных под пыткой, за исключением заявлений против лиц, применявших пытки;

i)обеспечить, чтобы ни одно лицо не могло быть выслано, возвращено или выдано другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что этому лицу может угрожать там применение пыток, в соответствии со статьей 3;

j)защитить защитников прав человека от преследований, угроз и других посягательств;

k)усилить обучение в вопросах прав человека для обеспечения наличия руководящих принципов и подготовки по вопросам, касающимся, в частности, запрещения пыток, для сотрудников правоприменительных органов, судей и медицинского персонала;

l)предложить Специальному докладчику по вопросу о пытках посетить его территории, включая зоны конфликтов;

m)в полной мере сотрудничать с ВАООНВТ, в частности посредством оказания содействия в проведении расследований в соответствии с Меморандумом о договоренности, подписанным в апреле 2000 года, включая предоставление членам подразделения, занимающегося серьезными преступлениями, полного доступа к соответствующим досье, санкционирования посещений Индонезии и Восточного Тимора и передачи подозреваемых для проведения судебных разбирательств в Восточном Тиморе;

n)предпринять безотлагательные меры в контексте настоятельной необходимости реабилитации в стране большого числа жертв пыток и жестокого обращения;

о)сделать заявления, предусмотренные в статьях 21 и 22 Конвенции;

p)включить в его следующий периодический доклад статистические данные о применении пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, в частности, в разбивке по полу, этническим группам, географическим регионам, а также типам и местам содержания под стражей. Кроме того, следует представить информацию о жалобах и делах, рассмотренных национальными судами, включая результаты проведенных расследований и последствия для жертв в плане возмещения ущерба и предоставления компенсации;

q)обеспечить широкое распространение в стране замечаний и рекомендаций Комитета на всех соответствующих языках.

Комментарии правительства Индонезии

46.Комитет рассмотрел вербальную ноту Постоянного представительства Индонезии при Отделении Организации Объединенных Наций в Женеве от 7 декабря 2001 года, содержащую комментарии и дополнительные сведения по поводу принятых Комитетом выводов и рекомендаций. Комитет благодарит правительство Индонезии за эту ноту и приветствует осуществляющиеся в настоящее время в Индонезии многочисленные глубокие реформы правового и институционального характера. Содержание вербальной ноты будет воспроизведено в документе CAT/C/GC/2001/1.

Израиль

47.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Израиля (CAT/C/54/Add.1) на своих 495‑м и 498‑м заседаниях 20 и 21 ноября 2001 года (CAT/C/SR.495 и 498) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

A.Введение

48.Комитет приветствует первый периодический доклад Израиля, подлежавший представлению 1 ноября 2000 года и полученный 15 марта 2001 года. Доклад полностью соответствует руководящим принципам Комитета в отношении подготовки периодических докладов государств‑участников.

49.Комитет выражает государству‑участнику признательность за своевременное представление периодических докладов и приветствует продолжение конструктивного диалога с Израилем.

B . Позитивные аспекты

50.Комитет с удовлетворением принимает к сведению следующие факты:

a)принятие в сентябре 1999 года решения Верховного суда по делу Общественный комитет по борьбе с пытками в Израиле против государства Израиль, в котором отмечалось, что применение Агентством безопасности Израиля (АБИ) некоторых методов дознаний, включая использование "умеренного физического давления", носит незаконный характер, поскольку нарушает принцип конституционной защиты права индивида на уважение достоинства;

b)принятие руководством АБИ директивы, в котором всему персоналу этого учреждения предписывается неукоснительно соблюдать соответствующее решение Верховного суда в ходе любых проводимых расследований;

c)решение израильского правительства не выступать с законодательной инициативой, санкционирующей применение физических средств воздействия в ходе проводимых полицией или АБИ расследований;

d)принятое в апреле 2000 года решение Верховного суда Израиля о недопустимости длительного содержания под стражей в Израиле ливанских граждан, не представляющих угрозы для безопасности страны, и последующее освобождение многих задержанных из числа ливанских граждан;

e)регулярные взносы Израиля в Добровольный фонд Организации Объединенных Наций для жертв пыток;

f)оперативное проведение судебного пересмотра по делам содержащихся под стражей лиц после представления ими соответствующего ходатайства в Верховный суд;

g)принятие в 1994 году решения о передаче министерству юстиции функций по рассмотрению жалоб на сотрудников АБИ;

h)создание судебной комиссии с целью расследования событий в октябре 2000 года, в результате которых погибло 14 человек.

C . Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

51.Комитет в полной мере осознает сложную ситуацию, с которой сталкивается Израиль в связи с волнениями, особенно на оккупированных территориях, и понимает его опасения, связанные с обеспечением безопасности страны. Признавая право Израиля на защиту своих граждан от насилия, Комитет вместе с тем вновь повторяет, что никакие исключительные обстоятельства не могут служить оправданием для применения пыток (пункт 2 статьи 2 Конвенции).

D . Проблемы, вызывающие озабоченность

52.Комитет выражает свою озабоченность по поводу следующего:

a)признавая важность решения Верховного суда, принятого в сентябре 1999 года, Комитет с сожалением отмечает следующие его недостатки:

i)в этом постановлении отсутствует положение, однозначно запрещающее применение пыток;

ii)Верховный суд запрещает лишение заключенного сна для целей оказания на него давления, однако отмечает, что эта мера не считается незаконной, если ее применение носит в ходе допроса спорадический характер. На практике в случаях продолжительных допросов представляется невозможным провести различия между спорадическим или систематическим применением данной меры;

iii)Верховный суд указал, что следователи АБИ, применяющие физическое воздействие в чрезвычайных обстоятельствах ("дела о бомбах замедленного действия"), могут не подлежать уголовной ответственности, поскольку у них есть возможность сослаться в свою защиту на принцип "неотложности".

b)несмотря на проведенный Израилем аргумент, согласно которому все акты пыток, определяемые в статье 1 Конвенции, являются уголовными преступлениями в соответствии с израильским законодательством, Комитет вновь заявляет о своей неудовлетворенности и вновь с озабоченностью ссылается на свое замечание о том, что в национальное законодательство Израиля все еще не было включено предусмотренное в Конвенции определение пытки;

c)продолжают поступать заявления о применении сотрудниками АБИ к задержанным палестинцам методов дознания, запрещенных в соответствии с принятым в сентябре 1999 года решением Верховного суда;

d)поступают сообщения о применении пыток и жестокого обращения к несовершеннолетним палестинцам, в частности, к палестинцам, содержащимся под стражей в полицейском участке Гуш‑Эцион. Кроме того, Комитет выражает обеспокоенность по поводу различной трактовки понятия "ребенок" в Израиле и на оккупированных территориях. Хотя в соответствии с израильскими законами совершеннолетним считается лицо по достижении им 18 лет, согласно военному приказу № 132 совершеннолетним считается лицо в возрасте до 16 лет. (В Израиле, включая оккупированные территории, несовершеннолетние лица в возрасте до 12 лет не подлежат уголовной ответственности);

е)отмечая существенное сокращение за период с момента рассмотрения предыдущего доклада числа лиц, содержащихся под стражей в режиме административного задержания, Комитет вместе с тем по‑прежнему с обеспокоенностью отмечает, что режим административного задержания не соответствует положениям статьи 16 Конвенции;

f)Комитет выражает серьезную обеспокоенность по поводу продолжающегося применения, даже по отношению к детям, режима содержания под стражей без права переписки и сообщения;

g)несмотря на полученные Комитетом многочисленные заявления о применении сотрудниками правоохранительных органов пыток и жестокого обращения в отношении предполагаемых виновных, было возбуждено крайне незначительное количество судебных дел;

h)принимая к сведению тот факт, что согласно сообщению делегации любые заявления о применении к задержанным физического насилия неизменно рассматриваются и расследуются в качестве уголовного преступления, Комитет тем не менее с обеспокоенностью отмечает, что Отдел расследования нарушений сотрудников полиции (ОРНП) может принять решение, в соответствии с которым тот или иной сотрудник полиции или АБИ взамен возбуждения в отношении него уголовного дела может быть подвергнут только дисциплинарному наказанию. Эта процедура может свидетельствовать о нарушении пункта 1 статьи 7 Конвенции;

i)в некоторых случаях применяемые Израилем меры по установлению блокады могут быть равносильны жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению и наказанию (статья 16 Конвенции);

j)в некоторых случаях применяемые Израилем меры по сносу домов могут быть равносильны жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению и наказанию (статья 16 Конвенции);

k)Комитет выражает обеспокоенность по поводу судебной практики, предусматривающей принятие показаний, вытекающих из применения недопустимых методов получения признания;

l)кроме того, Комитет выражает обеспокоенность в связи с доводимыми до его сведения случаями "внесудебных убийств".

Е.Рекомендации

53.Комитет формулирует следующие рекомендации:

а)положения Конвенции должны быть включены законодательной властью во внутригосударственную правовую систему Израиля; в частности, следует принять законодательный акт, определяющий преступление в форме применения пыток в соответствии со статьей 1 Конвенции;

b)необходимо пересмотреть практику административных задержаний на оккупированных территориях в целях приведения ее в соответствие со статьей 16 Конвенции;

с)государству-участнику следует пересмотреть свои законы и практику в целях обеспечения того, чтобы все без исключения задержанные незамедлительно доставлялись к судье и получали оперативный доступ к адвокату;

d)государству-участнику следует обеспечить, чтобы сотрудники полиции или АБИ ни при каких обстоятельствах не применяли запрещенные Конвенцией методы дознания;

е)с учетом многочисленных заявлений о применении сотрудниками правоохранительных органов пыток и других видов жестокого обращения государству-участнику следует принять все необходимые и эффективные меры с целью пресечения преступления в форме применения пыток и других видов жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания и ввести в действие в этой связи эффективные механизмы по рассмотрению жалоб, проведению следственных действий и судебному разбирательству;

f)всем жертвам пыток и жестокого обращения необходимо обеспечить эффективный доступ к надлежащим механизмам реабилитации и возмещения;

g)государству-участнику следует воздерживаться от мер по установлению блокады и сносу домов в тех случаях, когда они представляют собой нарушение статьи 16 Конвенции;

h)государству-участнику следует активизировать просветительскую и учебную деятельность по пропаганде прав человека, в частности, применительно к содержанию Конвенции, среди сотрудников АБИ, военнослужащих сил обороны Израиля, сотрудников полиции и медицинского персонала;

i)из национального законодательства необходимо изъять норму о неотложности в качестве возможного оправдания преступления в форме пыток;

j)необходимо принять надлежащие законодательные меры с целью запрещения не только признаний, получаемых с применением пыток, но и любых показаний, вытекающих из таких признаний;

k)Израилю следует рассмотреть вопрос о снятии своей оговорки к статье 20 и сделать заявление в пользу статей 21 и 22.

Украина

54.Комитет рассмотрел четвертый периодический доклад Украины (CAT/C/55/Add.1) на своих 488, 491 и 499-м заседаниях (CAT/C/SR.488, 491 и 499) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

55.Комитет приветствует пунктуальность представления четвертого периодического доклада Украины. Наряду с этим он отмечает, что доклад не в полной мере соответствует руководящим принципам Комитета, касающимся подготовки периодических докладов. Комитет отмечает также, что в докладе в основном освещаются законодательные положения и не содержится достаточно подробной информации по некоторым статьям Конвенции, а также о последующих мерах, принятых в связи с рекомендациями, которые он сформулировал по итогам рассмотрения третьего периодического доклада. Вместе с тем Комитет хотел бы выразить свое удовлетворение обстоятельными и содержательными устными ответами, данными делегацией государства-участника в ходе рассмотрения доклада.

В. Позитивные аспекты

56.Комитет с удовлетворением отмечает:

а)усилия, предпринимаемые государством-участником в целях реформирования его законодательства, включая принятие нового Уголовного кодекса, который содержит статью, квалифицирующую пытку как отдельное преступление, создание нового Конституционного суда, принятие нового законодательства, касающегося защиты прав человека, и принятие нового Закона об иммиграции;

b)тот факт, что, хотя Украина и не является участником ни Конвенции о статусе беженцев 1951 года, ни Протокола к ней 1967 года, в июне 2001 года ею был принят новый Закон о беженцах, в котором используется, в частности, содержащееся в этой Конвенции определение понятия "беженец". Комитет приветствует также принятие в январе 2001 года нового Закона о гражданстве, который позволяет ранее депортированным лицам возвратиться на Украину и получить украинское гражданство;

с)исключение из Закона о государственной тайне преступлений, связанных с нарушениями прав человека;

d)отмену смертной казни;

е)фигурирующее в докладе сообщение о том, что законом от 5 ноября 1998 года Украина признала компетенцию Комитета в соответствии со статьями 21 и 22 Конвенции на ее территории;

f)создание института Уполномоченного по правам человека (омбудсмена), призванного заниматься вопросами защиты прав человека на Украине, и тот факт, что омбудсмен может посещать все места содержания лиц под стражей и имеет полный доступ к этим местам;

g)данные главой делегации заверения в том, что доклады о трех визитах представителей Европейского комитета против пыток (ЕКПП), состоявшихся в 1998, 1999 и 2000 годах, будут преданы гласности.

С. Проблемы, вызывающие озабоченность

57.Комитет выражает свою озабоченность в отношении следующего:

а)многочисленных сообщений, свидетельствующих о содержащемся регулярном применении пыток в государстве-участнике, а также того, что, по данным Уполномоченного по правам человека, жертвами пыток являются 30% заключенных;

b)принудительной депортации четырех узбекских граждан – членов узбекской оппозиции, которым грозила серьезная опасность применения пыток и в отношении которых Специальный докладчик Организации Объединенных Наций по вопросу о пытках направил призыв к незамедлительным действиям;

c)того, что в составе недавно сформированных координационных комитетов по борьбе с преступностью наряду с судьями имеются представители министерства внутренних дел, что противоречит принципу разделения властей и может отразиться на независимости судебной власти;

d)многочисленных случаев осуждения на основе признаний, а также критерия поощрения следователей, который, как утверждается, включает фактор количества раскрытых преступлений, что может стимулировать применение пыток и жестокого обращения к задержанным или подозреваемым лицам с целью принуждения их к "признанию";

e)непринятия властями соответствующих мер в целях проведения оперативных, беспристрастных и исчерпывающих расследований по фактам утверждений о совершении подобных деяний и в целях судебного преследования и наказания виновных;

f)полученной Комитетом информации о том, что родственники и адвокаты информируются о задержании лишь после того, как арестованный переводится из отделения милиции в следственный изолятор, на что обычно уходит не менее двух недель. Комитет озабочен также отсутствием четких нормативных положений о том, с какого момента задержанный может осуществить свое право на доступ к адвокату, на медицинское освидетельствование и на информирование членов семьи о его задержании;

g)срока предварительного заключения, которое, согласно закону, может продолжаться до 18 месяцев, но на практике может затягиваться до трех лет, продолжительности административного задержания сроком до 15 суток и задержания "за бродяжничество" на срок до 30 суток;

h)применения длительных сроков тюремного заключения за ненасильственное распространение идей и информации;

i)сообщений о случаях угроз и преследования, включая жестокое обращение, жертвами которых являются независимые журналисты и другие лица, заявляющие о злоупотреблениях должностных лиц;

j)переполненности тюрем и следственных изоляторов и отсутствия в них надлежащего доступа к основным санитарно-гигиеническим объектам и адекватной медицинской помощи, а также широкой распространенности туберкулеза;

k)отсутствия у сотрудников милиции и тюремного персонала надлежащей подготовки по вопросам, касающимся их обязанностей по закону, и в отношении прав лиц, содержащихся под стражей;

l)того, что, несмотря на некоторый достигнутый прогресс, в вооруженных силах по‑прежнему сохраняется практика издевательства над новобранцами (дедовщина).

D . Рекомендации

58.Комитет рекомендует государству-участнику:

а)в свете продолжающих поступать сообщений о сохраняющемся регулярном применении пыток принять эффективные меры для предотвращения актов пыток и жестокого обращения на его территории;

b)сдать на хранение Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций заявление о признании компетенции Комитета по статьям 21 и 22 Конвенции и снять оговорку в отношении статьи 20;

c)обеспечить строгое соблюдение компетентными органами государства-участника принципа неприменения принудительного возвращения в соответствии со статьей 3 Конвенции;

d)установить юрисдикцию государства-участника в отношении преступлений, состоящих в применении пыток, даже в том случае, когда преступник не является гражданином государства-участника, но находится на любой территории под его юрисдикцией, и в том случае, если оно не обладает соответствующей юрисдикцией, обеспечить выдачу им преступника;

e)упорядочить нечеткие и порой противоречивые положения относительно того, с какого момента задержанный имеет право на помощь адвоката, и обеспечить, чтобы это право могло осуществляться с момента ареста;

f)обеспечить наличие официального запрета проводить допросы задержанных в отсутствие свободно выбранного защитника;

g)принять надлежащие меры для обеспечения независимости судей и адвокатов и объективности прокуроров при выполнении их обязанностей в соответствии с международными нормами;

h)обеспечить на практике абсолютное уважение принципа недопустимости признания, полученного под пыткой;

i)предпринять эффективные шаги для создания полностью независимого механизма подачи и рассмотрения жалоб для обеспечения возможностей проведения оперативных, независимых и полных расследований по фактам утверждений о применении пыток, включая многочисленные детальные утверждения, поступающие из различных национальных и международных неправительственных организаций;

j)принять эффективные меры для улучшения условий содержания в тюрьмах и следственных изоляторах, включая их площадь, различное оборудование и санитарное состояние, и создать систему инспектирования тюрем и центров содержания под стражей независимыми инспекторами, чьи заключения должны предаваться гласности;

k)сократить нынешний 72-часовой период задержания, в течение которого задержанные могут содержаться в одиночных камерах перед тем, как предстать перед судьей;

l)ускорить процесс подготовки сотрудников правоохранительных органов и медицинского персонала в вопросах, касающихся их полномочий и обязанностей в отношении лиц, лишенных свободы;

m)принять эффективные меры для предотвращения и наказания торговли женщинами и других форм насилия в отношении женщин;

n)внедрить более эффективную систему для прекращения практики издевательств (дедовщины) в вооруженных силах посредством подготовки и просвещения, а также для преследования и наказания виновных;

o)установить процедуру возмещения ущерба для жертв пыток и предоставления справедливой и адекватной компенсации;

p)продолжать осуществление программы борьбы против туберкулеза в тюрьмах и следственных изоляторах;

q)обеспечить широкое распространение выводов и рекомендаций Комитета в стране на всех соответствующих языках.

Замбия

59.Комитет рассмотрел первоначальный доклад Замбии (CAT/C/47/Add.2) на своих 494‑м и 497-м заседаниях 19 и 20 ноября 2001 года (CAT/C/SR.494 и 497) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А.Введение

60. Комитет приветствует доклад Замбии и с удовлетворением отмечает его тщательность и добросовестность. Кроме того, Комитет с признательностью принимает к сведению искренние и подробные ответы делегации высокого уровня на возникавшие в ходе диалога вопросы.

В.Позитивные аспекты

61. Комитет с удовлетворением обращает внимание на следующие аспекты:

а) снятие государством-участником своей оговорки в отношении статьи 20 Конвенции;

b ) стремление государства-участника:

i ) включить в законодательство норму о преступлении в форме пыток в соответствии со статьей 4 Конвенции;

ii ) в срочном порядке приступить к разработке надлежащего законодательного акта и осуществлению других мер с целью инкорпорации Конвенции во внутригосударственное законодательство;

iii ) поставить вне закона признания, получаемые с применением пыток, и рассмотреть вопрос о показаниях, вытекающих из такого рода признаний;

iv ) сделать заявление в отношении статей 21 и 22 Конвенции; и

v ) лишить полиции права на привлечение к судебной ответственности и передать эту функцию Генеральному прокурору (ГП);

c ) принятие закона (с поправками) № 14 1999 года о полиции Замбии, в котором предусматриваются меры по защите лиц, содержащихся под стражей в полицейских учреждениях, и наблюдению за условиями их содержания;

d ) введение в действие реформированной системы отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, целью которой является улучшение обращения с несовершеннолетними в рамках системы уголовного правосудия;

e ) официальное запрещение телесных наказаний; и

f ) создание Комиссии по правам человека.

С.Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

62. Конвенция признает те трудности, с которыми сталкивается государство-участник в ходе политических преобразований, имеющих целью переход к демократической системе правления. В равной степени Комитет сознает стоящие перед государством-участником серьезные финансовые и технические проблемы.

D.Проблемы, вызывающие озабоченность

63. Комитет выражает обеспокоенность в связи с продолжающими поступать утверждениями о широко распространенной практике применения пыток на фоне явной безнаказанности преступников.

64. Комитет с озабоченностью отмечает, что государство-участник не инкорпорировало Конвенцию в свое законодательство и не приняло соответствующие правовые нормы в контексте ряда статей, включая, в частности:

а) определение пытки (статья 1);

b ) криминализацию пытки (статья 4);

c ) запрещение жестоких наказаний в пенитенциарной системе (статья 16);

d ) признание пытки в качестве преступления, влекущего за собой выдачу (статья 8);

e ) систематический пересмотр правил допроса (статья 11); и

f ) юрисдикцию в отношении актов пыток, включая акты пыток, совершенные за границей (статья 5).

65. Кроме того, Комитет выразил обеспокоенность относительно:

а) задержек с проведением следственных действий по факту утверждений о применении пыток и своевременном привлечении подозреваемых к судебной ответственности;

b ) неблагоприятных условий содержания в тюрьмах, оказывающих негативное воздействие на состояние здоровья заключенных и надзирателей, включая, в частности, нехватку медицинского персонала и медицинских препаратов, а также значительную переполненность тюрем;

c ) распространенности в обществе насилия в отношении женщин, о чем свидетельствуют сообщения о случаях насилия в тюрьмах и в семье.

Е.Рекомендации

66. Комитет рекомендует государству-участнику:

a ) инкорпорировать Конвенцию в свою правовую систему;

b ) принять определение пытки, полностью соответствующее статье 1 Конвенции и предусматривающее соответствующее наказание;

c ) принять надлежащие меры с целью распространения юрисдикции на преступление в форме пыток независимо от места их совершения;

d ) осуществить законодательные и иные меры в целях борьбы с безнаказанностью и обеспечить возможность максимального использования закона с целью возбуждения судебных дел по фактам применения пыток и, при необходимости, обеспечить истцам доступ к системе юридической помощи;

e ) принять законодательные и другие меры с целью систематического пересмотра правил, инструкций и методов и практики допроса;

f ) принять меры с целью укрепления предназначенных для сотрудников правоохранительных органов учебных и просветительских программ по вопросам, касающимся запрещения пыток;

g ) создать реабилитационные центры для жертв пыток;

h ) разработать программы, направленные на предупреждение и пресечение насилия в отношении женщин, включая насилие в семье; и

i ) обеспечить действенное и эффективное функционирование Комиссии по рассмотрению жалоб на действия полиции.

67. Приветствуя Закон о тюрьмах (с поправками), который предусматривает создание тюрем под открытым небом, Комитет вместе с тем настоятельно призывает государство-участник активизировать инициативы, направленные на сокращение перенаселенности тюрем, более широкое применение приговоров, не влекущих за собой лишение свободы, и общее улучшение инфраструктуры пенитенциарных учреждений, особенно с учетом отрицательного воздействия существующих условий на здоровье заключенных и тюремного персонала.

Дания

68.Комитет рассмотрел четвертый периодический доклад Дании (CAT/C/55/Add.2) на своих 508, 510 и 518-м заседаниях 2, 3 и 10 мая 2002 года (CAT/C/SR.508, 510 и 518) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

69.Комитет приветствует четвертый периодический доклад Дании, представленный в установленный срок и полностью отвечающий руководящим принципам Комитета, касающимся подготовки периодических докладов государств-участников. В частности, Комитет приветствует то, что в отдельной части доклада государство-участник конкретно затронуло предыдущие рекомендации Комитета. Комитет также приветствует плодотворный и открытый диалог, который у него состоялся с представителями государства-участника.

В. Позитивные аспекты

70.Комитет высказывает удовлетворение по поводу высокого уровня соблюдения прав человека в целом и выполнения государством-участником своих обязательств по Конвенции в частности, а также отмечает его активную роль в международном плане в области борьбы с пытками.

71.Комитет приветствует рекомендацию, вынесенную Комитетом, который был учрежден министерством юстиции, о включении трех основных договоров Организации Объединенных Наций по правам человека, включая саму Конвенцию, во внутреннее законодательство Дании.

72.Комитет также с удовлетворением отмечает:

a)принятие поправки к Закону об отправлении правосудия, которая резко ужесточила контроль за применением практики одиночного тюремного заключения, существенно ее сократив, а также обеспечив судебный надзор за применением одиночного заключения при возвращении под стражу;

b)циркуляры Национального комиссара полиции, предусматривающие, в частности, доступ членов семьи на более ранней стадии к задержанным, обязательное медицинское обследование всех лиц, находящихся под арестом, и незамедлительный доступ к адвокату и переводчику;

c)принятие законодательства, предоставляющего более высокую степень защиты лицам, ищущим убежища;

d)усилия, предпринятые в области образовательных программ для полицейских;

e)многодисциплинарный подход к проживающим в Дании лицам, которые стали жертвами применения пыток;

f)увеличение размера взноса государства-участника в Фонд добровольных взносов Организации Объединенных Наций для жертв пыток и дальнейшую поддержку национальных центров реабилитации для жертв пыток.

С. Проблемы, вызывающие озабоченность

73.Комитет выражает озабоченность по поводу следующего:

a)отсутствия определения пытки, предусматриваемого статьей 1 Конвенции, в уголовном законодательстве государства-участника, а также отсутствия конкретного преступления в виде пытки, предусматривающего соответствующее наказание, как того требует пункт 2 статьи 4 Конвенции;

b)отсутствия эффективных процедур правовой защиты в случае решений о применении одиночного заключения к лицам, отбывающим наказание;

c)предлагаемой поправки к Закону об иностранцах, предполагающей, что иностранцы, которым отказано в предоставлении вида на жительство, должны незамедлительно покинуть страну после отклонения их заявления. Строгое применение данного положения может подрывать эффективность статьи 22 Конвенции.

D . Рекомендации

74.Комитет рекомендует:

a)государству-участнику обеспечить скорейшее выполнение рекомендации Специального комитета относительно включения Конвенции во внутреннее законодательство Дании;

b)Дании установить в своем уголовном законодательстве надлежащие положения, придающие, как это указано в статье 1 Конвенции, практике применения пыток характер уголовно наказуемого деяния в соответствии с пунктом 2 статьи 4 Конвенции;

c)государству-участнику продолжить контролировать последствия одиночного заключения для задержанных и действенность нового законопроекта, который сократил количество оснований, по которым может быть применено одиночное заключение и его продолжительность;

d)обеспечить, чтобы закон, регулирующий применение одиночного заключения в отношении осужденных заключенных, устанавливал надлежащие механизмы пересмотра принимаемых решений и продолжительность такого заключения;

e)государству-участнику обеспечить, чтобы предлагаемая поправка к Закону об иностранцах не подрывала эффективности практики обращения иностранцев к Комитету, как это предусмотрено в статье 22 Конвенции;

f)государству-участнику широко распространить в стране выводы и рекомендации Комитета на всех соответствующих языках.

Люксембург

75.Комитет рассмотрел сводные третий и четвертый периодические доклады Люксембурга (CAT/C/34/Add.14) на своих 514, 517 и 525-м заседаниях, проведенных 7, 8 и 15 мая 2002 года (CAT/C/SR.514, 517 и 525), и принял следующие выводы и рекомендации.

А. Введение

76.Комитет приветствует третий и четвертый периодические доклады Люксембурга, которые сведены в единый документ согласно рекомендации, сделанной Комитетом. Доклад представлен вовремя и полностью соответствует руководящим принципам Комитета, касающимся подготовки периодических докладов государствами-участниками. Комитет выражает признательность государству-члену за высокое качество его доклада, а также за плодотворный и конструктивный диалог во время рассмотрения доклада с делегацией государства-участника, состоящего из высокопоставленных должностных лиц.

В. Позитивные аспекты

77.Комитет высоко оценивает скрупулезное соблюдение государством-участником прав человека в целом и выполнение им обязательств, вытекающих из Конвенции в частности.

78.Комитет отмечает следующие положительные меры:

а)все вызывавшие обеспокоенность вопросы, а также предыдущие рекомендации Комитета были положительно и тщательно учтены;

b)в соответствии с Законом от 24 апреля 2000 года пытки были включены в Уголовный кодекс в виде конкретного вида преступлений и отягчающего обстоятельства преступления, а также преступления против личности. Кроме того, при формулировании понятия пытки широко использовалось определение, содержащееся в статье 1 Конвенции; при этом оно касается как физических, так и психологических пыток;

с)создание Консультативной комиссии по правам человека 26 мая 2000 года;

d)в соответствии с Законом от 31 мая 1999 года создается полиция Великого Герцогства и Генеральная инспекция полиции, основная цель которой состоит в объединении функций полиции и жандармерии. В данном законе предусматривается также, что торговля людьми является уголовно наказуемым деянием;

е)Законом от 14 мая 2000 года Люксембург ратифицировал Римский статут Международного уголовного суда.

С. Проблемы, вызывающие озабоченность

79.Комитет выражает озабоченность в отношении следующего:

а)несовершеннолетние, которые помещаются в исправительные центры, содержатся в тюрьмах для взрослых;

b)использование практики одиночного заключения, в частности в период заключения под стражу до начала судебного процесса.

D . Рекомендации

80.Комитет рекомендует:

а)государству-участнику воздерживаться от помещения несовершеннолетних в тюрьмы для взрослых в дисциплинарных целях;

b)одиночное заключение должно быть строго и конкретно регулироваться законом и в отношении подобной практики должно быть расширено наблюдение со стороны судебных органов, с тем чтобы этот вид наказания применялся лишь в исключительных случаях с перспективой его отмены, особенно при заключении под стражу до начала судебного процесса;

с)государству-участнику следует рассмотреть возможность принятия положения, предусматривающего выплату соответствующей компенсации конкретно жертвам пыток;

d)государству-участнику следует широко распространить на всех соответствующих языках заключения и рекомендации Комитета.

Норвегия

81.Комитет рассмотрел четвертый периодический доклад Норвегии (CAT/C/55/Add.4) на своих 511, 514 и 519-м заседаниях 6, 7 и 10 мая 2002 года (CAT/C/SR. 511, 514 и 519) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

82.Комитет приветствует четвертый периодический доклад Норвегии, представленный в установленный срок и отвечающий руководящим принципам Комитета, касающимся подготовки периодических докладов государств-участников. Комитет выражает признательность государству-участнику за обеспечение периодичности представления докладов и приветствует плодотворный иконструктивный диалог с государством-участником.

В. Позитивные аспекты

83.Комитет выражает удовлетворение по поводу поддержания государством-участником высокого уровня соблюдения прав человека в целом и его положительной репутации в деле осуществления положений Конвенции.

84.Комитет с удовлетворением отмечает:

а)принятие Плана действий в области прав человека на период 2000-2004 годов в рамках последующих мероприятий по итогам Всемирной конференции по правам человека 1993 года, в котором, среди прочего, перечислены меры, направленные на дальнейшую реализацию положений Конвенции в норвежском законодательстве;

b)публикацию руководящих принципов по уведомлению родственников и адвокатов об аресте, а также относительно права на доступ к медицинским услугам лиц, содержащихся под стражей в полиции;

c)предложение дополнить Уголовный кодекс новым положением, которое в соответствии со статьей 1 Конвенции запрещает и предусматривает наказание за применение пыток;

d)предложения о поправке к Закону об уголовном судопроизводстве с целью сокращения масштабов общепринятой практики одиночного заключения и усиления судебного надзора посредством правового регулирования и введения ограничений;

e)исследования в целях оценки качества расследований, осуществляемых специальными следственными органами;

f)регулярный характер и щедрость пожертвований со стороны государства-участника в Фонд добровольных взносов Организации Объединенных Наций для жертв пыток;

g)большой процент женщин в системе судебных органов, полиции и среди персонала тюрем.

С. Проблемы, вызывающие озабоченность

85.Комитет по-прежнему испытывает озабоченность в связи с применением одиночного заключения до судебного разбирательства.

D . Рекомендации

86.Комитет рекомендует:

a)в соответствии с вышеупомянутым предложением принять соответствующее законодательство о внесении в соответствии со статьей 1 Конвенции в норвежскую уголовную систему наказаний за применение пыток. Он просит включить в следующий периодический доклад Норвегии информацию по этому вопросу;

b)включить в следующий периодический доклад государства-участника информацию о шагах, предпринятых в ответ на сохраняющуюся обеспокоенность Комитета относительно использования практики одиночного заключения до судебного разбирательства;

с)включить в следующий периодический доклад государства-участника итоговую информацию относительно предложений о внесении поправок к Закону об уголовном судопроизводстве относительно одиночного заключения;

d)включить в следующий периодический доклад государства-участника информацию относительно предлагаемых поправок к Закону об иностранцах на основе резолюции Совета Безопасности 1373 (2001) о международном сотрудничестве в области борьбы с угрозами для международного мира и безопасности, создаваемыми террористическими актами;

e)широко распространить в стране на всех соответствующих языках выводы и рекомендации Комитета.

Российская Федерация

87.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Российской Федерации (CAT/C/34/Add.15) на своих 520, 523 и 526-м заседаниях 13, 14 и 16 мая 2002 года (CAT/C/SR.520, 523 и 526), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

88.Комитет приветствует третий периодический доклад Российской Федерации, который был представлен с опозданием. В докладе изложены конкретные ответы на некоторые озабоченности и рекомендации, сформулированные Комитетом в его выводах, принятых в 1996 году. Комитет выражает сожаление, что, несмотря на заверения государства-участника о том, что оно незамедлительно представит Комитету дополнительную информацию, запрошенную в ходе обзора, такие материалы получены не были. Комитет выражает удовлетворение в связи с получением обновленной подробной информации, а также исчерпывающих ответов представителей государства-участника в их устных выступлениях. Тем не менее Комитет отмечает, что в связи с нехваткой времени многие вопросы, заданные Комитетом в связи с рассмотрением третьего периодического доклада, остались без ответа.

В. Позитивные аспекты

89.Комитет отмечает следующие позитивные события:

а)ратификацию Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и Европейской конвенции о предупреждении пыток и бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания;

b)введение нового Уголовного кодекса и нового Уголовно-процессуального кодекса, а также заверения государства-участника о том, что все положения второго Кодекса вступят в силу 1 июля 2002 года. Комитет приветствует введение в связи с принятием Уголовно-процессуального кодекса, в частности, системы судов присяжных, более строгих ограничений в отношении содержания под стражей и допросов, положений о непризнании свидетельских показаний, полученных в отсутствие адвоката защиты, и наделение судей расширенными полномочиями по выдаче санкций на арест по сравнению с полномочиями прокуроров;

с)передачу контроля над системой пенитенциарно-исправительных учреждений от министерства внутренних дел министерству юстиции;

d)принятые меры по улучшению условий содержания под стражей в тюрьмах и снижению переполненности камер;

е)заверения представителя государства-участника о том, что вместо обязательного призыва в вооруженные силы будут введены альтернативная служба и "добровольная военная служба на контрактной основе";

f)Распоряжение № 46 Генерального прокурора, требующее присутствия представителей прокуратуры при проведении в Чечне "специальных операций", Приказ № 80 командующего федеральными силами на Северном Кавказе, требующий от военных представляться, регистрировать случаи заключения под стражу, уведомлять родственников и принимать другие меры для защиты гражданского населения от нарушений;

g)создание специальной рабочей группы в рамках министерства внутренних дел с целью приведения национального законодательства в соответствие с нормами международного беженского права.

С. Факторы и трудности

90.Комитет приветствует откровенные разъяснения со стороны делегации в отношении трудностей, с которыми по‑прежнему сталкивается государство-участник в деле преодоления наследия системы, характеризовавшейся "произволом и безнаказанностью", и создания и укрепления демократических институтов и законности. Комитет отмечает, что эти проблемы усугубляются "актами терроризма" и угрозами безопасности. Тем не менее Комитет вновь заявляет, что согласно статье 2 Конвенции "никакие исключительные обстоятельства, какими бы они не были… не могут служить оправданием пыток".

D . Проблемы, вызывающие обеспокоенность

91.Комитет глубоко обеспокоен следующим:

a)многочисленными и систематическими утверждениями о широко распространенной практике пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания в отношении содержащихся под стражей лиц, применяемой сотрудниками правоприменительных органов, как правило, для получения признаний;

b)продолжающими поступать сообщениями, несмотря на значительные усилия государства-участника по установлению диалога и осуществлению превентивных защитных мер, таких, как организация для пострадавших "горячей линии", о широко распространенной "дедовщине" в вооруженных силах, а также о пытках и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения и наказания в вооруженных силах, практикуемых офицерами или с их одобрения или согласия, которые приводят к нанесению жертвам серьезного физического или психического вреда;

c)сохраняющейся обстановкой безнаказанности как военных, так и гражданских должностных лиц за пытки и другие виды жестокого обращения, отсутствием данных о решениях судей об отклонении исков или возврате на доследование дел по причине применения пыток для получения признания, а также крайне незначительным числом лиц, осужденных за нарушения положений Конвенции.

92.Комитет также выражает свою обеспокоенность в связи со следующим:

a)отсутствие во внутреннем законодательстве определения понятия "пытка" в соответствии с положениями статьи 1 Конвенции. Отнесение пытки к числу отягчающих обстоятельств в связи с совершением ряда перечисленных преступлений не отвечает требованиям статей 1-4 Конвенции;

b)большое количество случаев осуждений на основе признаний и система поощрения раскрываемости преступлений, основанная на проценте раскрытых преступлений, что в совокупности, как утверждается, создает условия, способствующие применению пыток и жестокого обращения с целью добиться "признаний" от содержащихся под стражей лиц;

c)отсутствие надлежащего доступа лишенных свободы лиц, сразу же после их задержания, к адвокату, врачу и родственникам, т.е. важнейшей гарантии защиты от пыток;

d)отказ де-факто судей принять во внимание свидетельства применения пыток и жестокого обращения, предъявляемые обвиняемыми, что чаще всего приводит к тому, что в связи с такими случаями не проводятся расследования и не возбуждаются судебные иски;

e)разъяснения государства-участника по поводу того, что, несмотря на многочисленные утверждения о совершении актов насилия по отношению к женщинам, содержащимся под стражей, по этому вопросу не было получено ни одной официальной жалобы. Несмотря на усилия государства-участника по освобождению заключенных и сокращению их числа в целом, количество женщин, содержащихся под стражей, за последние десять лет удвоилось;

f)отсутствие практической подготовки по вопросам, касающимся закрепленных в Конвенции обязательств, для врачей, сотрудников правоохранительных органов, судей и военных;

g)ужасающие условия содержания под стражей до суда, усугубляемые широким распространением туберкулеза и других заболеваний, наряду с плохими и неконтролируемыми условиями содержания под стражей в ИВС (изоляторах временного содержания) и СИЗО (следственных изоляторах), включая практику установки перед окнами камер металлических заслонок, препятствующих проникновению в камеры естественного света и их вентиляции, что, как сообщается, обусловлено содержащимися в законодательстве требованиями, запрещающими общение заключенных между собой;

h)недостаточный уровень независимости и эффективности прокуратуры вследствие проблем, которые, как признает государство-участник, возникают в связи с тем, что прокуратура отвечает как за возбуждение судебного преследования, так и за осуществление надзора за надлежащим ходом расследований;

i)сообщения о том, что в специальных детских учреждениях или местах содержания под стражей дети находятся в условиях, представляющих собой бесчеловечное или унижающее достоинство обращение;

j)отсутствие гарантий, обеспечивающих недопустимость высылки лиц в страны, где им угрожает реальная опасность подвергнуться пыткам (несоблюдение принципа невозвращения).

93.Комитет особенно обеспокоен следующим: в связи с событиями в Чечне,

a)продолжают поступать многочисленные сообщения о грубых нарушениях прав человека и Конвенции, включая произвольные задержания, пытки и жестокое обращение, в том числе получение признаний с помощью силы, внесудебные казни и насильственные исчезновения, особенно в ходе "специальных операций" или "зачисток", а также создание нелегальных центров временного содержания под стражей, в том числе "фильтрационных лагерей". Необычно часто поступают утверждения о совершении актов грубого сексуального насилия. Кроме того, армейские подразделения, которые, согласно сообщениям, проявляют крайнюю жестокость в отношении гражданского населения, были вновь направлены в район конфликта;

b)в Чечне под управлением различных министерств и служб действуют многочисленные вооруженные подразделения и силы, что затрудняет установление личностей военнослужащих, несущих ответственность за совершение вышеупомянутых нарушений;

c)недостаточно эффективно выполняются Распоряжение № 46 и Приказ № 80, упомянутые выше в качестве позитивных аспектов;

d)двойная система юрисдикции в Чечне, характеризуемая параллельным функционированием как военных, так и гражданских прокуратур и судов, что приводит к неприемлемо большим задержкам в процессе регистрации дел и создает ситуацию, когда информация по делу и ответственность за начало расследования передаются от одного должностного лица к другому и обратно, что не позволяет возбудить судебное преследование. Комитет с обеспокоенностью отмечает, что гражданский прокурор не имеет возможности допрашивать военнослужащих и проводить расследования на военных объектах для сбора свидетельских показаний, необходимых для того, чтобы обязать военную прокуратуру заняться рассмотрением того или иного дела. Кроме того, вызывает обеспокоенность недостаточная независимость военных судов, прокуроров и судей, в результате чего регистрируется лишь небольшое число дел, позволяющих возбудить судебное преследование должностных лиц, которые, как утверждается, несут ответственность за совершение нарушений.

Е. Рекомендации

94.Комитет рекомендует государству‑участнику:

а)безотлагательно включить во внутреннее законодательство определение понятия "пытка", содержащееся в статье 1 Конвенции, и определить во внутреннем законодательстве пытки и другие виды жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в качестве конкретных преступлений, влекущих за собой соответствующие наказания;

b)принять меры, позволяющие заключенным под стражу лицам иметь доступ к адвокату, врачу и родственникам с момента взятия под стражу; информировать подозреваемых лиц и свидетелей об их правах в начале периода содержания под стражей; а также обеспечить, чтобы правовая помощь и услуги врача предоставлялись по просьбе содержащихся под стражей лиц, а не только тогда, когда это разрешают соответствующие должностные лица. Следует безотлагательно рассмотреть вопрос об обязательном медицинском осмотре лиц, помещаемых в ИВС и СИЗО, а также вопрос о создании независимой от министерства внутренних дел и министерства юстиции медицинской службы для проведения таких осмотров;

с)обеспечить на практике безусловное соблюдение принципа неприемлемости свидетельских показаний, полученных в результате пыток, а также пересмотр дел, в которых приговоры были вынесены лишь на основе признаний, учитывая то, что многие из них могли быть получены в результате применения пыток или жестокого обращения, и в соответствующих случаях освободить лиц, представивших убедительные доказательства того, что их подвергали пыткам или жестокому обращению, и предоставить им компенсацию;

d)улучшить условия содержания в тюрьмах и центрах содержания под стражей до суда, с тем чтобы они отвечали требованиям Конвенции. Государству‑участнику следует обеспечить, в частности, чтобы запрет на общение между лицами, находящимися в местах содержания под стражей до суда, не распространялся на всех без исключения, а применялся лишь в отношении отдельных лиц, когда это необходимо и на основе решения суда, устанавливающего максимальный срок такого содержания под стражей;

е)разработать программу проводимых без уведомления проверок центров содержания под стражей до суда и других мест заключения заслуживающими доверия беспристрастными инспекторами, выводы которых должны предаваться гласности;

f)рассмотреть вопрос создания независимого органа для инспектирования тюрем, контроля за всеми формами насилия в местах содержания под стражей, в том числе сексуального насилия в отношении как мужчин, так и женщин, и всеми формами насилия в отношениях между заключенными, включая насилие, совершаемое третьими лицами с согласия должностных лиц. Участие общественных защитников на стадии расследования после заключения под стражу обеспечило бы дополнительную гарантию для содержащихся под стражей лиц;

g)обеспечить подготовку по вопросам, касающимся закрепленных в Конвенции обязательств, для i)  врачей с целью обнаружения следов пыток или грубого обращения в отношении лиц, находившихся или находящихся под стражей, ii)  сотрудников правоохранительных органов и судей для возбуждения безотлагательных и беспристрастных расследований и iii)  военнослужащих с целью их информирования о запрете в отношении применения пыток и о том, что приказ вышестоящего начальника не может являться оправданием применения пыток;

h)просить Верховный суд проанализировать существующую практику принятия к судопроизводству дел о пытках в свете определения понятия "пытка", содержащегося в статье 1 Конвенции, и рассмотреть вопрос о разработке руководящих принципов по данному вопросу;

i)обеспечить безотлагательное, беспристрастное и исчерпывающее расследование многочисленных утверждений о применении пыток, переданных властям, а также судебное преследование и, в надлежащих случаях, наказание виновных и обеспечить защиту лиц, представивших жалобы о применении пыток, и их свидетелей от преследований;

j)распространить среди всех соответствующих должностных лиц инструкции о запрете жестокого обращения и актов пыток в отношении детей в специальных учреждениях и тюрьмах, находящихся под контролем государства, и обеспечить их выполнение;

k)обеспечить недопустимость высылки, возвращения или экстрадиции какого‑либо лица в ту или иную страну, если имеются серьезные основания полагать, что в ней ему будет угрожать применение пыток.

95.Относительно ситуации в Чечне Комитет рекомендует также государству‑участнику:

а)определить юрисдикцию над происходящими в Чечне событиями, статус которых в настоящее время является неопределенным, поскольку там не существует чрезвычайного положения и, кроме того, протекающий вооруженный конфликт не носит международного характера. Прояснение вопроса о юрисдикции могло бы предоставить гражданам возможность эффективно добиваться возмещения ущерба в связи с любыми совершенными нарушениями, что позволило бы им не попадать в порочный круг процедур различных военных и гражданских министерств и ведомств, наделенных различными полномочиями;

b)несмотря на то, что в Чечне в связи с утверждениями о нарушении прав человека был создан ряд механизмов, ни один из них не имеет атрибутов, присущих независимому и беспристрастному органу расследования. Поэтому Комитет вновь подтверждает свои выводы 1996 года, в которых он призвал правительство государства-участника учредить пользующийся доверием беспристрастный и "независимый комитет по расследованию утверждений о нарушениях положений Конвенции военнослужащими вооруженных сил Российской Федерации и чеченскими сепаратистами, с целью привлечения к ответственности лиц, в отношении которых имеются доказательства их участия в совершении таких актов или причастности к ним" (А/52/44, пункт 43 h));

с)обеспечить эффективное выполнение Распоряжения № 46 и Приказа № 80 и разработать всеобъемлющие руководящие принципы проведения операций по зачистке;

d)расширить полномочия Специального представителя Президента по правам человека и гражданским правам и свободам в Чечне для проведения расследований и представления рекомендаций прокурору относительно возможного возбуждения уголовных дел;

е)принять меры по обеспечению контроля за армией со стороны гражданского общества и обеспечить на практике запрещение в армии среди призывников и офицеров "дедовщины", пыток и жестокого обращения;

f)рассмотреть вопрос о создании на период, пока не будет определена конкретная ответственность и установлена юрисдикция, совместной следственной группы, состоящей из должностных лиц военной и гражданской прокуратур.

96.Комитет рекомендует далее государству-участнику:

а)представить Комитету запрошенные данные, включающие информацию с подробной разбивкой, в частности, по возрасту, полу, этнической принадлежности и местонахождения в отношении гражданских, военных и других мест содержания под стражей, а также в отношении центров содержания под стражей несовершеннолетних и других соответствующих учреждений; и представить информацию в следующем периодическом докладе в отношении числа, видов и результатов рассмотрения судебных дел о привлечении к ответственности сотрудников милиции и других правоохранительных органов, в связи с применением пыток и совершением аналогичных преступлений, в том числе о делах, отклоненных судами;

b)широко распространить в стране на соответствующих языках выводы и рекомендации Комитета и краткие отчеты о его заседаниях, посвященных рассмотрению доклада; и при подготовке следующего доклада рассмотреть вопрос о проведении консультаций с независимыми организациями по правам человека, гражданским свободам и правовой помощи, а также объединениями общественных защитников.

Саудовская Аравия

97.Комитет рассмотрел первоначальный периодический доклад Саудовской Аравии (CAT/C/42/Add.2) на своих 516, 519, 521 и 524-м заседаниях 8, 10, 13 и 15 мая 2002 года (CAT/C/SR. 516, 519, 521 и 524) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

98.Комитет приветствует представление первоначального периодического доклада, однако выражает сожаление в связи с задержкой его представления и недостаточностью информации относительно практического осуществления в Саудовской Аравии прав, предусмотренных Конвенцией. Доклад в целом соответствует руководящим принципам Комитета по представлению докладов государств-участников. Комитет также приветствует начало диалога с представительной делегацией по многим вопросам, имеющим отношение к Конвенции, который был дополнен обширным устным докладом.

В. Позитивные аспекты

99.Комитет приветствует:

a)присоединение государства-участника 23 сентября 1997 года к Конвенции против пыток, а также его присоединение к ряду других основных договоров в области прав человека и четко выраженное намерение ратифицировать Конвенцию о статусе беженцев 1951 года и Протокол 1967 года. Комитет также приветствует заявление государства-участника о том, что его внутреннее законодательство, включая его компоненты, основанные на законах шариата, способно обеспечить полное признание прав и обязательств по Конвенции;

b)такие изменения в правовой сфере, имевшие место уже после подготовки доклада и направленные на повышение роли права и обеспечение надлежащего отправления правосудия, как отдельные аспекты недавно принятого Гражданского процессуального кодекса, Уголовно-процессуального кодекса и Кодекса практики для адвокатов. Комитет приветствует, в частности, то, что Уголовно-процессуальный кодексгарантирует любому обвиняемому право воспользоваться услугами адвоката на всех стадиях следствия и судебного разбирательства;

c)заявление государства-участника, согласно которому его внутреннее законодательство исключает возможность применения в целях защиты от обвинения в применении пыток каких-либо ссылок на исключительные обстоятельства, включая приказы свыше, заверения относительно того, что заявления, сделанные под пыткой, неприемлемы на любой стадии судопроизводства. Приняты к сведению заверения государства-участника о том, что телесные наказания не применяются по отношению к несовершеннолетним;

d)компетенцию Совета по рассмотрению жалоб в заслушивании обвинений в нарушении прав человека и то, что некоторые медицинские учреждения располагают необходимой компетенцией для проведения судебно-медицинской экспертизы в целях освидетельствования возможных жертв применения пыток. Комитет приветствует учреждение постоянно действующей комиссии по расследованию обвинений в применении к любому лицу пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания во время ареста, задержания или в ходе следствия в отношении подозреваемых;

e)приглашение, адресованное государством-участником Специальному докладчику по вопросу о независимости судей и адвокатов Комиссии по правам человека, изучить его законодательство, политику и практику в этой области.

С. Проблемы, вызывающие озабоченность

100.Комитет испытывает озабоченность в связи со следующим:

a)хотя согласно указаниям государства-участника законы шариата четко запрещают применение пыток и других жестоких и бесчеловечных видов обращения, само внутреннее законодательство государства-участника не отражает в очевидной форме такого запрета, как и не устанавливает уголовного наказания в этой связи. Комитет считает необходимым для подтверждения кардинальной важности такого запрета срочно инкорпорировать во внутреннее законодательство государства-участника положение, квалифицирующее пытки в качестве преступления, как это предусмотрено статьей 1 Конвенции;

b)вынесением судебными и административными органами решений о применении телесных наказаний и назначением таких наказаний, включая, в частности, избиение плетью или отсечение конечностей, что не соответствует Конвенции;

c)различием режимов в законодательстве и на практике, применяемых в отношении граждан страны и иностранцев, в том что касается их законных прав быть свободными от действий, представляющих собой нарушение Конвенции, и их возможностей подавать жалобы в этой связи. Комитет напоминает, что Конвенция и ее защитный механизм применимы ко всем деяниям, совершаемым в нарушение ее положений и входящим в сферу ее охвата, из чего вытекает, что все лица в равной степени и без какой-либо дискриминации обладают закрепленными в ней правами;

d)утверждениями о длительном содержании под стражей до судебного разбирательства некоторых лиц с превышением установленных законом сроков, что повышает опасность действий, идущих вразрез с Конвенцией, и может в ряде случаев составлять такие действия. В этом отношении Комитет выражает свою обеспокоенность в связи со случаями отказа задержанным иностранным гражданам, иногда в течение длительного времени, в контактах с консульскими работниками. Более того, Комитет обеспокоен ограниченной степенью судебного надзора над практикой содержания под стражей в период до судебного разбирательства;

e)сообщениями о содержании задержанных без связи с внешним миром, в ряде случаев в течение длительного времени, особенно в ходе досудебного следствия. Отсутствием доступа к внешней юридической консультативной и медицинской помощи, а также к членам семьи, что повышает возможность того, что действия, идущие вразрез с Конвенцией, надлежащим образом не преследуются и не подвергаются наказанию;

f)положениями статьи 100 Статута Управления государственной безопасности, предписывающими сотруднику, проводящему расследование, прилагать все усилия к тому, чтобы "с помощью законных средств" установить причины молчания, хранимого тем или иным лицом. Хотя данная статья формально осуждает и запрещает использование пыток или физического давления, такое требование неоправданно повышает опасность действий, идущих вразрез с Конвенцией;

g)случаями высылки иностранных граждан, к которым было привлечено внимание Комитета и которые, как представляется, идут вразрез с обязательствами, предусмотренными статьей 3 Конвенции;

h)компетенцией сотрудников полиции по наблюдению за соблюдением религиозных канонов( Mutawe ' en ) преследовать, среди прочего, нарушения морального кодекса и пресекать поведение, квалифицируемое ими как не способствующее укреплению общественной морали и безопасности. Комитет обеспокоен тем, что полномочия этих официальных должностных лиц определены в законодательстве неясно, и их действия могут представлять собой нарушение Конвенции;

i)видимой неспособностью государства-участника обеспечить эффективные механизмы расследования жалоб на нарушение Конвенции;

j)несмотря на учреждение государством-участником механизмов с целью обеспечения компенсации за действия, нарушающие Конвенцию, что признается в качестве полезной меры, компенсацию, как представляется, редко удается получить, и полное осуществление прав, гарантируемых Конвенцией, оказывается в этой связи ограниченным.

D . Рекомендации

101.Комитет, в частности, рекомендует государству-участнику:

a)непосредственно включить во внутреннее законодательство положение о том, что пытки являются уголовным преступлением в формулировке, соответствующей статье 1 Конвенции;

b)пересмотреть практику применения телесных наказаний, идущую вразрез с Конвенцией;

c)обеспечить применение на практике его законов в отношении всех лиц, независимо от их национальной принадлежности, пола, религиозных убеждений или других различий, в том что касается вопросов, входящих в сферу охвата Конвенции;

d)обеспечить, чтобы все места содержания под стражей или лишения свободы отвечали нормам, в достаточной степени гарантирующим любому человеку, что он не подвергнется пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания;

e)обеспечить, чтобы его законы и практика отражали обязательства, налагаемые статьей 3 Конвенции;

f)обеспечить, чтобы все лица, оказавшиеся жертвами нарушения их прав, вытекающих из Конвенции, имели доступ как в законодательном отношении, так и на практике к средствам получения полного возмещения, включая компенсацию, а также, чтобы в отношении лиц, несущих ответственность за такие нарушения, проводилось оперативное и беспристрастное расследование, а впоследствии выносилось наказание;

g)обеспечить, чтобы сотрудники полиции по наблюдению за соблюдением религиозных канонов( Mutawe ' en )осуществляли ясные и четкие полномочия в соответствии с Конвенцией и другими применимыми недискриминационными нормами, регулируемые законодательством и подлежащие надзору со стороны обычных судов;

h)обеспечить на практике, чтобы лица, содержащиеся под стражей, могли пользоваться незамедлительным доступом к правовой и медицинской помощи по своему выбору, к членам семьи, а если речь идет об иностранных гражданах - к консульским работникам;

i)обеспечить, чтобы судейский корпус полностью соответствовал нормам, предписываемым Основными принципами независимости судебных органов;

j)обеспечить, чтобы подготовка персонала правоохранительных органов включала в себя учебные материалы и информацию о распознавании физических последствий пыток, аналогичные тем, которые имеются в распоряжении некоторых медицинских работников этих органов, в соответствии с положениями статьи 10 Конвенции;

k)принять надлежащие меры, позволяющие создать независимые неправительственные организации и развивать их деятельность в правозащитной области;

l)предоставить в следующем периодическом докладе данные в разбивке, в частности, по возрасту, полу, этнической, национальной и географической принадлежности и прочим показателям применительно к лицам, отбывающим наказание в виде лишения свободы в тюрьмах или в иных местах или же наказанным иным способом, применительно к случаям, когда они могут подвергаться действиям, нарушающим Конвенцию, а также информацию о результатах любых случаев преследования или наказания сотрудников полиции или других должностных лиц за действия, запрещенные Конвенцией;

m)рассмотреть вопрос о том, чтобы сделать заявление в соответствии со статьей 22 Конвенции; и

n) широко распространить в стране выводы и рекомендации Комитета на всех соответствующих языках.

Швеция

102.Комитет рассмотрел четвертый периодический доклад Швеции (СAT/C/55/Add.3) на своих 504-м и 507-м заседаниях 30 апреля и 1 мая 2002 года (САТ/С/SR.504 и 507) и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

103.Комитет с удовлетворением приветствует четвертый периодический доклад Швеции, который был представлен Комитету досрочно и составлен в соответствии с руководящими принципами Комитета относительно подготовки докладов.

104.Комитет приветствует дополнительную информацию, представленную делегацией Швеции как устно, так и письменно, что свидетельствует о готовности государства-участника продолжать откровенный и открытый диалог с Комитетом. Комитет также подчеркивает прилагавшиеся приложенные делегацией усилия к тому, чтобы исчерпывающим образом отвечать на его вопросы.

В. Позитивные аспекты

105.Комитет с удовлетворением отмечает продемонстрированную Швецией твердую и решительную приверженность правам человека, а также позитивные отклики на предыдущие рекомендации Комитета. Он в особенности приветствует следующее:

а)принятие национального плана действий по правам человека на 2002‑2004 годы в рамках последующей деятельности по итогам Всемирной конференции по правам человека 1993 года, в котором в качестве приоритетной темы фигурирует вопрос о международной защите от преследований и пыток. Комитет с удовлетворением отмечает намерение шведских властей перевести выводы и рекомендации шести органов Организации Объединенных Наций по договорному мониторингу и распространить их по муниципалитетам;

b)создание в декабре 2000 года специальной комиссии для изучения вопроса о том, каким образом в 1995 году проводилось уголовное расследование смерти в заключении Осмо Валло. Комитет, в частности, отмечает, что в апреле 2002 года "Комиссия по делу Осмо Валло" опубликовала свои выводы и рекомендации и они были представлены министерству юстиции;

с)учреждение в декабре 2000 года официального парламентского комитета с целью установить, удовлетворительна ли существующая система рассмотрения утверждений о криминальных действиях полиции;

d)учреждение официального комитета, которому было поручено расследование действий полиции в ходе событий в Гётеборге и определение мер, которые следует принимать полиции в случае публичных демонстраций для защиты общественного порядка, равно как и такого фундаментального права, как право на демонстрацию;

е)создание специальной комиссии по пересмотру законодательства и прецедентного права, касающегося применения решений в связи с высылкой со шведской территории, и особенно в связи с утверждениями о том, что отдельные лица высылались в страны, с которыми у них нет значительных связей;

f)проведение многочисленных исследований и проектов с целью упрочения внутренней правовой системы по защите прав человека, и в особенности юрисдикции шведских судов в отношении международных правонарушений, совершаемых за рубежом, и усовершенствование процедуры рассмотрения просьб о предоставлении убежища;

g)заверение шведских властей в том, что они действуют в соответствии с замечаниями Комитета относительно индивидуальных жалоб и обязательства государства-участника не отсылать определенных лиц в те страны, где имеется риск того, что они могли бы быть подвергнуты пыткам. Комитет также приветствует то обстоятельство, что Закон об иностранцах содержит положение, которое позволит шведским иммиграционным властям основывать свои решения непосредственно на замечаниях, сделанных международными органами.

С. Проблемы, вызывающие озабоченность

106.Хотя конкретные механизмы по вводу в действие Конвенции в рамках внутренней правовой системы оставлены на усмотрение каждого государства-участника, используемые средства должны носить надлежащий характер, т.е. они должны давать результаты, свидетельствующие о том, что государство-участник полностью исполняет свои обязательства. Швеция избрала дуалистическую систему, в том что касается инкорпорации международных договоров во внутреннее право, и поэтому ей следует принять соответствующее законодательство для инкорпорации Конвенции против пыток. Комитет отмечает, что шведское внутреннее право не содержит определения пыток в русле статьи 1 Конвенции. И прежде всего во внутреннем уголовном праве не произведена идентификация ни пыток, ни жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в качестве конкретных преступлений и правонарушений.

107.Комитет также отмечает свою озабоченность по поводу следующего:

а)утверждений о том, что некоторые иностранцы высылаются или отправляются в страны, с которыми у них нет каких-либо значительных связей, исходя, среди прочего, из языковых критериев, которые порой носят несистематический и ненадежный характер и могут приводить к нарушению статьи 3 Конвенции;

b)Закона о специальных мерах контроля в отношении иностранцев, известного как антитеррористический закон, допускает высылку иностранцев, подозреваемых в терроризме, в рамках процедуры, которая, быть может, и не согласуется с Конвенцией, ибо не предусматривает положения об апелляции;

с)ряда случаев чрезмерного применения силы сотрудниками полиции и тюремными надзирателями, повлекших смерть пострадавших лиц, которые произошли в последние годы в Швеции. Кроме того, 2001 год был отмечен массовыми беспорядками в Гётеборге, после которых поступило много жалоб о жестоком обращении;

d)утверждений о нечетких, а зачастую и субъективных и неадекватных директивах и о недостаточности подготовки сотрудников полиции и тюремных надзирателей на предмет применения силы;

е)хотя в периодическом докладе утверждается, что показания, полученные под нажимом, не могут быть использованы в качестве доказательств в ходе разбирательства, в этой связи, пожалуй, нет никакой законодательной нормы, которая четко излагала бы такого рода запрет.

D. Рекомендации

108.Комиссия рекомендует государству-участнику:

a)включить в свое внутреннее законодательство определение пыток, изложенное в статье 1 Конвенции, и квалифицировать акты пыток и жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в качестве конкретных преступлений, караемых соответствующими санкциями;

b)обеспечить, чтобы в случае отсылки иностранцев они высылались в страну по их выбору или в страну, в которой у них имеются реальные связи и применительно к которой нет веских оснований полагать, что там им может угрожать опасность подвергнуться пыткам;

c)привести Закон о специальных мерах контроля в отношении иностранцев в соответствие с Конвенцией;

d)укрепить механизм отслеживания гарантий на надлежащее обращение, которые предоставляются государствами, куда высылаются иностранцы;

e)предпринимать более всеобъемлющие и обстоятельные расследования положения с правами человека в странах происхождения просителей убежища;

f)обеспечить оперативное и беспристрастное расследование всех утверждений о нарушениях, совершаемых полицейским персоналом и тюремными надзирателями, и в особенности любых случаев летальных исходов в пенитенциарных заведениях.. Следует уделить должное внимание выводам и рекомендациям "Комиссии Осмо Валло";

g)укрепить просветительские программы по правам человека, рассчитанные на сотрудников полиции, тюремных надзирателей и других работников правоохранительных органов, а также учебные программы, связанные с применением Справочника полицейских процедур и действий, связанных с самообороной;

h)обеспечить, чтобы во внутреннем праве был четко сформулирован запрет на использование в ходе разбирательства показаний, полученных под пыткой.

109.Комитет рекомендует государству-участнику включить в его пятнадцатый периодический доклад сводку выводов и рекомендаций, составленных вышеупомянутыми национальными комиссиями и комитетами, и указать, как они реализуются.

110.Комитет также рекомендует государству-участнику широко распространить в стране выводы и рекомендации Комитета на всех соответствующих языках.

Узбекистан

111.Комитет рассмотрел второй периодический доклад Узбекистана (CAT/C/53/Add.1) на своих 506, 509 и 518‑м заседаниях 1, 2 и 8 мая 2002 года (CAT/C/SR.506, 509 и 518) и принял следующие выводы и рекомендации.

A . Введение

112.Комитет приветствует второй периодический доклад Узбекистана, который был представлен своевременно и в соответствии с предыдущей просьбой Комитета. Он ценит обстоятельную информацию о многочисленных реформах с целью привести внутреннее законодательство в соответствие с обязательствами государства‑участника по Конвенции. Отмечая, что в докладе приводится мало информации об осуществлении Конвенции на практике, Комитет вместе с тем хотел бы выразить свою признательность за информативные устные обновленные данные, приведенные представителями государства‑участника в ходе рассмотрения доклада, и за готовность государства‑участника предоставить дополнительную информацию и соответствующую статистику в письменном виде.

B . Позитивные аспекты

113.Комитет отмечает следующие позитивные события:

a)ратификацию нескольких важных договоров по правам человека и принятие многочисленных законов с целью привести законодательство в соответствие с обязательствами по этим договорам;

b)предпринятые государством‑участником просветительские инициативы для ознакомления различных слоев общества с международными стандартами в области прав человека и обширные усилия в плане сотрудничества с международными организациями в целях поощрения понимания прав человека, включая привлечение технического сотрудничества со стороны Управления Верховного комиссара по правам человека;

c)сообщения государства‑участника о его усилиях по составлению нового определения пыток, которое было бы совместимо с определением по статье 1 Конвенции, и внесение в парламент законопроекта, с тем чтобы позволить гражданам подавать жалобы по фактам применения пыток;

d)заверения представителя государства‑участника на тот счет, что государство намерено учредить независимую судебную власть;

e)сообщение представителя государства‑участника об учреждении системы обжалования судебных приговоров и о введении альтернативных видов наказания, предусматривающих замену тюремного заключения и освобождение задержанных под залог;

f)препровожденную представителем государства‑участника информацию о том, что разрабатываются меры по выводам официального разбора жалоб, поступивших в Управление омбудсмена, который позволил выявить ряд спорных судебных приговоров, случаи пыток или жестокого обращения со стороны сотрудников правоохранительных органов и неадекватный надзор правоохранительных ведомств за применением норм в области прав человека;

g)судебное преследование четырех сотрудников полиции и назначение им в январе 2002 года наказания в виде тюремного заключения за применение пыток, а также заявление представителя государства‑частника о том, что это стало поворотным пунктом, возвестившим о стремлении государства‑участника обеспечить на практике запрет на применение пыток.

C . Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

114.Комитет сознает трудность преодоления наследия тоталитарной системы при переходе к демократической форме правления, а также то обстоятельство, что такой переход усугубляется нестабильностью в регионе. Тем не менее Комитет подчеркивает, что такие обстоятельства не могут служить оправданием применения пыток.

D . Проблемы, вызывающие озабоченность

115.Комитет выражает озабоченность в отношении следующего:

a)особенно многочисленных, непрекращающихся и систематических утверждений о крайне жестоких актах пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения и наказания, совершаемых сотрудниками правоохранительных органов;

b)отсутствия у лиц, лишенных свободы, надлежащего доступа, сразу же после задержания, к независимому адвокату, врачу или судебно‑медицинскому эксперту и к членам семьи, что является важной гарантией против пыток;

c)недостаточного уровня независимости и эффективности прокуратуры, особенно с учетом того, что прокурор наделен компетенцией осуществлять надзор за правомерностью продолжительности срока предварительного заключения, который может быть продлен вплоть до 12 месяцев;

d)недостаточной практической подготовки i)  врачей на предмет выявления признаков пыток или жестокого обращения у находившихся и находящихся в заключении лиц, а также ii)  правоохранительного персонала и судейских работников на предмет возбуждения оперативных беспристрастных расследований;

e)недостаточной независимости судебной власти;

f)фактического отказа судей принимать в расчет представляемые обвиняемым доказательства применения пыток и жесткого обращения, вследствие чего не возбуждаются ни следственные действия, ни судебные дела;

g)того обстоятельства, что определение пыток в Уголовном кодексе государства‑участника носит неполный характер и поэтому не вполне соответствует статье 1 Конвенции;

h)многочисленных случаев вынесения обвинительных приговоров на основе признательных показаний и продолжающегося использования критерия "раскрываемости преступлений" в качестве основы для продвижения по службе правоохранительного персонала, что в совокупности создает благоприятные условия для применения пыток и жестокого обращения, с тем чтобы вынудить задерживаемых к "признанию";

i)отсутствия транспарентности в системе уголовной юстиции и недостаточности публично доступной статистики относительно заключенных, жалоб на применение пыток, а также количества и результатов расследований по таким жалобам; кроме того, государство‑участник не представило запрошенную в связи с рассмотрением в ноябре 1999 года его первоначального доклада информацию относительно численности лиц, содержащихся под стражей, и численности лиц, подвергнутых казни после вынесения смертного приговора;

j)экстрадиции или высылки отдельных лиц, включая просителей убежища в Узбекистане, в страны, где они могут подвергаться риску применения пыток.

E . Рекомендации

116.Комитет рекомендует государству‑участнику:

a)безотлагательно приступить к реализации планов по рассмотрению предложений о внесении поправок в его внутреннее уголовное право, с тем чтобы включить в него преступление в форме пытки, состав которого был бы полностью совместим с определением, содержащимся в статье 1 Конвенции, и подкреплялся адекватным наказанием;

b)принять экстренные и эффективные меры к тому, чтобы: i)  создать, вне рамок прокураторы, полностью независимый механизм представления жалоб лицами, содержащимися в официальном заключении; и ii)  обеспечить оперативное, беспристрастное и полное расследование в связи с доводимыми до сведения властей многочисленными утверждениями о применении пыток, а также надлежащее преследование и наказание преступников;

с)обеспечить, чтобы лица, обращающиеся с жалобами на применение пыток, и их свидетели были защищены от мести;

d)обеспечить на практике абсолютное соблюдение принципа недопустимости использования показаний, полученных под пыткой;

е)принять меры по обеспечению и соблюдению независимости судейских работников при исполнении ими своих обязанностей в соответствии с международными стандартами, и в частности с Основными принципами независимости судей;

f)принять меры к тому, чтобы позволить заключенным получить доступ к адвокату, врачу и членам семьи с момента их взятия под стражу и обеспечить, чтобы врачебные услуги предоставлялись по просьбе заключенных без предварительного разрешения тюремных должностных лиц; а также вести реестр с именами всех заключенных с указанием времени, когда были произведены соответствующие уведомления адвокатов, врачей и членов семьи, а также результатов медицинских обследований; такой реестр должен быть доступен в соответствующих случаях адвокатам и другим лицам;

g)улучшить условия содержания в тюрьмах и следственных изоляторах и установить систему, допускающую внезапные инспекции таких мест внушающими доверие и беспристрастными следственными работниками, чьи выводы следует предавать гласности. Государству-участнику следует также предпринять шаги к тому, чтобы сократить нынешний срок предварительного заключения и обеспечить независимый судебный надзор за сроками и условиями предварительного заключения. Кроме того, ордер на арест должен даваться только судом;

h)обеспечить, чтобы правоохранительный, судебный, медицинский и иной персонал, причастный к содержанию под стражей, проведению допросов, лечению заключенных или вступающий с ними в контакт каким-либо иным образом, получал подготовку на предмет запрещения пыток и чтобы процедура реквалификации ("переаттестации") такого персонала включала как проверку его осведомленности о требованиях Конвенции, так и рассмотрение его послужного списка на предмет обращения с заключенными;

i)рассмотреть дальнейшие шаги по переводу пенитенциарной системы из ведения министерства внутренних дел в ведение министерства юстиции, что позволит улучшить условия содержания в пенитенциарной системе в соответствии с Конвенцией;

j)пересмотреть дела, по которым вынесение обвинительных приговоров было произведено исключительно на основе признательных показаний, за период, в течение которого Узбекистан является участником Конвенции, с учетом того, что многие из них могли быть основаны на доказательствах, полученных при помощи пыток или жестокого обращения, и соответственно предпринять оперативные и беспристрастные следственные действия и принять надлежащие меры по устранению нарушений;

k)обеспечить в законодательном порядке и на практике, чтобы никто не подвергался высылке, возвращению или экстрадиции в какое-либо государство при наличии серьезных оснований полагать, что ему может угрожать там применение пыток;

l)рассмотреть вопрос о том, чтобы сделать заявления в соответствии со статьями 21 и 22 Конвенции;

m)представить в следующем периодическом докладе дезагрегированные, среди прочего, по признаку возраста, пола, этнической принадлежности соответствующих лиц, а также по географическому местонахождению, данные о гражданских и военных пенитенциарных заведениях, а также о пенитенциарных центрах для содержания несовершеннолетних и о других заведениях, где лица могут быть уязвимы с точки зрения применения пыток или жестокого обращения применительно к Конвенции; представить в следующем периодическом докладе информацию о количестве, видах и результатах рассмотрения дел, как дисциплинарного, так и уголовного характера, в отношении полицейского и иного правоохранительного персонала, обвиняемого в применении пыток и совершении связанных с этим преступлений;

n)широко распространить выводы и рекомендации Комитета и краткие отчеты о рассмотрении докладов государства-участника, в том числе среди правоохранительных сотрудников, в средствах массовой информации, а также за счет популяризаторской деятельности неправительственных организаций;

о)рассмотреть вопрос о проведении прямых консультаций с независимыми неправительственными правозащитными организациями в ходе подготовки следующего периодического доклада.

V. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОМИТЕТА В СООТВЕТСТВИИ

СО СТАТЬЕЙ 20 КОНВЕНЦИИ

A. Общая информация

117.В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Конвенции, если Комитет получает достоверную информацию, которая, по его мнению, содержит вполне обоснованные данные о систематическом применении пыток на территории какого-либо государства-участника, Комитет предлагает этому государству-участнику сотрудничать в рассмотрении этой информации и с этой целью представить свои замечания в отношении данной информации.

118.Согласно правилу 69 правил процедуры Комитета, Генеральный секретарь доводит до сведения Комитета информацию, которая представлена или считается представленной для рассмотрения Комитетом в соответствии с пунктом 1 статьи 20 Конвенции. Комитет не принимает никакую информацию, если она касается государства-участника, которое в соответствии с пунктом 1 статьи 28 Конвенции при ратификации Конвенции или присоединении к ней заявило, что оно не признает компетенцию Комитета, предусмотренную в статье 20, если только это государство-участник впоследствии не сняло свою оговорку в соответствии с пунктом 2 статьи 28 Конвенции.

119.В течение отчетного периода продолжалась работа Комитета по статье 20 Конвенции.

120.В соответствии с положениями статьи 20 и правилами 72 и 73 правил процедуры все документы и материала Комитета, касающиеся его деятельности по статье 20 Конвенции, носят конфиденциальный характер и все заседания, посвященные его деятельности во исполнение этой статьи, являются закрытыми.

121.Вместе с тем в соответствии с пунктом 5 статьи 20 Конвенции после консультаций с соответствующим государством-участником Комитет может принять решение о включении краткого отчета о результатах этой работы в свой годовой доклад, который представляется государствам-участникам и Генеральной Ассамблее.

121.Ниже приводится такой краткий отчет в связи со Шри-Ланкой.

В.Краткий отчет о результатах расследования, касающегося Шри-Ланки

1.Введение

123.Шри-Ланка присоединилась к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 3 января 1994 года. В момент присоединения правительство страны не заявляло о непризнании компетенции Комитета, предусмотренной в статье 20 Конвенции. Возможность такого заявления предусматривается в пункте 1 статьи 28 Конвенции. В силу этого к Шри-Ланке может быть применена процедура, предусмотренная статьей 20.

124.Конфиденциальное расследование, предусмотренное в статье 20, началось в апреле 1999 года и завершилось в мае 2002 года. В соответствии с пунктом 5 статьи 20 Конвенции Комитет, после консультации с соответствующим государством-участником, постановил на своей двадцать восьмой сессии включить в свой годовой доклад, подлежащий представлению Генеральной Ассамблее в 2002 году, следующее резюме результатов расследования в отношении Шри-Ланки.

2.Ход процедуры

125.21 июля 1998 года пять неправительственных организаций, базирующихся в Лондоне, а именно Британский совет по делам беженцев, Фонд медицинской помощи жертвам пыток, Центр юридической помощи беженцам, Ассоциация практикующих юристов иммиграционного права и Группа юридической помощи беженцам, представили в Комитет информацию о предполагаемой систематической практике применения пыток в Шри-Ланке.

126.Комитет рассмотрел полученную информацию на своей двадцать первой сессии в ноябре 1998 года. Комитет заключил, что информация является достоверной и содержит вполне обоснованные данные, свидетельствующие о систематическом применении пыток на территории Шри-Ланки. В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Конвенции и правилом 76 своих правил процедуры Комитет решил просить Шри-Ланку сотрудничать с ним в ходе проведения расследования на основании полученной информации и представить свои замечания в этой связи к 1 февраля 1999 года. Правительство Шри‑Ланки представило свои замечания в указанное Комитетом время.

127.На своей двадцать второй сессии 26 апреля - 14 мая 1999 года Комитет, рассмотрев представленные государством-участником замечания, вновь подтвердил, что имеющаяся в его распоряжении информация содержит вполне обоснованные данные о систематическом применении пыток в Шри-Ланке. В силу этого Комитет постановил провести конфиденциальное расследование и поручить его проведение г-ну Мавромматису и г‑ну Юю Мендзя. В своем сообщении с изложением содержания принятого им решения Комитет просил также правительство Шри-Ланки разрешить посетить страну двум членам Комитета, которым было поручено провести расследование не позднее января 2000 года.

128.Правительство подтвердило свое согласие на осуществление этой поездки, однако просило перенести ее на более поздний срок по причине чрезмерной загруженности работой политических и военных властей страны в связи с обострением внутреннего конфликта, характеризующегося противостоянием шри-ланкийских вооруженных сил и членов организации "Тигры освобождения Тамил-Илама" (ТОТИ) в северных и восточных районах страны.

129.В конце концов поездка состоялась 19 августа - 1 сентября 2000 года. Главная часть работы членов Комитета была проведена в Коломбо, однако они выезжали также в Канди, Матале, Дамбуллу, Панадуру и Калутару, где они посетили места для содержания под стражей. По причинам, связанным с безопасностью, им не удалось посетить северную и восточную часть Шри-Ланки, где бушевал вооруженный конфликт и откуда поступало множество сообщений о предполагаемых случаях применения пыток. В ходе поездки г‑н Мавромматис и г-н Юй Мендзя провели 12 совещаний с государственными должностными лицами и посетили 16 мест для содержания под стражей. Правительство оказывало им всевозможную помощь и всемерно содействовало успешному проведению поездки.

130.В ходе поездки были проведены весьма полезные встречи со старшими административными работниками местных отделений системы Организации Объединенных Наций, которые позволили Комитету составить более полное представление об исходных условиях и причинах, на основе которых следует рассматривать утверждения о применении пыток. Эти два члена Комитета провели также целый ряд совещаний с представителями неправительственных организаций, юристами и медицинскими экспертами, которые занимаются случаями применения пыток. Кроме того, проводились беседы с предполагаемыми жертвами пыток.

131.Первоначальные замечания и рекомендации были представлены членам Комитета на итоговом совещании с правительственными должностными лицами, которое состоялось 31 августа 2000 года. 6 ноября 2000 года государство-участник препроводило ответ относительно осуществления первоначальных рекомендаций.

132.Эти два членам Комитета представили Комитету отчет о своей поездке на его двадцать пятой сессии (13-24 ноября 2000 года). Комитет выразил единодушное удовлетворение уровнем сотрудничества Шри-Ланки в проведении расследования и поддержал предложения, сформулированные проводящими расследование членами Комитета, относительно того, что: а) пока преждевременно подводить окончательные итоги и представлять на данном этапе выводы, сделанные в ходе расследования; и b)  более целесообразным представляется сотрудничество между Комитетом и правительством Шри-Ланки в рамках проводимого расследования в целях поощрения правительства к осуществлению конкретных мер, направленных на полномасштабное выполнение своих обязательств по Конвенции.

133.В этой связи в письме от 24 ноября 2000 года правительству были препровождены предварительные рекомендации, сформулированные Комитетом с целью оказания правительству содействия в его усилиях по более эффективному осуществлению Конвенции, и правительству было предложено проинформировать Комитет о принятых мерах во исполнение этих рекомендаций. В своих сообщениях от 28 марта 2001 года, 27 апреля 2001 года и 8 ноября 2001 года правительство представило подробную информацию, касающуюся осуществления предварительных рекомендаций.

134.7 сентября 2001 года неправительственные организации препроводили в Комитет обновленную информацию, касающуюся случаев применения пыток, жестокого обращения, сексуального домогательства, изнасилований и смерти во время содержания под стражей в Шри-Ланке.

135.В ходе своей двадцать седьмой сессии (12-23 ноября 2001 года) Комитет постановил препроводить правительству выводы, сделанные в ходе расследования, и просил его проинформировать Комитет не позднее февраля 2002 года о принятых мерах в связи с этими выводами. 11 марта 2002 года правительство Шри-Ланки представило свои комментарии по поводу сформулированных Комитетом выводов.

3.Предварительные рекомендации Комитета

136.Комитет препроводил правительству следующие предварительные рекомендации, в соответствии с которыми государству-участнику предлагалось:

а)принять и направить своим органам четкие инструкции для обеспечения практической эффективности правовых, административных и других мер, принятых с целью недопущения пыток;

b)сократить и в конечном счете отменить многие дублирующие полномочия учреждений, расследующих преступления на основании Закона о борьбе с терроризмом и Чрезвычайных правил, и четко определить их сферу компетенции, что будет способствовать более эффективному предотвращению всех видов пыток;

с)принять в рамках Закона о борьбе с терроризмом и Чрезвычайных правил норму об обязательной доставке подозреваемых к судье в течение короткого срока;

d)отменить право секретаря министерства обороны давать распоряжения о превентивном задержании на срок до одного года без судебного контроля;

е)разработать систему централизованного учета задержанных во всех районах страны;

f)создать эффективный механизм уголовного преследования должностных лиц, применявших пытки;

g)гарантировать доступ адвокатов к задержанным, содержащимся под стражей в полиции;

h)разработать систему бесплатной юридической помощи;

i)создать механизмы регулярных инспекционных посещений магистратами мест содержания под стражей;

j)положить конец незаконному задержанию подозреваемых полувоенными формированиями, оказывающими содействие вооруженным силам Шри-Ланки в войне против ТОТИ, и поставить такие формирования, как НООТИ и ООТИ, под строгий контроль государства или распустить их;

k)возбуждать оперативные и независимые расследования по каждому случаю предполагаемого применения пыток;

l)предоставить Генеральному прокурору право проводить расследования по таким заявлениям;

m)разработать эффективную методологию для обеспечения строгого соблюдения директив, касающихся предотвращения пыток;

n)разработать систему учета или отбора сотрудников, обладающих соответствующей квалификацией для работы начальниками полицейских участков и/или тюремных учреждений, и организовывать регулярные учебные занятия без отрыва от работы;

o)улучшить условия содержания под стражей и привести их в соответствие с принятыми Организацией Объединенных Наций Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными;

p)своевременно провести оценочные и аналитические исследования, упоминаемые в ноте правительства от 6 ноября 2000 года, и сообщить Комитету о достигнутых результатах.

4.Информация, полученная от правительства Шри-Ланки

после завершения поездки

137.Как отмечалось выше в сообщениях от 8 ноября, 27 апреля и 28 марта 2001 года, правительство Шри-Ланки представило Комитету подробную информацию, касающуюся сформулированных им выводов и рекомендаций.

138.Правительство проинформировало Комитет о том, что 20 ноября 2000 года был учрежден Постоянный межведомственный комитет по вопросам прав человека для рассмотрения вопросов и инцидентов, связанных с правами человека, включая, в частности, запрещение пыток, и принятие в этой связи соответствующих директивных решений. Впоследствии была учреждена Межведомственная рабочая группа по вопросам прав человека, которой было поручено контролировать осуществление решений, принятых Постоянным межведомственным комитетом, и принимать меры по не терпящим отлагательства вопросам. Рабочая группа приняла к рассмотрению 16 предварительных рекомендаций, препровожденных правительству Шри-Ланки Комитетом против пыток 24 ноября. В полученных от правительства сообщениях говорилось о многочисленных конструктивных мерах, принятых с целью запрещения пыток.

Рекомендация а)

139.Правительство отметило, что в январе 2001 года Генеральный инспектор полиции созвал специальное совещание всех своих заместителей и обратил их внимание на имеющиеся сообщения о предполагаемом применении пыток. При этом были упомянуты миссия Комитета для проведения расследования и его первоначальные замечания. Было подчеркнуто, что все заместители Генерального инспектора полиции обязаны обеспечивать при любых обстоятельствах недопущение применения их подчиненными пыток. Далее было указано, что им надлежит принимать оперативные и беспристрастные меры при поступлении любых жалоб или сообщений, содержащих утверждения о применении пыток.

140.14 января 2001 года Генеральный инспектор полиции направил официальный циркуляр всем начальникам отделений полиции и специальных подразделений, вновь обратив их внимание на то, что применение пыток не допускается и не разрешается ни при каких обстоятельствах. Согласно представленной правительством информации, к концу февраля 2001 года все сотрудники полиции, находящиеся в ведении Управления полиции Шри-Ланки, получили конкретные инструкции относительно строго запрета на применение каких бы то ни было видов пыток.

141.Правительство Шри-Ланки информировало далее Комитет о том, что в соответствии с политикой министерства обороны в аресте, задержании и допросе подозреваемых должны принимать участие лишь уполномоченные сотрудники полиции и служб безопасности. Никакие другие лица или члены каких-либо групп ни при каких обстоятельствах не должны принимать участия в осуществлении такого рода правоохранительной деятельности. Министерство обороны строго контролирует осуществление директивы, запрещающей участие членов бывших военизированных групп в практической деятельности правоохранительных органов. Членам бывших военизированных групп категорических запрещается производить аресты или задержания лиц.

Рекомендация b)

142.Согласно представленной правительством информации, все сотрудники полиции наделены полномочиями и правами для проведения уголовного расследования по фактам совершения преступлений, предусмотренных в Законе о борьбе с терроризмом и Чрезвычайных правил. Учитывая сложившееся в стране положение, предоставление полномочий в рамках Закона о борьбе с терроризмом и Чрезвычайных правил лишь одному специальному органу полиции противоречило бы интересам страны и соображениям безопасности. Правительство признало факт возможного дублирования таких полномочий.

143.В ответе правительства разъясняется практика ареста и содержания под стражей лиц, подозреваемых в нарушении Закона о борьбе с терроризмом и Чрезвычайных правил.

144.Любой уполномоченный сотрудник полиции в соответствии с законом может производить арест лиц, подозреваемых в нарушении соответствующих положений Закона о борьбе с терроризмом или Чрезвычайных правил. Содержание под стражей осуществляется в полицейском участке, к которому приписан соответствующий сотрудник полиции. Если арест подозреваемого производится в месте его жительства, то его содержание под стражей также осуществляется в полицейском участке района его проживания. Вместе с тем, поскольку Отдел по расследованию террористической деятельности (ОРТД) правомочен проводить антитеррористические расследования в любой части страны, в том случае, когда арест производится сотрудником полиции, входящим в состав ОРТД, подозреваемое лицо содержится под стражей в подведомственном ОРТД в месте предварительного заключения в Коломбо.

145.Если после произведенного соответствующим сотрудником полиции ареста начальник полицейского участка делает вывод о необходимости проведения расследования и длительного содержания под стражей, то он/она доводит этот вопрос до сведения начальника соответствующего управления полиции и в целях проведения следствия или содержания подозреваемого под стражей передает его дело в ОРТД или антидиверсионное подразделение (АДП). За исключением чрезвычайных обстоятельств, подозреваемое лицо, задержанное в соответствии с положениями Закона о борьбе с терроризмом или Чрезвычайных правил, содержится под стражей в полицейском участке не более 72 часов.

146.Если арест подозреваемого в нарушении положений Закона о борьбе с терроризмом или Чрезвычайных правил производится сотрудником полиции, входящим в состав АДП, то такой подозреваемый либо передается в ведение ОРТД, либо содержится под стражей до рассмотрения его дела магистратом при соответствующем АДП.

147.В тех случаях, когда возбуждение и проведение конкретного расследования, связанного с правонарушением, подпадающим под действие Закона о борьбе с терроризмом или чрезвычайных положений, входит в функции Департамента уголовных расследований (ДУР), подозреваемый содержится в камере предварительного заключения ДУР до момента рассмотрения его дела магистратом.

148.Все подозреваемые, арестованные сотрудниками полиции, входящими в состав ОРТД, содержатся под стражей в центре предварительного заключения ОРТД.

Рекомендация с)

149.В своем первоначальном сообщении от 28 марта 2001 года правительство разъяснило Комитету, что, согласно требованиям действующих Чрезвычайных правил, соответствующий правоохранительный орган обязан обеспечивать доставку к магистрату лиц, задержанных в соответствии с законом, до истечения 30‑дневного срока с момента ареста. Согласно представленной правительством информации, на последующих обсуждениях в Межведомственной рабочей группе по вопросам прав человека было принято решение об изменении соответствующего предписания и о сокращении максимального срока доставки подозреваемых магистратов до 14 дней.

150.Сообщением от 27 апреля 2001 года правительство дополнительно проинформировало Комитет о том, что, согласно указу от 6 апреля 2001 года, президент, действуя в соответствии с разделом 5 Постановления об общественной безопасности, объявил, что "при аресте любого лица и помещении его под стражу согласно положениям статьи 18 [Чрезвычайных] Правил такое лицо доставляется к магистрату в разумные сроки с учетом обстоятельств каждого дела и в любом случае не позднее чем через 14 дней с момента такого ареста".

151.Согласно Закону о борьбе с терроризмом, после ареста подозреваемого в соответствии с вышеупомянутым законом такой подозреваемый предстает перед магистратом не позднее чем через 72 часа, кроме тех случаев, когда его арест производится на основании ордера, выданного в соответствии с разделом 9 (1) этого закона. Однако если задержание подозреваемого производится на основании ордера на арест, выданного в соответствии с разделом 9(1) вышеуказанного закона, то такой подозреваемый доставляется к магистрату не ранее завершения возбужденного в его отношении расследования (максимальный срок расследования составляет 18 месяцев).

Рекомендация d )

152.Согласно представленной правительством информации, предоставленное секретарю министерства обороны право санкционировать превентивное задержание подлежит судебному контролю в течение всего периода содержания под стражей. Вместе с тем в связи с нынешним положением в Шри‑Ланке правительство не считает целесообразным отменять соответствующее предписание.

Рекомендация е)

153.Правительство сообщило Комитету о том, что полицейский департамент создал центральный полицейский реестр с компьютеризированной базой данных. Этот реестр содержит точную и обновленную информацию об арестах и содержании лиц под стражей на основании положений Закона о борьбе с терроризмом и постановлений о чрезвычайном положении, которое может объявляться президентом Шри‑Ланки. Сотрудники полиции, производящие аресты подозреваемых в соответствии с положениями этих законов, обязаны представлять об этом информацию для занесения в реестр не позднее чем через шесть часов с момента ареста. Реестр функционирует с 1 ноября 2001 года. Общественность была уведомлена о существовании центрального полицейского реестра и может представлять запросы и получать информацию на любом из трех официальных языков (сингальском, тамильском или английском). Члены семьи предположительно арестованных лиц могут обратиться в реестр с целью получения информации о том, было ли действительно арестовано соответствующее лицо, а также об органе, который произвел арест, и о месте содержания под стражей.

Рекомендации f), g) и h)

154.Согласно представленным правительством сведениям, существуют различные источники информации, на основании которых могут возбуждаться уголовные расследования и служебные разбирательства, например жалобы самих жертв пыток или сообщения, поступающие от механизмов Организации Объединенных Наций. Если такая информация поступает не в Генеральную прокуратуру, а в какое-либо иное государственное учреждение, то она должна быть в первую очередь препровождена в Отдел по борьбе с пытками Генеральной прокуратуры, который обязан ее зарегистрировать.

155.Следственные действия проводятся специальной группой сотрудников полиции, входящих в состав ДУР. Однако в случае поступления жалобы на сотрудников ДУР проведение расследования поручается группе в составе сотрудников Управления полиции. По завершении следственных действий материалы дела передаются в Отдел по борьбе с пытками, который рассматривает вопрос о целесообразности возбуждения уголовного преследования в соответствии с Законом 1994 года о Конвенции против пыток. В случае принятия решения о возбуждении уголовного дела в соответствующий высокий суд препровождается обвинительный акт в отношении подследственного лица. Параллельно с возбуждением уголовного дела Генеральный прокурор направляет в соответствующий дисциплинарный орган рекомендацию с просьбой рассмотреть вопрос о возможности возбуждения дисциплинарных процедур. Отдел располагает компьютеризированной базой данных относительно всех предпринятых им действий, включая действия в связи с утверждениями о применении пыток.

Рекомендация i)

156.Согласно представленной правительством информации, Управление полиции не возражает против того, чтобы адвокаты, представляющие интересы подозреваемых лиц, которые содержатся под стражей и в полицейских участках, беседовали с этими подозреваемыми/оказывали им консультативную помощь перед их доставкой к магистрату. Однако с учетом необходимости обеспечить полицейским следователям возможность для беспрепятственного проведения предварительного дознания и допроса подозреваемых лиц подобные беседы проводятся лишь после снятия показаний с подозреваемых. Тем не менее подозреваемое лицо или его/ее адвокат вправе передавать магистрату при первой же встрече с ним жалобу на применение насилия со стороны сотрудников полиции. Адвокаты, представляющие интересы арестованных подозреваемых, имеют право беседовать с начальником соответствующего полицейского участка в любое время после ареста.

Рекомендация j)

157.Было отмечено, что подозреваемые лица могут получать бесплатную юридическую помощь в рамках двух государственных программ юридической помощи, осуществляемых Ассоциацией социальной защиты заключенных и Проектом по юридическим услугам на уровне общин. Помимо этого имеется целый ряд других программ юридической помощи, осуществляемых МПО. Комиссия по правам человека Шри-Ланки составила список из 34 неправительственных организаций, которые оказывают такую юридическую помощь.

Рекомендация k)

158.В своем первоначальном сообщении от 28 марта 2001 года правительство Шри‑Ланки проинформировало Комитет о том, что все магистраты по закону наделены правом посещать и инспектировать следственные тюрьмы, в которых содержатся под стражей подозреваемые лица (по судебному приказу, вынесенному соответствующим магистратом). Кроме того, Комитет был проинформирован о том, что после обсуждения в Межведомственной рабочей группе по вопросам прав человека принято решение изменить действующие Чрезвычайные правила, наделив магистратов правок посещать (без предварительного уведомления) и инспектировать все места, в которых в соответствии с чрезвычайными положениями содержатся подозреваемые лица.

159.В сообщении от 27 апреля 2001 года правительство дополнительно проинформировало Комитет о том, что своим указом от 6 апреля 2001 года президент, действуя в соответствии с разделом 5 Постановления об общественной безопасности, постановил, что "начальник любого объекта, определенного Генеральным инспектором полиции в качестве места содержания под стражей для целей статьей 17 или 18 Правил один раз в 14 дней представляет магистрату, которому территориально подведомственно такое место содержания под стражей, список, содержащий имена всех лиц, помещенных в такое место под стражу. Магистрат вывешивает этот список на доске объявлений суда. Магистрат, которому территориально подведомственно такое установленное место содержания под стражей, посещает его не реже одного раза в месяц. На начальника этого объекта возлагается обязанность при посещении магистрата обеспечивать его встречу с каждым содержащимся в этом месте лицом, которое было помещено под стражу не по распоряжению магистрата".

160.По истечении срока действия Чрезвычайных правил истекают возложенные на магистратов 6 апреля 2001 года полномочия по посещению без предварительного уведомления мест содержания под стражей в соответствии с Чрезвычайными правилами. Однако с учетом представленной Межминистерской рабочей группой по вопросам прав человека рекомендации о необходимости наделения магистратов правом посещать и инспектировать все места содержания под стражей и беседовать с подозреваемыми лицами министерство юстиции рассматривает в настоящее время вопрос о возможности включения в Уголовно-процессуальный кодекс новой нормы, позволяющей магистратам осуществлять эти функции в связи с любыми подозреваемыми лицами, арестованными на основании различных применимых законов.

Рекомендация l)

161.Согласно представленной правительством информации, все группы бывших участников вооруженных формирований предупреждены о необходимости соблюдать законы и воздерживаться от ареста или задержания любых лиц. Совершение таких действий будет рассматриваться в качестве нарушения уголовного законодательства и будет влечь за собой принятие мер в соответствии с законом.

Рекомендация m)

162.В своем первоначальном сообщении от 28 марта 2001 года правительство Шри‑Ланки разъяснило, что первому заместителю Генерального инспектора полиции было поручено координировать все усилия, связанные с защитой и поощрением прав человека, а также с обеспечением соблюдения национального законодательства в связи с предполагаемыми нарушениями прав человека. На первого заместителя Генерального инспектора полиции возлагается обязанность обеспечивать строгое соблюдение директив, касающихся предупреждения пыток.

163.Кроме того, Главнокомандующий сухопутных сил Шри‑Ланки назначил одного из бригадных генералов координатором по всем вопросам, связанным с правами человека. Бригадный генерал обязан обеспечивать строгое соблюдение директив, которые были даны армии Шри‑Ланки. Аналогичным образом выполнение таких функций в военно-морском флоте Шри‑Ланки было поручено одному из коммодоров.

164.В своем сообщении от 27 апреля 2001 года правительство дополнительно информировало Комитет о том, что заместитель Генерального инспектора полиции предпринял недавно инициативу, предусматривающую, среди прочего, обзор процесса осуществления государственной политики и, в частности, изучение вопроса о том, соответствует ли обращение с лицами, находящимися под стражей в полицейских участках, международно-признанным нормам и стандартам и подвергаются ли они каким-либо пыткам или другим видам жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания.

165.Первый заместитель Генерального инспектора полиции, в ведении которого находятся вопросы прав человека, продолжает осуществлять личный контроль за соблюдением директив, выпущенных Генеральным инспектором полиции и Управлением полиции. Эти директивы призваны обеспечить защиту прав человека подозреваемых лиц, арестованных и содержащихся под стражей в полицейских учреждениях. В целях обеспечения соблюдения таких директив вышеуказанное должностное лицо инспектирует полицейские участки без предварительного уведомления.

Рекомендация n )

166.Все начальники полицейских участков еще на этапе отбора проходят подготовку, а затем ‑ периодическую переподготовку. Секретарь министерства обороны предложил Институту Фонда Шри‑Ланки провести комплексное исследование всех учебных программ по правам человека для сотрудников полиции и сил безопасности в целях пересмотра содержания и организации учебного процесса, основная задача которого состоит в том, чтобы, помимо накопления знаний, изменить сложившиеся представления, что способствовало бы изменению поведения. Институт Фонда Шри‑Ланки уже приступил к осуществлению новой учебной программы по правам человека для сотрудников полиции.

Рекомендация o )

167.Процесс улучшения условий в центрах для содержания под стражей требует вложения значительных средств и существенного улучшения инфраструктуры. Разработка соответствующих норм и улучшение условий содержания под стражей будет постепенным и длительным процессом.

Рекомендация p )

168.Постоянный межведомственный комитет и Межведомственная рабочая группа по вопросам прав человека будут и впредь отслеживать положение дел в том, что касается применения пыток. Рабочая группа примет все необходимые меры для предупреждения пыток и надлежащего соблюдения процессуальных норм в связи со всеми утверждениями о применении пыток.

169.Помимо конкретных ответов, касающихся выполнения рекомендаций Комитета, в своем сообщении от 28 марта 2001 года правительство представило информацию о следующих дополнительных мероприятиях: видеозаписи признательных заявлений, сделанных подозреваемыми в присутствии помощников суперинтендантов полиции, которая производится в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом и Чрезвычайными правилами; создании при ОРТД дополнительных центров содержания под стражей с целью частичного решения проблемы переполненности помещений для предварительного заключения, расположенных на шестом этаже нового здания секретариата; а также определения и формулирования законных методов уголовного расследования, применяемых для получения от подозреваемых обличающих их улик.

170.В своем сообщении от 27 апреля 2001 года правительство Шри‑Ланки проинформировало Комитет о том, что по инициативе министерства обороны соответствующим дисциплинарным органам было предложено рассмотреть вопрос о принятии дисциплинарных мер в отношении тех сотрудников полиции и сил безопасности, которые, как утверждается, применяли пытки. В настоящее время продолжается рассмотрение вопроса о дисциплинарных мерах в связи с делами, квалифицированными Верховным судом, и случаями, доведенными до сведения правительства Шри‑Ланки Специальным докладчиком Организации Объединенных Наций по вопросу о пытках.

171.В дополнение к этому правительство также ведет статистический учет лиц, арестованных правоохранительными органами в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом, Чрезвычайными правилами и нормами обычного права. Эти данные были представлены правительством, поскольку оно считает, что Комитету следует исходить из того, что о систематической практике пыток на территории государства‑участника можно говорить только в том случае, если пытки регулярно применяются с момента задержания лиц и вплоть до прекращения содержания под стражей или завершения срока уголовных санкций, налагаемых системой отправления правосудия, или в ходе аналогичного процесса де‑юре или де‑факто.

5. Выводы и заключения Комитета против пыток

172.В ноябре 2001 года Комитет препроводил правительству Шри‑Ланки следующие выводы и заключения. Ниже приводятся выводы Комитета, базирующиеся главным образом на наблюдениях членов Комитета, проводивших расследование в ходе своей поездки в Шри‑Ланку.

173.Самой серьезной проблемой, с которой сталкивается Шри‑Ланка, является многолетний внутренний конфликт, который порождает атмосферу насилия, в особенности в северной и восточной части страны, и усугубляется террористическими актами в городах, совершаемыми членами ТОТИ.

174.Правительство принимало и продолжает принимать драконовские меры с целью прекращения внутреннего конфликта. Эти меры включают применение чрезвычайных норм, выходящих далеко за рамки обычного законодательства о чрезвычайном положении.

175.Для целей борьбы с терроризмом правительство использует не только полицию и свои вооруженные силы, но военизированные группы, некоторые из которых включают тамильских перебежчиков. Эти группы не в полной мере контролируются гражданскими и военными властями.

176.Пытки нередко применяются:

a)полицией, особенно в течение первых дней после ареста и заключения под стражу подозреваемых лиц;

b)военнослужащими в отношении захваченных подозреваемых террористов в целях "облегчения" проведения последующих операций и до момента передачи их в распоряжение гражданских властей; и

c)военизированными группами, которые, как представляется, не входят в состав регулярных сил, находящихся под полным контролем военного командования.

177.Несмотря на довольно большое число случаев применения пыток, большинство подозреваемых пыткам не подвергаются; некоторые из них, возможно, подвергаются чрезмерно жесткому обращению.

178.Правительство не закрывает глаза на практику применения пыток и использует различные средства для ее предупреждения. Как представляется, принимаемые в этой связи предписания не всегда выполняются и не сопровождаются надлежащими последующими мерами по обеспечению их соблюдения.

179.Нельзя считать удовлетворительными проводимые шри-ланкийской полицией расследования по фактам предполагаемого применения пыток, поскольку следственные действия нередко сопровождаются неоправданными задержками. До последнего времени весьма редкими были случаи возбуждения судебных дел или применения дисциплинарных санкций.

180.Следует упомянуть о коллективных мерах, осуществляемых Высоким судом в контексте ходатайств, затрагивающих основополагающие права человека. Кроме того, следует упомянуть о деятельности Комиссии по правам человека. Несмотря на недавнее улучшение, работа этого органа по‑прежнему оставляет желать много лучшего, особенно в том, что касается обеспечения соблюдения предписаний, направленных на предупреждение пыток, и реагирование в связи с возможным воздействием на права человека нового законодательства о чрезвычайных мерах.

181.С учетом вышеизложенного Комитет пришел к выводу, что, несмотря на вызывающую обеспокоенность информацию о том, что в стране имеют место случаи пыток и жестокого обращения по смыслу статей 1 и 16 Конвенции, главным образом в контексте внутреннего конфликта, эта практика, тем не менее, не носит систематического характера.

182.При подготовке этого вывода Комитет учитывал свои соображения по поводу смысла понятия "систематическое применение пыток", сформулированные им по завершении в 1993 году своего первого расследования в соответствии со статьей 20 Конвенции и вновь подтвержденные в контексте его последующих расследований

(A/48/44/Add.1, пункт 39; А/51/44, пункт 214; и А/56/44, пункт 163)1. В этих соображениях излагается стандартная формулировка значения термина "систематический" в свете его использования в статье 20 Конвенции в соответствии со статьей 31 Венской конвенции 1969 года о праве международных договоров.

183.Кроме того, Комитет принял к сведению тот факт, что правительство и государственные силы безопасности приступили к осуществлению большинства рекомендаций, адресованных Комитетом государству-участнику.

184.Стоит ли говорить о том, что правительство обязано положить конец пыткам или жестокому обращению в какой бы то ни было форме, проводить независимые расследования по любым фактам предполагаемого применения пыток и нарушения статьи 16, привлекать подозреваемых к судебной ответственности и предоставлять компенсацию жертвам преступлений и обеспечивать полное соблюдение всех подготовленных Комитетом рекомендаций. Комитет особо приветствует принятые правительством меры по установлению контроля над военизированными группами, поскольку, согласно сообщениям, члены этих групп несут ответственность за многие случаи применения пыток. Комитет считает, что в контексте мер по предупреждению любых возможных случаев систематического применения пыток эти группы должны быть распущены.

185.Приветствуя создание Постоянного межведомственного комитета и Межведомственной рабочей группы по вопросам прав человека в качестве важного шага в правильном направлении, Комитет призывает правительство Шри-Ланки обеспечить стабильное и эффективное функционирование этих органов.

6.Дополнительная информация, представленная

правительством Шри-Ланки

186.В сообщении от 11 марта 2002 года правительство Шри-Ланки представило ответ на выводы и заключения Комитета. Некоторые данные, содержащиеся в этом ответе, уже приводились выше, поскольку в нем идет речь о дальнейшей работе по осуществлению сформулированных Комитетом рекомендаций.

187.Согласно представленной в ответе информации, правительство через посредство Института Фонда Шри-Ланки, Высшего полицейского училища и ряда учебных заведений шри-ланкийской армии, продолжает обеспечивать подготовку сотрудников полиции и служб безопасности в целях соблюдения стандартов и норм в области прав человека и гуманитарного права. В настоящее время изучение норм в области прав человека и гуманитарного права включено в программы профессиональной подготовки сотрудников полиции и служб безопасности.

188.Кроме того, правительство сообщило Комитету о том, что после тщательного анализа необходимости обеспечения того, чтобы Управление полиции и его сотрудники выполняли функции самостоятельного правоохранительного органа, а не вспомогательного органа трех служб безопасности, оно учредило новое ведомство под названием "министерство внутренних дел", главная задача которого заключается в практическом разграничении функций полиции, службы безопасности и министерства обороны.

189.Кроме того, были созданы отделы по правам человека в военно-морском флоте и военно-воздушных силах Шри-Ланки. Мандат отдела по правам человека в вооруженных силах Шри-Ланки, включает, в частности, консультирование командующего вооруженными силами по всем вопросам, касающимся применения международного гуманитарного права в конфликтных ситуациях; организации учебных программ для военнослужащих и обеспечения тесной координации усилий с отделением Международного комитета Красного Креста в Коломбо и Национальной комиссией по правам человека в решении вопросов, касающихся прав человека и гуманитарных проблем.

190.Кроме того, правительство сообщило Комитету о том, что в результате предварительных переговоров, проведенных 23 февраля 2002 года при содействии норвежского правительства, правительству Шри-Ланки удалось заключить с организацией ТОТИ соглашение о прекращении огня. Согласно представленной правительством информации, это соглашение содержит ряд положений, направленных на создание более благоприятных условий для мирного сосуществования различных общин Шри-Ланки, а также на поощрение и защиту их прав.

191.С учетом вывода Комитета о том, что пытки и другие виды жестокого обращения имеют место главным образом в контексте внутреннего конфликта, недавние события и, в частности, вступление в силу 23 февраля 2002 года соглашения о прекращении огня, за соблюдением которого наблюдает международная наблюдательная миссия, реально способствуют устранению основных факторов, которые, по мнению Комитета, препятствуют искоренению в стране практики применения пыток и других форм жестокого обращения.

192.В соответствии с пунктом 1 статьи 2 соглашения правительство обязалось воздерживаться от проведения облав и обысков или любых арестов и задержаний подозреваемых на основании Закона о борьбе с терроризмом. В случае необходимости произвести арест подозреваемого в причастности к совершению террористического акта такой арест будет произведен на основании положений обычного законодательства (Уголовно-процессуального кодекса). Соглашение о прекращении огня предусматривает мораторий на применение положений Закона о борьбе с терроризмом. Правительство сообщило Комитету о том, что постановление о чрезвычайном положении более не действует и что оно намеревается проанализировать и пересмотреть существующие положения Закона о борьбе с терроризмом.

193.В соответствии с пунктом 8 статьи 1 соглашения все тамильские военизированные группы должны быть разоружены в течение одного месяца с даты вступления этого соглашения в силу.

194.Кроме того, правительство сообщило Комитету о том, что после создания при Генеральной прокуратуре Группы по наказанию лиц, виновных в применении пыток, и при Управлении уголовных расследований Группы по расследованию случаев применения пыток все заявления о применении пыток беспристрастно, оперативно и всесторонне расследуются и в случае их подтверждения виновные лица привлекаются к ответственности.

7.Заключительные замечания

195.Комитет приветствует предпринимаемые правительством Шри-Ланки разносторонние и энергичные усилия по пресечению и предупреждению актов пыток. Он приветствует соглашение о прекращении огня и с удовлетворением принимает к сведению принятые меры по осуществлению почти всех сформулированных Комитетом рекомендаций. Вместе с тем Комитет отмечает, что борьба с пытками является долгосрочным процессом, который требует неустанных усилий со стороны государства-участника.

V . РАССМОТРЕНИЕ ЖАЛОБ В СООТВЕТСТВИИ СО СТАТЬЕЙ 22 КОНВЕНЦИИ

196.В соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания лица, которые утверждают, что государством-участником было нарушено какое-либо из прав, перечисленных в Конвенции, могут представлять жалобы Комитету против пыток для рассмотрения при условии соблюдения предусмотренных в этой статье требований. 49 из 129 государств, присоединившихся к Конвенции или ратифицировавших ее, заявили, что они признают компетенцию Комитета получать и рассматривать жалобы в соответствии со статьей 22 Конвенции. Список этих государств содержится в приложении III. Комитет не вправе рассматривать какие-либо жалобы, если они касаются государства - участника Конвенции, не признавшего компетенцию Комитета, предусмотренную в статье 22 Конвенции.

197.Рассмотрение жалоб в соответствии со статьей 22 Конвенции проводится на закрытых заседаниях (пункт 6 статьи 22). Все документы, относящиеся к работе Комитета в соответствии со статьей 22, т.е. сообщения сторон и другие рабочие документы Комитета, носят конфиденциальный характер.

198.На своей двадцать восьмой сессии Комитет принял пересмотренные правила процедуры с целью облегчения и ускорения процесса рассмотрения жалоб (приложение IX).

199.В соответствии с пересмотренным правилом 107 правил процедуры с целью принятия решения о приемлемости жалобы Комитет, его рабочая группа или докладчик, назначенные в соответствии с пунктом 3 правил 98 или 106, удостоверяются в том, что: лицо утверждает, что оно является жертвой нарушения соответствующим государством-участником положений Конвенции; жалоба не связана со злоупотреблением проводимого Комитетом процесса и не является явно необоснованной; жалоба не является не совместимой с положениями Конвенции; этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования; лицо исчерпало все имеющиеся внутренние меры правовой защиты; период времени, истекший с момента исчерпания внутренних средств правовой защиты, не является столь неоправданно продолжительным, что это необоснованно затрудняет рассмотрение жалоб Комитетом или государством-участником.

200.В соответствии с пересмотренным правилом 109 правил процедуры как можно скорее после регистрации жалоба препровождается соответствующему государству-участнику с просьбой представить на нее письменный ответ в течение шести месяцев. Государство-участник включает в свой ответ объяснения или заявления, касающиеся как приемлемости жалобы, так и ее существа, а также любого средства правовой защиты, которое могло быть представлено в данном случае, если только Комитет, рабочая группа или специальный докладчик не решат, в силу чрезвычайного характера дела, запросить ответ, который касается только вопроса о приемлемости. Государство-участник может в двухмесячный срок ходатайствовать об отклонении жалобы как неприемлемой. Комитет или докладчик по новым жалобам и временным мерам может, по своему усмотрению, согласиться на рассмотрение вопроса о приемлемости отдельно от существа жалобы. После принятия отдельного решения о приемлемости Комитет в каждом конкретном случае устанавливает крайние сроки для представления материалов. Комитет, его рабочая группа или докладчик(и) могут предложить соответствующему государству-участнику или заявителю представить дополнительную письменную информацию, разъяснения или замечания и указывают сроки для их представления. В течение сроков, установленных Комитетом, его рабочей группой или докладчиком (докладчиками) государству-участнику может быть предоставлена возможность высказать замечания по любому сообщению, полученному от другой стороны. Неполучение сообщений или замечаний обычно не должно служить причиной задержки с рассмотрением жалобы, и Комитет или его рабочая группа могут решить рассмотреть вопрос о приемлемости такой жалобы и/или ее существа в свете имеющейся информации.

201.Комитет завершает рассмотрение жалобы вынесением по ней решения в свете всей информации, представленной ему заявителем и государством-участником. Выводы Комитета препровождаются сторонам (пункт 7 статьи 22 Конвенции и правило 112 правил процедуры) и предаются гласности. Текст вынесенных Комитетом решений, в которых жалобы объявляются неприемлемыми в соответствии со статьей 22 Конвенции, также предается гласности без оглашения личности заявителя, но с указанием соответствующего государства-участника.

202.В соответствии с пунктом 1 нового правила 115 своих пересмотренных правил процедуры Комитет может принять решение о включении в свой годовой доклад резюме рассмотренных сообщений. Кроме того, Комитет должен включить в свой годовой доклад текст своих решений в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

A . Новые методы работы

203.На своей двадцать седьмой сессии Комитет назначил одного из своих членов, г‑на Мавромматиса, докладчиком по временным мерам и подтвердил его функции в этом качестве на своей двадцать восьмой сессии как докладчика по новым сообщениям и временным мерам (правило 98). Также на своей двадцать седьмой сессии Комитет постановил учредить предсессионную рабочую группу в составе трех-пяти членов для оказания помощи пленарной группе в ее работе в соответствии со статьей 22 и ввел в состав первой рабочей группы следующих четырех своих членов: г‑на Бернса, г‑на Камару, г‑на Гонсалеса Поблете и г-на Яковлева. На двадцать восьмой сессии рабочая группа представила Комитету рекомендации, касающиеся выполнения условий приемлемости, а также существа жалоб. Также на двадцать восьмой сессии Комитет учредил пост докладчика по последующим мерам и назначил соответствующими докладчиками г‑на Гонсалеса Поблете и г-жу Гаер (заместитель докладчика) (правило 114). Текст с изложением круга ведения докладчика по новым сообщениям и временным мерам приводится в приложении VIII, а текст круга ведения докладчиков по последующим мерам приводится в приложении IX.

B . Временные меры защиты

204.Заявители нередко обращаются с просьбами о применении к ним превентивных мер защиты, в частности в тех случаях, когда речь идет о немедленной высылке или экстрадиции, и ссылаются в этой связи на статью 3 Конвенции. В соответствии с пересмотренным правилом 108 в любой момент после получения жалобы Комитет, его рабочая группа или Докладчик по новым жалобам и новым мерам могут направить соответствующему государству‑участнику просьбу о том, чтобы оно приняло такие временные меры, какие Комитет считает необходимыми во избежание причинения непоправимого ущерба жертве или жертвам предполагаемых нарушений. Государство‑ участник должно уведомляться о том, что такая просьба не предполагает принятия решения по вопросу о приемлемости жалобы или ее существа. Докладчик по новым жалобам и временным мерам следит за выполнением направленных Комитетом просьб о временных мерах. Государство‑участник может информировать Комитет о том, что причин для применения временных мер более не существует, или представить аргументы относительно того, по какой причине должны быть сняты временные меры. Докладчик, Комитет или его рабочая группа могут снять просьбу о применении временных мер.

205.За рассматриваемый период докладчик по новым жалобам и временным мерам в ряде случае обращался к государствам‑участникам с просьбой отложить высылку, с тем чтобы позволить Комитету рассмотреть жалобы в соответствии с предусмотренной Комитетом процедурой. Все запрошенные в этой связи государства‑участники удовлетворили просьбу Комитета об отсрочке.

C . Ход работы

206.На момент принятия настоящего доклада Комитет зарегистрировал 209 жалоб, касающихся 21 страны. Из них производство по 55 жалобам было прекращено, а 38 были признаны неприемлемыми. Комитет принял окончательные решения по существу в отношении 50 жалоб и в 21 из них констатировал наличие нарушений Конвенции. Наконец, 46 жалоб оставались нерассмотренными.

207.На своей двадцать седьмой сессии Комитет принял решение прекратить рассмотрение трех сообщений и признал одну жалобу приемлемой и подлежащей рассмотрению по существу. Кроме того, Комитет, сославшись на то, что принцип исчерпания внутренних средств правовой защиты предписывает заявителю использовать средства правовой защиты, непосредственно связанные с риском применения пыток в соответствии со статьей 3 Конвенции, признал неприемлемым сообщение № 170/2000 (А.Р. против Швеции) согласно подпункту b) пункта 5 статьи 22 Конвенции. Текст этого решения приводится в приложении VII, раздел  B, к настоящему докладу.

208.На своей двадцать седьмой сессии Комитет принял соображения относительно сообщений № 154/2000 (М.С. против Австралии), № 156/200 (М.С. против Швейцарии), № 162/2000 (Х.А. против Австралии), № 166/2000 (Б.С. против Канады), № 175/2000 (С.Т. против Нидерландов) и № 178/2001 (Х.О. против Швеции). Текст принятых Комитетом решений воспроизводится в приложении VII, раздел A, к настоящему докладу.

209.В своих решениях по вышеупомянутым случаям Комитет констатировал, что заявители не представили достаточных доказательств в обоснование своих претензий о том, что в случае их возвращения в страны происхождения им будет угрожать опасность применения пыток. В силу этого Комитет заключил в каждом случае, что возвращение заявителей в соответствующие страны не повлечет за собой нарушения статьи 3 Конвенции.

210.На своей двадцать восьмой сессии Комитет признал неприемлемой жалобу № 176/2000 (Ройтман против Испании) главным образом по той причине, что заявитель не являлся жертвой по смыслу пункта 1 статьи 22 Конвенции. Текст этого решения воспроизводится в приложении VII, раздел B, к настоящему докладу.

211.Также на своей двадцать восьмой сессии Комитет принял решения относительно жалоб № 111/1998 (Р.С. против Австрии), № 138/1999 (М.П.С. против Австралии), № 146/1999 (Э.Т.Б. против Дании), № 164/2000 (Л.М.Т. против Швеции), № 177/2001 (Х.И. против Австралии), № 179/201 (Б.А.М. против Швеции), № 180/2001 (Ф.З. против Дании) и № 185/2001 (Каруи против Швеции). Текст принятых Комитетом решений воспроизводится в приложении VII, раздел A, к настоящему докладу.

212.В своем решении относительно жалобы № 111/1998 (Р.С. против Австрии) Комитет констатировал, что австрийские власти не нарушили свое обязательство по статье 13 Конвенции проводить быстрое и беспристрастное расследование.

213.В своем решении относительно жалобы № 185/2001 (Ч.Б.А.К. против Швеции) Комитет констатировал, что автор представил достаточно обоснованные сведения, включая медицинские справки, свидетельствующие о том, что в прошлом он подвергался пыткам, рекомендательное письмо от организации "Международная амнистия" и заявление председателя организации, членом которой он является, которые дают основания полагать, что в случае его возвращения в Тунис ему будет угрожать реальная опасность быть подвергнутым пыткам.

214.В своем решении относительно жалоб № 138/1999 (М.П.С. против Австралии), 146/1999 (Э.Т.Б. против Дании), 164/2000 (Л.М.Т. против Швеции), 177/2001 (Х.И. против Австралии), 179/2001 (Б.А.М. против Швеции) и 180/2001 (Ф.З. против Дании) Комитет констатировал, что авторы сообщений не представили достаточных доказательств в обоснование своей претензии о том, что в случае их возвращения в страны происхождения им будет угрожать опасность подвергнуться пыткам. В силу этого Комитет пришел в каждом случае к выводу, что возвращение заявителей в соответствующие страны не повлечет за собой нарушения статьи 3 Конвенции.

VI.МНЕНИЕ ЮРИСКОНСУЛЬТА ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ОТНОСИТЕЛЬНО ПРИМЕНИМОСТИ КОНВЕНЦИИ НА ОККУПИРОВАННОЙ ПАЛЕСТИНСКОЙ ТЕРРИТОРИИ

215.На своей двадцать шестой сессии Комитет решил просить юрисконсульта Организации Объединенных Наций представить консультативное заключение относительно применимости Конвенции на оккупированной палестинской территории. В письме от 22 июня 2001 года Председатель Комитета просил юрисконсульта представить Комитету такое заключение. В своем письме от 19 сентября 2001 года юрисконсульт сообщил, что "Конвенция имеет обязательную юридическую силу для Израиля в качестве оккупирующей державы в отношении оккупированной палестинской территории". Он добавил, что "Комитет против пыток, как представляется, уже исходит из этого предположения".

VII. ОБСУЖДЕНИЕ ПОЛОЖЕНИЯ НА ОККУПИРОВАННОЙ

ПАЛЕСТИНСКОЙ ТЕРРИТОРИИ В СВЕТЕ КОНВЕНЦИИ

216.На своей двадцать восьмой сессии Комитет постановил провести по просьбе одного из своих членов обсуждение положения на оккупированной палестинской территории в свете Конвенции. Такое обсуждение состоялось на 522-м заседании 14 мая 2002 года. По завершении обсуждения Комитет постановил девятью голосами против одного, что в ходе осуществления своего мандата докладчик по последующим мерам в связи с принятыми Комитетом выводами и рекомендациями по поводу представленных государствами-участниками докладов должен принимать во внимание обсуждение, состоявшееся на вышеупомянутом заседании.

VIII. УТВЕРЖДЕНИЕ ГОДОВОГО ДОКЛАДА КОМИТЕТА

217.В соответствии со статьей 24 Конвенции Комитет представляет государствам-участникам и Генеральной Ассамблее годовой доклад о своей работе. Поскольку каждый календарный год Комитет проводит свою вторую очередную сессию в конце ноября, что совпадает с очередными сессиями Генеральной Ассамблеи, Комитет утверждает свой годовой доклад в конце своей весенней сессии для целей ее надлежащего препровождения Генеральной Ассамблеи в течение того же календарного года. В этой связи на своем 528‑м заседании, состоявшемся 17 мая 2002 года, Комитет рассмотрел и единогласно утвердил доклад о своей работе на двадцать седьмой и двадцать восьмой сессиях.

Приложение I

Перечень государств, которые подписали, ратифицировали Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания или присоединились к ней по состоянию

на 17 мая 2002 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Афганистан 4 февраля 1985 года 1 апреля 1987 года

Албания11 мая 1994 года а

Алжир26 ноября 1985 года12 сентября 1989 года

Антигуа и Барбуда19 июля 1993 года а

Аргентина 4 февраля 1985 года24 сентября 1986 года

Армения13 сентября 1993 года а

Австралия10 декабря 1985 года 8 августа 1989 года

Австрия14 марта 1985 года29 июля 1987 года

Азербайджан16 августа 1996 года а

Бахрейн 6 марта 1998 года а

Бангладеш 5 октября 1998 года а

Беларусь19 декабря 1985 года13 марта 1987 года

Бельгия 4 февраля 1985 года

Белиз17 марта 1986 года а

Бенин12 марта 1992 года а

Боливия 4 февраля 1985 года

Босния и Герцеговина 6 марта 1992 года b

Ботсвана 8 сентября 2000 года 8 сентября 20000 года

Бразилия23 сентября 1985 года28 сентября 1989 года

Болгария10 июня 1986 года16 декабря 1986 года

Буркина-Фасо 4 января 1999 года

Бурунди18 февраля 1993 года а

Камбоджа15 октября 1992 года а

Камерун19 декабря 1986 года а

Канада23 августа 1985 года24 июня 1987 года

Кабо-Верде 4 июня 1992 года а

Чад 9 июня 1995 года а

Чили23 сентября 1987 года30 сентября 1988 года

Китай12 декабря 1986 года 4 октября 1988 года

Колумбия10 апреля 1985 года 8 декабря 1987 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Коморские Острова22 сентября 2000 года

Коста-Рика 4 февраля 1985 года11 ноября 1993 года

Кот-д'Ивуар18 декабря 1995 года а

Хорватия 8 октября 1991 года b

Куба27 января 1986 года17 мая 1995 года

Кипр 9 октября 1985 года18 июля 1991 года

Чешская Республика 1 января 1993 года b

Демократическая

Республика Конго18 марта 1996 года а

Дания 4 февраля 1985 года27 мая 1987 года

Доминиканская

Республика 4 февраля 1985 года

Эквадор 4 февраля 1985 года30 марта 1988 года

Египет25 июня 1986 года а

Сальвадор17 июня 1996 года а

Эстония21 октября 1991 года а

Эфиопия14 марта 1994 года а

Финляндия 4 февраля 1985 года30 августа 1989 года

Франция 4 февраля 1985 года18 февраля 1986 года

Габон21 января 1986 года 8 сентября 2000 года

Гамбия23 октября 1985 года

Грузия26 октября 1994 года а

Германия13 октября 1986 года 1 октября 1990 года

Гана 7 сентября 2000 года 7 сентября 2000 года а

Греция 4 февраля 1985 года 6 октября 1988 года

Гватемала 5 января 1990 года а

Гвинея30 мая 1986 года10 октября 1989 года

Гвинея-Бисау12 сентября 2000 года

Гайана25 января 1988 года19 мая 1988 года

Гондурас 5 декабря 1996 года а

Венгрия28 ноября 1986 года15 апреля 1987 года

Исландия 4 февраля 1985 года23 октября 1996 года

Индия14 октября 1997 года

Индонезия23 октября 1985 года28 октября 1998 года

Ирландия28 сентября 1992 года11 апреля 2002 года

Израиль22 октября 1986 года 3 октября 1991 года

Италия 4 февраля 1985 года12 января 1989 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Япония29 июня 1999 года а

Иордания13 ноября 1991 года а

Казахстан26 августа 1998 года а

Кения21 февраля 1997 года а

Кувейт 8 марта 1996 года а

Кыргызстан 5 сентября 1997 года а

Латвия14 апреля 1992 года а

Ливан 5 октября 2000 года а

Лесото12 ноября 2001 года а

Ливийская Арабская

Джамахирия16 мая 1989 года а

Лихтенштейн27 июня 1985 года 2 ноября 1990 года

Литва 1 февраля 1996 года а

Люксембург22 февраля 1985 года29 сентября 1987 года

Мадагаскар 1 октября 2001 года

Малави11 июня 1996 года а

Мали26 февраля 1999 года a

Мальта13 сентября 1990 года а

Маврикий 9 декабря 1992 года а

Мексика18 марта 1985 года23 января 1986 года

Монако 6 декабря 1991 года а

Монголия24 января 2002 года а

Марокко 8 января 1986 года21 июня 1993 года

Мозамбик14 сентября 1999 года

Намибия28 ноября 1994 года а

Науру12 ноября 2001 года

Непал14 мая 1991 года а

Нидерланды 4 февраля 1985 года21 декабря 1988 года

Новая Зеландия 14 января 1986 года10 декабря 1989 года

Никарагуа15 апреля 1985 года

Нигер 5 октября 1998 года а

Нигерия28 июля 1988 года28 июня 2001 года

Норвегия 4 февраля 1985 года 9 июля 1986 года

Панама22 февраля 1985 года24 августа 1987 года

Парагвай23 октября 1989 года12 марта 1990 года

Перу29 мая 1985 года 7 июля 1988 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Филиппины18 июня 1986 года а

Польша13 января 1986 года26 июля 1989 года

Португалия 4 февраля 1985 года 9 февраля 1989 года

Катар11 января 2000 года

Республика Корея 9 января 1995 года а

Республика Молдова28 ноября 1995 года а

Румыния18 декабря 1990 года а

Российская Федерация10 декабря 1985 года 3 марта 1987 года

Сент-Винсент и Гренадины 1 августа 2001 года а

Сан-Томе и Принсипи 6 сентября 2000 года

Саудовская Аравия23 сентября 1997 года а

Сенегал 4 февраля 1985 года21 августа 1986 года

Сейшельские Острова 5 мая 1992 года а

Сьерра-Леоне18 марта 1985 года25 апреля 2001 года

Словакия29 мая 1993 года а

Словения16 июля 1993 года а

Сомали24 января 1990 года а

Южная Африка29 января 1993 года10 декабря 1998 года

Испания 4 февраля 1985 года21 октября 1987 года

Шри-Ланка 3 января 1994 года а

Судан 4 июня 1986 года

Швеция 4 февраля 1985 года 8 января 1986 года

Швейцария 4 февраля 1985 года 2 декабря 1986 года

Таджикистан11 января 1995 года а

Бывшая югославская

Республика Македония12 декабря 1994 года b

Того25 марта 1987 года18 ноября 1987 года

Тунис26 августа 1987 года23 сентября 1988 года

Турция25 января 1988 года 2 августа 1988 года

Туркменистан25 июня 1999 года а

Уганда 3 ноября 1986 года а

Украина27 февраля 1986 года24 февраля 1987 года

Соединенное Королевство

Великобритании и

Северной Ирландии15 марта 1985 года 8 декабря 1988 года

Соединенные Штаты

Америки18 апреля 1988 года21 октября 1994 года

Уругвай 4 февраля 1985 года24 октября 1986 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Узбекистан28 сентября 1995 года а

Венесуэла15 февраля 1985 года29 июля 1991 года

Йемен 5 ноября 1991 года а

Югославия18 апреля 1989 года10 сентября 1991 года b

Замбия 7 октября 1998 года а

________________________

aПрисоединение.

bПравопреемство.

Приложение II

Государства-участники, которые при ратификации или присоединении заявили, что они не признают компетенцию Комитета, предусмотренную статьей 20 Конвенции, по состоянию на 17 мая 2002 года a

Афганистан

Китай

Израиль

Кувейт

Марокко

Саудовская Аравия

Украина

_____________________

aСемь государств-участников.

Приложение III

Государства-участники, которые сделали заявления, предусмотренные

статьями 21 и 22 Конвенции, по состоянию на 17 мая 2002 года а

Государство-участник

Дата вступления в силу

Алжир

Аргентина

Австралия

Австрия

Бельгия

12 апреля 1989 года

26 июня 1987 года

29 января 1993 года

28 августа 1987 года

25 июля 1999 года

Болгария

Камерун

Канада

Коста-Рика

Хорватия

12 июня 1993 года

11 ноября 2000 года

24 июля 1987 года

27 февраля 2002 года

8 октября 1991 года

Кипр

Чешская Республика

Дания

Эквадор

Финляндия

8 апреля 1993 года

3 сентября 1996 года

26 июня 1987 года

29 апреля 1988 года

29 сентября 1989 года

Франция

Германия

Гана

Греция

Венгрия

26 июня 1987 года

19 октября 2001 года

7 октября 2000 года

5 ноября 1988 года

26 июня 1987 года

Исландия

Ирландия

Италия

Лихтенштейн

Люксембург

Мальта

22 ноября 1996 года

11 апреля 2002 года

11 февраля 1989 года

2 декабря 1990 года

29 октября 1987 года

13 октября 1990 года

Монако

Нидерланды

Новая Зеландия

Норвегия

Польша

6 января 1992 года

20 января 1989 года

9 января 1990 года

26 июня 1987 года

12 июня 1993 года

Португалия

Российская Федерация

Сенегал

Словакия

Словения

11 марта 1989 года

1 октября 1991 года

16 октября 1996 года

17 апреля 1995 года

16 июля 1993 года

Южная Африка

Испания

Швеция

Швейцария

Того

10 декабря 1998 года

20 ноября 1987 года

26 июня 1987 года

26 июня 1987 года

18 декабря 1987 года

Тунис

Турция

Уругвай

Венесуэла

Югославия

23 октября 1988 года

1 сентября 1988 года

26 июня 1987 года

26 апреля 1994 года

10 октября 1991 года

Государства-участники, которые сделали только заявление, предусмотренное

статьей 21 Конвенции, по состоянию на 17 мая 2002 года

Япония

Уганда

Соединенное Королевство Великобритании и

Северной Ирландии

Соединенные Штаты Америки

29 июня 1999 года

19 декабря 2001 года

8 декабря 1988 года

21 октября 1994 года

Государства-участники, которые сделали только заявление, предусмотренное

статьей 22 Конвенции, по состоянию на 17 мая 2002 года b

Азербайджан

4 февраля 2002 года

Мексика

15 марта 2002 года

Сейшельские Острова

6 августа 2001 года

_______________

аВсего 46 государств-участников.

bЗаявление, предусмотренное статьей 22, сделали 49 государств-участников.

Приложение IV

Членский состав Комитета против пыток в 2002 году

Имя и фамилия члена Комитета

Страна гражданства

Срок полномочий истекает 31 декабря

Г‑н Питер Томас БЁРНСКанада2003 года

Г-н Гибрил КАМАРАСенегал2003 года

Г‑н Сайед Кассем ЭЛЬ-МАСРИЕгипет2001 года

Г-жа Фелис ГАЕРСША2003 года

Г‑н Алехандро ГОНСАЛЕС ПОБЛЕТЕЧили2003 года

Г-н Фернандо МАРИНЬО МЕНЕНДЕСИспания2005 года

Г‑н Андреас МАВРОММАТИСКипр2003 года

Г‑н Оле Ведель РАСМУССЕНДания 2005 года

Г‑н Александр М. ЯКОВЛЕВРоссийская Федерация2005 года

Г-н ЮЙ МэнцзяКитай2005 года

Приложение V

Положение с представлением докладов государствами ‑участниками в соответствии

со статьей 19 Конвенции, по состоянию на 17 мая 2002 года

A. Первоначальные доклады

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1988 году (27)

Государство-участник

Дата вступления

в силу

Дата, к которой подлежал представлению первоначальный доклад

Дата представления

Условное обозначение

Афганистан

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

21 января 1992 года

CAT/C/5/Add.31

Аргентина

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

15 декабря 1988 года

CAT/C/5/Add.12/Rev.1

Австрия

28 августа 1987 года

27 августа 1988 года

10 ноября 1988 года

CAT/C/5/Add.10

Беларусь

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

11 января 1989 года

CAT/C/5/Add.14

Белиз

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

18 апреля 1991 года

CAT/C/5/Add.25

Болгария

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

12 сентября 1991 года

CAT/C/5/Add.28

Камерун

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

15 февраля 1989 года и 25 апреля 1991 года

CAT/C/5/Add.16 и 26

Канада

24 июля 1987 года

23 июля 1988 года

16 января 1989 года

CAT/C/5/Add.15

Дания

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

26 июля 1988 года

CAT/C/5/Add.4

Египет

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

26 июля 1988 года и 20 ноября 1990 года

CAT/C/5/Add.5 и 23

Франция

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

30 июня 1988 года

CAT/C/5/Add.2

Германская

Демократическая

Республика

9 октября 1987 года

8 октября 1988 года

19 декабря 1988 года

CAT / C /5/ Add .13

Венгрия

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

25 октября 1988 года

CAT/C/5/Add.9

Люксембург

29 октября 1987 года

28 октября 1988 года

15 октября 1991 года

CAT/C/5/Add.29

Мексика

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

10 августа 1988 года и 13 февраля 1990 года

CAT/C/5/Add.7 и 22

Норвегия

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

21 июля 1988 года

CAT/C/5/Add.3

Панама

23 сентября 1987 года

22 сентября 1988 года

28 января 1991 года

CAT/C/5/Add.24

Филиппины

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

26 июля 1988 года и 28 апреля 1989 года

CAT/C/5/Add.6 и 18

Российская Федерация

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

6 декабря 1988 года

CAT/C/5/Add.11

Сенегал

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

30 октября 1989 года

CAT/C/5/Add.19

(заменяет Add .8)

Испания

20 ноября 1987 года

19 ноября 1988 года

19 марта 1990 года

CAT / C /5/ Add .21

Швеция

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

23 июня 1988 года

CAT/C/5/Add.1

Швейцария

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

14 апреля 1989 года

CAT/C/5/Add.17

Того

18 декабря 1987 года

17 декабря 1988 года

Уганда

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

Украина

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

17 января 1990 года

CAT/C/5/Add.20

Уругвай

26 июня 1987 года

25 июня 1988 года

6 июня 1991 года и 5 декабря 1991 года

CAT/C/5/Add.27 и 30

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1989 году (10)

Государство-участник

Дата вступления

в силу

Дата, к которой подлежал представлению первоначальный доклад

Дата представления

Условное обозначение

Чили

30 октября 1988 года

29 октября 1989 года

21сентября 1989 года и 5 ноября 1990 года

CAT/C/7/Add.2 и 9

Китай

3 ноября 1988 года

2 ноября 1989 года

1 декабря 1989 года

CAT/C/7/Add.5 и 14

Колумбия

7 января 1988 года

6 января 1989 года

24 апреля 1989 года и 28 августа 1990 года

CAT/C/7/Add.1 и 10

Чешская и Словацкая

Федеративная

Республика

6 августа 1988 года

5 августа 1989 года

21 ноября 1989 года и 14 мая 1991 года

CAT/C/7/Add.4 и 12

Эквадор

29 апреля 1988 года

28 апреля 1989 года

27 июня 1990 года и 28 февраля 1991 года и 26 сентября 1991 года

CAT / C /7/ Add .7 и 11 и 13

Греция

5 ноября 1988 года

4 ноября 1989 года

8 августа 1990 года

CAT/C/7/Add.8

Гайана

18 июня 1988 года

17 июня 1989 года

Перу

6 августа 1988 года

5 августа 1989 года

9 ноября 1992 года и 22 февраля 1994 года

CAT/C/7/Add.15 и 16

Тунис

23 октября 1988 года

22 октября 1989 года

25 октября 1989 года

CAT/C/7/Add.3

Турция

1 сентября 1988 года

31 августа 1989 года

24 апреля 1990 года

CAT/C/7/Add.6

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1990 году (11)

Алжир

12 октября 1989 года

11 октября 1990 года

13 февраля 1991 года

CAT/C/9/Add.5

Австралия

7 сентября 1989 года

6 сентября 1990 года

27 августа 1991 года и 11 июня 1992 года

CAT/C/9/Add.8 и 11

Бразилия

28 октября 1989 года

27 октября 1990 года

26 мая 2000 года

CAT/C/9/Add.16

Финляндия

29 сентября 1989 года

28 сентября 1990 года

28 сентября 1990 года

CAT/C/9/Add.4

Гвинея

9 ноября 1989 года

8 ноября 1990 года

Италия

11 февраля 1989 года

10 февраля 1990 года

30 декабря 1991 года

CAT / C /9/ Add .9

Ливийская Арабская

Джамахирия

15 июня 1989 года

14 июня 1990 года

14 мая 1991 года и 27 августа 1992 года

CAT/C/9/Add.7 и 12/Rev.1

Нидерланды

20 января 1989 года

19 января 1990 года

14 марта 1990 года

11 сентября 1990 года и 13 сентября 1990 года

CAT/C/9/Add.1-3

Польша

25 августа 1989 года

24 августа 1990 года

22 марта 1993 года

CAT/C/9/Add.13

Португалия

11 марта 1989 года

10 марта 1990 года

7 мая 1993 года

CAT/C/9/Add.15

Соединенное

Королевство

Великобритании и

Северной Ирландии

7 января 1989 года

6 января 1990 года

22 марта 1991 года и 30 апреля 1992 года

CAT/C/9/Add.6, 10 и  14

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1991 году (7)

Государство-участник

Дата вступления

в силу

Дата, к которой подлежал представлению первоначальный доклад

Дата представления

Условное обозначение

Германия

31 октября 1990 года

30 октября 1991 года

9 марта 1992 года

CAT/C/12/Add.1

Гватемала

4 февраля 1990 года

3 февраля 1991 года

2 ноября 1994 года и 31 июля 1995 года

CAT/C/12/Add.5 и 6

Лихтенштейн

2 декабря 1990 года

1 декабря 1991 года

5 августа 1994 года

CAT/C/12/Add.4

Мальта

13 октября 1990 года

12 октября 1991 года

3 января 1996 года

CAT/C/12/Add.7

Новая Зеландия

9 января 1990 года

8 января 1991 года

29 июля 1992 года

CAT/C/12/Add.2

Парагвай

11 апреля 1990 года

10 апреля 1991 года

13 января 1993 года

CAT/C/12/Add.3

Сомали

23 февраля 1990 года

22 февраля 1991 года

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1992 году (10)

Хорватия

8 октября 1991 года

7 октября 1992 года

4 января 1996 года

CAT/C/16/Add.6

Кипр

17 августа 1991 года

16 августа 1992 года

23 июня 1993 года

CAT/C/16/Add.2

Эстония

20 ноября 1991 года

19 ноября 1992 года

19 июня 2001 года

CAT/C/16/Add.9

Израиль

2 ноября 1991 года

1 ноября 1992 года

25 января 1994 года

CAT/C/16/Add.4

Иордания

13 декабря 1991 года

12 декабря 1992 года

23 ноября 1994 года

CAT/C/16/Add.5

Непал

13 июня 1991 года

12 июня 1992 года

6 октября 1993 года

CAT/C/16/Add.3

Румыния

17 января 1991 года

16 января 1992 года

14 февраля 1992 года

CAT/C/16/Add.1

Венесуэла

28 августа 1991 года

27 августа 1992 года

8 июля 1998 года

CAT/C/16/Add.8

Йемен

5 декабря 1991 года

4 декабря 1992 года

Югославия

10 октября 1991 года

9 октября 1992 года

20 января 1998 года

CAT / C /16/ Add .7

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1993 году (8)

Бенин

11 апреля 1992 года

10 апреля 1993 года

12 февраля 2001 года

CAT/C/21/Add.3

Босния и Герцеговина

6 марта 1992 года

5 марта 1993 года

Камбоджа

14 ноября 1992 года

13 ноября 1993 года

Кабо-Верде

4 июля 1992 года

3 июля 1993 года

Чешская Республика

1 января 1993 года

31 декабря 1993 года

18 апреля 1994 года

CAT/C/21/Add.2

Латвия

14 мая 1992 года

13 мая 1993 года

Монако

5 января 1992 года

4 января 1993 года

14 марта 1994 года

CAT / C /21/ Add .1

Сейшельские Острова

4 июня 1992 года

3 июня 1993 года

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1994 году (8)

Государство-участник

Дата вступления

в силу

Дата, к которой подлежал представлению первоначальный доклад

Дата представления

Условное обозначение

Антигуа и Барбуда

18 августа 1993 года

17 августа 1994 года

Армения

13 октября 1993 года

12 октября 1994 года

20 апреля 1995 года и 21 декабря 1995 года

CAT/C/24/Add.4 и Rev.1

Бурунди

20 марта 1993 года

19 марта 1994 года

Коста-Рика

11 декабря 1993 года

10 декабря 1994 года

10 августа 2000 года

CAT / C /24/ Add .7

Маврикий

8 января 1993 года

7 января 1994 года

10 мая 1994 года и 1 марта 1995 года

CAT/C/24/Add.1 и 3

Марокко

21 июля 1993 года

20 июля 1994 года

29 июля 1994 года

CAT/C/24/Add.2

Словакия

28 мая 1993 года

27 мая 1994 года

1 мая 2000 года

CAT/C/24/Add.6

Словения

15 августа 1993 года

14 августа 1994 года

10 августа 1999 года

CAT/C/24/Add.5

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1995 году (7)

Албания

10 июня 1994 года

9 июня 1995 года

Эфиопия

13 апреля 1994 года

12 апреля 1995 года

Грузия

25 ноября 1994 года

24 ноября 1995 года

4 июня 1996 года

CAT/C/28/Add.1

Намибия

28 декабря 1994 года

27 декабря 1995 года

23 августа 1996 года

CAT/C/28/Add.2

Шри-Ланка

2 февраля 1994 года

1 февраля 1995 года

27 октября 1997 года

CAT/C/28/Add.3

Бывшая югославская

Республика

Македония

12 декабря 1994 года

11 декабря 1995 года

22 мая 1998 года

CAT / C /28/ Add .4

Соединенные Штаты

Америки

20 ноября 1994 года

19 ноября 1995 года

15 октября 1999 года

CAT / C /28/ Add .5

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1996 году (6)

Чад

9 июля 1995 года

8 июля 1996 года

Куба

16 июня 1995 года

15 июня 1996 года

15 ноября 1996 года

CAT / C /32/ Add .2

Республика Корея

8 февраля 1995 года

7 февраля 1996 года

10 февраля 1996 года

CAT/C/32/Add.1

Республика Молдова

28 декабря 1995 года

27 декабря 1996 года

17 сентября 2001 года

CAT/C/32/Add.4

Таджикистан

10 февраля 1995 года

9 февраля 1996 года

Узбекистан

28 октября 1995 года

27 октября 1996 года

18 февраля 1999 года

CAT / C /32/ Add .3

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1997 году (8)

Азербайджан

15 сентября 1996 года

14 сентября 1997 года

18 декабря 1998 года

CAT/C/37/Add.3

Кот д'Ивуар

17 января 1996 года

16 января 1997 года

Демократическая

Республика Конго

17 апреля 1996 года

16 апреля 1997 года

Сальвадор

17 июля 1996 года

16 июля 1997 года

5 июля 1999 года

CAT/C/37/Add.4

Исландия

22 ноября 1996 года

21 ноября 1997 года

12 февраля 1998 года

CAT/C/37/Add.2

Кувейт

7 апреля 1996 года

6 апреля 1997 года

5 августа 1997 года

CAT/C/37/Add.1

Литва

2 марта 1996 года

1 марта 1997 года

Малави

11 июля 1996 года

10 июля 1997 года

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1998 году (4)

Государство-участник

Дата вступления

в силу

Дата, к которой подлежал представлению первоначальный доклад

Дата представления

Условное обозначение

Гондурас

4 января 1997 года

3 января 1998 года

Кения

23 марта 1997 года

22 марта 1998 года

Кыргыстан

5 октября 1997 года

4 октября 1998 года

9 февраля 1999 года

CAT/C/42/Add.1

Саудовская Аравия

22 октября 1997 года

21 октября 1998 года

27 февраля 2001 года

CAT/C/42/Add.2

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 1999 году (6)

Бахрейн

5 апреля 1998 года

4 апреля 1999 года

Бангладеш

4 ноября 1998 года

3 ноября 1999 года

Индонезия

27 ноября 1998 года

26 ноября 1999 года

7 февраля 2001 года

CAT/C/47/Add.3

Казахстан

25 сентября 1998 года

24 сентября 1999 года

15 августа 2000 года

CAT/C/47/Add.1

Нигер

4 ноября 1998 года

3 ноября 1999 года

Замбия

6 ноября 1998 года

5 ноября 1999 года

1 декабря 2000 года

CAT / C /47/ Add .2

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 2000 году (8)

Бельгия

25 июля 1999 года

25 июля 2000 года

14 августа 2001 года

CAT/C/52/Add.2

Боливия

12 мая 1999 года

11 мая 2000 года

16 мая 2000 года

CAT/C/52/Add.1

Буркина-Фасо

3 февраля 1999 года

2 февраля 2000 года

Япония

29 июля 1999 года

29 июля 2000 года

Мали

28 марта 1999 года

27 марта 2000 года

Мозамбик

14 октября 1999 года

14 октября 2000 года

Южная Африка

9 января 1999 года

8 января 2000 года

Туркменистан

25 июля 1999 года

25 июля 2000 года

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 2001 году (5)

Катар

10 февраля 2000 года

9 февраля 2001 года

Гана

7 октября 2000 года

6 октября 2001 года

Ботсвана

8 октября 2000 года

7 октября 2001 года

Габон

8 октября 2000 года

7 октября 2001 года

Ливан

4 ноября 2000 года

3 ноября 2001 года

Первоначальные доклады, подлежавшие представлению в 2002 году (4)

Сьерра-Леоне

25 мая 2001 года

24 мая 2002 года

Нигерия

28 июля 2001 года

27 июля 2002 года

Сент-Винсент и

Гренадины

31 августа 2001 года

30 августа 2002 года

Лесото

12 декабря 2001 года

11 августа 2002 года

B. Вторые периодические доклады

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1992 году (26)

Государство-участник

Дата, к которой подлежал представлению второй периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Афганистан

25 июня 1992 года

Аргентина

25 июня 1992 года

29 июня 1992 года

CAT/C/17/Add.2

Австрия

27 августа 1992 года

12 октября 1998 года

CAT/C/17/Add.21

Беларусь

25 июня 1992 года

15 сентября 1992 года

CAT/C/17/Add.6

Белиз

25 июня 1992 года

Болгария

25 июня 1992 года

19 июня 1998 года

CAT/C/17/Add.19

Камерун

25 июня 1992 года

20 ноября 1999 года

CAT/C/17/Add.22

Канада

23 июля 1992 года

11 сентября 1992 года

CAT/C/17/Add.5

Дания

25 июня 1992 года

22 февраля 1995 года

CAT/C/17/Add.13

Египет

25 июня 1992 года

13 апреля 1993 года

CAT/C/17/Add.11

Франция

25 июня 1992 года

19 декабря 1996 года

CAT/C/17/Add.18

Венгрия

25 июня 1992 года

23 сентября 1992 года

CAT/C/17/Add.8

Люксембург

28 октября 1992 года

3 августа 1998 года

CAT/C/17/Add.20

Мексика

25 июня 1992 года

21 июля 1992 года и

CAT/C/17/Add.3

28 мая 1996 года

и Add.17

Норвегия

25 июня 1992 года

25 июня 1992 года

CAT/C/17/Add.1

Панама

22 сентября 1992 года

21 сентября 1992 года

CAT/C/17/Add.7

Филиппины

25 июня 1992 года

Российская Федерация

25 июня 1992 года

17 января 1996 года

CAT/C/17/Add.15

Сенегал

25 июня 1992 года

27 марта 1995 года

CAT/C/17/Add.14

Испания

19 ноября 1992 года

19 ноября 1992 года

CAT/C/17/Add.10

Швеция

25 июня 1992 года

30 сентября 1992 года

CAT/C/17/Add.9

Швейцария

25 июня 1992 года

28 сентября 1993 года

CAT/C/17/Add.12

Того

17 декабря 1992 года

Уганда

25 июня 1992 года

Украина

25 июня 1992 года

31 августа 1992 года

CAT/C/17/Add.4

Уругвай

25 июня 1992 года

25 марта 1996 года

CAT/C/17/Add.16

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1993 году (9)

Чили

29 октября 1993 года

16 февраля 1994 года

CAT/C/20/Add.3

Китай

2 ноября 1993 года

2 декабря 1995 года

CAT/C/20/Add.5

Колумбия

6 января 1993 года

4 августа 1995 года

CAT/C/20/Add.4

Эквадор

28 апреля 1993 года

21 апреля 1993 года

CAT/C/20/Add.1

Греция

4 ноября 1993 года

6 декабря 1993 года

CAT/C/20/Add.2

Гайана

17 июня 1993 года

Перу

5 августа 1993 года

20 января 1997 года

CAT/C/20/Add.6

Тунис

22 октября 1993 года

10 ноября 1997 года

CAT/C/20/Add.7

Турция

31 августа 1993 года

28 ноября 2001 года

CAT / C /20/ Add .8

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1994 году (11)

Государство-участник

Дата, к которой подлежал представлению второй периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Алжир

11 октября 1994 года

23 февраля 1996 года

CAT/C/25/Add.8

Австралия

6 сентября 1994 года

19 октября 1999 года

CAT/C/25/Add.11

Бразилия

27 октября 1994 года

Финляндия

28 сентября 1994 года

11 сентября 1995 года

CAT/C/25/Add.7

Гвинея

8 ноября 1994 года

Италия

10 февраля 1994 года

20 июля 1994 года

CAT/C/25/Add.4

Ливийская Арабская

Джамахирия

14 июня 1994 года

30 июня 1994 года

CAT/C/25/Add.3

Нидерланды

19 января 1994 года

14 апреля 1994 года и 16 июня 1994 года и 27 марта 1995 года

CAT/C/25/Add.1,

2 и 5

Польша

24 августа 1994 года

7 мая 1996 года

CAT/C/25/Add.9

Португалия

10 марта 1994 года

7 ноября 1996 года

CAT/C/25/Add.10

Соединенное Королевство

6 января 1994 года

25 марта 1995 года

CAT / C /25/ Add .6

Великобритании и

Северной Ирландии

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1995 году (7)

Германия

30 октября 1995 года

17 декабря 1996 года

CAT/C/29/Add.2

Гватемала

3 февраля 1995 года

13 февраля 1997 года

CAT/C/29/Add.3

Лихтенштейн

1 декабря 1995 года

3 сентября 1998 года

CAT/C/29/Add.5

Мальта

12 октября 1995 года

29 сентября 1998 года

CAT/C/29/Add.6

Новая Зеландия

8 января 1995 года

25 февраля 1997 года

CAT/C/29/Add.4

Парагвай

10 апреля 1995 года

10 июля 1996 года

CAT/C/29/Add.1

Сомали

22 февраля 1995 года

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1996 году (10)

Хорватия

7 октября 1996 года

5 марта 1998 года

CAT/C/33/Add.4

Кипр

16 августа 1996 года

12 сентября 1996 года

CAT/C/33/Add.1

Эстония

19 ноября 1996 года

Израиль

1 ноября 1996 года и

7 февраля 1997 года

(Специальный доклад)

6 декабря 1996 года

26 февраля 1998 года

CAT/C/33/Add.2/Rev.1

CAT/C/33/Add.3

Иордания

12 декабря 1996 года

Непал

12 июня 1996 года

Румыния

16 января 1996 года

Венесуэла

27 августа 1996 года

1 сентября 2000 года

CAT / C /33/ Add .5

Йемен

4 декабря 1996 года

Югославия

9 октября 1996 год

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1997 году (8)

Государство-участник

Дата, к которой подлежал представлению второй периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Бенин

10 апреля 1997 года

Босния и Герцеговина

5 марта 1997 года

Камбоджа

13 ноября 1997 года

Кабо-Верде

3 июля 1997 года

Чешская Республика

31 декабря 1997 года

14 февраля 2000 года

CAT/C/38/Add.1

Латвия

13 мая 1997 года

Монако

4 января 1997 года

Сейшельские Острова

3 июня 1997 года

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1998 году (8)

Антигуа и Барбуда

17 августа 1998 года

Армения

12 октября 1998 года

15 июня 1999 года

CAT/C/43/Add.3

Бурунди

19 марта 1998 года

Коста-Рика

10 декабря 1998 года

Маврикий

7 января 1998 года

8 июня 1998 года

CAT/C/43/Add.1

Марокко

20 июля 1998 года

2 сентября 1998 года

CAT/C/43/Add.2

Словакия

27 мая 1998 года

Словения

14 августа 1998 года

8 октября 2001 года

CAT / C /43/ Add .4

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 1999 году (7)

Албания

9 июня 1999 года

Эфиопия

12 апреля 1999 года

Грузия

24 ноября 1999 года

15 ноября 1999 года

CAT/C/48/Add.1

Намибия

27 декабря 1999 года

Шри-Ланка

1 февраля 1999 года

Бывшая югославская

Республика Македония

11 декабря 1999 года

Соединенные Штаты

Америки

19 ноября 1999 года

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 2000 году (6)

Чад

8 июля 2000 года

Куба

15 июля 2000 года

Республика Корея

7 февраля 2000 года

Республика Молдова

27 декабря 2000 года

Таджикистан

9 февраля 2000 года

Узбекистан

27 октября 2000 года

5 декабря 2000 года

CAT / C /53/ Add .1

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 2001 году (8)

Государство-участник

Дата, к которой подлежал представлению второй периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Азербайджан

14 сентября 2001 года

2 ноября 2001 года

CAT/C/59/Add.1

Кот-д’Ивуар

16 января 2001 года

Демократическая

Республика Конго

16 апреля 2001 года

Сальвадор

16 июля 2001 года

Исландия

21 ноября 2001 года

27 ноября 2001 года

CAT/C/59/Add.2

Кувейт

6 апреля 2001 года

Литва

1 марта 2001 года

Малави

10 июля 2001 года

Вторые периодические доклады, подлежавшие представлению в 2002 году (4)

Гондурас

3 января 2002 года

Кения

22 марта 2002 года

Кыргызстан

4 сентября 2002 года

Саудовская Аравия

21 октября 2002 года

C.Третьи периодические доклады

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 1996 году (26)

Государство ‑участник

Дата, к которой подлежал представлению третий периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Афганистан

25 июня 1996 года

Аргентина

25 июня 1996 года

26 сентября 1996 года

CAT/C/34/Add.5

Австрия

27 августа 1996 года

Беларусь

25 июня 1996 года

29 сентября 1999 года

CAT/C/34/Add.12

Белиз

25 июня 1996 года

Болгария

25 июня 1996 года

Камерун

25 июня 1996 года

Канада

23 июля 1996 года

19 октября 1999 года

CAT/C/34/Add.13

Дания

25 июня 1996 года

5 июля 1996 года

CAT/C/34/Add.3

Египет

25 июня 1996 года

30 октября 1998 года

CAT/C/34/Add.11

Франция

25 июня 1996 года

Венгрия

25 июня 1996 года

21 апреля 1998 года

CAT/C/34/Add.10

Люксембург

28 октября 1996 года

30 октября 2000 года

CAT / C /34/ Add .14

Мексика

25 июня 1996 года

25 июня 1996 года

CAT/C/34/Add.2

Норвегия

25 июня 1996 года

6 февраля 1997 года

CAT/C/34/Add.8

Панама

22 сентября 1996 года

19 мая 1998 года

CAT/C/34/Add.9

Филиппины

25 июня 1996 года

Российская Федерация

25 июня 1996 года

5 декабря 2000 года

CAT / C /34/ Add .15

Сенегал

25 июня 1996 года

Испания

19 ноября 1996 года

18 ноября 1996 года

CAT/C/34/Add.7

Швеция

25 июня 1996 года

23 августа 1996 года

CAT/C/34/Add.4

Швейцария

25 июня 1996 года

7 ноября 1996 года

CAT/C/34/Add.6

Того

17 декабря 1996 года

Уганда

25 июня 1996 года

Украина

25 июня 1996 года

19 июня 1996 года

CAT/C/34/Add.1

Уругвай

25 июня 1996 года

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 1997 году (9)

Государство ‑участник

Дата, к которой подлежал представлению третий периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Чили

29 октября 1997 года

18 февраля 2002 года

CAT / C /39/ Add .4

Китай

2 ноября 1997 года

5 мая 1999 года

CAT/C/39/Add.2

Колумбия

6 января 1997 года

17 января 2002 года

CAT / C /39/ Add .4

Эквадор

28 апреля 1997 года

Греция

4 ноября 1997 года

29 ноября 1999 года

CAT/C/39/Add.3

Гайана

17 июня 1997 года

Перу

5 августа 1997 года

12 декабря 1998 года

CAT/C/39/Add.1

Тунис

22 октября 1997 года

Турция

31 августа 1997 года

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 1998 году (11)

Алжир

11 октября 1998 года

Австралия

6 сентября 1998 года

Бразилия

27 октября 1998 года

Финляндия

28 сентября 1998 года

16 ноября 1998 года

CAT/C/44/Add.6

Гвинея

8 ноября 1998 года

Италия

10 февраля 1998 года

22 июля 1998 года

CAT/C/44/Add.2

Ливийская Арабская

Джамахирия

14 июня 1998 года

2 сентября 1998 года

CAT/C/44/Add.3

Нидерланды

19 января 1998 года

3 сентября 1998 года

CAT/C/44/Add.4 и 8

и 27 декабря 1999 года

Польша

24 августа 1998 года

11 ноября 1998 года

CAT/C/44/Add.5

Португалия

10 марта 1998 года

2 февраля 1999 года

CAT/C/44/Add.7

Соединенное Королевство

6 января 1998 года

2 апреля 1999 года

CAT / C /44/ Add .1

Великобритании и

Северной Ирландии

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 1999 году (7)

Германия

30 октября 1999 года

Гватемала

3 февраля 1999 года

18 января 2000 года

CAT/C/49/Add.2

Лихтенштейн

1 декабря 1999 года

Мальта

12 октября 1999 года

Новая Зеландия

8 января 1999 года

10 января 2002 года

CAT/C/49/Add.3

Парагвай

10 апреля 1999 года

14 июня 1999 года

CAT/C/49/Add.1

Сомали

22 февраля 1999 года

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 2000 году (10)

Государство ‑участник

Дата, к которой подлежал представлению третий периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Хорватия

7 октября 2000 года

3 декабря 2001 года

CAT / C /54/ Add .3

Кипр

16 августа 2000 года

29 июня 2001 года

CAT / C /54/ Add .2

Эстония

19 ноября 2000 года

Израиль

1 ноября 2000 года

15 марта 2001 года

CAT / C /54/ Add .1

Иордания

12 декабря 2000 года

Непал

12 июня 2000 года

Румыния

16 января 2000 года

Венесуэла

27 августа 2000 года

Йемен

4 декабря 2000 года

Югославия

9 октября 2000 года

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 2001 году (8)

Бенин

10 апреля 2001 года

Босния и Герцеговина

5 марта 2001 года

Камбоджа

13 ноября 2001 года

Кабо-Верде

3 июля 2001 года

Чешская Республика

31 декабря 2001 года

5 марта 2002 года

CAT/C/60/Add.1

Латвия

13 мая 2001 года

Монако

4 января 2001 года

Сейшельские Острова

3 июня 2001 года

Третьи периодические доклады, подлежавшие представлению в 2002 году (8)

Антигуа и Барбуда

17 августа 2002 года

Армения

12 октября 2002 года

Бурунди

19 марта 2002 года

Коста-Рика

10 декабря 2002 года

Мавритания

7 января 2002 года

Марокко

20 июля 2002 года

Словакия

27 мая 2002 года

Словения

14 августа 2002 года

D. Четвертые периодические доклады

Четвертые периодические доклады, подлежавшие представлению в 2000 году (26)

Государство ‑участник

Дата, к которой подлежал представлению четвертый периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Афганистан

25 июня 2000 года

Аргентина

25 июня 2000 года

Австрия

27 августа 2000 года

Беларусь

25 июня 2000 года

Белиз

25 июня 2000 года

Болгария

25 июня 2000 года

Камерун

25 июня 2000 года

Канада

23 июля 2000 года

Дания

25 июня 2000 года

4 августа 2000 года

CAT / C /55/ Add .2

Египет

25 июня 2000 года

19 февраля 2001 года

CAT / C /55/ Add .6

Франция

25 июня 2000 года

Венгрия

25 июня 2000 года

Люксембург

28 октября 2000 года

Мексика

25 июня 2000 года

Норвегия

25 июня 2000 года

15 сентября 2000 года

CAT / C /55/ Add .4

Панама

22 сентября 2000 года

Филиппины

25 июня 2000 года

Российская Федерация

25 июня 2000 года

Сенегал

25 июня 2000 года

Испания

19 ноября 2000 года

8 января 2001 года

CAT / C /55/ Add .5

Швеция

25 июня 2000 года

21 августа 2000 года

CAT / C /55/ Add .3

Швейцария

25 июня 2000 года

Того

17 декабря 2000 года

Уганда

25 июня 2000 года

Украина

25 июня 2000 года

31 июля 2000 года

CAT / C /55/ Add .1

Уругвай

25 июня 2000 года

Четвертые периодические доклады, подлежавшие представлению в 2001 году (9)

Государство ‑участник

Дата, к которой подлежал представлению четвертый периодический доклад

Дата представления

Условное обозначение

Чили

29 октября 2001 года

Китай

2 ноября 2001 года

Колумбия

6 января 2001 года

Эквадор

28 апреля 2001 года

Греция

4 ноября 2001 года

21 января 2002 года

CAT / C /61/ Add .1

Гайана

17 июня 2001 года

Перу

5 августа 2001 года

Тунис

22 октября 2001 года

Турция

31 августа 2001 года

Четвертые периодические доклады, подлежавшие представлению в 2002 году (11)

Алжир

11 октября 2002 года

Австралия

6 сентября 2002 года

Бразилия

27 октября 2002 года

Финляндия

28 сентября 2002 года

Гвинея

8 ноября 2002 года

Италия

10 февраля 2002 года

Ливийская Арабская

Джамахирия

14 июня 2002 года

Нидерланды

19 января 2002 года

Польша

24 августа 2002 года

Португалия

10 марта 2002 года

Соединенное Королевство

Великобритании и

Северной Ирландии

6 января 2002 года

Приложение VI

Докладчики и заместители докладчиков по странам по каждому из докладов

государств ‑участников, рассмотренных Комитетом на его

двадцать седьмой и двадцать восьмой сессиях

А.Двадцать седьмая сессия

Доклад

Докладчик

Заместитель

Украина:

четвертый периодический доклад

(CAT/C/55/Add.1)

г-н Эль-Масри

г-н Расмуссен

Бенин:

первоначальный доклад (CAT/C/21/Add.3)

г-н Камара

г-н Гонсалес Поблете

Индонезия:

первоначальный доклад (CAT/C/47/Add.3)

г-жа Гаер

г-н Юй

Замбия:

первоначальный доклад (CAT/C/47/Add.2)

г-н Мавромматтис

г-н Расмуссен

Израиль:

третий периодический доклад (CAT/C/54/Add.1)

г-н Бёрнс

г-н Яковлев

В. Двадцать восьмая сессия

Саудовская Аравия:

первоначальный доклад (CAT/C/42/Add.2)

г-н Бёрнс

г-н Яковлев

Дания:

четвертый периодический доклад

(CAT/C/55/Add.2)

г-н Эль-Масри

г-н Камара

Швеция: четвертый периодический доклад (CAT/C/55/Add.3)

г-н Камара

г-н Юй

Норвегия:

четвертый периодический доклад

(CAT/C/55/Add.4)

г-н Юй

г-н Эль-Масри

Люксембург:

третий периодический доклад (CAT/C/34/Add.14)

г-н Мавромматис

г-н Камара

Узбекистан:

второй периодический доклад

(CAT/C/54/Add.1)

г-н Яковлев

г-жа Гаер

Российская Федерация:

третий периодический доклад (CAT/C/34/Add.15)

г-жа Гаер

г-н Расмуссен

Приложение VII

Решения Комитета против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции

А. Решения по существу

Жалоба № 111/1998

Представлено: Г-н Р.Ш.

[представлен адвокатом в Вене г‑ном Рихардом Сойером]

Государство-участник: Австрия

Дата сообщения: 16 апреля 1997 года (первоначальное представление)

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

собравшись 30 апреля 2002 года,

завершив рассмотрение сообщения № 111/1998, представленного Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

принимает свое решение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.1Заявителем является г-н Р. Ш., гражданин Австрии, который на момент первого представления отбывал срок тюремного заключения в Вене (Австрия), будучи осужденным за кражу со взломом, сводничество и торговлю наркотиками. Он заявляет, что стал жертвой нарушений Австрией статьи 13 Международной конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Он представлен адвокатом.

1.2В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Конвенции 11 января 1999 года Комитет препроводил данное сообщение государству-участнику.

Факты в изложении заявителя

2.130 июля 1996 года заявитель был допрошен полицейскими в районном полицейском участке "Леопольдштадт" Венского федерального управления полиции. Когда заявителя допрашивали члены следственной группы, в комнату вошли трое полицейских и препроводили заявителя в кабинет одного из них. Члены следственной группы возражали против перевода заявителя в другой кабинет, поскольку они еще не закончили свой допрос. Через короткое время после того, как заявителя препроводили в другой кабинет, его нашли в коридоре с тремя кровоточащими ранами в голени правой ноги. Заявителя осмотрел полицейский врач, и телесные повреждения были сфотографированы. 1 августа 1996 года заявитель был направлен в больницу для более подробного обследования, которое было проведено 2 августа 1996 года. Заявителя сразу же освободили. В представленном заявителем заключении врачей больницы документированы телесные повреждения на голени правой ноги и небольшая опухоль на носу.

2.29 августа 1996 года Венское федеральное управление полиции направило Государственной прокуратуре отчет по фактам данного дела и заявлениям заявителя о том, что он был подвергнут жестокому обращению. 20 августа 1996 года Государственный прокурор возбудил уголовное дело против трех полицейских по обвинению в жестоком обращении с задержанным лицом и в попытке принуждения.

2.3Первое судебное слушание этого дела состоялось 7 октября 1996 года. 6 ноября 1996 года адвокат заявителя предложил суду и прокурору назначить в соответствии с постановлением федерального министерства юстиции следственного судью для завершения предварительного расследования, проведенного Федеральным управлением полиции. Суд и прокурор отклонили это предложение. 25 ноября 1996 года трое полицейских были оправданы. 10 марта 1997 года прокурор отозвал свою апелляцию. Поэтому считается, что решение суда является окончательным.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает, что 30 июля 1996 года он был подвергнут жестокому обращению тремя полицейскими во время его допроса в районном полицейском участке "Леопольдштадт" Венского федерального управления полиции. Как утверждается, один из полицейских повалил его на пол и стал бить ногами. Заявитель также заявляет, что этот полицейский преднамеренно бил его, наступая на голень его правой ноги, которая уже была поврежденаa. В результате рана стала кровоточить. Когда заявитель поднялся с пола, его ударил по лицу другой полицейский. Затем ему было предложено сделать признание. Заявитель утверждает, что в кабинете присутствовал четвертый человек, который, однако, не совершал никаких действий, представляющих собой жестокое обращение.

3.2Заявитель утверждает, что 7 октября 1996 года во время первого слушания дела в Венском окружном уголовном суде были выявлены серьезные нарушения, допущенные в ходе предварительного расследования. Так, следственные органы не попытались установить личность четвертого лица, присутствовавшего в комнате для допросов, несмотря на тот факт, что свидетельские показания этого лица имели бы важнейшее значение для установления истины.

3.3Заявитель утверждает, что предварительное расследование не было в должной степени беспристрастным, поскольку оно проводилось полицией, и, следовательно, было допущено нарушение статьи 13 Конвенции. В ходе беспристрастного расследования была бы установлена личность "четвертого лица".

3.4.Заявитель далее отмечает, что в австрийском законодательстве нет никаких юридических оснований для проведения такого предварительного полицейского расследования, какое было осуществлено в данном случае, хотя подобные расследования и проводятся в Австрии довольно часто. Ни судья, ни следователь не проводили предварительное расследование, как то предусмотрено в Уголовно-процессуальном кодексе.

3.5В заключение заявитель сообщает, что единственным внутренним средством правовой защиты, которое у него остается, является гражданский иск (Amtshaftunklage). Однако возбуждение подобного иска не имеет смысла, поскольку это ничего не даст без тщательного уголовного расследования.

Замечания государства-участника относительно приемлемости сообщения

4.120 мая 1999 года государство-участник заявило, что данное сообщение следует признать неприемлемым. Оно отметило, что допрос заявителя первой следственной группой был прерван, когда полицейский, назначенный ответственным за данное дело в полицейском участке, препроводил заявителя в свой кабинет для осмотра врачом Венского федерального управления полиции, с тем чтобы определить, повлияло ли потребление наркотиков на состояние его здоровья и психику.

4.2После того как он был осмотрен врачом, заявитель сказал другому сотруднику полицейского участка (полковнику П.), что он был подвергнут жестокому обращению полицейским, который допрашивал его, врачом и другим полицейским. Полковник П. незамедлительно сообщил об утверждениях заявителя начальнику полицейского участка, который сразу же позвонил директору Венского федерального управления полиции и начальнику Отдела уголовных расследований (Sicherheitsbüro) и предложил им принять соответствующие меры. Отдел уголовных расследований незамедлительно инициировал расследование. В тот же день лишь спустя приблизительно полтора часа после того, как заявитель сделал свои заявления, его доставили в Отдел уголовных расследований и подробно допросили.

4.331 июля и 1 августа 1996 года подозреваемые полицейские и полковник П. были обстоятельно допрошены. Кроме того, 2, 5 и 6 августа 1996 года сотрудники Отдела уголовных расследований подробно побеседовали с пятью другими полицейскими. Отдел уголовных расследований попытался также, но безуспешно, установить, было ли какое‑либо четвертое лицо свидетелем предполагаемого жестокого обращения.

4.49 августа 1996 года Отдел уголовных расследований представил Государственной прокуратуре в Вене отчет о результатах проведенного им расследования. 20 августа 1996 года Государственный прокурор направил в Венский окружной уголовный суд обвинения против подозреваемых полицейских в причинении страданий задержанному лицу и в попытке принуждения. Эта информация поступила в Венский окружной уголовный суд 28 августа 1996 года.

4.5Отдел уголовных расследований продолжил свои следственные мероприятия и установил, что четвертое лицо (Г.В.) заходило в комнату, где допрашивался заявитель. Это был сотрудник Венской городской администрации, который заявил, что он был в упомянутой комнате не более 1-2 минут и что в течение этого времени никаких проявлений какого бы то ни было жестокого обращения с заявителем не было. 26 августа 1996 года данная информация была передана в Государственную прокуратуру.

4.67 октября 1996 года в Венском окружном уголовном суде началось судебное разбирательство дела трех полицейских. Заявитель и обвиняемые полицейские были подробно допрошены судом в присутствии Государственного прокурора, адвоката защиты и представителя заявителя. Кроме того, был допрошен ряд свидетелей, включая Г.В., который повторил, что он находился в комнате для допросов, где заявитель, как утверждается, был подвергнут жестокому обращению, в течение краткого периода времени и не был свидетелем какого бы то ни было жестокого обращения.

4.7С учетом отрицания автором того факта, что Г.В. был четвертым лицом, Отдел уголовных расследований продолжал свои следственные действия параллельно судебному разбирательству. В этой связи 30 августа 1996 года заявителю было предложено помочь следствию, на что он ответил, что он не будет реагировать ни на какие повестки, и ничего не сказал, когда ему была показана фотография Г.В.

4.8Трое подозреваемых полицейских были оправданы судебным решением от 25 ноября 1996 года за отсутствием доказательств. Суд исходил, в частности, из мнения медицинского эксперта, в соответствии с которым предполагаемое жестокое обращение с заявителем имело бы более серьезные последствия, которые были бы отмечены врачом, который обследовал заявителя сразу же после предполагаемого инцидента. Эксперт также выразил мнение о том, что заявитель мог сам нанести себе такие телесные повреждения. Апелляция, о которой объявила прокуратура, была отозвана 6 марта 1997 года, и соответственно решение суда стало окончательным. Поэтому дисциплинарные процедуры, возбужденные против одного из трех полицейских, были прекращены, а другой полицейский был оправдан в рамках таких процедур; против третьего полицейского никаких дисциплинарных процедур возбуждено не было.

4.9Государство-участник утверждает, что предусмотренное в статье 13 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания право заявителя на быстрое и беспристрастное рассмотрение его жалобы компетентными властями было в полной мере обеспечено. В тот же день, когда автор сделал свои заявления, директор Венского федерального управления полиции был проинформирован, а Отдел уголовных расследований начал свое расследование. В этой связи государство-участник отмечает, что Отдел уголовных расследований и районные полицейские участки принадлежат к разным полицейским структурам, которые независимы друг от друга.

4.10Тот факт, что расследование было проведено Отделом уголовных расследований, которое занимается лишь наиболее серьезными преступлениями, свидетельствует о том, что компетентные власти уделили данному делу повышенное внимание. Период между началом расследования и передачей материалов в Государственную прокуратуру был максимально коротким, а проведенные затем следственные мероприятия - обстоятельными. Были проведены всеобъемлющие следственные мероприятия в связи с утверждением заявителя о том, что во время предполагаемого жестокого обращения присутствовало четвертое лицо. Это свидетельствует о том, что расследование было объективным и беспристрастно проводились необходимые следственные мероприятия.

4.11Результаты расследования были бы теми же, если бы предварительное разбирательство провел какой-либо судебный орган или материалы по делу были бы направлены назад следственному судье. Свидетели и подозреваемые лица, допрошенные полицейскими в ходе предварительного расследования, были вновь обстоятельно допрошены судьей в ходе судебного разбирательства. Соответственно любые возможные упущения предварительного расследования должны были быть при этом исправлены. Удовлетворение просьбы, поданной 6 ноября 1996 года представителем заявителя, о возвращении материалов дела следственному судье, было бы нецелесообразным, поскольку оно не дало бы никаких новых результатов и привело бы к существенной задержке в уголовном судопроизводстве.

4.12В заключение государство-участник утверждает, что предусмотренные в Конвенции предварительные условия в рассматриваемом деле не выполнены, и оно полагает, что Комитету надлежит признать данное сообщение неприемлемым.

Замечания заявителя

5.В письме от 28 июля 1999 года заявитель сообщил, что всю необходимую информацию он уже представил.

Решение о приемлемости

6.На своей двадцать третьей сессии в ноябре 1999 года Комитет рассмотрел вопрос о том, является или нет данное сообщение приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. В связи с рассматриваемым делом Комитет отметил, что сообщение не является анонимным и что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается в соответствии с какой-либо другой процедурой международного разбирательства или урегулирования. Он также принял к сведению утверждение заявителя жалобы об исчерпании всех внутренних средств правовой защиты. Государство-участник не оспаривало это утверждение. Кроме того, Комитет счел, что данное сообщение нельзя квалифицировать как злоупотребление правом представлять сообщения или как несовместимое с положениями Пакта, и он установил, что представленные государством-участником замечания касаются скорее существа сообщения, чем вопроса о его приемлемости. Поэтому Комитет определил, что никаких препятствий для признания сообщения приемлемым нет. Соответственно 18 ноября 1999 года Комитет признал данное сообщение приемлемым.

Замечания государства-участника по существу сообщения

7.1В своем представлении от 9 июня 2000 года государство-участник ссылается на свое предшествующее изложение фактов по данному делу.

7.2Отвечая на просьбу Комитета о представлении информации, государство-участник направляет информацию о процедуре, которая установлена в его национальном законодательстве для разбирательства жалоб на применение пыток. Государство-участник утверждает, что имеются средства правовой защиты, которые в целом обеспечивают скорое и беспристрастное рассмотрение дел, связанных с предполагаемым применением пыток, в соответствии с требованиями статьи 13 Конвенции.

Замечания заявителя по существу сообщения

8.1В своем представлении от 8 января 2002 года заявитель излагает дополнительную информацию, подтверждая сделанные им ранее заявления.

8.2Заявитель отмечает, что, независимо от заявления государства-участника о том, что проводятся адекватные расследования заявлений о применении пыток, Отдел уголовных расследований фактически не принял никаких адекватных или эффективных мер для установления личности четвертого лица, которое было свидетелем жестокого обращения. Единственным следственным действием, упомянутым государством-участником, был вызов автора в Отдел уголовных расследований 30 августа 1996 года для идентификации фотографий. Заявитель утверждает, что он отказался сотрудничать, поскольку в тот период проводилось только полицейское расследование без участия судебных органов, и он не верил в объективность этого расследования.

8.3Заявитель далее утверждает, что Государственная прокуратура не является беспристрастным и независимым органом в том, что касается расследования жалоб на сотрудников служб безопасности, поскольку она находится в подчинении федерального министра юстиции. Заявитель утверждает, что только следственный судья, независимость которого гарантируется статьей 87 Федеральной конституции Австрии, обладал бы надлежащей компетенцией для проведения подобных расследований. В рассматриваемом случае Окружной уголовный суд отказался поручить расследование следственному судье.

Рассмотрение существа сообщения

9.1Комитет рассмотрел данное сообщение в свете всей информации, представленной сторонами, как то предусмотрено в пункте 4 статьи 22 Конвенции.

9.2Комитет принимает к сведению утверждение заявителя о том, что государство-участник нарушило статью 13 Конвенции по той причине, что Окружной уголовный суд отклонил его просьбу возбудить судебное расследование по его жалобам. Он заявляет, что беспристрастным может быть сочтено лишь судебное расследование. В этой связи Комитет отмечает, что решение Окружного уголовного суда от 25 ноября 1996 года оправдать трех полицейских свидетельствует о том, что cуд принял во внимание все материалы, представленные заявителем и прокурором. Поэтому Комитет полагает, что автор жалобы не обосновал свое заявление о том, что проведенное государством-участником расследование не было беспристрастным по смыслу статьи 13 Конвенции.

10.Соответственно Комитет против пыток делает вывод о том, что государство-участник не нарушило норму, закрепленную в статье 13 Конвенции, и полагает, что в свете представленной ему информации нельзя констатировать никакого нарушения какого бы то ни было другого положения Конвенции.

Жалоба № 138/1999

Заявитель:П.С.

Представлено:г-жой Шанрани Буддипала, адвокат в Эппинге, Австралия

Государство‑участник:Австралия

Дата сообщения:4 июня 1999 года (первоначальное представление)

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 30 апреля 2002 года,

завершив рассмотрение жалобы № 138/1999, представленной Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем, его адвокатом и государством‑участником,

принимает свое решение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции:

1.1Заявителем является г-н М.П.С., гражданин Шри-Ланки тамильского происхождения, который на момент представления своего сообщения находился в Виллавудском центре задержаний в Сиднее, Австралия. Он утверждает, что его высылка в Шри-Ланку является нарушением Австралией статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания. Он представлен адвокатом.

1.2В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Конвенции Комитет 21 июня 1999 года в 14 час. 35 мин. по женевскому времени препроводил сообщение государству-участнику. Одновременно, действуя в соответствии с пунктом 9 статьи 108 своих правил процедуры, Комитет просил государство-участник не выдворять заявителя сообщения в Шри-Ланку пока будет рассматриваться его ходатайство. Комитет принимает к сведению информацию государства-участника о том, что 21 июня 1999 года заявитель был выдворен из Австралии. Вербальная нота Генерального секретаря была получена Постоянным представительством Австралии, как утверждается, после того, как заявитель был выслан в Шри-Ланку.

Факты в изложении автора

2.19 сентября 1997 года заявитель прибыл в Австралию, не имея при себе ни паспорта, ни каких-либо других удостоверений личности. 15 сентября 1997 года он обратился в министерство иммиграции и по делам этнических групп с просьбой о предоставлении ему статуса беженца (выдача визы в порядке защиты). 25 сентября 1997 года его ходатайство было отклонено. 30 октября 1997 года после проведения слушания, на котором заявителю помогали защитник и переводчик, суд по делам беженцев (СДБ) подтвердил решение об отказе в выдаче визы в порядке предоставления защиты. 13 мая 1998 года по решению федерального суда дело было возвращено в СДБ на предмет повторного заключения. 20 августа 1998 года, заслушав заявителя, суд вновь решил отказать в выдаче визы в порядке защиты. 3 февраля 1999 года федеральный суд отклонил ходатайство заявителя о пересмотре второго решения СДБ. 14 мая 1999 года ходатайство было отклонено федеральным судом полного состава. 3 ноября 1997 года, 20 августа 1998 года и 18 июня 1999 года было сочтено, что его дело не отвечает требованиям в плане предоставления визы на пребывание в Австралии по гуманитарным соображениям. По мнению адвоката, были исчерпаны все эффективные внутренние меры правовой защиты.

2.2Адвокат сообщает, что заявитель проживал в городе Нувара-Элия на юге Шри‑Ланки. В 1989 году, когда начались сражения между просингальским движением Народный фронт освобождения (НФО) и правительством Нувара-Элия, заявитель был арестован по подозрению в принадлежности к НФО и провел шесть-семь месяцев в армейском лагере Диаталава. В течение этого времени заявитель, как утверждается, подвергался допросам с применением пыток со стороны армейских офицеров. Отец заявителя уплатил крупную денежную сумму, чтобы добиться его освобождения.

2.3С 1992 по 1995 год заявителя неоднократно посещали члены организации "Тигры освобождения Тамил Илама" (ТОТИ), друзья семьи его жены, и он был вынужден предоставлять им пищу и кров. В последний раз в октябре 1995 года несколько членов ТОТИ прожили в его семье 15 дней. В этот период в районе Колоннава, Коломбо, были взорваны нефтехранилища, и, по мнению полиции, к этому были причастны люди, проживавшие в доме заявителя. Автора отвезли в полицейский участок в Нувара-Элия и, как утверждается, допрашивали и подвергали пыткам. Утверждается также, что заявитель был освобожден из-под стражи лишь спустя три дня после того, как начальствующему офицеру была выплачена крупная денежная сумма.

2.4В феврале 1996 года ТОТИ обвинила заявителя в том, что он предоставил правительственным ведомствам сведения о взрывах на нефтехранилищах. По словам адвоката, заявителя избили и пригрозили убить. Его пощадили только после заступничества со стороны его домочадцев и жены.

2.5К концу февраля 1996 года заявитель был арестован полицией и доставлен в армейский лагерь Диаталава, где он содержался в течение трех дней и где, как утверждается, подвергался пыткам. Адвокат свидетельствует, что отец заявителя выплатил крупную денежную сумму за его освобождение. Сразу же по освобождении заявитель бежал из Нувара-Элия из страха преследований со стороны шри-ланкских властей и ТОТИ. Сначала он остановился у друзей в Канди, потом месяц жил в Хаттане, а затем перебрался в Коломбо.

2.6Позднее в 1996 году заявитель был задержан в Коломбо мараданской полицией, которая задерживала его в течение недели и допрашивала его относительно его связей с ТОТИ. Утверждается, что каждую ночь полицейские избивали заявителя, и он был лишен надлежащего питания. В марте 1997 года заявителю удалось бежать из Шри-Ланки в Камбоджу, а затем через Бангкок в Сидней.

2.7Адвокат утверждает, что с учетом двух арестов заявителя в связи со взрывами в нефтехранилищах в Колоннава, есть все основания полагать, что при возвращении в Шри‑Ланку он будет вновь арестован. Адвокат считает, что документы, изъятые у заявителя полицией, были переданы тайной полиции (НРБ) и что поэтому власти теперь имеют возможность в любой момент отследить заявителя, где бы он ни проживал. Адвокат утверждает, что заявитель был арестован силами безопасности по подозрению в том, что он укрывает членов ТОТИ, которые якобы участвовали в одном из самых крупных убийств, совершенных ТОТИ. После своего возвращения в Коломбо заявитель скорее всего будет задержан прямо в аэропорту и там же допрошен.

2.8Адвокат также утверждает, что имеются существенные основания полагать, что заявителю в случае его возвращения в Шри-Ланку грозят пытки со стороны шри-ланкийской полиции, сил безопасности и ТОТИ. До выезда из страны заявитель уже подвергался пыткам и жестокому обращению со стороны властей и ТОТИ. Адвокат цитирует доклад организации "Хьюман райтс вотч" и доклады государственного департамента США от 1996 года в подтверждение своего заявления о существовании в Шри-Ланке практики грубых и систематических нарушений прав человека. Адвокат утверждает, что в соответствии с Законом о предотвращении терроризма и Чрезвычайными положениями полиция может производить аресты лица на основании простого подозрения, и зачастую они исходят из презумпции виновности просто-напросто в силу того, что человек является выходцем из северных или восточных районов страны. В такой атмосфере, по мнению адвоката, существует весьма высокая вероятность того, что заявитель, молодой человек, изъясняющийся на тамильском языке, и являющийся выходцем из восточной провинции Шри-Ланки, будет подвергаться притеснениям и жестокому обращению со стороны властей уже хотя бы по причине простого подозрения. Адвокат приводит газетные заголовки и выдержки из статей на этот счет.

Жалоба

3.1Адвокат утверждает, что в Австралии оценка фактов в ходе рассмотрения ходатайств о предоставлении убежища страдает недостатками. Адвокат утверждает, что австралийские иммиграционные власти ожидают от того или иного лица, что оно сразу же по прибытии представит все факты в связи с его ходатайством. Это требование, по мнению адвоката, носит неоправданный характер, потому что первоначально просители убежища ведут себя нерациональным и неадекватным образом, они не доверяют властям, а полностью рассказать всю правду о себе они готовы только пробыв в стране некоторое время. В силу этого мнение правительства Австралии, что любая информация, представленная позже, не заслуживает внимания, по словам адвоката, носит абсурдный характер, ибо в таких делах, как дело заявителя, СДБ следует принять новые заявления автора, несмотря на то, что вначале его изложение отличалось бессвязностью, непоследовательностью и противоречивостью.

3.2Адвокат утверждает, что высылка заявителя в Шри-Ланку нарушает статью 3 Конвенции против пыток и других бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Адвокат указывает на наличие веских оснований считать, что в случае высылки заявитель подвергнется угрозе применения пыток. Учитывая абсолютный запрет на высылку любого лица в том случае, если оно рискует подвергнуться пыткам, адвокат утверждает, что заявитель не должен выдворяться в Шри‑Ланку.

3.3Адвокат утверждает, что свидетельства о наличии в Шри-Ланке систематической практики грубых и массовых нарушений прав человека возбраняют австралийскому правительству производить выдворение заявителя.

Замечания государства-участника относительно приемлемости и по существу дела

4.1Государство-участник заявляет, что оно практикует удовлетворение просьб Комитета о принятии временных мер, когда оно в состоянии это сделать. Между тем заявитель был выдворен из Австралии 21 июня 1999 года в 4 час. 30 мин. утра по женевскому времени. Текст ходатайства и просьба Комитета, которые пришли в Постоянное представительство Австралии в Женеве по каналам обычной почты поздно утром 21 июня 1999 года, а затем - в тот же день - по факсимильной связи в 14 час. 36 мин. по женевскому времени, были получены после того, как автор был выдворен из Австралии.

4.2Государство-участник отвергает обвинения в том, что были допущены какие-то процедурные недочеты при рассмотрении фактов, относящихся к делу заявителя. Государство-участник утверждает, что заявитель не представил никаких доказательств в подтверждение неких процессуальных недостатков, которые являются нарушениями любых из положений Конвенции, и поэтому это утверждение следует отклонить как неприемлемое в силу ratione materiae. Помимо этого, государство-участник считает, что, за исключением лишь отдельных случаев, Комитет не обладает компетенцией для рассмотрения заключений по фактической стороне дела или толкования внутреннего законодательства со стороны национальных органов государства-участника. Кроме того, государство-участник полагает, что любая проблема, которая могла бы возникнуть вследствие возможных ошибок в праве в связи с первым решением СДБ, в последующем была бы исправлена. В этой связи заявитель не ссылается на второе и третье решение федерального суда.

4.3Государство-участник оспаривает наличие веских оснований полагать, будто заявителю грозит опасность подвергнуться пыткам в случае его возвращения в Шри‑Ланку. Государство-участник считает, что риск подвергнуться жестокому обращению со стороны ТОТИ, как это утверждает заявитель, не подлежит рассмотрению Комитетом, поскольку заявитель не представил никаких доказательств того, что ТОТИ будет действовать с согласия или попустительства шри-ланкийских властей. Точно так же заявитель не привел никаких свидетельств того, что ТОТИ осуществляет квазиправительственную власть в том районе, куда он возвращается, и что он, таким образом, может рассматриваться как субъект по смыслу статьи 3 Конвенции. Аналогичным образом, государство-участник считает, что заявитель не представил доказательств в подтверждение своих утверждений о том, что он подвергнется пыткам со стороны ТОТИ. В этой связи государство-участник просит признать обращение неприемлемым в силу ratione materiae. Что касается риска подвергнуться пыткам со стороны шри-ланкийких властей, то государство-участник считает утверждения автора неубедительными или же недостаточными для того, чтобы признать наличие реальной, предсказуемой и личной опасности подвергнуться пыткам.

4.4Государство-участник просит признать сообщение неприемлемым в силу ratione materiae, поскольку заявитель исходит из такого рода трактовки статьи 3 Конвенции, будто практика грубых нарушений прав человека в принимающей стране является достаточным основанием для ввода в действие международной защиты по статье 3.

4.5И наконец, государство-участник отмечает, что право не подвергаться пыткам защищается внутренним законодательством Шри-Ланки. Кроме того, Шри-Ланка ратифицировала Конвенцию и является участницей Международного пакта о гражданских и политических правах.

Вопросы и процедуры их рассмотрения в Комитете

5.Комитет отмечает, что федеральный суд отклонил претензию заявителя 18 июня 1999 года, вследствие чего в распоряжении заявителя оставалось только три дня для того, чтобы воспользоваться правом, предусмотренным в статье 22 Конвенции.

Рассмотрение приемлемости

6.1Прежде чем рассматривать любые утверждения, содержащиеся в том или ином сообщении, Комитет против пыток должен принять решение по вопросу о том, является ли рассматриваемое сообщение приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. Согласно требованию, содержащемуся в пункте 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет удостоверился в том, что данный вопрос не рассматривался и не рассматривается в рамках другой процедуры международного расследования или урегулирования.

6.2Комитет принимает к сведению утверждение государства-участника о том, что сообщение является неприемлемым в силу ratione materiae. (См. пункты 4.2-4.3) Комитет, однако, придерживается мнения о том, что доводы государства-участника затрагивают вопросы существа, которые и должны рассматриваться по сути, а не на стадии рассмотрения вопроса о приемлемости. В силу этого Комитет считает, что условия, изложенные в пункте 5 b) статьи 22 Конвенции, соблюдены. Поскольку Комитет не видит никаких дальнейших препятствий для признания приемлемости, он признает сообщение приемлемым.

Рассмотрение по существу

7.1Главный вопрос, стоящий перед Комитетом, заключается в следующем: является ли вынужденное возвращение автора в Шри-Ланку нарушением обязательства Австралии согласно статье 3 Конвенции не высылать и не возвращать то или иное лицо в другое государство, если существуют основания полагать, что там ему может угрожать применение пыток.

7.2Согласно пункту 1 статьи 3 Конвенции, Комитет должен решить, имеются ли серьезные основания полагать, что после возвращения в Шри‑Ланку предполагаемой жертве будет угрожать применение пыток. Принимая это решение, Комитет, согласно пункту 2 статьи 3 Конвенции, должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Вместе с тем цель выяснения данного вопроса заключается в определении того, угрожает ли лично рассматриваемому лицу опасность подвергнуться пыткам в стране, в которую оно будет возвращено. Из этого следует, что существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в той или иной стране само по себе не является достаточным основанием для принятия решения о том, что конкретному лицу будет угрожать опасность подвергнуться пыткам по его возвращении в эту страну; для этого должны существовать дополнительные основания, свидетельствующие о том, что такая опасность будет угрожать лично данному лицу. Аналогичным образом, отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека не означает, что то или иное лицо не может рассматриваться в качестве подвергающегося опасности применения пыток с учетом его или ее конкретной ситуации.

7.3В данном случае Комитет отмечает довод государства-участника о том, что в рамки его компетенции не входит рассмотрение заключений по фактической стороне дела или интерпретации внутреннего законодательства со стороны национальных органов государства-участника. Комитет признает, что он не вправе отклонять сформулированное авторитетным национальным органом толковательное заключение относительно применения норм национального законодательства, однако напоминает, что он не связан какими‑либо заключениями по фактической стороне дела со стороны органов государства-участника, а напротив, имеет правомочия в соответствии с пунктом 4 статьи 22 свободно оценивать фактическую сторону дела исходя из всех обстоятельств каждого конкретного случаяa. Комитет напоминает, что, даже если у него еще остаются какие-либо сомнения в отношении правдивости фактов, представленных заявителем, он обязан удостовериться, что безопасность заявителя не поставлена под угрозу. Для этого нет необходимости доказывать достоверность всех фактов, приведенных заявителем; для этой цели достаточно будет того, что Комитет сочтет их в достаточной мере обоснованными и надежными.

7.4Что касается утверждения заявителя о том, что ему грозит опасность подвергнуться пыткам со стороны ТОТИ, то Комитет напоминает об обязательстве государства-участника воздерживаться от принудительного возвращения того или иного лица в другое государство, когда имеются серьезные основания полагать, что ему или ей будет угрожать опасность подвергнуться пыткам, и что это обязательство имеет непосредственное отношение к определению пыток, которое фигурирует в статье 1 Конвенции. Согласно статье 1, для целей Конвенции "определение "пытка" означает любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству или с их ведома или молчаливого согласия". Комитет ссылается на свои предыдущие решения относительно того, что вопрос, обязано ли государство-участник воздерживаться от высылки лица, которому могут угрожать боль или страдание, которые могут быть причинены той или иной неправительственной организацией без ведома или молчаливого согласия правительства, выходит за рамки действия статьи 3 Конвенциис.

7.5Комитет с озабоченностью отмечает сообщения о пытках в Шри-Ланке, включая сообщения заявителя, но напоминает, что для целей статьи 3 должны существовать веские основания полагать, что соответствующему лицу будет угрожать предвидимая, реальная и личная опасность применения пыток в стране, куда оно будет возвращено. Исходя из тех фактов, которые были представлены заявителем, Комитет считает, что такие основания не были приведены. В силу этого Комитет считает, что заявитель не обосновал свое утверждение на тот счет, что он лично рискует подвергнуться пыткам в случае возвращения в Шри-Ланку.

8.Комитет против пыток, действуя на основании пункта 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, заключает, что выдворение заявителя в Шри-Ланку, исходя из предоставленной информации, не является нарушением статьи 3 Конвенции.

__________________

сГ.Р.Б. против Швеции, сообщение № 83/1997, мнения, утвержденные 15 мая 1998 года, пункт 6.5.

Жалоба № 146/1999

Заявитель: Г-жа Э.Т.Б.

Представлен: Неправительственной организацией "За нормальную жизнь в Боснии"

Государство-участник: Дания

Дата представления жалобы: 9 августа 1999 года

Дата принятия решения: 30 апреля 2002 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

собравшись 30 апреля 2002 года,

завершив рассмотрение жалобы № 146/1999, представленной Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем, его адвокатом и государством-участником,

принимает свое решение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

Решение

1.1Заявителем, представившим жалобу от собственного имени и от имени ее двух малолетних детей, является Э.Т.Б., гражданка Грузии, родившаяся 19 марта 1974 года. Все трое проживают в настоящее время в Дании в Центре для беженцев Красного Креста Дании, где заявитель ходатайствует о предоставлении убежища ее семье. Она утверждает, что ее высылка в Грузию после отклонения ее ходатайства о предоставлении статуса беженца будет нарушением Данией статьи 3 Конвенции. Она представлена организацией "За нормальную жизнь в Боснии".

1.2В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Конвенции Комитет 11 октября 1999 года препроводил жалобу № 146/1999 государству-участнику. Согласно правилу 108 правил процедуры Комитета к государству-участнику была обращена просьба не высылать заявителя в Грузию, пока ее дело рассматривается Комитетом. В своем ответе от 10 декабря 1999 года государство-участник сообщило Комитету о том, что оно решило удовлетворить просьбу Комитета и не высылать заявителя и ее детей до тех пор, пока не будет завершено рассмотрение их жалобы Комитетом.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявителем является вдова, имеющая двух маленьких детей. Все они являются гражданами Грузии и менгрелами по этническому происхождению. В Грузии автор и ее покойный муж, Г.Б., активно поддерживали бывшего президента Грузии Гамсахурдию (также менгрела) и его политическую партию "звиадистов", а также отстаивали интересы менгрелов в Грузии. Заявитель была членом партии "звиадистов" с середины 1992 года. В 1993 году она стала работать медицинской сестрой, а до этого ухаживала за ранеными "звиадистами". Ее муж и отец сражались на стороне менгрельской партизанской армии.

2.219 ноября 1993 года заявитель была арестована вместе с 30 другими женщинами, включая ее мать, за участие в незаконной демонстрации в ее родном городе Зугдиди, в ходе которой около 1 500 человек протестовали против правительства президента Шеварднадзе. Все арестованные женщины были коллективно приговорены к смертной казни. Тюремные надзиратели нередко избивали их, и пять женщин были казнены. Тюремные надзиратели изнасиловали двух находившихся вместе с ней в камере женщин, а затем казнили их. Один из них совершил сексуальное надругательство и изнасиловал заявителя, и она подумала, что ее убьют после этого, как убили находившихся с ней в камере женщин. Однако 31 декабря 1993 года, вскоре после этих событий, менгрельские партизаны напали на тюрьму в Зугдиди и освободили всех политических заключенных. В числе напавших на тюрьму партизан был отец заявителя. После освобождения она переехала вместе со своей семьей в Гегечкори. В это время ее муж находился в менгрельском партизанском лагере в соседнем лесу. 18 августа 1994 года он был ранен, схвачен грузинской армией и казнен.

2.33 февраля 1996 года заявитель, два ее ребенка и мать нелегально покинули Грузию, прибыли на корабле в Польшу и, спрятавшись в грузовике, приехали 12 февраля 1996 года в Данию. Они сразу же обратились в полицию и попросили о предоставлении убежища. Год спустя отец заявителя также прибыл в Данию и обратился с просьбой о предоставлении убежища. Перед этим в течение длительного периода времени он находился в госпитале в горах Кавказа. Он не знал, что его семья уже живет в Дании.

2.422 мая 1998 года Иммиграционная служба Дании отклонила ходатайство заявителя о предоставлении убежища. 31 июля 1998 года ее тогдашний адвокат подал апелляцию в Совет по делам беженцев. 4 августа 1998 года апелляция была отклонена, и 19 августа 1998 года заявителю было предписано покинуть Данию. Два ходатайства о повторном рассмотрении дела, представленные 17 августа и 29 октября 1998 года/1 декабря 1998 года, были отклонены Советом по делам беженцев соответственно 23 сентября 1998 года и 26 января 1999 года.

2.5В своем решении от 4 августа 1998 года Совет указывал, что нападение на тюрьму 31 декабря 1993 года, если оно действительно имело место, было бы упомянуто в имеющемся справочном материале по Грузии и что отец заявителя сообщил бы об этом нападении в своем собственном ходатайстве о предоставлении убежища, что не было им сделано. Даже в случае достоверности изложенных автором фактов Совет не счел, что она будет подвергнута преследованиям, если вернется в Грузию. При этом Совет исходил из полученной от УВКБ информации о том, что сторонники президента Гамсахурдия не подвергаются преследованиям лишь за то, что они оказывали ему поддержку.

2.6В ходатайстве от 29 октября 1998 года адвокат просил повторно рассмотреть дело о предоставлении убежища заявителю в свете новой информации, которую он получил. Эта информация включала два новых документа, в том числе свидетельство о смерти ее мужа и заявление десяти ее соседей в Гегечкори, подтверждающее, что ей угрожали и ее преследовали неизвестные лица, которые также убили ее собаку, бросив останки под дверью в знак предупреждения. Кроме того, адвокат ссылается на сообщения средств массовой информации о новых столкновениях между "звиадистами" и правительственными войсками. Он представил также документ организации "Международная амнистия" под названием "Тревожное положение в Грузии" за октябрь 1996 года, в том числе информацию о пытках и жестоком обращении с политическими заключенными. В письме от 1 декабря 1998 года он изложил содержание медицинской карты заявителя со времени ее прибытия в 1996 году, в которой дается описание того, как ее пытали.

2.722 февраля 1999 года адвокат обратился с просьбой о повторном рассмотрении дела на основе двух докладов 1997 и 1998 годов, полученных от "Международной федерации Хельсинки" и содержащих описание серьезных нарушений прав человека в Грузии. В ответ на приведенные Советом по делам беженцев основания для отказа он утверждал, что указанные доклады свидетельствуют об ограничении свободы выражения мнений в Грузии и что власти не допустили появления в местных средствах массовой информации сообщений о нападении на тюрьму в Зугдиди и бегстве заключенных. Кроме того, хотя в этих докладах не упоминается демонстрация 19 ноября 1993 года, в них говорится о нескольких аналогичных демонстрациях в период до и после 19 ноября 1993 года. Он также утверждал, что данное заявителем описание условий пребывания в тюрьме соответствует информации, содержащейся в указанных докладах. 8 марта Совет по делам беженцев отклонил ходатайство адвоката.

2.8В мае 1999 года адвокат направил 18 членам датского парламента письма относительно заявителя, в которых он просил их обратиться к министру внутренних дел с просьбой о предоставлении заявителю вида на жительство по гуманитарным соображениям. Семь членов парламента связались с министром, который в свою очередь сообщил об этом в Совет по делам беженцев, после чего последний отклонил эту просьбу.

Суть жалобы

3.Адвокат утверждает, что заявитель опасается, что если она вернется в Грузию, то будет арестована, подвергнута пыткам и убита за ее участие в менгрельской политической организации "звиадистов" и в демонстрации, которая состоялась 19 ноября 1993 года, а также за то, что ее покойный муж находился в рядах менгрельской армии. Адвокат далее утверждает что грузинские власти постоянно нарушают права человека, в частности права политических оппонентов, которым угрожают пытки и жестокое обращение в тюрьмах, и что есть все основания полагать, что заявитель будет подвергнута пыткам или другому бесчеловечному виду обращения, если она вернется в Грузию.

Замечания государства-участника относительно приемлемости жалобы и ее существа

4.1В своей вербальной ноте от 10 декабря 1999 года государство-участник излагает свои замечания относительно приемлемости жалобы и ее существа. Оно утверждает, что заявитель не привела достаточно серьезных доказательств приемлемости ходатайства и что в этой связи данное дело следует объявить неприемлемым.

4.2Государство-участник утверждает, что Совет по делам беженцев рассмотрел все аспекты данного дела, учитывая при этом обязательства государства-участника согласно Конвенции, и что никакая дальнейшая информация, представленная Комитету против пыток, не может являться доказательством того, что заявителю грозят пытки в том случае, если она вернется в Грузию. Оно указывает, что Комитет является контролирующим, а не апелляционным органом и что заявитель использует Комитет для того, чтобы добиться пересмотра ее дела.

4.3Касаясь вопроса о том, имеются ли серьезные основания полагать, что заявителю будет угрожать опасность быть подвергнутым пыткам в случае возвращения в Грузию, государство-участник ссылается на решения Совета по делам беженцев в целом. Государство-участник подчеркивает, что согласно имеющейся справочной информации, преследованиям подвергаются только высокопоставленные или придерживающиеся крайних позиций члены партии "звиадистов", а заявитель не относится к этой группе. В отношении решений Комитета по делам И.О.А. против Швецииa и Н.П. против Австралииb государство-участник утверждает, что важно учитывать, подтверждает ли информация о принимающей стране утверждение заявителя о том, что ей угрожает опасность быть подвергнутым пыткам. Кроме того, государство-участник ссылается на дело Х. против Швейцарии, при рассмотрении которого Комитет подчеркнул, что заявитель "не принадлежит ни к одной из политических, профессиональных или общественных групп, преследуемых властями в целях репрессий и последующего применения пыток".

4.4Государство-участник вновь заявляет о том, что Совет по делам беженцев не поверил рассказанной заявителем истории о том, что она была освобождена из заключения в результате вооруженного нападения, главным образом из-за отсутствия каких-либо ссылок на подобные действия в его справочном материале. Несмотря на утверждение заявителя о том, что ее отец принимал участие в этом нападении, он ничего не сообщил об этом нападении в своем ходатайстве о предоставлении убежища. В этой связи государство-участник ссылается на решение Комитета по делу Х.Д. против Швейцарии, в котором Комитет принимает во внимание то, считается ли изложение заявителем фактов достаточно обоснованным и достоверным.

4.5Кроме того, Совет по делам беженцев пришел к выводу о том, что даже, если содержание под стражей имело место, он не считает, что заявителю грозит опасность преследования в случае возвращения в Грузию. Согласно государству-участнику эта оценка соответствует решениям Комитета по делам А.Л.Н. против Швейцарии и Х, Y и Z против Швеции.

4.6Государство-участник подчеркивает отсутствие каких-либо объективных доказательств в поддержку утверждения заявителя о том, что ее подвергали пыткам, и, кроме того, не установлено, что она разыскивается грузинскими властями. Государство-участник подчеркивает, что после ее освобождения автор переехала в район Гегечкори и вновь занялась своей политической деятельностью, однако она не сообщала о каких-либо проблемах с властями во время ее проживания там, и что события, ставшие причиной отъезда заявителя, относятся к гораздо более раннему периоду времени.

4.7Совет по делам беженцев не придал значения заявлению соседей заявителя, в котором говорилось о том, что представители власти преследовали членов ее семьи, приходя и угрожая им, поскольку это утверждение было сделано на более позднем этапе рассмотрения ходатайства о предоставлении убежища и о нем не упоминалось в предыдущих заявлениях заявителя. Государство-участник ссылается на практику Комитета, в соответствии с которой в том случае, если заявитель изменяет изложенные им факты в период рассмотрения ходатайства о предоставлении убежища, важно, чтобы этому давалось логическое объяснение.

4.8Государство-участник также считает соответствующим практике Комитета уделение должного внимания тому факту, что Конвенция против пыток вступила в силу в отношении Грузии 25 ноября 1994 года.

Комментарии заявителя относительно замечаний государства-участника

5.1В письме от 7 февраля 2000 года адвокат ссылается на решение Комитета по делу Е.А. против Швейцарии, заявляя при этом, что для удовлетворения условий положения о "серьезных основаниях", содержащегося в статье 3, требуется нечто большее, нежели простая возможность пыток, однако нет необходимости доказывания их высокой вероятности, и утверждает, что заявитель соответствует этому условию.

5.2Приводимый в качестве аргумента государством-участником тот факт, что отец заявителя ничего не сообщил в своем ходатайстве о том, что он принимал участие в освобождении заключенных, в том числе заявителя, объясняется его общим скептическим отношением к властям и его психическим состоянием, являющимся следствием его политической активности.

5.3Кроме того, заявитель не может представить документальные доказательства того, что ее подвергали пыткам, а также изнасиловали, поскольку она не проходила медицинского обследования в этой связи. Ее нежелание представить подобные сведения датским властям объясняется травмой, полученной в результате подобных испытаний. Адвокат цитирует решение Комитета по делу Кисоки против Швеции, в соответствии с которым "…от жертв пыток редко следует ожидать полной точности и что подобные несоответствия, которые могут существовать в изложении фактов, представленном автором, не имеют существенного значения и не вызывают сомнений в правдивости утверждений автора".

5.4Адвокат утверждает, что, несмотря на ратификацию Конвенции Грузией, очевидно, что, поскольку продолжаются преследования политических противников, Грузия не соблюдает свои обязательства согласно Конвенции.

5.5Адвокат прилагает письмо Совета по делам беженцев, в котором говорится о том, что Совет принял решение о повторном рассмотрении дела заявителя в связи с информацией о том, что в случае ее возвращения в Грузию ей грозит опасность высылки в Абхазию. В то же время адвокат утверждает в следующем письме от 1 февраля 2002 года, что решение Совета по делам беженцев от 24 января 2002 года является несправедливым в отношении заявителя. Из решения Совета по делам беженцев следует, вероятно, что по общему запросу со стороны государства-участника от УВКБ был получен ответ о том, что гражданам Грузии после возвращения не угрожает опасность высылки в Абхазию.

Решение относительно приемлемости жалобы и рассмотрение ее существа

6.Прежде чем рассматривать какое-либо утверждение, содержащееся в той или иной жалобе, Комитет против пыток должен принять решение о приемлемости или неприемлемости данной жалобы согласно статье 22 Конвенции. В соответствии с пунктом 5 а) статьи 22 Конвенции Комитет удостоверился в том, что данный вопрос не рассматривался ранее и не рассматривается в настоящее время в рамках какой-либо другой процедуры международного расследования или урегулирования. Комитет отмечает, что государство-участник выдвинуло возражения в отношении приемлемости жалобы на том основании, что заявитель не представила достаточно серьезных доказательств приемлемости. Учитывая заявления заявителя о ее членстве в партии "звиадистов" с середины 1992 года, ее участии в различных видах деятельности этой партии, ее заявление о перенесенных ею пытках, и сравнивая эту информацию с существующей практикой преследования политических противников в Грузии, Комитет приходит к выводу о том, что утверждения заявителя превосходят предел приемлемости, и в этой связи Комитет продолжает рассмотрение существа данной жалобы.

7.В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Конвенции Комитет должен принять решение относительно того, имеются ли серьезные основания полагать, что заявителю будет угрожать применение пыток в случае ее возвращения в Грузию. С этой целью Комитет должен согласно пункту 2 статьи 3 принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека.

8.Вместе с тем Комитет должен установить, будет ли угрожать лично соответствующему лицу опасность применения пыток в той стране, в которую его высылают. Из этого следует, что существование в стране постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека само по себе не является достаточным основанием для вывода о том, что конкретному лицу угрожала бы опасность применения пыток в случае его возвращения в эту страну; должны существовать дополнительные основания, для того чтобы сделать вывод о том, что опасность угрожает лично данному лицу.

9.В этой связи в настоящем случае Комитету предстоит удостовериться в том, будет ли высылка заявителя в Грузию иметь предсказуемые последствия, т.е. грозит ли ей лично реальная опасность быть подвергнутой аресту и пыткам.

10.Государство‑участник указало на несоответствия в заявлениях заявителя, которые, по его мнению, ставят под сомнение правдивость ее утверждений. Комитет подтверждает свое решение о том, что от жертв пыток не следует ожидать точного изложения фактов, связанных с крайне трагическими для них событиями. Но они должны быть готовы представить такие сведения, которыми они располагают, в поддержку своих утверждений. Политическая деятельность, которой, по словам заявителя, она занималась после того, как стала членом партии "звиадистов", не носит такого характера, который позволяет сделать вывод о том, что ей угрожает опасность подвергнуться пыткам после ее возвращения. Кроме того, ничто из представленной информации не свидетельствует о том, что заявителю угрожает опасность быть подвергнутой пыткам из‑за того, что ее муж был партизаном и был казнен правительственными войсками. Эта точка зрения подтверждается также тем фактом, что грузинские органы власти не проявляли интереса к заявителю после того, как она была освобождена из заключения в 1993 году, и до тех пор, пока она не уехала из страны в 1996 году. В этой связи Комитет не придает значения заявлению соседей, в котором говорится о том, что заявитель подвергалась преследованиям во время ее пребывания в Гегечкори с 1994 года до отъезда в 1996 году, поскольку до 29 октября 1998 года, т.е. в течение двух с половиной лет после подачи своего первоначального ходатайства о предоставлении убежища она этого не утверждала.

11.Исходя из вышеизложенных соображений, Комитет считает, что заявитель не представила веских доказательств в пользу своего утверждения о том, что по возвращении в Грузию ей будет угрожать опасность подвергаться пыткам.

12.Комитет против пыток, действуя на основании пункта 7 статьи  22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания, считает, что возвращение заявителя в Грузию не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции.

Сообщение № 154/2000

Представлено:М.C. (имя и фамилия опущены)

[представлен адвокатом]

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство‑участник:Австралия

Дата сообщения:25 января 2000 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 23 ноября 2001 года,

завершив рассмотрение сообщения № 154/2000, представленного Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем и государством‑участником,

утверждает свои соображения в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.1Заявителем является г‑н М.С., алжирский гражданин, в настоящее время содержащий в центре приема иммигрантов Черстер-Хилла, Австралия. Заявитель утверждает, что его высылка в Алжир повлечет за собой нарушение Австралией статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Его представляет консультационная служба по делам беженцев (Австралия).

1.2В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Конвенции 28 января 2000 года Комитет довел сообщение до сведения государства-участника. Одновременно с этим, руководствуясь пунктом 9 правила 108 своих правил процедуры, Комитет просил государство-участник не высылать заявителя в Алжир на время рассмотрения его сообщения.

Факты в изложении заявителя

2.124 августа 1998 года заявитель прибыл из Южной Африки в Австралию, не имея при себе действительных проездных документов. При собеседовании в аэропорту он просил государство-участник предоставить ему защиту как беженцу.

2.23 сентября 1998 года заявитель направил ходатайство о предоставлении ему статуса беженца (охранительной визы) в министерство иммиграции и по делам этнических групп в соответствии с Законом о миграции. 2 октября 1998 года представитель министра иммиграции и по делам этнических групп вынес решение об отказе в выдаче охранительной визы. 14 декабря 1998 года Суд по делам беженцев (СБ) подтвердил это решение. 30 апреля 1999 года Федеральный суд Австралии отклонил ходатайство заявителя о применении процедуры судебного пересмотра.

2.322 марта 1999 года адвокат просил министра иммиграции и по делам этнических групп вмешаться в рассмотрение этого дела и отменить решение СБ с учетом общественных интересов в соответствии со статьей 417 Закона о миграции. В своем письме (дата отсутствует) министр сообщил, что он не намерен воспользоваться этим своим правом. 13 сентября 1999 года адвокат вновь направил министру письмо, в котором просил разрешить заявителю направить второе ходатайство о предоставлении охранительной визы в соответствии со статьей 48В Закона о миграции. Никакого ответа на эту просьбу адвокат не получил.

2.4Заявитель сообщает, что с 1990 года участвовал в деятельности по социальной поддержке в рамках Исламского фронта спасения (ИФС); так, например, после работы заявитель обычно приходил в местное отделение ИФС и принимал участие в решении вопросов, касающихся оказания помощи нуждающимся семьям. В январе 1992 года после признания недействительными результатов всеобщих выборов в Национальное народное собрание местное отделение ИФС было закрыто, а предполагаемый потерпевший был вызван в полицию (жандармерию), где его подвергли допросу, который продолжался более двух часов. Заявитель отмечает, что после освобождения ему было предписано ежедневно отмечаться в жандармерии и не покидать родной город Нгаос. 16 сентября 1994 года один его приятель помог ему вылететь авиарейсом из Алжира в Сирийскую Арабскую Республику. На следующий день после его отъезда, а затем еще раз в октябре сотрудники жандармерии допросили его отца в целях выяснения его местонахождения. Кроме того, в сообщении отмечается, что впоследствии отец заявителя советовал ему не возвращаться в Алжир, поскольку полиция обвинила его в уклонении от повторного призыва на военную службу.

2.5Заявитель сообщает, что он покинул Алжир в 1994 году после того, как ему стало известно об официальном указе, предусматривающем призыв в армию на шестимесячный срок тех резервистов, которые до этого отбыли только 18‑месячную военную службу. Заявитель проходил службу в национальной республиканской армии с мая 1988 года по март 1990 года. Заявитель отмечает, что в марте 1994 года появились сообщения о том, что министр внутренних дел Алжира объявил о намерении правительства призвать в армию несколько тысяч резервистов и что эти сообщения не фигурировали в СБ в ходе рассмотрения дела.

2.6Заявитель отмечает, что в 1996 году ему удалось получить копию судебного решения от 17 ноября 1996 года, в котором он обвиняется in absentia в создании террористической группы и заочно приговаривается к смертной казниa.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает, что его высылка в Алжир явится нарушением статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Заявитель утверждает, что есть веские основания полагать, что он может быть подвергнут пыткам в случае его высылки в Алжир, поскольку власти воспринимают его в качестве сторонника ИФС.

3.2Заявитель утверждает, что в случае его возвращения в Алжир он будет рассматриваться властями в качестве лица, уклоняющегося от повторного призыва на военную службу, вследствие чего ему будут автоматически приписаны антиправительственные взгляды.

3.3.Кроме того, заявитель утверждает, что в случае его возвращения в Алжир он будет арестован и подвергнут пыткам с учетом судебного решения от 1996 года. В сообщении отмечается, что такое предположение базируется на знании адвокатом системы наказаний за дезертирство по причине предполагаемых связей с исламскими фундаменталистами.

3.4Заявитель утверждает, что в случае его возвращения в Алжир уже в аэропорту с ним проведут беседу на предмет выяснения обстоятельств его пребывания за пределами Алжира и его деятельности в течение этого времени. Его могут спросить о том, обращался ли он где‑либо с ходатайством о предоставлении статуса беженца. В этой связи заявитель ссылается на сообщение одной английской газеты от июня 1997 года о смерти высланного в Алжир лица, которому было отказано в предоставлении убежища.

3.5Заявитель утверждает, что грубые нарушения прав человека совершаются в Алжире не только в условиях полной безнаказанности, но и при попустительстве на самом высоком уровне. Ссылаясь на случаи, имевшие место в Алжире после 1992 года, он отмечает далее, что Алжир систематически нарушает свои обязательства по международным договорам в области прав человека.

3.6Заявитель утверждает, что все доступные внутренние средства правовой защиты были исчерпаны. Невзирая на еще не полученный ответ от министра иммиграции и по делам этнических групп, с учетом положений Закона о миграции предполагаемый потерпевший может быть выслан из Австралии в любое подходящее для властей время.

Замечания государства-участника по вопросу о приемлемости сообщения и по вопросу его существа

4.1В своем ответе от 14 ноября 2000 года государство-участник сообщает, что ходатайство является неприемлемым, поскольку в нем отсутствует минимум обоснований, требуемых статьей 22 Конвенции.

4.2Однако даже с учетом возможности признания Комитетом приемлемости ходатайства, государство-участник заявляет, что это ходатайство является необоснованным по существу, поскольку существующие мотивы для предположений о том, что предполагаемый потерпевший может быть подвергнут пыткам в случае его высылки в Алжир, нельзя отнести к категории обоснованных, персональных или реальных.

4.3Признавая серьезность положения в области прав человека в Алжире, государство-участник, тем не менее, отмечает, что поступающие оттуда в последнее время сообщения свидетельствуют об улучшении ситуации в стране. В этой связи государство-участник ссылается на принятие в 1999 году Закона о гражданском согласии и готовность алжирского министерства внутренних дел приступить к расследованию случаев исчезновений. Государство-участник отмечает, что в соответствующих отчетах "Международной амнистии", "Организации по наблюдению за осуществлением прав человека" и Госдепартамента США сообщается о сокращении в 1999 году количества исчезновений, арестов, пыток и внесудебных казней, ответственность за которые несут алжирские должностные лица. Государство-участник добавляет, что Алжир присоединился к Международному пакту о гражданских и политических правах, Конвенции против пыток (с заявлением, предусмотренным статьями 21 и 22) и Африканской хартии прав человека и народов.

4.4Государство-участник обращает внимание на отсутствие достаточных оснований полагать, что в случае возвращения в Алжир автор будет подвергнут пыткам по причине его предполагаемого участия в деятельности ИФС. Государство-участник просит Комитет должным образом учесть выводы, сформулированные в этой связи СБ, поскольку заявитель не представил никаких новых данных в обоснование своей претензии. Государство-участник ссылается на заключения СБ, согласно которым заявитель никогда не был членом ИФС и не интересовался и не занимался политической деятельностью в рамках этой организации, и что алжирская полиция не проявляла к нему никакого интереса. В решении СБ указывалось, что утверждение заявителя относительно того, что ему было предписано отмечаться в полиции и соблюдать правила, ограничивающие его право на передвижение, представляется неправдоподобным в свете сведений о характере обращения с членами ИФС в рассматриваемый период. Кроме того, с учетом последних изменений в Алжире государство-участник отмечает, что сочувственное отношение к ИФС вряд ли может стать объектом внимания со стороны алжирских властей.

4.5Касаясь вопроса о повторном призыве заявителя на военную службу, государство-участник ссылается на заключения СБ, согласно которым до марта 1995 года повторный призыв на военную службу не производился. Полученная государством-участником информация по стране происхождения заявителя свидетельствует о том, что ранее повторный призыв резервистов на военную службу производился в 1991 году, однако до марта 1995 года эта процедура не применялась. Кроме того, государство-участник отмечает, что нет никаких доказательств того, что заявитель вообще повторно призывался на военную службу; хотя, по мнению независимого источника, в таком случае заявителю должна была быть направлена повестка по месту жительства. Даже если исходить из того, что г‑н Селхаб уклонился от повторного призыва на военную службу, предполагаемый потерпевший не представил никакой конкретной информации в подтверждение того, что именно по этой причине он мог бы быть подвергнут пыткам. Государство-участник обращает внимание на руководящие принципы УВКБ в отношении просителей убежища из Алжира и отмечает, что одна лишь вероятность ареста не может служить достаточным основанием для утверждений о вероятности применения пыток.

4.6Государство-участник отмечает, что представленная заявителем копия судебного решения вряд ли является подлинной с учетом того, что приведенная самим заявителем информация о времени его вынесения не соответствует проставленной на нем дате, а фигурирующий в нем приговор не согласуется с имеющейся информацией относительно характера наказаний, применяемых в случае уклонения резервистов от повторного призыва на военную службу: речь идет об аресте и лишении свободы на срок от трех месяцев до десяти лет в зависимости от обстоятельств дела. Кроме того, государство-участник ссылается на сообщения "Международной амнистии", в которых отмечается, что с декабря 1994 года в Алжире действует мораторий на исполнение смертных приговоров и что с тех пор ни один смертный приговор в исполнение не приводился.

4.7Что касается утверждений заявителя о том, что он рискует подвергнуться пыткам вследствие того, что власти могут заподозрить его в том, что он обращался с ходатайствами о предоставлении ему убежища или статуса беженца, то государство-участник отмечает, что предполагаемый потерпевший не представил никаких доказательств в обоснование предположения о том, что алжирские власти знают о ходатайствах, возбужденных им в Австралии и в Южной Африке. Из полученной государством-участником информации по стране происхождения заявителя явствует, что даже в случае осведомленности алжирских властей о представленных заявителем ходатайствах данное обстоятельство не являлось бы веской причиной, позволяющей предположить, что он может быть подвергнут пыткам.

Замечания заявителя

5.1Заявитель сообщает, что положение в области прав человека в Алжире остается критическим. Он утверждает, что Алжир по‑прежнему не обращает никакого внимания или не в состоянии реагировать на утверждения о применении пыток и жестокого обращения к лицам, арестованным по подозрению в связях с вооруженными группами. Заявитель ссылается на заключительные замечания, принятые Комитетом по правам человека в 1998 году, в которых, в частности, отмечается, что из многочисленных источников поступает информация о том, что в Алжире совершаются пытки, имеют место исчезновения и казни без надлежащего судебного разбирательства. Кроме того, заявитель обращает внимание на то, что "Международная амнистия" продолжает выражать обеспокоенность по поводу пыток, которым подвергаются лица в ходе допросов по поводу их возможных связей с членами вооруженных групп.

5.2Заявитель отмечает, что проведение разграничения между вовлеченностью в деятельность ИФС и активным членством в этой организации является искусственным. Кроме того, он указывает на очевидное отсутствие доказательной базы для заключения о том, что деятельность по социальной поддержке, имеющая явно политическое значение, не считается алжирскими властями политической.

5.3Заявитель отмечает, что в свете последних изменений представляется чрезмерно упрощенным подход, согласно которому сочувственное отношение заявителя к ИФС не способно привлечь внимание алжирской жандармерии к его делу. Заявитель утверждает, что лица, не ходатайствовавшие об амнистии или не подпадающие под положения Закона о гражданском согласии, могут стать объектом жестоких преследований.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

6.1Комитет принимает к сведению представленную государством-участником информацию о том, что в соответствии с просьбой Комитета на основании пункта 9 правила 108 его правил процедуры исполнение решения о высылке заявителя было приостановлено.

6.2До рассмотрения любых претензий, содержащихся в том или ином сообщении, Комитет против пыток должен решить вопрос о том, является ли соответствующее сообщение приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. Руководствуясь пунктом 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет убедился в том, что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования. Комитет принимает к сведению тот факт, что государство-участник считает сообщение неприемлемым по причине его недостаточной обоснованности. Вместе с тем государство-участник не представило в этой связи никаких других доводов, кроме аргумента о том, что даже в случае признания Комитетом приемлемости сообщения оно будет необоснованным по существу. В силу этого Комитет считает, что аргументы государства-участника затрагивают лишь вопросы существа, которые подлежат рассмотрению не на этапе решения вопроса о приемлемости сообщения, а на этапе изучения существа дела. В отсутствие каких-либо других факторов, препятствующих признанию сообщения приемлемым, Комитет объявляет его приемлемым.

6.3В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Конвенции Комитет должен решить вопрос о том, существуют ли серьезные основания полагать, что в случае возвращения заявителя в Алжир ему может угрожать там применение пыток. В ходе выработки такого решения Комитет должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Вместе с тем цель такого решения заключается в том, чтобы определить, носит ли персональный характер для соответствующего лица угроза применения пыток в той стране, в которую его намереваются возвратить. Комитет исходит из принципа, согласно которому существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в той или иной стране само по себе не является достаточным основанием для вывода о том, что какому-либо конкретному лицу будет угрожать опасность применения пыток в случае его возвращения в эту страну; для этого должны существовать дополнительные основания, из которых следовало бы, что именно этому конкретному лицу угрожает такая опасность. Аналогичным образом отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека также не означает, что то или иное лицо не может быть сочтено лицом, которому может угрожать применение пыток с учетом конкретных обстоятельств дела.

6.4В настоящем случае Комитет отмечает, что социальная деятельность заявителя в рамках ИФС датируется началом 1992 года, когда его задержали и допрашивали в течение двух часов. В сообщении не отмечается, что заявитель подвергался пыткам или привлекался к судебной ответственности за деятельность в рамках ИФС до его отбытия в Сирию.

6.5Комитет принимает к сведению тот факт, что заявитель ссылается на предусмотренную в статье 3 гарантию на том основании, что лично ему угрожает опасность ареста в связи с оспариваемым судебным решением от 1996 года. Вместе с тем заявитель не приводит никакой дополнительной информации в обоснование утверждения о том, что ему будет угрожать применение пыток. Комитет полагает, что, даже если исходить из того, что заявитель может быть арестован после его возвращения в Алжир в связи с его предыдущим осуждением, один только факт, что он может быть арестован и вторично предан суду, не является веским основанием для того, чтобы предполагать, что ему будет угрожать применение пытокb.

6.6Касаясь утверждения о том, что заявитель будет объектом преследований и что ему автоматически предъявят обвинение в антиправительственных убеждениях, Комитет отмечает, что заявитель не представил никаких доказательств в подтверждение того, что он повторно призывался на военную службу. Кроме того, из представленных Комитету доказательств не следует, что заявителю может угрожать применение пыток в том случае, если после его возвращения в Алжир с ним будет проведено собеседование в аэропорту.

6.7Комитет сознает серьезность положения в области прав человека в Алжире, однако напоминает, что для целей применения статьи 3 Конвенции должна существовать предсказуемая, реальная или персональная опасность того, что соответствующее лицо может быть подвергнуто пыткам в той стране, куда его возвращают. С учетом вышеизложенных соображений Комитет указывает на отсутствие достаточно веских оснований для того, чтобы полагать, что заявителю может угрожать применение пыток в случае его возвращения в Алжир.

7.Комитет по правам человека, действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, заключает, что с учетом представленной ему информации высылка заявителя в Алжир не повлечет за собой нарушения статьи 3 Конвенции.

Сообщение № 15 6 /2000

Представлено:М.C. (имя и фамилия опущены)

[представлен адвокатом]

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство‑участник:Швейцария

Дата сообщения:9 февраля 2000 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 13 ноября 2001 года,

завершив рассмотрение сообщения № 156/2000, представленного Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

утверждает свои соображения в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.1Заявитель, родившийся 13 апреля 1979 года, является выходцем из Шри-Ланки тамильского происхождения. В настоящее время он находится в Швейцарии, где он подал ходатайство об убежище. Это ходатайство было отклонено, и заявитель утверждает, что его высылка в Шри-Ланку представляла бы собой нарушение Швейцарией положений статьи 3 Конвенции против пыток. Он обратился в Комитет с просьбой о принятии незамедлительных мер, учитывая тот факт, что на момент подачи сообщения ему грозила неминуемая высылка. До 9 апреля 2001 года его представлял адвокат.

1.2В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Конвенции Комитет довел указанное сообщение до сведения государства-участника 21 февраля 2000 года. В то же время, действуя в соответствии с пунктом 9 правила 108 своих правил процедуры, Комитет обратился к государству-участнику с просьбой не высылать автора в Шри-Ланку до тех пор, пока его сообщение будет находиться на рассмотрении Комитета. 23 мая 2000 года государство-участник информировало Комитет о том, что им были приняты меры для обеспечения того, чтобы заявитель не был выслан в Шри-Ланку до тех пор, пока его сообщение будет рассматриваться Комитетом.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель утверждает, что, как и большинство шриланкийцев тамильского происхождения, с самого раннего возраста его принуждали оказывать всяческую помощь движению "Тигры освобождения Тамил-Илама" (ТОТИ), в частности участвовать в строительстве бункеров и расклеивании пропагандистских плакатов. Он утверждает, что по причине отказа оказывать этому движению более активную поддержку он был вынужден бежать из Килиноччи в Коломбо.

2.2.Заявитель утверждает, что в Коломбо он неоднократно подвергался арестам со стороны государственных властей и порой содержался под стражей в течение более 15 суток и подвергался пыткам, поскольку власти обвиняли его в принадлежности к движению ТОТИ. Согласно заявителю, он несколько раз представал перед судом (первый раз - 15 марта 1997 года), после чего его вскоре освобождали. Он добавляет, что он был вновь арестован 3 января 1999 года полицией Коломбо, содержался под стражей в течение месяца, а затем вновь предстал перед судом 10 февраля 1999 года. Заявитель утверждает, что после этого его освободили при том условии, что каждую субботу он будет отмечаться в Управлении секретных служб (УСС).

2.3Заявитель утверждает, что он бежал из Шри-Ланки 28 марта 1999 года с помощью проводника. Он отмечает, что в результате этого побега был издан ордер на его арест, и в подтверждение своих слов он прилагает документ, подготовленный полицией Коломбо 23 августа 1999 года. Заявитель прибыл в Швейцарию 29 марта 1999 года.

2.4Заявитель представил ходатайство об убежище в Швейцарии 30 марта 1999 года, которое было отклонено 18 августа того же года. После рассмотрения апелляции, представленной заявителем 21 сентября 1999 года, Апелляционная комиссия по делам беженцев в Швейцарии 10 декабря 1999 года подтвердила первоначальное решение об отклонении ходатайства. Заявителю было предписано покинуть страну до 15 января 2000 года. 10 января 2000 года заявитель обратился с просьбой о продлении этого срока по причине его состояния здоровья. 20 января 2000 года Федеральное управление по делам беженцев пришло к заключению о том, что эти мотивы не являются оправданием для переноса срока высылки, однако постановило продлить срок до 15 февраля 2000 года, чтобы заявитель мог лучше подготовиться к своему отъезду.

Суть жалобы

3.1Заявитель утверждает, что его возвращение в Шри-Ланку усилит подозрения местной полиции относительно того, что он принадлежит к движению ТОТИ, в связи с чем существует опасность того, что по прибытии в Коломбо он может быть подвергнут произвольному аресту и пыткам. По мнению заявителя, следует констатировать, что выходец из Шри-Ланки тамильского происхождения, который покинул свою страну по причине преследований со стороны государственных сил, в значительно большей степени рискует подвергнуться пыткам после возвращения в Шри-Ланку.

3.2Заявитель ссылается на информационный бюллетень организации "Международная амнистия" от 1 июня 1999 года, согласно которому почти ежедневно поступают сообщения о применении сотрудниками сил безопасности пыток в контексте вооруженного конфликта с членами движения ТОТИ. Согласно указанному бюллетеню, эта проблема также возникает в связи с обычной деятельностью по поддержанию правопорядка, поскольку полицейские регулярно подвергают пыткам лиц, подозреваемых в совершении общеуголовных преступлений. Так, согласно этому источнику, несмотря на существование механизмов правовой защиты, акты пытки по‑прежнему совершаются в условиях относительной безнаказанности.

3.3Заявитель делает вывод о том, что аргумент, согласно которому преследования, имевшие место в его отношении, являлись недостаточно серьезными для появления у него права на получение убежища, является необоснованным, если принять во внимание те преследования, которым он несомненно подвергнется по возвращении в Шри-Ланку.

3.4Заявитель добавляет, что с мая 1999 года он страдает обширным туберкулезом. Он уточняет, что с мая 1999 года он проходил соответствующее лечение в пневмологическом отделении кантонального университетского госпиталя кантона Во (Швейцария). Как утверждает заявитель, врачи в этом отделении считают, что в случае его заболевания, которое следует рассматривать в качестве тяжелого, требуется проведение повторного медицинского обследования через два года. Заявитель утверждает, что может возникнуть необходимость в оказании ему срочной медицинской помощи и что условия в стационарах Шри-Ланки, несмотря на противоположное заключение Апелляционной комиссии по делам беженцев Швейцарии, не позволят провести соответствующее лечение.

Замечания государства-участника, касающиеся приемлемости и обоснованности сообщения

4.1Государство-участник не оспорило приемлемость сообщения и в своем письме от 21 августа 2000 года представило замечания относительно его обоснованности.

4.2Прежде всего государство-участник рассмотрело решение швейцарской Апелляционной комиссии по делам беженцев.

4.3Государство-участник отмечает, что эта Комиссия, несмотря на то, что она сочла представленную апелляцию явно необоснованной и поэтому могла отклонить ее в соответствии с упрощенной процедурой, тем не менее подробно рассмотрела данное дело.

4.4Государство-участник отметило, что Комиссия, как и Федеральное управление по делам беженцев, пришла к выводу о том, что заявитель не представил доказательств того, что ему был причинен серьезный ущерб, который мог бы служить основанием для появления объективных и субъективных опасений, касающихся возможности подвергнуться преследованиям в случае возвращения в Шри-Ланку. По мнению государства-участника, заявитель не представил доказательств существования конкретной и серьезной опасности того, что он лично, в случае возвращения в свою страну происхождения, может стать жертвой обращения, которое запрещено статьей 3 Европейской конвенции о правах человека и Конвенцией против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Исходя из решения швейцарской Апелляционной комиссии по делам беженцев, государство-участник делает вывод о том, что в свете международных обязательств Швейцарии высылка заявителя является законной. Государство-участник напоминает о том, что Комиссия отклонила аргументы заявителя, который ссылался на свое состояние здоровья как на причину, препятствующую его высылке.

4.5Затем государство-участник рассмотрело обоснованность решения Комиссии в свете статьи 3 Конвенции и практики рассмотрения дел Комитетом.

4.6Государство-участник заявляет, что в своем сообщении заявитель упоминает лишь о тех мотивах, которые он уже излагал ранее перед национальными властями. По мнению государства-участника, заявитель не представил никаких новых аргументов, которые могли бы поставить под сомнение решения Федерального управления по делам беженцев от 18 августа 1999 года и Комиссии от 10 декабря 1999 года. Государство-участник утверждает, что заявитель, в частности, не объясняет Комитету причины несоответствий противоречий, фигурирующих в его утверждениях. Напротив, согласно государству-участнику, заявитель лишь подтверждает их, поскольку в силу причин, остающихся неизвестными швейцарским властям, он ссылается на тот факт, что он якобы был вновь арестован полицией Коломбо 3 января 1999 года, а затем передан правосудию 10 февраля 1999 года. Государство-участник напоминает о том, что эти утверждения якобы подтверждаются, по словам заявителя, документом от 23 августа 1999 года, подготовленным полицией Коломбо.

4.7Государство-участник считает, что эти утверждения являются по меньшей мере удивительными, поскольку в ходе процедуры внутреннего расследования заявитель сначала спонтанно заявил о том, что после апреля 1997 года он больше не подвергался арестам со стороны полиции или Управления секретных служб. Однако в ходе слушания заявитель заявил, что в феврале 1998 года он якобы был арестован Народной организацией за освобождение Тамил-Илама (НООТИ). Согласно государству-участнику, лишь в своей апелляции Комиссии заявитель заявил о том, что в период с февраля 1998 года и до его отъезда в Швейцарию он неоднократно подвергался сотрудниками полиции или УСС аресту или содержанию под стражей, при этом данные показания являлись крайне расплывчатыми и полностью противоречили его предыдущим утверждениям.

4.8Государство-участник подчеркивает, что, хотя документ, который якобы был подготовлен полицией Коломбо, датирован 23 августа 1999 года, заявитель ни разу не заявлял о том, что он подвергался арестам в 1999 году - ни в ходе вышеупомянутых слушаний, ни в своей апелляции Комиссии от 21 сентября 1999 года, ни в своих письмах Комиссии от 15 и 19 октября 1999 года. По мнению государства-участника, еще более удивительным является тот факт, что заявитель не сослался на этот документ в своем ходатайстве о продлении срока высылки от 10 января 2000 года. Государство-участник уточняет, что, хотя этот документ ни разу не был представлен в ходе обычной процедуры, заявитель мог ходатайствовать о проведении пересмотра фактов по его делу, однако не сделал этого. Государство-участник напоминает о том, что процедура пересмотра является эффективным внутренним средством правовой защиты по смыслу подпункта b) пункта 5 статьи 22 Конвенции. При этом государство-участник считает, что в любом случае этот документ не был бы принят во внимание при рассмотрении настоящего дела.

4.9Государство-участник поясняет, что, помимо всего прочего, было бы законным задаться вопросом о происхождении и содержании этого документа, который, как оно отмечает еще раз, ни разу не представлялся национальным инстанциям. По мнению государства-участника, возникает вопрос о том, в силу каких причин заявитель опасается подвергнуться преследованиям со стороны полиции, если она сама спокойно выдает ему документ, перечисляющий в хронологическом порядке все аресты, которым автор якобы подвергался. Как считает государство-участник, получается, что речь идет о какой-то странной полиции, любезно предоставляющей лицу, которое она намеревается арестовать, возможности для того, чтобы от нее же скрыться. Государство-участник делает вывод о том, что, по всей видимости, арест в 1999 году представляется маловероятным, а документ, якобы подготовленный полицией Коломбо и представленный в виде незаверенной копии, не имеет никакой доказательной силы.

4.10Ссылаясь на практику рассмотрения дел Комитетом и на его Замечание общего порядка, касающееся применения статьи 3, государство-участник заявляет, что в данном случае швейцарское правительство целиком разделяет мотивы, выдвинутые Комиссией в обоснование своего решения, в соответствии с которым она отклонила ходатайство заявителя об убежище и подтвердила его высылку. Ссылаясь на статью 3 Конвенции, государство-участник хотело бы в предварительном порядке отметить, что согласно юриспруденции Комитета (сообщение № 57/1996 Ф.К.Л. против Канады) это положение не обеспечивает никакой защиты заявителю, который просто ссылается на опасение подвергнуться аресту по возвращении в свою страну. Этот вывод напрашивается a fortiori в отношении простого риска ареста (сообщение № 65/1997 И.А.О. против Швеции). Государство-участник напоминает о том, что в рассматриваемом случае заявитель утверждает, что ему якобы грозит опасность подвергнуться аресту за несоблюдение требования, согласно которому он был обязан раз в неделю отмечаться в УСС.

4.11Государство-участник утверждает, что Комиссия сочла утверждения заявителя не внушающими доверия лишь после представления убедительной аргументации. По мнению государства-участника, эта аргументация не может быть опровергнута только на основании того факта, что теперь заявитель впервые представил Комитету документ, якобы выданный полицией Коломбо 23 августа 1999 года, согласно которому заявитель был вновь подвергнут аресту 3 января 1999 года и что он разыскивается полицией за невыполнение своей обязанности отмечаться в УСС. Государство-участник уточняет, что заявитель должен был и мог представить эту информацию национальным властям в ходе внутренней процедуры разбирательства, поскольку на просителя убежища возлагается обязанность сотрудничать с властями. Государство-участник считает, в частности, удивительным тот факт, что заявитель ни разу не сообщал внутренним инстанциям о факте своего ареста 3 января 1999 года, хотя этот предполагаемый арест имел место незадолго до его отъезда из Шри-Ланки. Государство-участник добавляет, что заявитель также ссылается на то, что во время арестов его якобы подвергали пыткам. Он утверждает, что представители властей его связывали и избивали. Однако, как отмечает государство-участник, швейцарские врачи, которые обследовали заявителя и назначили ему лечение от туберкулеза, ни разу не упоминали об обнаружении у него каких-либо следов, вызванных совершением актов насилия.

4.12Государство-участник поясняет, что, помимо указанных несоответствий, следует отметить тот факт, что утверждение заявителя, касающееся ареста, совершенного 3 января 1999 года, и ордера на арест, представляются неправдоподобными. В ходе слушания на кантональном уровне заявитель ясно заявил о том, что после того, как в феврале 1998 года он был арестован в Коломбо НООТИ, он якобы был освобожден "с условием немедленного возвращения в Килиноччи", а также добавил, что члены НООТИ "запретили мне возвращаться в Коломбо". В случае возвращения в Коломбо заявителю якобы грозила опасность "подвергнуться более длительному содержанию под стражей без последующей доставки в суд". Однако, по мнению государства-участника, следует признать, что эти утверждения являются неправдоподобными с учетом предполагаемого ареста заявителя полицией Коломбо 3 января 1999 года и особенно с учетом распоряжения судьи об освобождении заявителя, в котором ему предписывалось отмечаться каждую субботу в УСС.

4.13Наконец, государство-участник считает, что разъяснения заявителя относительно обстоятельств, связанных с его отъездом из Шри-Ланки, нуждаются по меньшей мере в подтверждении. Заявитель не объясняет, в частности, того, каким образом ему удалось покинуть Шри-Ланку из аэропорта Коломбо, несмотря на тот факт, что его разыскивала полиция. Согласно государству-участнику, используемая в этом аэропорту очень жесткая система проверки пассажиров с целью обеспечения безопасности ни при каких обстоятельствах не позволила бы автору зарегистрироваться на рейс и пройти полицейский и пограничный контроль. Государство-участник считает маловероятным тот факт, что заявитель, как он утверждает, мог воспользоваться услугами проводника, который якобы запретил ему отвечать на вопросы сотрудников таможенной службы, пообещав сделать это при необходимости вместо автора. По мнению государства-участника, факты, напротив, свидетельствуют о том, что не существует никаких элементов, позволяющих предположить, что на момент отъезда из страны - 24 или 25 марта 1999 года - заявитель разыскивался полицией.

4.14Государство-участник делает вывод о том, что можно, следовательно, испытывать законные сомнения по поводу того, что заявитель разыскивается шри-ланкийскими властями. Также маловероятно, что ему угрожает опасность подвергнуться аресту в случае возвращения в свою страну. Однако, как считает государство-участник, даже если бы такая опасность существовала, она "не являлась бы достаточной для вывода о наличии серьезных оснований полагать, что ему угрожала бы опасность подвергнуться пыткам" (сообщения № 157/1996 и 65/1997).

4.15Что касается мотивов, связанных со здоровьем, на которые ссылался заявитель, то государство-участник напоминает о том, что Комиссия приняла их во внимание. Опираясь на два медицинских заключения, она пришла к выводу о том, что основная часть лечения от туберкулеза была завершена и что заявитель больше не страдает заболеванием, которое могло бы угрожать его жизни или здоровью. Согласно государству-участнику, новое медицинское заключение от 6 января 2000 года, на которое ссылается заявитель, лишь подтверждает этот вывод. Опрошенные хирурги заявили, что после проведения консилиума они отказались делать операцию по декортикации легких. Государство-участник добавляет, что даже если такая операция стала бы необходимой - что согласно указанному медицинскому заключению не подтверждается на данный момент, - то ее можно было бы провести в Коломбо. Согласно государству-участнику, это же касается наблюдения за состоянием здоровья заявителя и контроля со стороны врачей, который может в этой связи потребоваться. Государство-участник заявляет, что, следовательно, Комиссия справедливо сочла существующее в Коломбо положение с точки зрения возможностей оказания медицинских услуг удовлетворительным и позволяющим, при необходимости, оказать заявителю необходимую помощь.

4.16С учетом всего вышесказанного государство-участник делает вывод о том, что ничто не свидетельствует о существовании серьезных оснований опасаться, что лично заявителю может непосредственно угрожать опасность подвергнуться пыткам по возвращении в Шри-Ланку. По мнению государства-участника, утверждения заявителя не позволяют также считать, что его высылка в Шри-Ланку привела бы к возникновению для него лично реальной и конкретной опасности подвергнуться пыткам.

Комментарии заявителя относительно замечаний государства-участника

5.1Заявитель напоминает о том, что содержащиеся в его утверждениях противоречия и несоответствия, на которые ссылается правительство Швейцарии с целью подтверждения обоснованности решения швейцарской Апелляционной комиссии по делам беженцев, следует рассматривать с учетом тех обстоятельств, в которых он давал показания швейцарским властям после прибытия в страну. В этой связи заявитель отмечает, что он был тяжело болен туберкулезом и что именно в этом ослабленном состоянии ему приходилось отвечать на все вопросы швейцарских властей. Заявитель утверждает, что в таком состоянии, разумеется, он мог упустить или неточно разъяснить некоторые детали, а также напоминает о том, что через шесть недель после его прибытия в Швейцарию в течение трех недель он находился в больнице.

5.2Затем заявитель оспаривает аргументы Федерального управления по делам беженцев, согласно которым его бегство из Шри-Ланки представляется нереальным, и утверждает, что он обратился к проводнику именно с той целью, чтобы избежать контроля со стороны полицейских и сотрудников таможенной службы в аэропорту Коломбо.

Соображения Комитета

6.1Прежде чем рассматривать любые жалобы, содержащиеся в том или ином сообщении, Комитет против пыток должен принять решение по вопросу о том, является ли рассматриваемое сообщение приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. Согласно пункту 5 а) статьи 22 Конвенции Комитет удостоверился в том, что этот же вопрос не рассматривался ранее и не рассматривается в настоящее время каким-либо другим международным органом по расследованию или урегулированию. В рассматриваемом случае Комитет также отмечает, что все внутренние средства правовой защиты были исчерпаны и что государство-участник не оспорило приемлемость сообщения. Поэтому он считает, что данное сообщение является приемлемым. Поскольку государство-участник и заявитель представили замечания по существу сообщения, Комитет переходит к его рассмотрению по существу.

6.2Комитет должен принять решение по вопросу о том, будет ли высылка заявителя в Шри-Ланку представлять собой нарушение обязательства государства-участника в соответствии со статьей 3 Конвенции не высылать или не выдавать какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток.

6.3Согласно пункту 1 статьи 3, Комитет должен принять решение по вопросу о том, существуют ли серьезные основания полагать, что заявителю угрожает опасность подвергнуться пыткам в случае его высылки в Шри-Ланку. Для принятия этого решения Комитет должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства согласно пункту 2 статьи 3, включая существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Вместе с тем цель этого анализа заключается в определении того, угрожает ли лично рассматриваемому лицу опасность подвергнуться пыткам в той стране, куда он должен быть выслан. Из этого следует, что существование в том или ином государстве постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека само по себе не является достаточным основанием полагать, что рассматриваемому лицу будет угрожать опасность подвергнуться пыткам в случае его возвращения в это государство. Должны существовать другие основания, позволяющие считать, что лично рассматриваемому лицу будет угрожать такая опасность. Аналогичным образом, отсутствие постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека не означает, что то или иное лицо не может стать жертвой пыток с учетом конкретных обстоятельств его случая.

6.4Комитет ссылается на свое замечание общего порядка, касающееся применения статьи 3, в котором говорится следующее:

"Ввиду того, что государство-участник и Комитет обязаны оценивать наличие серьезных оснований полагать, что автору может угрожать применение пыток в случае его высылки, возвращения или выдачи, при оценке степени риска применения пыток должны анализироваться основания, выходящие за пределы одних лишь умозрительных предположений или подозрений. Вместе с тем при оценке этого риска не следует брать за основу критерий высокой степени вероятности" (А/53/44, приложение IX, пункт 229).

6.5В рассматриваемом случае Комитет отмечает тот факт, что государство-участник констатирует несоответствия и противоречия в показаниях заявителя, позволяющие сомневаться в правдивости его утверждений. Он также принимает к сведению разъяснения, представленные в этой связи адвокатом.

6.6Комитет отмечает факт отсутствия четких доказательств того, что заявитель разыскивается шри-ланкийской полицией или УСС и что представленный заявителем в качестве доказательства документ, подготовленный полицией Коломбо, является аутентичным, при этом уточняя, что представляется удивительным тот факт, что этот документ, датированный 23 августа 1999 года, ни разу не был представлен швейцарским властям, в том числе при подаче заявителем ходатайства 20 января 2000 года о переносе даты его высылки.

6.7Кроме того, Комитет считает, что утверждения заявителя о том, что он подвергался пыткам в Шри-Ланке, являются недостаточно обоснованными и, в частности, не подтверждаются медицинскими заключениями, хотя заявитель прошел медицинское обследование в Швейцарии вскоре после прибытия в эту страну.

6.8Комитет сознает серьезность положения в области прав человека в Шри-Ланке и с обеспокоенностью отмечает тот факт, что там зачастую применяются пытки. Вместе с тем он напоминает о том, что для применения положений статьи 3 Конвенции непосредственно для рассматриваемого лица должна существовать реальная и ожидаемая опасность подвергнуться пыткам в той стране, в которую его должны выслать. Ссылаясь на вышеизложенные соображения, Комитет считает, что существование такой опасности установлено не было.

7.Комитет против пыток, действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, считает, что возвращение заявителя в Шри-Ланку не повлечет за собой никаких нарушений государством-участником положений статьи 3 Конвенции.

Сообщение № 162/2000

Представлено:И.Х.А. (имя и фамилия опущены)

[представлен адвокатом]

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство‑участник:Австралия

Дата сообщения:14 апреля 2000 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 23 ноября 2001 года,

завершив рассмотрение сообщения № 162/2000, представленного Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему автором сообщения, его адвокатом и государством‑участником,

утверждает свои соображения в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.Заявителем является И.Х.А., гражданин Сомали из клана Шикал, который в настоящее время находится в центре содержания под стражей в Новом Южном Уэльсе и ходатайствует о предоставлении ему статуса беженца в Австралии. Заявитель утверждает, что его принудительное возвращение в Сомали будет представлять со стороны Австралии нарушение статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Его представляет адвокат.

1.220 апреля 2000 года Комитет препроводил сообщение государству-участнику для замечаний и просил его в соответствии с пунктом 9 правила 108 не возвращать автора в Сомали до завершения рассмотрения Комитетом представленного им сообщения. Государство-участник удовлетворило эту просьбу.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель родился 1 января 1967 года в Могадишо. У него есть сын, который на момент представления ходатайства в Суд по делам беженцев (СДБ) проживал с отцом заявителя в Кении. Мать заявителя умерла. Заявитель имеет четырех братьев и сестер, которые проживают в Кении, кроме одного из них, живущего в Нидерландах.

2.2В период с 1980 по 1987 год заявитель проживал со своей семьей в Галькайо на северо‑востоке страны, где он учился и получил специальность механика. Затем его семья вернулась в Могадишо, где заявитель работал лавочником в 1989‑1991 годах.

2.3В 1991 году заявитель уехал из Сомали, поскольку его отца, служившего в полиции при бывшем правительстве Сиада Барре, разыскивала милиция Объединенного сомалийского конгресса (ОСК). В начале 1991 года члены этой милиции ворвались в дом семьи заявителя и изнасиловали и убили его сестру. Заявитель уехал в Кению, где он проживал с начала 1991 года по конец 1992 года и также провел там некоторое время в 1994 году. Во время пребывания в Кении он работал в ресторане.

2.4В 1992 году заявитель вернулся в Сомали, поскольку его жена была из клана Хавийе (тот же клан, к которому принадлежат члены милиции (ОСК)), что позволяло ему пользоваться определенной защитой. В период с 1992 по 1994 год заявитель работал информатором в Операции Организации Объединенных Наций в Сомали (ЮНОСОМ) в Могадишо и сообщил сотрудникам Операции о местах хранения оружия. 3 октября 1993 года члены ОСК, обнаружив, что заявитель информирует ЮНОСОМ, убили его жену, а он сам получил огнестрельное ранение с повреждением почки.

2.5В 1994 году, когда заявитель проживал в доме своего тестя, члены ОСК ранили заявителя в плечо и убили его невестку. Поскольку его тесть был из клана Хавийе, ему удалось не допустить новых убийств, однако позднее он сказал заявителю, что он не может больше защищать его и отвез его в аэропорт, откуда заявитель с сыном вылетели в Кению.

2.6Заявитель оставался в Кении на незаконных основаниях до 1997 года. Затем он уехал в Замбию, а позднее – в Южную Африку, где он купил паспорт на чужое имя, которым воспользовался для переезда в Австралию. Заявитель прибыл в Австралию 16 июля 1998 года, не имея при себе никаких документов. 28 июля 1998 года он подал ходатайство о предоставлении ему "защитной" визы в австралийское министерство иммиграции и по делам этнических групп (МИДЭГ). 21 августа 1998 года ходатайство заявителя было отклонено. Заявитель обратился с просьбой о пересмотре этого решения в СДБ, который подтвердил решение об отказе в предоставлении "защитной" визы.

2.7СДБ высказал оговорки в отношении правдивости утверждений заявителя, однако при этом не пришел к выводу о том, что события, изложенные заявителем, не имели места. Суд установил, что заявитель может вернуться в Сомали и проживать за пределами Могадишо, в районе Галькайо на северо‑востоке Сомали. Вынося это решение, СДБ принял к сведению независимые сообщения о том, что различные группировки на северо‑востоке и северо‑западе Сомали не примут лиц, подвергающихся принудительному возвращению. Суд также отметил, что заявитель не желает возвращаться ни в один из районов Сомали, включая Галькайо. Вместе с тем суд счел, что эти факторы не позволяют предоставить ему статус беженца.

2.8Заявитель подал ходатайство о судебном пересмотре решения СДБ в Федеральный суд Австралии. 10 сентября 1999 года Федеральный суд отклонил ходатайство заявителя, после чего автор подал апелляцию в австралийский Федеральный суд полного состава. 10 марта 2000 года Федеральный суд полного состава отклонил эту апелляцию. Заявитель подал ходатайство в Высокий суд Австралии с просьбой о выдаче специального разрешения на обжалование этого решения Федерального суда полного состава. Заявитель отмечает, что Высокий суд является высшим апелляционным судом Австралии.

2.9По утверждению заявителя, в Сомали по‑прежнему отсутствует система государственного управления и постоянно совершаются грубые и вопиющие нарушения прав человекаa. Он отмечает, что положение клана Шикал хорошо известно. Организация "Международная амнистия" описывает клан Шикал как "уязвимый перед лицом серьезных нарушений, включая произвольные убийства", и заявляет, что "это препятствует возвращению любого члена клана Шикал в Сомали. Он заявляет, что факты по этому делу аналогичны фактам по делу "Элми против Австралии"b, в ходе рассмотрения которого Комитет пришел к выводу о нарушении статьи 3 Конвенции. Заявитель также ссылается на решение соответствующих органов Организации

Объединенных Наций, заявивших, что они возражают против недобровольной репатриации получивших отказ просителей убежища в Сомалиc.

Жалоба

3.Заявитель утверждает, что в связи с предыдущими нападениями на него со стороны членов ОСК есть все основания полагать, что по возвращении в Сомали он может подвергнуться пыткам, и, следовательно, Австралия, вернув его в Сомали, нарушила бы тем самым статью 3 Конвенции. Заявитель отмечает, что, согласно заслуживающим доверия источникам, в Сомали по‑прежнему "постоянно совершаются, грубые, вопиющие или массовые нарушения прав человека", и ссылается в этой связи на статью 3 (2) Конвенции. Заявитель утверждает, что он сам лично рисковал бы подвергнуться пыткам в случае возвращения в Сомали. Он также отмечает, что клан автора является кланом меньшинства и, следовательно, не сможет защитить его.

Замечания государства-участника по вопросу приемлемости и по существу дела.

4.1Государство-участник заявляет, что это сообщение является неприемлемым ratione materiae на том основании, что фактическая ситуация, которая была изложена автором, не подпадает под действие Конвенции. В частности, государство-участник утверждает, что обращение, которому заявитель может или не может подвергнуться в случае возвращения в Сомали, не подпадает под определение пыток, предусмотренное в статье 1 Конвенции. Государство-участник отмечает, что для квалификации в качестве пытки, конкретное действие должно повлечь за собой "сильную боль или страдания, физическое или нравственное". Государство-участник считает, что, хотя прошлые события позволяют сделать предположение о том, что может произойти в будущем, прошлые инциденты, о которых сообщает заявитель, не говорят о том, что он подвергнется пыткам в случае возвращения в Могадишо. Государство-участник признает, что в связи с политической ситуацией в Сомали заявитель может стать жертвой нарушений прав человека, однако при этом утверждает, что такие нарушения не обязательно приведут к действиям, предусмотренным в статье 1 Конвенции.

4.2Согласно государству-участнику, заявитель утверждает, что он подвергнется риску нападения со стороны членов ОСК и опасности, поскольку он ранее работал информатором ЮНОСОН, однако при этом он не утверждает, что подвергнется риску или опасности таких действий, которые представляли бы нарушения положений Конвенции. В своих показаниях, представленных СДБ, заявитель отмечает, что "может подвергнуться нападению со стороны членов кланов Хавийе, которые будут вымогать у него деньги в целях поддержки своей милиции, ОСК". Однако угроза вымогательства не подпадает под определение, предусмотренное в статье 1 Конвенции.

4.3.По утверждению государства-участника, заявитель не представил достаточных доказательств того, что он подвергается риску пыток со стороны ОСК, более существенному по сравнению с риском, которому подвергается любой житель Могадишо, живущий в условиях столкновений между различными вооруженными группами. Государство-участник утверждает, что национальные суды выразили серьезные сомнения в отношении правдивости фактов, изложенных заявителем, включая противоречивые сведения об инциденте, повлекшем смерть его жены и его собственное ранение. Согласно государству-участнику, во время первого собеседования заявитель не смог подробно изложить факты изнасилования и убийства его сестры в 1991 году, а также убийства его невестки в результате инцидента в 1991 году, в ходе которого заявитель также был ранен. Заявитель первоначально сообщил, что он никогда не выезжал за пределы Сомали, однако затем указал, что он впервые покинул Сомали в 1991 году. В официальном заявлении в СДБ от 2 сентября 1998 года заявитель признал, что по прибытии в Сидней он дал ряд ложных показаний. Государство-участник также заявляет, что СДБ счел неправдоподобным утверждение о том, что ЮНОСОМ мог бы нанять человека, отсутствовавшего какое-то время в стране, для выяснения мест хранения оружия в Могадишо. Государство-участник также ссылается на вывод СДБ о том, что заявитель пытался помешать суду расследовать его дело с привлечением лиц, владевших непосредственной информацией о его ситуации с 1991 года.

4.4Кроме того, государство-участник отмечает, что действия, которых заявитель опасается в случае его возвращения в Сомали, не подпадают под определение "пытки" в редакции статьи 1 Конвенции, поскольку они не являются действиями, которые причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве. Государство-участник согласно, что "члены меньшинств подвергаются домогательствам, запугиванию и преследованию со стороны вооруженных лиц из всех группировок"d, однако при этом не согласно, что эти действия совершаются "государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия", как гласит формулировка, используемая в статье 1 Конвенции. Государство-участник утверждает, что эти действия совершаются частными лицами, действующими в личном качестве в целях извлечения личной прибылиe.

4.5Государство-участник ссылается на соображения Комитета по делу "Элми против Австралии" (сообщение № 120/1998, решение от 14 мая 1999 года)f и соглашается с тем, что в определенных районах Сомали некоторые кланы могут действовать в качестве квазигосударственных учреждений. Такие действия надо, безусловно, отличать от бессистемных насильственных действий, совершаемых отдельными лицами, действующими в личном качестве. Доказательства того, что все члены доминирующего клана постоянно действуют в квазигосударственном качестве, отсутствуют. Было бы также трудно определить, выполняет ли милиция конкретные приказы в любой конкретный момент времени, поскольку "силы безопасности являются ненадежными, неоплачиваемыми и не имеют квалификации для выполнения своих обязанностей в мирное время и часто выходят из-под контроля"g. В обоснование своего утверждения о необходимости рассмотреть вопрос о том, совершаются ли указанные действия в официальном качестве или в личном качестве для определения того, представляют ли собой эти действия пытки, государство-участник ссылается на комментарии ученых и решения международных и национальных судов и трибуналов.

4.6Кроме того, государство-участник заявляет об отсутствии фактов, позволяющих сделать вывод о том, что предполагаемые действия произошли в результате решений, вынесенных старейшинами клана и распоряжений лидеров ОСК. Также отсутствуют какие-либо факты, доказывающие, что предполагаемые действия стали результатом подстрекательства со стороны этого клана или милиции или что этот клан или милиция молчаливо поддерживали эти действия или были о них осведомлены. В обоснование этого довода государство-участник отмечает, что утверждение заявителя о том, что эти действия стали результатом подстрекательства со стороны ОСК, разыскивавшего сотрудников полиции, служивших при бывшем режиме, включая отца заявителя, не соответствует сообщению Миссии по оценке в Могадишо в 1991 годуh. Государство-участник считает, что этот инцидент, возможно, стал следствием общей обстановки насилия, существовавшей в Могадишо в то время, а не результатом действий лиц, выполнявших распоряжения лидеров ОСК о пытках и убийствах семей сотрудников режима Барре.

4.7Что касается убийства жены заявителя и нападения на него самого, то государство-участник указывает, что заявитель привел две версии этого инцидента. Сначала он сказал, что в его дом попала бомба во время боев между силами Айдида (ОСК) и ЮНОСОМ. Впоследствии заявитель сообщил, что нападение на его дом последовало после бесед с членами клана Хавийе, касавшихся службы его отца при режиме Барре, в ходе которых члены клана Хавийе заявили, что им нужен дом автора. Если факты, изложенные во втором случае, отвечают действительности, то из них не следует, что соответствующее лицо действовало в официальном качестве. Кроме того, заявитель не указал, что его жена или тесть опознали нападавших как лидеров клана или лиц, занимающих какую-либо руководящую позицию в клане, несмотря на тот факт, что они оба были из этого же клана.

4.8В связи с инцидентом, произошедшим в доме тестя заявителя, в результате которого заявитель был ранен, а невестка убита, государство-участник утверждает, что, несмотря на вероятность ситуации, при которой члены ОСК действовали в тот момент в соответствии с распоряжениями об аресте, пытках или убийствах информаторов ЮНОСОМ, отсутствует какое-либо объяснение причин убийства невестки заявителя, которая, как представляется, не работала в интересах ЮНОСОМ, при этом сам заявитель был лишь ранен. Действуя в официальном качестве, милиция ОСК оставила бы без внимания заявления тестя заявителя, если бы он не занимал определенную руководящую позицию в ОСК или в клане Хавийе. Факты, подтверждающие это, отсутствуют.

5.1Что касается существа дела, то государство-участник указывает на отсутствие фактов, подтверждающих, что заявитель вновь подвергся бы риску применения пыток со стороны правительства в случае возвращения в Сомали на основании бывшей службы его отца при режиме Барре или сотрудничества заявителя с ЮНОСОМi. Государство-участник отмечает, что имеющиеся в распоряжении Австралии факты позволяют предположить, что новое правительство Сомали, избранное в соответствии со строгими принципами клановости, возглавляется временным президентом, который сам занимал должность министра при бывшем режиме Барреj. Президент назначил своим премьер-министром бывшего члена правительства Барре, занимавшего должность министра промышленности с 1980  по 1982 год. Переходное Национальное собрание, насчитывающие 245 мест, включает в себя представителей кланов меньшинств, а также доминирующих кланов в Сомали. Кроме того, в настоящее время в Собрание входят три представителя клана Шикал, составляющие часть квоты от клана Хавийе. Эти представители были также тесно связаны с бывшим режимом Барре. Тот факт, что как президент, так и премьер-министр недавно сформированного правительства занимали должности министров в бывшем правительстве Барре, говорит о том, что высшие должностные лица бывшего режима больше не подвергаются преследованиям, хотя такие преследования и могли иметь место сразу же после падения режима Барре.

5.2Государство-участник также ссылается на обращение временного президента к Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций от 19 сентября 2000 года, в котором он высоко оценил усилия ООН по облегчению положения сомалийского народа в течение последних 10 лет и расценил недавнее создание сомалийского Национального собрания как начало новой эры мира и стабильности.

5.3Хотя государство-участник не отрицает возможных фактов нападений на заявителя, его жену, сестру и тестя, а также то, что в то время и непосредственно после произошедших событий заявитель мог чувствовать себя особенно уязвимым перед нападениями со стороны милиции ОСК и что его опасения могли заставить его бежать из Сомали, факты, доказывающие, что он вновь подвергся бы угрозе со стороны любой из двух группировок ОСК. В этой связи государство-участник добавляет, что лидер одной из группировок также является членом переходного Национального собрания, и отмечает, что он поддерживает нового президента.

5.4Что касается опасений заявителя подвергнуться пыткам на основании его связей с ЮНОСОМ, то государство-участник заявляет об отсутствии фактов, подтверждающих, что заявитель занимал важный пост в ЮНОСОМ и что он был хорошо известен как сотрудник ЮНОСОМ или непосредственно способствовал достижению целей ЮНОСОМ. Факты, подтверждающие угрозу для бывших сотрудников ЮНОСОМ со стороны какой-либо из группировок ОСК, также отсутствуют. Кроме того, в условиях отсутствия какой-либо централизованной отчетности в течение почти целого десятилетия, довольно трудно оценить, каким образом члены ОСК могли бы узнать об участии заявителя в деятельности ЮНОСОМ без его собственного признания.

5.5Что касается утверждения о том, что заявитель является членом клана меньшинства, не способного обеспечить ему защиту в любом районе Сомали, то государство-участник отмечает, что заявитель в своих показаниях в Суде по делам беженцев не указывал на то, что он опасается подвергнуться пыткам на основании принадлежности к клану Шикал. Вместе с тем он заявил, что его клан не смог бы защитить его, а он мог бы подвергнуться нападению со стороны членов клана Хавийе с целью вымогательства у него денег для поддержки милиции ОСК. По утверждению государства-участника, все это не может свидетельствовать о том, что заявитель лично подвергся бы опасности в силу своей принадлежности к клану Шикал.

5.6Государство-участник согласно с тем, что в Сомали в целом имеет место постоянная практика грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека и что члены небольших, изолированных и невооруженных кланов, таких, как Шикал, более уязвимы перед лицом нарушений прав человека по сравнению с членами более крупных кланов. В условиях продолжающихся актов насилия и беспорядков угрозе подвергается все население, однако особенно высок риск в Могадишо и на юге Сомали. Эта ситуация не доказывает, что заявителю лично угрожает опасность подвергнуться пыткам. Кроме того, государство-участник отмечает, что, несмотря на сокращение масштабов насилия после избрания временного правительства, ситуация в стране остается напряженной. Временное правительство ввело значительное число членов милиции в состав национальной полиции. Хотя некоторые из лидеров группировок в Могадишо отказались признать временное правительство, группировка Хабр-Гирдира, входящая в состав клана Хавийе, поддерживает временного президента. Лидеры группировок из южного Могадишо являются выходцами из группировки Хабр-Гирдира, как и сам временный президент.

5.7Государство-участник указывает, что результаты рассмотрения апелляции заявителя на национальном уровне говорят о том, что даже в том случае, если бы заявителю угрожала опасность подвергнуться пыткам в случае возвращения в Могадишо, у него была бы возможность поселиться в Галькайо (северо-восток Сомали), где он ранее довольно долго проживал. Рассмотрение в национальных судах также показало, что власти этого района принимают членов других кланов, что сам район является относительно стабильным и что заявитель мог бы пользоваться надежной защитой от любых угроз, которых, по его утверждениям, он опасается. Милиция ОСК или ее группировки не контролируют этот район, находящийся под контролем Демократического фронта спасения Сомали (ДФСС). В двух докладах по результатам изучения ситуации в этом районе говорится, что северо-восток Сомали является районом относительного мира и стабильности, в котором находят убежище члены всех сомалийских кланов.

5.8Государство-участник заявляет, что сделанный в ходе разбирательства на национальном уровне вывод о наличии у заявителя возможности переехать в Галькайо был сделан до формирования центрального правительства в Сомали, находящегося сейчас в Могадишо. Поскольку заявитель не желает возвращаться в этот район страны и с учетом новой политической ситуации, изложенной выше в пункте 5.1, государство-участник отмечает, что в настоящее время у заявителя нет никаких причин переезжать из Могадишо в Галькайо.

Замечания заявителя по представлению государства-участника

6.1Отвечая государству-участнику, заявитель еще раз приводит свое утверждение о том, что он подвергается серьезной угрозе пыток в Сомали, поскольку, являясь членом клана меньшинства Шикал, он особенно уязвим перед лицом беззакония, царящего сейчас на всей территории Сомали. Заявитель говорит о том, что СДБ согласился, что он находится в уязвимом положении, однако отклонил его ходатайство в силу отсутствия связи между существующей для него опасностью и его принадлежностью к указанном клану. Заявитель считает, что положения Конвенции против пыток не требуют установления такой связи.

6.2В связи с актами пыток, совершенными "негосударственными субъектами" или "квазигосударственными субъектами", утверждается, что Комитет должен принять широкую концепцию ответственности государства. В этой связи заявитель говорит о правовой практике Европейской конвенции о правах человека. Он заявляет об отсутствии необходимости доказательства того, что лица, совершающие акты пыток, так или иначе руководствуются "поручением" или "разрешением" определенного компетентного органа". В соответствии со статьей 1 Конвенции против пыток ответственность за акты пыток включает в себя "молчаливое согласие" ответственного лица. Кроме того, заявитель утверждает, что, как было признано в решении по делу "Элми против Австралии", в случае развала системы государственного управления группы частных лиц, совершающих пытки, фактически "действуют в официальном качестве" в таком районе, и, следовательно, в такой ситуации должна применяться статья 3.

6.3По утверждению заявителя, последние мирные инициативы не привели к прекращению конфликта в Сомали. В самом последнем докладе о положении в области прав человека в Сомали Специальный докладчик Комиссии по правам человека Организации Объединенных Наций отмечал, что Могадишо по‑прежнему остается разделенным на районы, контролируемые переходным национальным правительством и лидерами самых различных группировок. Заявитель отмечает, что межклановые столкновения часто приводят к жертвам среди гражданского населения и уничтожению имущества в условиях беззакония, царящего в городе. Заявитель утверждает, что в такой обстановке он, будучи членом находящегося в уязвимом положении клана, подвергся бы особенно серьезной опасности. Даже если бы его принудительно вернули на северо-восток страны, как это было предложено Австралией, ему пришлось бы пересечь Могадишо и, следовательно, подвергнуться опасности.

6.4В заключение заявитель добавляет, что его в любом случае нельзя принудительно возвращать в Галькайо, поскольку имеющиеся в распоряжении СДБ материалы показали, что лица, подвергающиеся принудительному возвращению, в этой части Сомали не принимаются. В любом случае его принадлежность к клану Шикал ставит его в уязвимое положение на северо-востоке Сомали, поскольку, как также отмечалось в докладе Комиссии по правам человека, в этом регионе Сомали продолжаются серьезные столкновения, особенно в районе Галькайо.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

7.1До рассмотрения каких-либо заявлений, содержащихся в сообщении, Комитет против пыток должен решить, является ли оно приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. В этой связи Комитет в соответствии с требованием пункта 5 а) статьи 22 Конвенции убедился в том, что этот вопрос не рассматривался и не рассматривается в рамках какой-либо другой процедуры международного расследования или урегулирования. Комитет также отмечает, что государство-участник не оспаривает факта исчерпания всех внутренних средств правовой защиты. Он далее принимает к сведению мнение государства-участника о том, что это сообщение должно быть объявлено неприемлемым ratione materiae на том основании, что изложенные факты не подпадают под действие Конвенции, поскольку обращение, которому предположительно может подвергнуться заявитель в случае возвращения в Сомали, не обязательно будет представлять собой пытки в соответствии с определением, содержащимся в статье 1 Конвенции, не станет результатом действий или подстрекательства или не будет совершено при открытом или молчаливом согласии государственного должностного лица или лица, действующего в официальном качестве. Комитет, однако, считает, что приведенный государством-участником довод ratione materiae поднимает вопрос, который не может рассматриваться на стадии решения вопроса о приемлемости. Поскольку Комитет не видит никаких других препятствий для положительного решения вопроса о приемлемости, он объявляет данное сообщение приемлемым.

7.2Комитет должен решить, будет ли принудительное возвращение заявителя в Сомали представлять собой нарушение обязательства государства-участника в соответствии с пунктом 1 статьи 3 Конвенции не высылать или не возвращать (refouler) какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток. Для решения этого вопроса Комитету необходимо принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование в данном государстве постоянной практики грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека. Цель, однако, заключается в решении вопроса о том, подвергнется ли лично рассматриваемое лицо риску применения пыток в стране, в которую это лицо должно вернуться. Из этого следует, что существование в стране постоянной практики грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека само по себе не является достаточным основанием для вывода о том, что по возвращении в эту страну конкретному лицу будет угрожать применение пыток; для того чтобы утверждать, что соответствующее лицо лично подвергнется такому риску, должны существовать дополнительные основания. Аналогичным образом отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека не означает, что то или иное лицо не может подвергнуться пыткам в конкретных обстоятельствах.

7.3Комитет принимает к сведению утверждение заявителя о том, что ему угрожает реальная опасность подвергнуться пыткам в случае возвращения в Сомали на том основании, что его отец служил в полиции в годы правления предыдущего правительства, что сам заявитель сотрудничал с ЮНОСОМ и что он находится в уязвимом положении в силу принадлежности к клану Шикал. В обоснование своего утверждения заявитель приводит имевшие место в прошлом акты пыток, совершенные в отношении него самого и его семьи. Комитет отмечает, что государство-участник не отрицает возможности таких инцидентов, однако при этом утверждает, что заявитель был непоследователен в изложении фактов и что эти нападения были скорее всего совершены в условиях общей атмосферы насилия, царившей в Могадишо в тот период, и не представляют собой преднамеренной попытки преследования заявителя по изложенным им причинам. Комитет также отмечает, что заявитель не смог объяснить несоответствия в описании им этих нападений, что вызывает у Комитета сомнения в отношении правдивости изложенных им фактов.

7.4Кроме того, Комитет напоминает, что, даже если не ставить под сомнение факты применения пыток в прошлом, изложенные заявителем, цель рассмотрения сообщения Комитетом заключается в том, чтобы убедиться, что заявитель вновь подвергнется риску применения пыток в случае возвращения в Сомали. С учетом состава нового переходного правительства, включающего представителей самого клана Шикал, Комитет считает, что заявитель не подвергнется вновь такому риску. С учетом вышеизложенного и признавая продолжающиеся массовые нарушения прав человека в Сомали, Комитет считает, что заявитель не доказал, что он лично подвергнется предсказуемой и реальной опасности применения пыток по смыслу статьи 3 Конвенции.

8.Комитет против пыток в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания заключает, что возвращение заявителя в Сомали государством-участником не будет представлять собой нарушение статьи 3 Конвенции.

Жалоба № 164/2002

Представлено:Л.М.Т.Д. (имя и фамилия опущены)

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство‑участник:Щвеция

Дата сообщения:22 марта 2000 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 15 мая 2002 года,

завершив рассмотрение жалобы № 164/2000, представленной Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем и государством‑участником,

принимает свое решение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.1Автором жалобы является Л.М.Т.Д., гражданка Венесуэлы, которая в настоящее время проживает в Швеции. Автор жалобы утверждает, что ее возвращение в Венесуэлу после отказа Швеции предоставить ей политическое убежище явилось бы нарушением статьи 3 Конвенции. Автора жалобы представляет адвокат.

Факты в изложении заявителя

2.1В период 1988-1997 годов автор жалобы работала прокурором по делам несовершеннолетних при Генеральной прокуратуре Республики Венесуэлы. В число ее функций входила регистрация детей в актах гражданского состояния, с тем чтобы впоследствии они могли получить удостоверение личности. Процедура получения удостоверения личности осуществляется с предварительного разрешения суда по гражданским делам.

2.2В 1995 году заявитель обнаружила, что некоторым китайским гражданам удалось получить венесуэльские удостоверения личности и паспорта с помощью подложных документов, включая, в частности, копии судебных решений об интеграции, на которых стояли подпись и печать заявителя, а также печать суда по гражданским делам. Заявитель довела этот факт до сведения Генерального прокурора Республики, с тем чтобы он возбудил расследование с целью установления лиц, виновных в подделке документов. 22 февраля 1995 года заявитель представила иск в 15-й уголовный суд первой инстанции Каракаса. В 1996 году заявитель обратилась к властям с просьбой провести судебную инспекцию и аудит в Национальном паспортном управлении (НПУ) в архивах Управления по делам иностранцев (УДИ), поскольку именно там были выявлены акты подлога. Эта проверка так и не была проведена, поскольку, по мнению автора жалобы, руководители обоих учреждений были связаны с политической партией "Единство", которая получала огромные суммы за усилия по содействию получению гражданами Китая венесуэльского гражданства.

2.3В марте 1997 года заявитель была необоснованно уволена из Генеральной прокуратуры Республики, однако, несмотря на это, продолжала проводить расследование. С этого момента ей начали угрожать по телефону и подбрасывать под дверь анонимные записки с угрозами. Ее дочь стала жертвой попытки похищения, а ее муж был жестоко избит путем нанесения ударов рукояткой пистолета по голове и спине. Кроме того, заявителю предлагали прекратить расследование и подачу исков.

2.4В результате вышеуказанных обстоятельств в августе 1997 года автор заявитель вместе со своей семьей переехала из Каракаса в Маракарибо. В декабре 1997 года у заявителя угнали автомобиль, который впоследствии был обнаружен сгоревшим. Кроме того, ей позвонили по телефону и заявили, что если она продолжит свое расследование, то сама сядет на скамью подсудимых в качестве лица, виновного в совершении подлогов. Эти два инцидента заставили заявителя и ее семью перебраться в январе 1998 года в город Маракай. Именно тогда они решили продать все свое имущество и выехать из Венесуэлы в Швецию.

2.519 марта 1998 года заявитель и ее семья обратились к Швеции с ходатайством о предоставлении политического убежища. 24 августа 1998 года Национальное управление по вопросам миграции отклонило это ходатайство, мотивируя свое решение тем, что представленные факты не свидетельствуют о наличии каких-либо оснований для получения убежища в Швеции и что помимо этого заявитель в состоянии доказать свою невиновность в рамках предусмотренных законом средств. Это решение было обжаловано в Комиссии по делам иностранцев, которая вынесла 3 марта 2000 года постановление, подтверждающее первоначальное решение по этому делу. Поданное в Комиссию по делам иностранцев ходатайство о приостановке судебных процедур было отклонено 14 марта 2000 года.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает о наличии достаточных фактов для того, чтобы полагать, что в случае ее возвращения в Венесуэлу она будет подвергаться преследованиям и за разоблачение коррумпированных политиков предстанет перед судом, действующим в рамках правовой системы, не предусматривающей никаких гарантий, которые позволили бы ей доказать свою невиновность в связи с фактами подлога. Кроме того, заявитель отмечает, что в нарушение статьи 3 Конвенции сотрудники служб безопасности по‑прежнему подвергают задержанных лиц пыткам и жестокому обращению психического и психологического характера и что ей угрожает опасность подвергнуться задержанию.

Замечания государства-участника

4.1В своих замечаниях от 28 августа 2000 года государство-участник рассматривает утверждения заявителя в контексте их приемлемости и существа дела. После краткого резюме шведского законодательства, регулирующего положение иностранцев, государство-участник сообщает, что заявитель, родившаяся в 1958 году, прибыла в Швецию вместе со своим мужем и детьми 26 февраля 1998 года по предъявлении действующих паспортов. 19 марта 1998 года прибывшие обратились с ходатайством предоставить им убежище, утверждая, что они подвергались преследованиям в связи со скандалом о взятках и что они опасаются возвращаться в Венесуэлу. 24 августа 1998 года это ходатайство было отклонено. Апелляция на это решение была отклонена Комиссией по делам иностранцев 3 марта 2000 года.

4.2Касаясь вопроса о приемлемости жалобы, государство-участник заявляет, что жалоба должна быть признана неприемлемой ratione materiae по причине отсутствия необходимого обоснования, которое обеспечивало бы ее совместимость с Конвенцией согласно пункту 2 статьи 22 Конвенции. В этой связи государство-участник обращает внимание на заявителя о том, что в случае ее возвращения в Венесуэлу она будет задержана, осуждена и приговорена к тюремному заключению без соблюдения надлежащих гарантий на справедливое судебное разбирательство. Государство-участник отмечает далее, что, хотя заявитель ссылается на статью 3 Конвенции, она не делает никаких конкретных заявлений относительно того, что в случае ее возвращения в Венесуэлу она подвергнется там пыткам. Более того, в ходе беседы с сотрудником Национального управления по вопросам миграции заявитель, отвечая на вопрос об условиях содержания в венесуэльских тюрьмах, сообщила, что полицией не практикуется применение пыток. Государство-участник утверждает, что предполагаемые обстоятельства, заставляющие заявителя опасаться возвращения в Венесуэлу, не относятся к сфере содержащегося в Конвенции определения пытки.

4.3В контексте рассмотрения существа жалобы государство-участник проводит разграничения между общим положением в области прав человека в Венесуэле и персональным положением заявителя в случае ее возвращения в Венесуэлу.

а)Государство-участник заявляет в связи с общим положением в области прав человека в Венесуэле, что, хотя в некоторых аспектах ситуация с правами человека продолжает оставаться весьма сложной, это не дает оснований утверждать, что в Венесуэле существует постоянная практика грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека. В этой связи государство-участник напоминает, что, хотя в различных докладах о нарушениях прав человека в Венесуэле, включая, в частности, доклад Госдепартамента правительства Соединенных Штатов Америки о положении в области прав человека в Венесуэле за 1999 год, доклад организации "Хьюмэн райтс уотч" о положении в Венесуэле за 1999 год и доклад организации "Международная амнистия" за 2000 год, говорится о внесудебных казнях, совершаемых военнослужащими и сотрудниками полиции, а также о росте случаев применения к задержанным лицам пыток и жестокого обращения, следует учитывать тот факт, что задержанные женщины содержатся в отдельных тюрьмах и в более приемлемых условиях по сравнению с мужчинами. Кроме того, государство-участник заявляет, что администрация президента Чавеса восстановила в феврале 1999 года статьи Конституции, касающиеся запрета на проведение ареста в отсутствие заранее выписанного распоряжения и права на свободу передвижения. В заключение государство-участник отмечает, что в этих докладах упоминаются пытки и указывается, что сотрудники служб безопасности по‑прежнему подвергают задержанных пыткам и жестокому обращению физического и психического характера. Однако, несмотря на то, что общее положение в области прав человека в Венесуэле, и в частности в том, что касается условий содержания под стражей, оставляет желать много лучшего, все это не может служить достаточным основанием для того, чтобы утверждать, что какое‑либо лицо в случае его возвращения в Венесуэлу будет подвергнуто там пыткам.

b)Касаясь вопроса о положении лично заявителя, государство-участник отмечает, что в отличие от множества других обратившихся в Комитет лиц заявитель не является членом какой‑либо политической партии или организации. Ее жалоба базируется на том, что ее безосновательно подозревают в причастности к скандалу о взятках, вследствие чего в случае ее возвращения в Венесуэлу она может быть приговорена там к тюремному заключению, а также на том, что условия содержания в тюрьме представляются ей чрезмерно суровыми. Кроме того, заявитель не утверждала, что подвергалась пыткам в прошлом, и, что видится еще более важным, не представила конкретных доказательств в обоснование заявления о том, что в случае ее возвращения в Венесуэлу она может стать жертвой пыток. Кроме того, гоcударство-участник сообщает, что Венесуэла не обращалась с просьбой о выдаче заявителя и указывает на отсутствие каких‑либо признаков, позволяющих предположить, что венесуэльские власти намереваются заключить ее под стражу. Более того, государство-участник подтверждает, что начальник НПУ, являющийся главным подозреваемым в связи со скандалом о взятках, под стражу не заключался.

4.4Государство-участник сообщает, что как Национальное управление по вопросам миграции в своем решении от 24 августа 1998 года, так и Комиссия по делам иностранцев в своем решении от 14 марта 2000 года отмечали, что факт наличия риска быть осужденным за какое‑либо преступление или стать объектом преследования в Венесуэле не может рассматриваться в качестве основания для предоставления убежища в Швеции. Кроме того, оба органа отметили, что в случае привлечения заявителя к судебной ответственности судебное разбирательство по ее делу будет носить справедливый характер, и к тому же у нее есть все шансы выиграть этот судебный процесс. Государство-участник добавляет, что не ставит под сомнение показания заявителя относительно скандала о взятках и последующей ее травли. Вместе с тем государство-участник полагается на аргументы, изложенные вышеуказанными органами.

Комментарии заявителя

5.1В своих комментариях от 27 марта 2002 года заявитель признает, что государство-участник не ставит под сомнение ее заявления относительно фактической стороны дела, а оспаривает лишь тот факт, что в случае ее возвращения в Венесуэлу ей будет угрожать там применение пыток. Вместе с тем заявитель утверждает, что ей действительно угрожает реальная опасность быть осужденной и приговоренной к длительному сроку тюремного заключения, откуда вытекает угроза применения к ней пыток в одной из венесуэльских тюрем в нарушение положений статьи 3 Конвенции.

5.2Касаясь представленных государством-участником аргументов относительно того, что жалобу следует объявить неприемлемой ratione materiae, заявитель сообщает, что после своего увольнения она потеряла право на защиту в качестве государственного чиновника и стала объектом преследований и угроз со стороны сотрудников НПУ-УДИ, которые заявляли ей, что ее собираются обвинить в подлоге. Заявитель отмечает, что с учетом того, что эти угрозы исходят от лиц, имеющих существенное политическое влияние, у нее есть все основания сомневаться в том, что по ее делу будет проведено справедливое судебное разбирательство. Она добавляет также, что решения, принятые государством-участником по ее делу, базируются на ошибочных данных, поскольку из этих решений явствует, что их составители не проводят никаких различий между Генеральным прокурором и НПУ-УДИ и не знают, что руководитель НПУ никогда не был начальником заявителя. Кроме того, заявитель признает, что в ходе беседы с сотрудниками Национального управления по вопросам миграции она действительно заявила, что в Венесуэле не разрешается применение пыток, однако при этом добавила, что боится возможного применения к ней пыток и условий содержания в венесуэльских тюрьмах.

5.3Касаясь представленных государством-участником аргументов относительно существа дела, заявитель сообщает, что обоснованно опасается за свою безопасность и что выдвинутый государством-участником довод о том, что общее положение в стране не является достаточным основанием для оценки риска какого‑либо лица стать объектом пыток в случае его возвращения в соответствующую страну, ни в коем случае нельзя рассматривать в качестве удовлетворительного доказательства. Кроме того, несмотря на возможные позитивные преобразования, осуществленные администрацией президента Чавеса, следует иметь в виду и такой общеизвестный фактор, как высокий уровень коррумпированности венесуэльской администрации. В дополнение к этому заявитель сообщает, что само венесуэльское правительство подтвердило, что каждый день в стране по меньшей мере один человек становится жертвой пытoк.

5.4В ответ на выдвинутый государством-участником аргумент о том, что заявитель не являлась членом какой-либо политической партии и не принимала активного участия в политической деятельности, заявитель указывает, что, несмотря на то, что она была только государственным чиновником, то обстоятельство, что сами лица, несущие ответственность за подлог, являются политическими деятелями, придает делу политический подтекст, что заставляет ее обоснованно опасаться того, что в случае ее возвращения в страну ей может угрожать опасность. Касаясь довода государства-участника о том, что руководитель НПУ не был подвергнут задержанию, заявитель отмечает, что данное обстоятельство не может использоваться как доказательство ее безопасности, поскольку речь идет о принципе, согласно которому сильные защищают сильных.

5.5В заключение автор жалобы вновь заявляет, что сложившаяся в Венесуэле ситуация после попытки государственного переворота с целью свержения президента Чавеса заставляет ее испытывать еще большие опасения в отношении ее безопасности в случае возвращения в страну.

Вопросы существа и процедуры в рамках предварительного решения

6.До рассмотрения какой-либо претензии, содержащейся в той или иной жалобе, Комитет против пыток должен определить, является ли такая жалоба приемлемой согласно статье 22 Конвенции. В этой связи Комитет удостоверился в том, что в соответствии с подпунктом а) пункта 5 статьи 22 Конвенции этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования. Комитет отмечает, что государство-участник не подвергает сомнению факт исчерпания средств правовой защиты. Помимо этого Комитет принимает к сведению высказанное государством-участником мнение, что жалобу следует признать неприемлемой ratione materiae в силу того, что Конвенция не может быть применена к излагаемым в жалобе фактам, поскольку действия, объектом которых, как утверждается, станет заявитель в случае ее возвращения в Венесуэлу, не подпадают под определение "пытки", содержащееся в статье 1 Конвенции. Вместе с тем Комитет полагает, что выдвинутый заявителем аргумент затрагивает вопрос существа, рассмотрение которого требует изучения жалобы по существу, а не только вопроса о ее приемлемости. По причине отсутствия каких-либо дополнительных препятствий в контексте вопроса о приемлемости Комитет объявляет жалобу приемлемой и с учетом того, что как заявитель, так и государство-участник представили замечания по ее существу, незамедлительно переходит к ее рассмотрению.

7.В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Конвенции Комитет должен решить, существуют ли серьезные основания полагать, что в случае возвращения заявителя в Венесуэлу ей будет угрожать там применение пыток. В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Конвенции для целей принятия такого решения Комитет должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование в данном государстве постоянной практики грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека. При этом цель такого решения заключается в том, чтобы определить, угрожает ли персонально заинтересованному лицу опасность быть подвергнутым пыткам в случае его возвращения в соответствующую страну. Существование в данном государстве постоянной практики грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека само по себе не является достаточным основанием для заключения о том, что тому или иному лицу будет угрожать опасность подвергнуться пыткам в случае его возвращения в эту страну; для этого должны существовать дополнительные мотивы, указывающие на то, что этому лицу будет угрожать такая опасность. В находящемся на рассмотрении случае Комитет должен определить, повлечет ли за собой высылка заявителя в Венесуэлу предсказуемые последствия в форме реального и персонального риска подвергнуться аресту и пыткам.

8.Комитет принимает к сведению заявления государства-участника о том, что, несмотря на то, что положение в области прав человека в Венесуэле остается сложным, в частности в том, что касается условий содержания под стражей, это обстоятельство не дает оснований для заключения о том, что в Венесуэле существует постоянная практика грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека. Кроме того, Комитет принимает к сведению аргументы, представленные заявителем и государством-участником по поводу предполагаемой опасности того, что заявитель может быть подвергнута пыткам, и заключает, что заявитель не представила достаточных доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что в случае ее возвращения в Венесуэлу ей угрожала бы предсказуемая, реальная и персональная опасность быть подвергнутой пыткам.

9.В силу вышеизложенного Комитет заключает, что представленная ему информация не свидетельствует о наличии серьезных оснований полагать, что в случае возвращения заявителя в Венесуэлу лично ей будет угрожать там применение пыток.

10.Комитет против пыток, действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, заключает, что решение государства-участника возвратить заявителя в Венесуэлу не влечет за собой нарушения каких-либо положений статьи 3 Конвенции.

Сообщение № 166/2000

Представлено:Б.С. (имя и фамилия опущены)

[представлен адвокатом]

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство‑участник:Канада

Дата сообщения:22 апреля 1999 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 14 ноября 2001 года,

завершив рассмотрение сообщения № 166/2000, представленного Комитету против пыток в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем и государством‑участником,

утверждает свои соображения в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.1Заявителем является гражданин Ирана г-н Б.С., в настоящее время проживающий в Ванкувере, Канада. Он утверждает, что его высылка в Исламскую Республику Иран повлекла бы за собой нарушение Канадой статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Его представляет адвокат.

1.2В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Конвенции 21 июля 2000 года Комитет довел сообщение до сведения государства-участника. Одновременно с этим согласно положениям пункта 9 правила 108 своих правил процедуры Комитет обратился к государству-участнику с просьбой не выдворять заявителя в Исламскую Республику Иран до тех пор, пока его сообщение находится на рассмотрении. Государство-участник согласилось удовлетворить эту просьбу.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель прибыл в Канаду 2 августа 1990 года. 11 января 1996 года решением Совета по делам иммигрантов и беженцев ему был предоставлен статус беженца.

2.2Начиная с 1992 года заявитель осуждался за совершение различных уголовных преступлений, включая в том числе кражи, словесные угрозы, нападение, намерение причинить телесное повреждение, мошенничество, сексуальное посягательство, сопротивление полицейскому и использование поддельных документов. В 1997 и 1998 годах в отношении заявителя издавались распоряжения о мерах пресечения. 15 января 1999 года в соответствии со статьями 70 (5) и 53 (I) Закона об иммиграции представитель министра по вопросам гражданства и иммиграции вынес заключение о том, что ввиду количества и характера судимостей за совершение уголовных преступлений, приобретенных с 1992 года просителем убежища в Канаде, заявитель представляет опасность для общества в Канаде. 1 марта 1999 года в отношении заявителя был издан приказ о депортации.

2.315 апреля 1999 года заявитель обратился с просьбой о предоставлении разрешения на проведение судебного пересмотра решения о его высылке в Иран. 12 июля 2000 года федеральный суд отклонил эту просьбу. 14 июля 1999 года федеральный суд отклонил его просьбу о предоставлении разрешения на проведение судебного пересмотра решения о том, что он представляет опасность для общества. Адвокат утверждает, что все эффективные внутренние средства правовой защиты были исчерпаны, и заявитель ожидает своей депортации в любой момент времени.

2.4Заявитель утверждает, что в июле 1990 года он покинул Иран, опасаясь преследований. Он сообщает, что в начале 1985 года, будучи учащимся средней школы, был арестован и допрошен стражами исламской революции на предмет его участия в политических дискуссиях. Заявитель находился под арестом в течение восьми суток, в течение которых его били, пинали ногами и пытали. В сентябре 1984 года, после того как его брат с сестрой покинули Иран в связи с подозрениями в участии в промонархистском движении, в дом, в котором проживала его семья, нагрянули стражи исламской революции. Заявитель утверждает, что он содержался под стражей в течение 18 суток и его сестра, мать и он сам подвергались избиениям. В январе 1985 года во время службы в армии заявитель был взят под стражу по подозрению в том, что он занимается политической деятельностью, и в течение двух суток его допрашивал один из сотрудников идеологического/религиозного отдела вооруженных сил. Заявитель отмечает, что его принудили присутствовать при казни шести военнослужащих, осужденных за сопротивление режиму и выступления против войны, которую он вел. В апреле 1985 года заявитель был ранен осколком гранаты, и в феврале 1986 года после лечения в одном из военных госпиталей он был уволен из армии. В октябре 1989 года заявитель был арестован стражами исламской революции, закован в наручники и отправлен в один из отделов полиции, который занимается расследованием контрреволюционной деятельности (Комитех), где, как утверждается, он подвергался избиениям и содержался под стражей в течение месяца. В марте и апреле 1990 года сотрудники Комитеха вновь арестовывали заявителя и каждый раз содержали его под стражей в течение 24 часов. После второго ареста заявителю было предписано ежедневно отмечаться в отделении Комитеха. Заявитель утверждает, что при каждом своем посещении этого учреждения он опасался, что сотрудники полиции могут его убить или подвергнуть пыткам. Через четыре или пять дней заявитель бежал в Бендер-Аббас, приобрел поддельный паспорт и покинул Иран на самолете. В 1993 году в иранской газете "Хабар" был опубликован приказ о явке в суд, в котором говорилось, что заявитель обвиняется в побеге и ему предлагается явиться в следственный отдел Генеральной прокуратуры в Ширазе.

2.5Заявитель сообщает, что он опасается за свою жизнь и безопасность в случае возвращения в Иран. Кроме того, иранские власти узнают о его возвращении, поскольку ему потребуются проездные документы, выдаваемые Ираном. Заявитель утверждает, что государство-участник не оценило риск, с которым он столкнется в случае своего возвращения. Он также утверждает, что в его отношении никогда не проводилась оценка вероятности повторного совершения им преступлений.

Суть жалобы

3.Заявитель утверждает, что его насильственная высылка в Иран привела бы к нарушению статей 3 и 16 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. По его мнению, существуют веские основания полагать, что ему по возвращении будет угрожать опасность применения пыток, поскольку его уже пытали до того, как он покинул Иран, и поскольку существует вероятность того, что он будет взят под стражу и подвергнется суровому наказанию за невыполнение приказа ежедневно являться в Комитет. Кроме того, он утверждает, что беженцы и просители убежища после их возвращения в Иран могут быть подвергнуты пыткам.

Замечания государства-участника в отношении приемлемости и существа жалобы

4.1Государство-участник утверждает, что заявитель не исчерпал все эффективные внутренние средства правовой защиты. Государство-участник считает, что заявитель не воспользовался возможностью получить от министра необходимый иммунитет на основе соображений гуманности и сострадания в соответствии с пунктом 2 статьи 114 Закона об иммиграции и статьей 2.1 Иммиграционных правил Канады. На основании этих положений заявитель в любое время мог обратиться к министру по вопросам гражданства и иммиграции с ходатайством о предоставлении ему иммунитета от действия иммиграционного законодательства или о получении разрешения на пребывание в Канаде на основе соображений гуманности и сострадания. Государство-участник ссылается на предыдущие заключения Комитета о том, что ходатайство, поданное на основе соображений гуманности и сострадания, является реальным и эффективным внутренним средством правовой защитыaa.

4.2Далее государство-участник утверждает, что заявление автора сообщения о нарушении его прав, предусмотренных статьями 3 и 16 Конвенции, не обосновано. Прежде всего заявитель не представил веских оснований для того, чтобы можно было полагать, что предсказуемым последствием его депортации станет лично для него реальная угроза подвергнуться пыткам в случае возвращения в Иран. Отдельный имевший место в прошлом случай применения пыток не дает оснований считать, что он может быть подвергнут пыткам по его возвращении. Государство-участник отмечает, что заявитель утверждал, что он был подвергнут пыткам только во время своего первого задержания в 1984 году, а не при любом из последующих арестов. Последние два раза заявитель находился под стражей в течение всего лишь 24 часов и был освобожден только под обязательство ежедневно отмечаться в полиции. Государство-участник делает вывод, что методы обращения с заявителем приобретали все более мягкий характер, и в настоящее время он не представляет интереса для властей Иран.

4.3Государство-участник утверждает, что исходя из толкования Комитетом статьи 3, согласно которому полная защита обеспечивается отдельному лицу независимо от его поведения в прошлом, риск необходимо оценивать с особой точностью. В связи с этим государство-участник утверждает, что оценка риска была произведена, когда представитель министра по вопросам гражданства и миграции рассматривал вопрос об общественной опасности заявителя и целесообразности его высылки из Канады. Новая оценка, проведенная департаментом по вопросам гражданства и миграции при подготовке ответа государства-участника Комитету, подтвердила предыдущее заключение о том, что для заявителя отсутствует опасность подвергнуться пыткам в случае его высылки в Иран. В этой связи государство-участник считает, что Комитету не следует подменять своими выводами выводы, полученные в результате осуществления национальных процедур,

поскольку они не свидетельствуют о наличии процессуальных нарушений, недобросовестности, предвзятости или каких-либо других ошибок. Именно национальным судам государств-участников надлежит проводить оценку фактов и доказательств по какому-либо конкретному делу, и Комитет не должен превращаться в "четвертую инстанцию", обладающую компетенцией по проведению повторной оценки установленных фактических обстоятельств или анализа применения внутреннего законодательства.

4.4В отношении риска применения пыток по возвращении заявителя государство-участник утверждает, что факты, изложенные в данной петиции, аналогичны фактам, приведенным в сообщении № 36/195 X. против Нидерландов. Заявитель не представил какого-либо медицинского свидетельства, подтверждающего предполагаемое жестокое обращение с ним в 1984 году. Далее государство-участник отмечает отсутствие показаний заявителя о том, что после сентября 1984 года либо в результате его отъезда кто‑либо из его семьи в Иране стал жертвой преследований со стороны иранских властей из-за его предполагаемых политических убеждений. Кроме того, по мнению государства-участника, приказ о явке в суд сам по себе не означает, что заявителю будет угрожать опасность применения пыток. В уголовных делах "повестка в суд" используется в качестве официального извещения о том, что для проведения расследования требуется явка указанного лица либо в качестве свидетеля, либо в качестве обвиняемого. Ничто не подтверждает вывода о том, что эта повестка была издана в связи с предполагаемым совершением преступлений политического характера. Кроме того, заявитель не представил никаких доказательств того, что иранские власти выдали ордер на его арест ввиду его неявки в суд и при этом заявитель не указал, обязан ли он все еще выполнить этот приказ.

4.5В отношении общего положения в Иране государство-участник отмечает, что в этой стране после 1984 года произошли важные события, включая создание департамента по правам человека при министерстве иностранных дел и Исламской комиссии по правам человека, а также избрание г-на Хатами президентом. Кроме того, в одном из последних документов по Ирану, опубликованном Канадским советом по делам иммигрантов и беженцев, отмечается, что безопасность лиц, возвращающихся в страну, зависит от характера толкования местными властями государственной политики в целом, и поэтому наличие лишь предполагаемой угрозы применения пыток в силу того, что заявитель является беженцем, недостаточно для вывода о том, что он лично столкнется с опасностью быть подвергнутым пыткам. Государство-участник утверждает, что существование в какой-либо стране практики нарушения прав человека не является серьезным основанием считать, что данному конкретному лицу будет угрожать опасность применения пыток.

Комментарии заявителя

5.1Заявитель утверждает, что решение предоставить разрешение министра или исключение согласно разделу 114 (2) Закона об иммиграции носит сугубо дискреционный и административный характер. Поскольку заявитель был осужден за сексуальное посягательство, он не будет иметь права на въезд в Канаду или получение требуемого разрешения министра. По мнению заявителя, государство-участник не будет осуществлять свое дискреционное право в его интересах. Единственным решением, на пересмотр которого заявитель может претендовать, было бы решение о его высылке в Иран. Заявитель обратился с просьбой разрешить ему обратиться в суд для пересмотра данного вопроса, однако федеральный суд отклонил его просьбу. В этой связи заявитель считает, что предложенные государством-участником средства правовой защиты не могут рассматриваться как эффективные внутренние средства правовой защиты.

5.2Далее заявитель утверждает, что дела, на которые ссылается государство-участник, либо сильно отличаются от данного дела, либо не имеют отношения к существу вопроса. Он отмечает, что в деле Ф.К.Л. против Канадыb Комитет пришел к выводу о том, что внутренние средства правовой защиты были исчерпаны, несмотря на тот факт, что заявитель мог обратиться с ходатайством о предоставлении ему защиты на основании соображений гуманности и сострадания.

5.3Заявитель считает, что он удовлетворяет требованиям, перечисленным в Замечании общего порядка по статье 3, принятым Комитетом. Кроме того, Комитету не следует полностью доверять первонача