Камерун: третий периодический доклад

CAT/C/34/Add.17

Колумбия: третий периодический доклад

CAT/C/39/Add.4

Латвия: первоначальный доклад

CAT/C/21/Add.4

Литва: первоначальный доклад

CAT/C/37/Add.5

Марокко: третий периодический доклад

CAT/C/66/Add.1 и Corr.1

Йемен: первоначальный доклад

CAT/C/16/Add.10

23.На рассмотрение Комитета на еготридцать второй сессии были переданы следующие доклады:

Болгария: третий периодический доклад

CAT/C/34/Add.16

Чили: третий периодический доклад

CAT/C/39/Add.5 и Corr.1

Хорватия: третий периодический доклад

CAT/C/54/Add.3

Чешская Республика: третий периодический доклад

CAT/C/60/Add.1

Германия: третий периодический доклад

CAT/C/49/Add.4

Монако: второй периодический доклад

CAT/C/38/Add.2

Новая Зеландия: третий периодический доклад

CAT/C/49/Add.3

24.В соответствии с правилом 66 правил процедуры Комитета представителям всех государств, представивших доклады, было предложено присутствовать на заседаниях Комитета, на которых рассматривались их доклады. Все государства-участники, доклады которых рассматривались Комитетом, направили представителей для участия в рассмотрении их соответствующих докладов.

25.Для каждого из рассмотренных докладов были назначены докладчики и заместители докладчиков по странам. Их список содержится в приложении V к настоящему докладу. Методы работы Комитета, связанные с рассмотрением докладов в соответствии со статьей 19 Конвенции, содержатся в приложении VI.

26.В связи с рассмотрением докладов Комитет также имел в своем распоряжении следующие документы: а) Общие руководящие принципы относительно формы и содержания первоначальных докладов, которые должны представляться государствами-участниками в соответствии с пунктом 1 статьи 19 Конвенции (САТ/С/4/Rev.2); b)  Общие руководящие принципы относительно формы и содержания периодических докладов, которые должны представляться государствами-участниками в соответствии со статьей 19 Конвенции (САТ/С/14/Rev.1).

7.В нижеследующих разделах приводится текст выводов и рекомендаций, принятых Комитетом в связи с вышеупомянутыми докладами государств-участников. Кроме того, на своей тридцать первой сессии Комитет отметил, что от правительства Камбоджи не поступило никакой информации относительно его предварительных выводов и рекомендаций по этой стране1, и он постановил считать их заключительными.

БОЛГАРИЯ*

28.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Болгарии (CAT/C/34/Add.16) на своих 612-м и 614-м заседаниях (CAT/C/SR.612 и 614) 17 и 18 мая 2004 года и принял следующие выводы и рекомендации.

А. Введение

29.Комитет с удовлетворением отмечает представление третьего периодического доклада Болгарии и возможность продолжить свой диалог с государством-участником.

30.Отмечая, что доклад охватывает период только до мая 2000 года, Комитет выражает признательность за подробные ответы на письменный перечень вопросов и ответы на вопросы, поднятые членами Комитета в ходе диалога, в которых представлена информация о мерах по осуществлению Конвенции, принятых государством-участником с 2000 года.

В. Позитивные аспекты

31.Комитет с удовлетворением отмечает следующие позитивные моменты:

а)предпринимаемые государством-участником усилия по реформированию своего законодательства, касающегося осуществления Конвенции, с целью укрепления защиты прав человека. В частности, Комитет приветствует:

i)вступление в силу 1 января 2004 года Закона об омбудсмене;

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/SR/32/6.

ii)принятие Народным собранием 16 сентября 2003 года Закона о защите от дискриминации и другие практические меры в области защиты от дискриминации, такие, как набор в полицию представителей рома;

iii)вступление в силу 1 декабря 2002 года нового Закона о предоставлении убежища и беженцах, в особенности учреждение Государственного агентства по делам беженцев как единственного центрального органа по вопросам беженцев, который принимает решения о предоставлении убежища, а также введение норм, предусматривающих возможность судебного пересмотра решений, принятых в рамках ускоренной процедуры;

iv)Кодекс поведения сотрудников полиции, принятый и введенный в действие приказом министра внутренних дел в октябре 2003 года;

b)издание распоряжения № I-167 министра внутренних дел от 23 июля 2003 года, устанавливающего процедуры, которыми должны руководствоваться сотрудники полиции при содержании под стражей лиц в структурных подразделениях министерства внутренних дел;

c)создание в августе 2000 года в рамках Национальной службы полиции специальной Комиссии по правам человека, имеющей сеть региональных координаторов;

d)передача в январе 2000 года следственных изоляторов в ведение министерства юстиции;

e)предоставление разрешения неправительственным организациям, таким, как Хельсинкский комитет Болгарии, на регулярное посещение тюрем;

f)информацию, сообщенную представителем государства-участника во время диалога, о том, что в апреле 2004 года были закрыты 13 подземных следственных изоляторов (досудебного содержания под стражей) и что государство-участник в срочном порядке решает вопрос об оставшихся пяти подземных изоляторах;

g)сотрудничество с Европейским комитетом по предупреждению пыток и бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания (КПП) и информацию, сообщенную представителем государства-участника, о том, что оно разрешило опубликовать отчет о визите представителей КПП в апреле 2002 года.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

32.Комитет заявляет, что у него вызывают озабоченность следующие вопросы:

а)отсутствие во внутреннем праве всеобъемлющего определения пытки, как оно изложено в статье 1 Конвенции;

b)многочисленные утверждения о случаях жестокого обращения с лицами, содержащимися под стражей, особенно во время допросов в полиции, которые могут приравниваться к пыткам и которые в непропорционально большой степени затрагивают рома;

c)отсутствие независимой системы расследования жалоб и тот факт, что утверждения о жестоком обращении не всегда расследуются быстро и беспристрастно, в результате чего возникают очевидные ситуации, когда виновные остаются безнаказанными;

d)поступающие сообщения о том, что лица, содержащиеся под стражей, лишены быстрого и надлежащего доступа к юридической и медицинской помощи, а также возможности встретиться с членами семьи и что доступ к бесплатной юридической помощи является на практике весьма ограниченным и неэффективным. Кроме того, имеющие, как сообщается, место нарушения в предоставлении задержанным требуемых медицинских карт препятствуют подаче ими жалоб и ходатайств о возмещении ущерба;

e)неблагоприятные условия содержания в домах для лиц с психическими заболеваниями и недостаточные меры, принятые до настоящего времени властями для исправления этой ситуации, включая невнесение изменений в законодательство, касающееся принудительного помещения лиц в такие учреждения для целей медицинского обследования и отсутствие процедур судебного обжалования и пересмотра судебных решений;

f)тот факт, что законодательные и другие меры по обеспечению полного соблюдения положений статьи 3 Конвенции по‑прежнему являются недостаточно эффективными, и утверждения о том, что решения о высылке иностранцев по соображениям национальной безопасности, особенно по распоряжению национальной службы безопасности, не подлежат пересмотру в судебном порядке;

g)недостаточность данных, касающихся предоставления компенсации или возможностей для реабилитации жертвам пыток или их иждивенцам в соответствии со статьей 14 Конвенции;

h)крайне неблагоприятные материальные условия в центрах содержания под стражей, где лица могут содержаться до двух лет, особенно в следственных изоляторах, некоторые из которых по‑прежнему находятся под землей, или в которых отсутствуют базовые условия для занятий какой-либо деятельностью на открытом воздухе, а также отсутствие независимых проверок таких центров;

i)введение особо строгого режима, особенно первые пять лет, для всех лиц, отбывающих пожизненное заключение.

D. Рекомендации

33. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) принять определение пытки, охватывающее все элементы, содержащиеся в статье 1 Конвенции, и включить в Уголовный кодекс определение преступления пытки, которое четко отражает данное определение. Кроме того, Комитет предлагает государству-участнику рассмотреть вопрос о целесообразности включения в законодательство положений распоряжения № I ‑167 министерства внутренних дел;

b) укрепить предусмотренные в Уголовно-процессуальном кодексе гарантии неприменения жестокого обращения и пыток, продолжать усилия по сокращению случаев жестокого обращения со стороны сотрудников полиции и других государственных должностных лиц, разработать процедуры сбора дезагрегированных данных по таким случаям и их мониторинга в целях более эффективного решения этого вопроса. Государству-участнику рекомендуется продолжать свои усилия по набору в полицию представителей рома;

c) принять меры для создания эффективной, надежной и независимой системы подачи жалоб в целях возбуждения и проведения быстрых и беспристрастных расследований всех утверждений о случаях жестокого обращения или пыток и наказания виновных лиц. Комитет просит государство-участник представить ему статистические данные по таким случаям, о которых поступила информация, и по результатам проведенных расследований в разбивке, в частности, по полу, этническим группам, географическому региону, типам и расположению мест лишения свободы, где имели место эти случаи;

d) обеспечить, чтобы и по закону, и на практике всех лишенных свободы лиц надлежащим образом регистрировали в местах содержания под стражей, чтобы им были гарантированы права на доступ к адвокату, контакты с ближайшими родственниками и обращение к врачу и чтобы они были информированы об этих правах. В этой связи следует создать независимую систему оказания бесплатной юридической помощи заключенным под стражу лицам. Следует вести и неукоснительно соблюдать строгие правила ведения медицинской документации по всем заключенным под стражу лицам;

e) принять все необходимые меры для улучшения положения в домах и больницах для лиц с психическими заболеваниями и обеспечения того, чтобы их условия жизни, методы их лечения и реабилитации не противоречили требованиям Конвенции. Комитет также призывает государство-участник обеспечить, чтобы решения о помещении детей в дома социальной опеки регулярно пересматривались. Он настоятельно рекомендует государству-участнику обеспечить контроль и переоценку специалистами поставленных диагнозов, а также предусмотреть надлежащие процедуры апелляции;

f) обеспечить, чтобы ни одно лицо не было выслано, возвращено или выдано другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток, и чтобы в соответствии с пунктом 2 статьи 2 Конвенции никакие исключительные обстоятельства не служили оправданием таких действий и с этой целью рассмотреть вопрос о мерах, позволяющих осуществлять контроль в аэропортах, пограничных пунктах и других местах высылки;

g ) активизировать свои усилия для недопущения любых противоречащих Конвенции действий в отношении допуска на территорию страны просителей убежища и укреплять сотрудничество между Государственным агентством по делам беженцев и министерством внутренних дел;

h ) обеспечить, чтобы все лица, являющиеся жертвами нарушения их прав по Конвенции, и по закону, и на практике имели доступ к средствам возмещения ущерба, включая обеспеченное правовой санкцией право на справедливую и достаточную компенсацию;

i ) принять меры для улучшения условий в центрах содержания под стражей, в частности в следственных изоляторах, имея в виду закрытие оставшихся пяти расположенных под землей центров, и обеспечить, чтобы во всех центрах содержания под стражей у заключенных имелись хотя бы минимальные возможности для физической активности на открытом воздухе;

j ) обеспечить пристальное наблюдение за проявлениями насилия в отношениях между заключенными и в иных формах, включая сексуальное насилие, в центрах содержания под стражей и домах социальной опеки, в целях их недопущения. Просьба к государству-участнику представить в следующем периодическом докладе дезагрегированные данные по этой проблеме;

k ) пересмотреть режим содержания под стражей лиц, отбывающих пожизненное заключение, включая тех, кто был приговорен к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение.

34. Комитет рекомендует государству-участнику предать гласности и распространить в стране доклад государства-участника, представленный Комитету, и настоящие выводы и рекомендации на соответствующих языках через официальные вебсайты, средства массовой информации и неправительственные организации.

35. Комитет просит государство-участник представить ему в течение года информацию в ответ на рекомендации Комитета, содержащиеся в пункте 33 b ), c ), d ), i ) и k ) выше.

36. Комитет рекомендует государству-участнику представить свой следующий периодический доклад 25 июня 2008 года, когда должен быть представлен пятый периодический доклад. В этом докладе следует объединить четвертый и пятый периодические доклады.

КАМЕРУН*

37.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Камеруна (CAT/C/34/Add.17) на своих 585, 588 и 590-м заседаниях, состоявшихся 18, 19 и 20 ноября 2003 года (CAT/C/SR.585, 588 и 590), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

Введение

38.Комитет с удовлетворением отмечает представление Камеруном третьего доклада, составленного в соответствии с руководящими принципами Комитета и содержащего информацию об осуществлении ранее высказанных Комитетом рекомендаций. Вместе с тем он отмечает, что в представленном в конце 2002 года докладе охватывается лишь период 1996-2000 годов. Комитет выражает свое удовлетворение в связи с присутствием делегации в составе экспертов высокого уровня, которая ответила на многочисленные поставленные вопросы.

Позитивные аспекты

39.Комитет с удовлетворением отмечает следующие факты:

а)приложенные государством-участником усилия по принятию законодательных мер для применения Конвенции;

b)расформирование в 2001 году, по рекомендации Комитета, расквартированного в Дуале оперативного командования, перед которым была поставлена задача борьбы с разбойными нападениями на дорогах;

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/СR/31/6.

c)увеличение по рекомендации Комитета численности сотрудников полиции;

d)разработку проекта строительства дополнительных тюрем для решения проблемы переполненности камер, а также объявленную в ноябре 2002 года амнистию, позволившую сразу же освободить 1 757 заключенных;

e)данные делегацией заверения в том, что индивидуальная проверка положения обвиняемых и подсудимых, а также лиц, обжалующих решения, позволит в конечном счете освободить из-под стражи более широкий круг лиц, находящихся в предварительном заключении, в частности детей, женщин и больных;

f)проект реорганизации Национального комитета по правам человека и свободам для наделения его большей степенью независимости от исполнительной власти и обеспечения большей гласности в его деятельности;

g)завершение разработки закона по борьбе с насилием в отношении женщин;

h)создание Специального технического комитета по претворению в жизнь положений Римского статута Международного уголовного суда с целью ратификации указанного Статута;

i)создание девяти новых судебных органов в 2001 году.

Вопросы, вызывающие озабоченность

40.Комитет напоминает, что в 2000 году им было отмечено то обстоятельство, что пытки представляют собой, по‑видимому, широко распространенную практику в Камеруне, и выражает озабоченность в связи с информацией, указывающей на сохранение такого положения. У Комитета вызывает беспокойство серьезное расхождение между совпадающими утверждениями о серьезных нарушениях Конвенции и информацией, представленной государством-участником. В частности, Комитет выражает озабоченность в отношении:

а)информации, касающейся систематического применения пыток в полицейских участках и в жандармерии после ареста;

b)сохранения ситуации крайней переполненности тюрем Камеруна, условия содержания и гигиены в которых угрожают здоровью и жизни заключенных и равноценны бесчеловечному и унижающему достоинство обращению. Медицинские услуги, по сообщениям, оказываются за плату, а раздельное содержание мужчин и женщин не всегда гарантируется на практике. Комитет с беспокойством отмечает, в частности, большое число смертей, произошедших в центральной тюрьме Дуалы с начала года (25 по утверждению государства-участника, 72 по утверждению неправительственных организаций);

с)информации о пытках, жестоком обращении и произвольных задержаниях, совершаемых по указанию некоторых традиционных вождей, подчас при поддержке сил охраны порядка.

41.Комитет с беспокойством отмечает, что:

а)проект уголовно-процессуального кодекса так и не был принят;

b)продолжительность задержания может продлеваться на 24 часа из расчета на каждые 50 км от места ареста до места заключения под стражу;

с)предельные сроки задержания, по сообщениям, не соблюдаются на практике;

d)применяются слишком продолжительные сроки задержания в соответствии с законом № 90/054 от 19 декабря 1990 года о борьбе с разбойными нападениями на дорогах (15 суток с возможностью продления) и законом № 90/047 от 19 декабря 1990 года о чрезвычайном положении (до 2 месяцев с возможностью продления);

е)систематическое ведение журналов учета налажено еще не во всех местах лишения свободы;

f)отсутствуют правовые нормы, устанавливающие максимальный срок предварительного заключения;

g)система надзора за местами лишения свободы не отличается эффективностью, а контроль за деятельностью администрации пенитенциарных учреждений отнесен к ведению министерства территориальной администрации. Комиссии по надзору за местами лишения свободы лишены возможности регулярно проводить совещания, прокуроры и представители Национального комитета по правам человека и свободам, как сообщается, очень редко посещают места заключения;

h)формулировка "заведомо противозаконный приказ" нуждается в уточнении и рискует ограничить сферу применения пункта 3 статьи 2 Конвенции;

i)апелляции в административный суд с просьбой отменить меры препровождения к границе не обладают приостанавливающим действием, что может привести к нарушению статьи 3 Конвенции.

42.С удовлетворением отмечая предпринятые государством-участником шаги по представлению информации, касающейся судебного преследования государственных должностных лиц, виновных в нарушении прав человека, Комитет испытывает обеспокоенность в связи с информацией о безнаказанности лиц, виновных в применении пыток. Он обеспокоен, в частности:

а)информацией, согласно которой сотрудники жандармерии могут привлекаться к ответственности за нарушения закона при исполнении своих должностных обязанностей только с санкции министерства обороны;

b)информацией, согласно которой лица, виновные в применении пыток, подвергались судебному преследованию только в тех случаях, когда в связи со смертью потерпевшего начинались выступления общественности;

с)тем, что по случаю, известному как "дело бепандской девятки", до сих пор не проведено разбирательства;

d)нежеланием потерпевших или их родственников обращаться с жалобами вследствие незнания процедуры, отсутствия доверия и страха перед преследованиями;

е)информацией о принятии судами к рассмотрению доказательств, полученных под пыткой.

43.Кроме того, у Комитета вызывают обеспокоенность:

а)компетенция, которой были наделены военные трибуналы по вынесению приговоров в отношении гражданских лиц в случаях нарушения законов об использовании боевого оружия и аналогичных нарушений;

b)отсутствие законодательства, запрещающего калечение женских половых органов;

с)тот факт, что Уголовный кодекс освобождает от наказания виновного в изнасиловании в случае, если тот вступает в брак с потерпевшей.

Рекомендации

44. Комитет настоятельно призывает государство-участник принять все необходимые меры, чтобы положить конец практике применения пыток на его территории. Он рекомендует государству-участнику:

а) незамедлительно принять меры для прекращения применения пыток в полицейских участках, жандармерии и тюрьмах. Государству-участнику следует обеспечить эффективный надзор за положением дел в этих местах содержания под стражей, разрешить НПО посещать их и расширить возможности комиссий по надзору за тюрьмами. Национальному комитету по правам человека и свободам и прокурорам следует чаще посещать все места содержания под стражей;

b ) немедленно приступить к независимому расследованию смертных случаев в центральной тюрьме Дуалы и привлечь к суду виновных;

с) принять срочные меры для решения проблемы переполненности тюрем. Государству-участнику следует принять закон, устанавливающий максимальный срок предварительного заключения, рассмотреть вопрос о немедленном освобождении правонарушителей или подозреваемых лиц, впервые попавших в тюрьму за совершение мелких правонарушений, особенно если указанные лица не достигли 18 лет, и не применять к ним такую меру пресечения до тех пор, пока не будет решена проблема переполненности тюрем;

d ) гарантировать бесплатный характер медицинской помощи в тюрьмах, обеспечить на практике соблюдение права заключенных на достаточное питание и организовать раздельное содержание заключенных-мужчин и заключенных-женщин;

е) немедленно положить конец применению пыток, жестокому обращению и произвольным задержаниям, производимым по указанию традиционных вождей в северных провинциях страны. Принимая к сведению заверения делегации, утверждающей, что в подобных случаях возбуждается уголовное преследование, Комитет рекомендует государству-участнику активизировать его усилия в этом направлении. Население, которого это касается, должно быть надлежащим образом проинформировано о своих правах и пределах властных прерогатив и полномочий указанных традиционных вождей.

45. Кроме того, Комитет рекомендует государству-участнику:

а) в самом срочном порядке обеспечить принятие и эффективное исполнение закона, устанавливающего право всех задержанных на доступ в первые часы задержания к услугам адвоката по их выбору и независимого врача, а также право информировать своих близких о задержании. Комитет напоминает, что любое продление срока задержания должно производиться с санкции судьи;

b ) отказаться в проекте своего уголовно-процессуального кодекса от возможности продления сроков задержания в зависимости от расстояния, отделяющего место ареста от места содержания под стражей, и обеспечить на практике строгое соблюдение сроков задержания;

c ) добиться, чтобы задержания, производимые по закону о чрезвычайном положении, соответствовали международным нормам в области прав человека и не превышали максимальных сроков, необходимых в конкретной ситуации. Государству-участнику следует отказаться от возможности задержания административными и военными органами;

d ) в кратчайшие сроки систематизировать ведение журналов учета во всех местах лишения свободы;

e ) отделить полицию от пенитенциарной администрации, например переподчинив администрацию пенитенциарных учреждений министерству юстиции;

f ) уточнить понятие "заведомо противозаконный приказ", чтобы государственные служащие, в частности полицейские, военные, тюремные надзиратели, судьи и адвокаты четко соизмеряли последствия своих действий. В связи с этим необходимо организовать специальную подготовку по данному вопросу;

g ) наделить приостанавливающим действием апелляционную жалобу иностранца на решение административного суда, подтверждающее меру в виде препровождения к границе.

46. Комитет рекомендует государству-участнику активизировать свои усилия по борьбе с безнаказанностью лиц, применяющих пытки, приняв, в частности, следующие меры:

а) снять любые ограничения, в частности введенные министерством обороны, на судебное преследование сотрудников жандармерии и наделить суды по уголовным делам компетенцией по рассмотрению нарушений закона, допущенных сотрудниками жандармерии, выступающими в качестве сотрудников уголовной полиции, при исполнении ими своих должностных обязанностей;

b ) продолжить расследование для принятия решения по делу "бепандской девятки". Комитет рекомендует также провести тщательное расследование неблаговидных действий расквартированного в Дуале оперативного командования на протяжении всего периода его деятельности, а затем - всех подразделений по борьбе с бандитизмом, еще действующих в настоящий момент;

с) следить за тем, чтобы его компетентные органы безотлагательно проводили беспристрастные расследования во всех случаях, когда имеются разумные основания полагать, что имело место применение пыток. Для этого Комитет рекомендует создать независимый орган, уполномоченный принимать и расследовать любые жалобы на применение пыток или другие случаи жестокого обращения со стороны сотрудников государственных органов по поддержанию порядка;

d ) обеспечить защиту потерпевших и свидетелей от любого запугивания или жестокого обращения и информировать население о его правах, в частности о порядке подачи жалоб на действия государственных должностных лиц;

е) принять в кратчайшие сроки закон о неприемлемости признаний, полученных под пыткой, при любых формах разбирательства и обеспечить его применение на практике.

47. Кроме того, Комитет рекомендует камерунским властям:

а) приступить к реформированию Национального комитета по правам человека и свободам с целью улучшения соблюдения Принципов, касающихся статуса и функционирования национальных учреждений, занимающихся поощрением и защитой прав человека (Парижских принципов);

b ) ограничить компетенцию военных трибуналов рассмотрением исключительно воинских преступлений;

c ) издать закон о запрещении калечения женских половых органов;

d ) пересмотреть свое законодательство с целью отмены положения закона, освобождающего лицо, виновное в изнасиловании, от наказания в случае, если указанное лицо вступает в брак с потерпевшей;

е) рассмотреть вопрос о ратификации Факультативного протокола к Конвенции против пыток.

48. Комитет рекомендует обеспечить широкое распространение на территории всей страны на соответствующих языках текста настоящих выводов и рекомендаций, а также кратких отчетов о заседаниях, на которых рассматривался третий периодический доклад государства-участника.

49. Комитет рекомендует включить в следующий периодический доклад точную информацию о ныне действующих минимальных гарантиях судебного надзора и прав человека лиц, подвергшихся задержанию, и об их применении на практике.

50. Комитет предлагает государству-участнику представить ему в течение одного года информацию о мерах по выполнению вынесенных им рекомендаций, содержащихся в подпунктах b ) и c ) пункта 45, подпунктах с) и d ) пункта 46 и подпункте а) пункта 47 выше. В частности, Комитет желает получить такую информацию о судебном преследовании и мерах наказания, назначенных традиционным вождям, и о выдвинутых против них обвинениях. Ожидается также получить подробный отчет о положении в центральной тюрьме Дуалы.

ЧИЛИ*

51.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Чили (CAT/C/39/Add.5 и Corr.1) на своих 602-м и 605-м заседаниях (CAT/C/SR.602 и 605), состоявшихся 10 и 11 мая 2004 года, и принял следующие выводы и рекомендации.

А. Введение

52.Комитет приветствует третий периодический доклад Чили, который подлежал представлению в 1997 году и который был подготовлен в соответствии с руководящими принципами Комитета. Однако он выражает сожаление по поводу задержки с его представлением.

53.Комитет приветствует дополнительную информацию, препровожденную государством-участником, а также обстоятельные и конструктивные письменные и устные ответы на вопросы, сформулированные Комитетом как до начала, так и во время сессии. Комитет также с удовлетворением отмечает присутствие в ходе рассмотрения доклада представительной и весьма компетентной делегации государства-участника, что способствовало проведению всестороннего и углубленного анализа выполнения обязательств согласно Конвенции.

В.Позитивные аспекты

54.Комитет с удовлетворением отмечает следующие позитивные аспекты:

а)квалифицирование актов пыток во внутреннем уголовном праве в качестве преступления;

_______________

*Также опубликовано как САТ/С/CR/32/5.

b)проведение коренной реформы Уголовно-процессуального кодекса, в частности в том, что касается изменений, направленных на обеспечение более надежной защиты лиц, лишенных свободы;

c)создание Управления народного защитника по уголовным делам и прокуратуры;

d)отмену положений о "задержании по подозрению";

e)сокращение продолжительности периода содержания под стражей в полиции максимум до 24 часов;

f)заверение делегации государства-участника в том, что на положения Конвенции можно прямо ссылаться в судах;

g)создание Национальной комиссии по делам политических заключенных и фактам применения пыток для выявления лиц, подвергавшихся лишению свободы и пыткам по политическим мотивам в период военной диктатуры, а также заверения делегации государства-участника о продлении действия мандата этой Комиссии в порядке обеспечения ей возможности полностью завершить свою работу;

h)данные делегацией государства-участника заверения в создании механизмов, призванных гарантировать, что судами не будут приниматься никакие доказательства, полученные под пыткой, а также признание ею факта существования серьезной проблемы, связанной с получением под давлением признаний у женщин, которые обращаются в государственные больницы за срочной медицинской помощью после неудачного подпольного аборта;

i)получение подтверждения того, что представителям неправительственных организаций разрешается периодически посещать центры содержания под стражей;

j)сделанные в соответствии со статьями 21 и 22 Конвенции заявления о признании компетенции Комитета получать и рассматривать жалобы на государство-участника от других государств-участников (статья 21) и физических лиц (статья 22);

k)представление делегацией государства-участника информации относительно начала процесса ратификации Факультативного протокола к Конвенции против пыток.

С.Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

55.Как утверждается в докладе государства-участника, конституционное регулирование, которое явилось частью политического соглашения, обеспечившего условия для перехода от военной диктатуры к демократии, ставит под вопрос возможность полномасштабного осуществления основных прав человека. Комитет сознает политические последствия указанного регулирования, а также трудности, которые оно влечет за собой, и отмечает, что многие правительства вносили в конгресс соответствующие конституционные поправки. Однако Комитет подчеркивает, что внутриполитические перипетии не могут служить оправданием для несоблюдения государством-участником обязательств, взятых по Конвенции.

D . Вопросы, вызывающие озабоченность

56.У Комитета озабоченность вызывают следующие моменты:

а)поступающие сообщения о сохраняющейся практике жестокого и грубого обращения с людьми, которое подчас равнозначно пыткам, со стороны сотрудников службы карабинеров, сотрудников следственной полиции и персонала жандармерии, и тот факт, что по соответствующим жалобам не проводится полного и беспристрастного расследования;

b)остающиеся в силе некоторые конституционные нормы, препятствующие полному осуществлению основополагающих прав человека, а также декрет-закон об амнистии, который запрещает рассматривать в судебном порядке нарушения прав человека, допущенные в период с 11 сентября 1973 года по 10 марта 1978 года, и который обеспечивает безнаказанность лиц, ответственных за пытки, исчезновения людей и другие серьезные нарушения прав человека, совершенные во времена военной диктатуры. Кроме того, жертвам пыток не предоставляется никакой компенсации;

с)закрепленное в Уголовном кодексе определение пыток не полностью соответствует статье 1 Конвенции и в недостаточной степени отражает цели применения пыток и возможность совершения таких актов с ведома или согласия государственных должностных лиц;

d)тот факт, что корпус карабинеров и силы следственной полиции продолжают оставаться в структуре министерства обороны, вследствие чего, помимо всего прочего, военная юрисдикция по‑прежнему имеет слишком широкие полномочия;

е)информация, согласно которой некоторые должностные лица, причастные к совершению актов пыток в период военной диктатуры, были назначены на высокие официальные посты;

f)отсутствие во внутреннем законодательстве норм, недвусмысленно запрещающих высылку, возвращение или выдачу лиц при наличии оснований полагать, что они могут стать жертвами пыток в странах, куда они высылаются, а также отсутствие во внутреннем законодательстве положений, регулирующих применение статей 5, 6, 7 и 8 Конвенции;

g)ограниченность полномочий Национальной комиссии по делам политических заключенных и фактам применения пыток, задачей которой является выявление лиц, оказавшихся жертвами пыток в период правления военной диктатуры, и определение условий для получения компенсации. В частности, Комитет с обеспокоенностью отмечает:

i)установление ограниченных сроков, в течение которых предполагаемые жертвы должны зарегистрироваться в реестре Комиссии, что явилось причиной меньшего количества зарегистрировавшихся по сравнению с предварительными расчетами;

ii)отсутствие ясности относительно того, какого рода акты квалифицируются Комиссией в качестве пыток;

iii)что, согласно полученной информации, заявления не принимаются к рассмотрению, если они не подаются лично, причем даже когда заинтересованное лицо не в состоянии сделать это в связи с болезнью;

iv)отсутствие возможности зарегистрироваться для лиц, уже получивших компенсацию в качестве жертв других видов нарушений прав человека (как, например, насильственное исчезновение или высылка);

v)что "жестко ограниченная и символическая" компенсация не соответствует "справедливой и адекватной" компенсации, как того требует статья 14 Конвенции;

vi)что Комиссия не наделена полномочиями проводить расследования по жалобам о применении пыток в порядке выявления виновных с целью привлечения их к ответственности;

h)серьезная проблема переполненности тюрем и плохие условия содержания в центрах лишения свободы, а также информация о том, что систематические проверки таких мест не проводятся;

i)сохранение в статьях 334 и 335 Кодекса военной юстиции принципа должного повиновения, несмотря на распоряжения, утверждающие право подчиненного на опротестование приказов, предполагающих совершение противоправных действий;

j)тот факт, что, согласно имеющейся информации, оказание медицинской помощи женщинам, жизнь которых подвергается опасности в связи с осложнениями, наступившими по причине незаконных абортов, ставится в зависимость от сообщения ими сведений о лицах, производящих подобные аборты. Эти признания могут быть использованы в дальнейшем для возбуждения против них самих и третьих лиц уголовных дел, что противоречит положениям Конвенции;

k)то обстоятельство, что введение в действие на территории столичной области нового Уголовно-процессуального кодекса было отложено до конца 2005 года;

l)крайне малое число случаев исчезновения людей, выявленных на основе информации, предоставленной армейскими структурами, несмотря на усилия правительства по налаживанию диалога "за круглым столом";

m)отсутствие дезагрегированных данных по представленным жалобам, результатам расследований и процессуальным действиям, возбужденным в связи с положениями Конвенции;

n)недостаточный объем информации относительно применения Конвенции в вооруженных силах.

Е.Рекомендации

57. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) принять определение понятия "пытка", согласующееся с определением, закрепленным в статье 1 Конвенции, и проследить за тем, чтобы им охватывались все виды пыток в любой форме;

b ) внести в Конституцию поправки, призванные гарантировать полную защиту прав человека, включая право не подвергаться пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания, как того требует Конвенция, и с этой целью отменить действие декрета-закона об амнистии;

c ) передать функции надзора за корпусом карабинеров и силами следственной полиции из ведения министерства обороны в ведение министерства внутренних дел и следить за тем, чтобы юрисдикция военных трибуналов распространялась только на преступления военного характера;

d ) упразднить закрепленный в Кодексе военной юстиции принцип должного повиновения, что позволит обеспечить защищенность при неисполнении приказов, отданных вышестоящими начальниками, и будет соответствовать положениям пункта 3 статьи 2 Конвенции;

е) принять все необходимые меры для того, чтобы гарантировать оперативное, беспристрастное и полное расследование всех сообщений об актах пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, а также судебное преследование и наказание виновных, равно как и выплату жертвам справедливой и адекватной компенсации в соответствии с положениями Конвенции;

f ) рассмотреть возможность упразднения срока давности или увеличения ныне действующего срока давности в 10 лет, предусмотренного за применение пыток, принимая во внимание тяжесть таких преступлений;

g ) ввести нормы, призванные установить запрет на высылку, возвращение или выдачу лиц в те страны, где им может угрожать опасность подвергнуться применению пыток;

h ) принять меры правового характера, призванные четко определить статус Конвенции во внутреннем законодательстве, с тем чтобы гарантировать ее применение, или же принять специальный закон, в котором нашли бы отражение ее положения;

i ) разработать программы подготовки судей, работников прокуратуры и сотрудников органов юстиции, ответственных за соблюдение законодательства, связанного с применением положений Конвенции. Указанные программы должны включать запрет на применение пыток и жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения со стороны военнослужащих, сотрудников полиции и других сил по поддержанию правопорядка, а также со стороны лиц, тем или иным образом причастных к задержанию, проведению допросов или обращению с лицами, могущими быть подвергнутыми пыткам. Государство-участник должно также следить за тем, чтобы медицинские работники получали специальную подготовку по вопросам установления и документального подтверждения случаев применения пыток;

j ) улучшить условия содержания в местах лишения свободы в целях доведения их до международных стандартов и принять срочные меры для решения проблемы переполненности тюрем и других мест лишения свободы. Кроме того, государство-участник должно внедрить эффективную систему инспектирования на предмет проверки условий содержания, обращения с заключенными, а также выявления случаев насилия среди заключенных и проявлений сексуального насилия в их среде;

k ) продлить мандат и расширить полномочия Национальной комиссии по делам политических заключенных и фактам применения пыток в целях обеспечения жертвам всех видов пыток, включая жертв сексуального насилия, возможности подавать жалобы. В этих целях Комитет рекомендует государству-участнику:

i ) принять меры по более широкому освещению деятельности Комиссии с привлечением всех средств массовой информации и с разъяснением определения понятия "пытка", причем в анкетах, заполняемых жертвами, должен фигурировать не носящий исчерпывающего характера перечень, в котором конкретизируются различные виды пыток, включая сексуальное насилие;

ii ) гарантировать конфиденциальный характер регистрации жертв в реестре Комиссии и возможность регистрации лиц, проживающих в сельских районах, или лиц, не имеющих по различным причинам возможности зарегистрироваться лично;

iii ) включить в итоговый доклад Комиссии дезагрегированные данные с разбивкой, среди прочего, по полу, возрасту и видам примененных пыток;

iv ) рассмотреть возможность расширения правомочий Комиссии, с тем чтобы она могла проводить расследования, которые, когда это оправдано, могут послужить основанием для возбуждения уголовных дел в отношении лиц, которые, согласно сообщениям, виновны в совершении тех или иных деяний;

l ) создать систему выплаты адекватной и справедливой компенсации жертвам пыток, предусматривающую меры по реабилитации и возмещению ущерба;

m ) упразднить практику применения давления с целью получения признаний, могущих служить основанием для возбуждения уголовных дел, у женщин, обращающихся за неотложной медицинской помощью после неудачного подпольного аборта; провести расследования и пересмотреть приговоры, вынесенные по делам, в которых в качестве доказательств были приняты свидетельские показания, полученные под принуждением, и принять соответствующие меры, в частности аннулировать вынесенные приговоры, не согласующиеся с положениями Конвенции. Согласно директивным указаниям Всемирной организации здравоохранения, государство-участник обязано гарантировать немедленное и безусловное оказание медицинских услуг лицам, обращающимся за неотложной медицинской помощью;

n ) проследить за тем, чтобы действие нового Уголовно-процессуального кодекса как можно скорее было распространено на столичную область и чтобы положения имели силу на всей территории страны;

o ) в рамках реформы системы уголовного правосудия вести принцип защиты лиц, которые могут подвергнуться дополнительному травматизму в ходе проведения судебного разбирательства, особенно по делам о таких преступлениях, как жестокое обращение с несовершеннолетними и сексуальное насилие;

p ) представить Комитету обновленную информацию о положении дел в области расследования совершенных в прошлом преступлений, связанных с актами пыток, в том числе по таким делам, которые известны как "Караван смерти", «Операция "Кондор"» и «Колония "Достоинство"»;

q ) представить подробные и дезагрегированные статистические данные с разбивкой по возрасту, полу и географическому распределению поданных жалоб в отношении актов пыток и злоупотреблений, предположительно совершенных сотрудниками сил по поддержанию правопорядка, а также в отношении соответствующих расследований, возбужденных дел и вынесенных приговоров.

58. Комитет обращается к государству-участнику с просьбой не позднее чем через год представить информацию относительно выполнения рекомендаций, сформулированных Комитетом в подпунктах k ), m ) и q ) пункта 57.

59. Комитет, принимая во внимание, что Чили представила информацию относительно осуществления Конвенции за период, охватываемый третьим и четвертым периодическими докладами, рекомендует государству-участнику представить свой пятый доклад не позднее 29 октября 2005 года.

КОЛУМБИЯ*

60.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Колумбии (САТ/С/39/Add.4) на своих 575‑м и 578‑м заседаниях, состоявшихся 11 и 12 ноября 2003 года (CAT/C/SR.575 и 578), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

61.Комитет с удовлетворением принимает к сведению третий периодический доклад Колумбии, представленный 17 января 2002 года, но при этом выражает сожаление в связи

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/31/1.

с тем, что он был представлен с пятилетним опозданием. Комитет отмечает, что в докладе содержится мало информации о практическом осуществлении Конвенции за охваченный им период. Однако Комитет выражает свою признательность за исчерпывающие устные ответы делегации на большинство вопросов, заданных членами Комитета, а также за статистическую информацию, представленную во время рассмотрения доклада.

В. Позитивные аспекты

62.Комитет с удовлетворением отмечает принятие государством-участником различных внутренних законов по вопросам предотвращения и пресечения пыток и жестокого обращения. Особого упоминания, в частности, заслуживают следующие из них:

а)новый Уголовный кодекс (Закон № 599/2000), определяющий составы преступлений пыток, геноцида, насильственного исчезновения и принудительного перемещения. В Кодексе также предусмотрено, что должное повиновение не будет рассматриваться в качестве освобождающего от ответственности основания в случае совершения подобных преступлений;

b)новый Военно-уголовный кодекс (Закон № 522/1999), который предусматривает изъятие из компетенции органов военной юстиции таких преступлений, как пытки, геноцид и насильственное исчезновение, и регламентирует принцип должного повиновения;

с)Закон № 548/1999, запрещающий призыв на военную службу несовершеннолетних в возрасте до 18 лет;

d)новый Уголовно-процессуальный кодекс (Закон № 600/2000), который предусматривает в главе VI недопустимость рассмотрения судами доказательств, полученных незаконным путем.

63.Комитет также с удовлетворением отмечает:

a)Закон № 742/2000 о принятии Римского устава Международного уголовного суда, документ о ратификации которого был сдан на хранение 5 августа 2002 года;

b)Закон № 707/2001, ратифицирующий Межамериканскую конвенцию о насильственном исчезновении лиц.

64.Кроме того, Комитет с удовлетворением отмечает:

а)заявление представителя государства о том, что лица, осужденные за применение пыток, не подлежат и не будут подлежать в государстве-участнике амнистии или помилованию;

b)роль, которую играет Конституционный суд в поддержании правопорядка и законности в государстве-участнике;

с)продолжающееся сотрудничество между представительством Управления Верховного комиссара по правам человека в Колумбии и правительством Колумбии.

С. Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

65.Комитет отдает себе отчет о трудностях в области соблюдения прав человека и международного гуманитарного права, обусловленных существующей в стране сложной внутренней обстановкой, особенно деятельностью незаконных вооруженных формирований. Вместе с тем Комитет вновь подчеркивает, что в соответствии со статьей 2 Конвенции никакие исключительные обстоятельства не могут служить оправданием применения пыток.

D . Вопросы, вызывающие озабоченность

66.Комитет вновь выражает обеспокоенность по поводу многочисленных актов пыток и жестокого обращения, которые, согласно утверждениям, на широкой и систематической основе совершаются силами и службами безопасности в государстве-участнике как во время военных операций, так и вне связи с ними. Кроме того, он выражает свою озабоченность в связи с большим числом случаев насильственного исчезновения и произвольных казней.

67.Комитет выражает свою обеспокоенность по поводу того, что различные меры, которые принимаются или предусматриваются государством-участником в области борьбы против терроризма и незаконных вооруженных формирований, могут способствовать расширению практики пыток. Ввиду этого Комитет выражает свою особую озабоченность в связи со следующим:

а)использованием на временной основе "солдат-крестьян", которые живут в своих общинах, но привлекаются к вооруженным действиям против повстанцев, в результате чего они и их общины могут подвергаться нападениям со стороны незаконных вооруженных формирований и в том числе пыткам и жестокому обращению;

b)проектом закона № 223/2003 о конституционной реформе, в случае принятия которого вооруженные силы будут наделены полномочиями судебной полиции, а задержания и допросы, продолжительность которых может в принципе составлять до 36 часов, будет разрешено проводить без судебного контроля.

68.Комитет также выражает свою обеспокоенность в связи со следующим:

а)обстановкой безнаказанности за нарушения прав человека, совершенные силами и службами государственной безопасности, и в частности отсутствием оперативных, беспристрастных и исчерпывающих расследований многочисленных актов пыток и других видов жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания, а также непредоставлением жертвам адекватного возмещения и компенсации;

b)утверждениями о терпимом подходе, поддержке и попустительстве органов государства-участника в отношении деятельности членов военизированных формирований, называемых силами "самообороны", которые виновны в совершении многочисленных актов пыток и жестокого обращения;

c)проектом реформы судебной системы, в случае реализации которого будут, как предполагается, введены конституционные ограничения на обращения с ходатайствами о судебной защите ("ампаро") и ограничены функции Конституционного суда, в частности в области пересмотра решений об объявлении чрезвычайного положения. Комитет также выражает озабоченность в связи с законопроектом, известным под названием "Альтернативы уголовному наказанию", который в случае его принятия будет предусматривать условное освобождение от наказания членов вооруженных формирований, добровольно сдавших оружие, даже если они применяли пытки и совершали другие вопиющие нарушения международного гуманитарного права;

d)утверждениями и информацией о следующем:

i)принуждении к уходу в отставку некоторых судебных прокуроров отдела по правам человека Судебной прокуратуры, а также угрозах, полученных некоторыми сотрудниками этого отдела в связи с проводимыми ими расследованиями нарушений прав человека;

ii)отсутствии надлежащих средств правовой защиты в случаях изнасилования и других форм сексуального насилия, к которым нередко прибегают как к одной из форм пыток и жестокого обращения. Кроме того, Комитет выражает свою озабоченность в связи с тем, что новый Военно-уголовный кодекс конкретно не исключает преступления сексуального характера из компетенции органов военной юстиции;

iii)продолжающейся практике расследования военными судами преступлений, которые полностью исключены из их компетенции, например, пытки, геноцид и насильственные исчезновения, и к которым причастны военнослужащие, несмотря на принятие нового Военно-уголовного кодекса и постановление Конституционного суда 1997 года, предусматривающее, что преступления против человечности не относятся к юрисдикции военных судов;

iv)многочисленных и жестоких нападениях на правозащитников, которые проводят важную работу по выявлению случаев применения пыток и жестокого обращения и неоднократных нападениях на сотрудников судебных органов, в результате которых возникает угроза их независимости и физической неприкосновенности;

e)многочисленными случаями насильственного перемещения внутри страны групп населения, которые обусловлены вооруженным конфликтом и отсутствием в районах их проживания безопасности ввиду того, что в них нет государственных структур, соблюдающих и обеспечивающих соблюдение закона;

f)переполненностью и неудовлетворительными условиями содержания заключенных в тюрьмах, которые можно приравнять к бесчеловечному и унижающему достоинство обращению;

g)отсутствием информации о применении статьи 11 Конвенции в отношении существующих в государстве-участнике правил обращения с лицами, подвергнутыми аресту, задержанию или тюремному заключению, а также в связи с полученными Комитетом сообщениями о несоблюдении государством обязательств в этой области;

h)отсутствием удовлетворительной информации о положениях внутреннего законодательства, которые бы гарантировали применение статьи 3 Конвенции в случаях выдворения или высылки иностранцев, которым угрожает применение пыток в стране возвращения.

Е. Рекомендации

69. Комитет рекомендует государству-участнику принять все необходимые меры для противодействия актам пыток и жестокого обращения, совершаемым на территории Колумбии, и в частности:

a ) принять действенные меры, чтобы покончить с безнаказанностью лиц, предположительно виновных в применении пыток и жестокого обращения, проводить оперативные, беспристрастные и исчерпывающие расследования, привлекать виновных в применении пыток и жестокого обращения к суду и обеспечить предоставление адекватной компенсации потерпевшим. В частности, он рекомендует государству-участнику пересмотреть вопрос о принятии законопроекта "Альтернативы уголовному наказанию" в свете его обязательств согласно Конвенции против пыток;

b ) пересмотреть в свете своего обязательства относительно предотвращения пыток и жестокого обращения:

i ) вопрос об использовании "солдат-крестьян";

ii ) вопрос о принятии мер, в результате которых вооруженные силы будут наделены полномочиями судебной полиции, а допросы и задержания подозреваемых станут довольно продолжительными и будут проводиться без судебного контроля;

iii ) пересмотреть проект реформы системы правосудия с целью полной гарантии процедур судебной защиты и обеспечения уважения и расширения функций Конституционного суда в деле защиты законности;

с) гарантировать, чтобы все лица, и в особенности государственные служащие, которые организуют, планируют, поддерживают и финансируют операции незаконных вооруженных групп, называемых "силами самообороны", и виновных в применении пыток, или которые иным образом участвуют в их деятельности, были выявлены, задержаны, освобождены от своих обязанностей и преданы суду;

d ) гарантировать, чтобы сотрудники отдела по правам человека Судебной прокуратуры имели возможность выполнять свои функции на независимой и беспристрастной основе и в условиях безопасности и предоставить им необходимые средства для эффективного проведения ими своей деятельности;

e ) расследовать, привлекать к судебной ответственности и наказывать лиц, виновных в совершении изнасилований и других видов сексуального насилия, в том числе при осуществлении операций против незаконных вооруженных формирований;

f ) в случаях нарушений права на жизнь документировать следы применения пыток и особенно сексуального насилия, которые могут оставаться у потерпевших. Такие данные должны включаться в отчеты судебных медиков для расследования не только случаев смерти, но и применения пыток. Кроме того, Комитет рекомендует государству-участнику обеспечить необходимую профессиональную подготовку медицинского персонала по вопросам обнаружения следов применения пыток и жестокого обращения;

g ) соблюдать и эффективно обеспечивать соблюдение положений Военно-уголовного кодекса, предусматривающих изъятие дел о применении пыток из компетенции военных судов;

h ) принять эффективные меры для защиты правозащитников от преследований, угроз и других посягательств и сообщать о судебных решениях и любых других, принимаемых в этой связи мерах. Рекомендуется также принять эффективные меры для обеспечения физической неприкосновенности и независимости сотрудников органов судебной власти;

i ) принять эффективные меры для улучшения условий содержания в местах лишения свободы и принять меры к снижению остроты существующей проблемы их переполненности;

j ) гарантировать обращение с лицами, подвергнутыми любым формам ареста, задержания или тюремного заключения, в соответствии с международными стандартами во избежание любых случаев пыток или жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения;

k ) сообщить в следующем периодическом докладе о положениях внутреннего законодательства, гарантирующих невыдачу лиц в другие государства при наличии обоснованных оснований предполагать, что там им будет угрожать опасность применения пыток;

l ) сделать заявления, предусмотренные статьями 21 и 22 Конвенции, и ратифицировать Факультативный протокол к ней;

m ) обеспечить широкое распространение выводов и рекомендаций Комитета в государстве-участнике;

n ) проинформировать через год Комитет о конкретных мерах, принятых с целью выполнения рекомендаций, содержащихся в подпунктах b ), d ), f ) и h ) выше.

ХОРВАТИЯ*

70.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Хорватии (CAT/C/54/Add.3) на своих 598-м и 601-м заседаниях (CAT/C/SR.598 и 601) 6 и 7 мая 2004 года и принял следующие выводы и рекомендации.

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/32/3.

А. Введение

71.Комитет с удовлетворением принимает к сведению представление третьего периодического доклада Хорватии, отмечая при этом, что он не полностью соответствовал руководящим принципом Комитета, касающимся подготовки периодических докладов. Вместе с тем Комитет выражает свое удовлетворение в связи с устной информацией, представленной делегацией государства-участника, и конструктивным диалогом, состоявшемся в ходе рассмотрения доклада.

В. Позитивные аспекты

72.Комитет с удовлетворением отмечает постоянные усилия государства-участника по реформированию своего законодательства в целях обеспечения более эффективной защиты прав человека, включая право не подвергаться пыткам и другому жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению и наказанию, а именно:

а)принятие в июне 2003 года Закона о предоставлении убежища, который должен вступить в силу в июле 2004 года и в котором излагается процедура подачи заявлений на предоставление убежища в государстве-участнике;

b)вступление в силу в феврале 2004 года нового Закона об иностранцах, где содержатся положения, запрещающие депортацию физических лиц, которые могут подвергнуться пыткам в случае возвращения в свою страну;

с)вступление в силу в январе 2001 года Закона о полиции, который регулирует применение мер принуждения, включая применение огнестрельного оружия;

d)вступление в силу в 2001 году Закона об исполнении наказаний в виде тюремного заключения, который регулирует обращение с заключенными и их права.

73.Комитет приветствует:

а)подписание в сентябре 2003 года Факультативного протокола к Конвенции против пыток и заверения представителя государства-участника в том, что предусматривается его ратификация;

b) ратификацию в мае 2001 года Римского статута Международного уголовного суда.

74.Комитет с удовлетворением принимает к сведению заверения представителя государства-участника в том, что Закон об амнистии 1996 года не распространяется на акты пыток.

75.Комитет также с удовлетворением принимает к сведению заверения представителя государства-участника в том, что каждому заключенному предоставляется минимум 4 м2 жилой площади.

76.Комитет выражает удовлетворение тем, что государство-участник направило постоянное приглашение специальным процедурам Комиссии по правам человека посетить страну.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

77.Озабоченность Комитета вызывает следующее:

а)в связи с пытками и жестоким обращением, которые, по сообщениям, имели место во время вооруженного конфликта 1991-1995 годов в бывшей Югославии:

i)непроведение государством-участником, согласно сообщениям, оперативных, беспристрастных и полных расследований в целях преследования в уголовном порядке исполнителей и предоставления справедливой и адекватной компенсации жертвам;

ii)утверждения о том, что на всех этапах судопроизводства при разбирательстве дел, связанных с военными преступлениями, применялись двойные стандарты в ущерб обвиняемым из числа сербов и в пользу обвиняемых из числа хорватов;

iii)преследования, запугивание и угрозы, с которыми сталкивались, по сообщениям, свидетели и жертвы, дающие свидетельские показания в суде, и отсутствие надлежащей защиты со стороны государства-участника;

b)тот факт, что на сегодняшний день не ведется никакого судебного преследования или не выносятся обвинительные приговоры за предполагаемые правонарушения по статье 176 Уголовного кодекса, в которой признаются противозаконными акты пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания;

с)отсутствие, согласно сообщениям, у лиц, лишенных свободы, оперативного и надлежащего доступа к правовой и медицинской помощи и возможности видеться с членами семьи;

d)в связи с просителями убежища и незаконными иммигрантами:

i)неблагоприятные условия содержания в тюремном центре Ежево для вновь поступивших заключенных из числа иностранцев, включая плохие санитарно-гигиенические условия и ограниченность мероприятий по организации досуга;

ii)предполагаемые случаи насилия в отношении тех, кто содержится в тюремном центре Ежево для вновь поступивших заключенных из числа иностранцев, и непроведение оперативных и беспристрастных расследований в связи с этим;

iii)лишение свободы на длительные сроки;

е)тот факт, что государство-участник предположительно не занимается решением проблем насилия и издевательств среди детей и молодых совершеннолетних, помещенных в учреждения социального попечения;

f)тот факт, что государство-участник предположительно не предотвращает жестокие нападения негосударственных агентов на представителей этнических и других меньшинств и не проводит полные и оперативные расследования в связи с такими случаями;

g)неблагоприятные условия содержания лиц в предварительном заключении, где они проводят до 22 часов в сутки в своих камерах без возможности заняться активной деятельностью.

D . Рекомендации

78. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) принять эффективные меры для обеспечения беспристрастного, полного и оперативного расследования всех предполагаемых случаев пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения, судебного преследования и наказания исполнителей в надлежащих случаях и независимо от их этнического происхождения и предоставления справедливой и адекватной компенсации жертвам;

b) обеспечить в полной мере сотрудничество с Международным уголовным трибуналом для бывшей Югославии (МУТБЮ), в частности путем обеспечения того, чтобы все, кому предъявлено обвинение, арестовывались и передавались Трибуналу;

с) обеспечить выполнение всех соответствующих законодательных актов, предусматривающих защиту свидетелей и других участников судебного разбирательства, и обеспечить, чтобы на программы эффективной и всесторонней защиты свидетелей выделялось достаточно средств;

d) подробно знакомить судей, прокуроров и адвокатов с международными обязательствами Хорватии в области прав человека, особенно тех, которые предусмотрены в Конвенции;

е) принимать меры для обеспечения на практике права всех лиц, лишенных свободы, иметь оперативный доступ к адвокату и врачу по их выбору, а также давать им возможность видеться с членами семьи;

f) принимать все необходимые меры по улучшению материальных условий в тюремных центрах для вновь прибывших задержанных из числа просителей убежища и иммигрантов и обеспечить физическую и психологическую неприкосновенность всех лиц, содержащихся в таких центрах;

g) воздерживаться от задержания просителей убежища и незаконных иммигрантов на длительный срок;

h) прекратить практику отказа в доступе к процедурам предоставления убежища в силу того, что власти не могут проверить личность просителей убежища из-за отсутствия документов или переводчиков;

i) подготовить на соответствующих языках информационный материал, с тем чтобы знакомить просителей убежища с процедурами предоставления убежища сразу после их задержания или прибытия на территорию государства-участника;

j) открыть сотрудникам Управления Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев (УВКБ) полный доступ к просителям убежища и наоборот. Как правило, УВКБ должно иметь доступ к индивидуальным досье, с тем чтобы оно могло следить за процедурами предоставления убежища и обеспечить соблюдение прав беженцев и просителей убежища;

k) усилить защиту детей и молодых совершеннолетних, помещенных в учреждения социального попечения, обеспечивая, в частности, получение сообщений об актах насилия и их расследование, предоставляя поддержку и лечение детей и молодых совершеннолетних, имеющих проблемы психологического характера, добиваясь, чтобы в этих учреждениях работал подготовленный персонал, например социальные работники, психологи и педагоги;

l) обеспечить защиту этнических и других меньшинств, в частности путем принятия всех эффективных мер в целях судебного преследования и наказания за все акты насилия, совершаемые в отношении этих лиц, разработки программ по повышению информированности, предотвращения этой формы насилия и борьбы с ним, а также путем включения этого вопроса в программу подготовки сотрудников правоохранительных органов и других соответствующих профессиональных групп;

m) совершенствовать режим деятельности для лиц, находящихся в предварительном заключении, в соответствии с международными стандартами;

n) предоставлять информацию Комитету о правовых и других мерах, принимаемых в целях обеспечения систематического рассмотрения правил допроса, инструкций, методов и практики в отношении лиц, лишенных свободы;

о) продолжать работу по укреплению системы образования в области прав человека и профессиональной подготовки по вопросу о запрещении пыток и жестокого обращения для сотрудников правоохранительных органов, медицинского персонала, государственных служащих и других лиц, которые могут участвовать в задержании, допросе или обращении с любым лицом, подвергнутым той или иной форме ареста, задержания или тюремного заключения;

р) предоставлять Комитету статистические данные о случаях пыток и других видов жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания, о которых сообщается административным органам, и о результатах расследования, дезагрегированные, в частности, по признаку пола, этническим группам, географическому региону и типу или расположению мест лишения свободы, где такие случаи имеют место. Кроме того, следует предоставлять информацию о жалобах и делах, находящихся на рассмотрении внутренних судов, включая результаты расследований и последствия для жертвы с точки зрения возмещения и компенсации.

79. Комитет также рекомендует государству-участнику обеспечить повсеместное распространение на его территории выводов и рекомендаций Комитета.

80. Комитет просит государство-участник предоставить в течение года информацию о его реакции на рекомендации Комитета, содержащиеся в пункте 78 а), b), f), n) и р) выше.

81. Комитет рекомендует государству-участнику представить свой следующий периодический доклад 7 октября 2008 года, когда должен быть представлен пятый периодический доклад. Этот доклад объединит в себе четвертый и пятый периодические доклады.

ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА*

82.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Чешской Республики (CAT/C/60/Add.1) на своих 594-м и 597-м заседаниях, состоявшихся 4 и 5 мая 2004 года (CAT/C/SR.594 и 597), и принял следующие выводы и рекомендации.

A. Введение

83.Комитет приветствует представление третьего периодического доклада Чешской Республики в соответствии с руководящими принципами Комитета и включение в него самокритичной информации, а также откровенный и открытый диалог с государством-участником.

84.Отмечая, что доклад охватывает период с 1 января 1998 года по 31 декабря 2001 года, Комитет выражает признательность за новую информацию, представленную делегацией Чешской Республики, и подробные ответы на перечень вопросов и на вопросы, заданные членами Комитета в ходе диалога.

B. Позитивные аспекты

85.Комитет приветствует дальнейшие усилия государства-участника по пересмотру своего законодательства в целях обеспечения соблюдения прав человека в целом и конкретно тех прав, которые связаны с осуществлением Конвенции против пыток. Комитет, в частности, приветствует:

a)поправки к Закону о проживании иностранных граждан № 222/2003 Coll., вступившие в силу 1 января 2004 года, которыми учреждается независимый судебный орган второй инстанции для рассмотрения дел о предоставлении убежища;

b)поправки к Закону об отбывании сроков тюремного заключения (Закон № 52/2004 Coll.) и некоторые связанные с ним подзаконные акты, определяющие условия содержания в тюрьмах в соответствии с требуемыми стандартами и обеспечивающие более широкую защиту заключенных;

c)Закон о пробации и посредничестве и создание Службы пробации и посредничества (Закон № 257/2000 Coll.), в результате чего сократилось число заключенных;

d)Закон о специальной защите свидетелей (Закон № 137/2001 Coll.);

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/32/2.

e)поправки к Уголовному кодексу (№ 265/2001 Coll.), предусматривающие ведение расследования уголовных преступлений, совершенных предположительно сотрудниками полиции, государственной прокуратурой, а не полицейскими следователями, как это было раньше;

f)принятие в 2003 году Национальной стратегии борьбы с незаконной торговлей людьми;

g)намерение ратифицировать Факультативный протокол к Конвенции в 2005 году и соответствующую поправку к Закону об институте омбудсмена, которая была одобрена Законодательным советом, расширяющую его полномочия в качестве национального превентивного механизма, как это предусмотрено Факультативным протоколом к Конвенции;

h)публикацию докладов Европейского комитета по предотвращению пыток и ответов государства-участника, а также заверения в том, что для выполнения рекомендаций будут приняты соответствующие меры.

C. Вопросы, вызывающие озабоченность

86.Озабоченность Комитета вызывают следующее:

a)продолжающиеся акты насилия в отношении рома и утверждения о нежелание полиции обеспечивать их должную защиту и расследовать такие преступления, несмотря на принимаемые государством-участником меры по борьбе с такими актами насилия;

b)отсутствие четких правовых гарантий прав всех лиц, лишенных свободы, на пользование услугами адвоката и уведомление ближайших родственников с момента их задержания;

c)тот факт, что несовершеннолетние не содержатся отдельно от взрослых во всех случаях задержания;

d)тот факт, что лица, содержащиеся в предварительном заключении, и лица, отбывающие пожизненные сроки заключения не могут работать и проводят время в бездействии, не занимаясь соответствующей деятельностью;

e)случаи насилия среди заключенных и отсутствие статистических данных с разбивкой по соответствующим показателям, которые содействовали бы определению коренных причин и разработке стратегий в целях предотвращения таких случаев и сокращения их числа;

f)медицинские консультации не всегда могут быть конфиденциальными, и решение о введении ограничений не всегда регулируется законодательными актами и не пересматривается на регулярной основе;

g)действующая система, при которой заключенные должны покрывать часть расходов по их содержанию в тюрьме;

h)результаты расследований случаев чрезмерного применения силы сотрудниками полиции в связи с демонстрациями в Праге во время проведения в сентябре 2000 года совещания Международного валютного фонда/Всемирного банка, когда лишь один случай был квалифицирован как уголовное преступление;

i)отсутствие полной информации от государства-участника об исправлении положения и компенсации жертвам актов пыток или их семьям;

j)поправки к закону о праве на убежище, которые дают более широкие основания для отказа в предоставлении убежища и разрешают задерживать лиц в процессе выдворения и помещать их в центры содержания под стражей иностранцев на срок до 180 дней, а также ограничительный характер условий содержания в этих центрах, которые можно сравнить с условиями в тюрьмах;

k)утверждения, касающиеся некоторых случаев недобровольной и без надлежащего информирования стерилизации женщин рома, а также неспособность правительства провести в этой связи расследование в силу отсутствия достаточных данных для установления личности отдельных пострадавших лиц.

D. Рекомендации

87. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) приложить дополнительные усилия для борьбы с расовой нетерпимостью и ксенофобией и обеспечить включение в обсуждаемое всеобъемлющее антидискриминационное законодательство всех соответствующих оснований, предусмотренных Конвенцией;

b) принять меры для создания эффективной, надежной и независимой системы рассмотрения жалоб в целях проведения оперативных и беспристрастных расследований по всем заявлениям о жестоком обращении или пытках со стороны сотрудников полиции и других государственных служащих, включая, в частности, случаи насилия по расовым мотивам со стороны лиц, не являющихся представителями государственных органов, и особенно случаи, которые привели к смерти людей, и наказывать правонарушителей;

с) активизировать прилагаемые усилия по сокращению числа случаев жестокого обращения со стороны сотрудников и других государственных служащих, в том числе по этническим мотивам и, при обеспечении защиты неприкосновенности частной жизни физических лиц, разработать методы сбора данных и отслеживания случаев совершения таких актов в целях более эффективного решения этой проблемы;

d) укреплять гарантии, предусмотренные в Уголовно-процессуальном кодексе в отношении жестокого обращения и пыток, и обеспечить, чтобы в законодательном порядке и на практике все лица, лишенные свободы, имели гарантии и систематически информировались о наличии у них права на доступ к услугам адвоката и уведомление ближайших родственников;

е) обеспечить, чтобы при всех обстоятельствах лица в возрасте до 18 лет содержались отдельно от взрослых;

f) рассмотреть формы обеспечения для всех заключенных дополнительных видов деятельности с целью поощрения их к каким-либо занятиям, сокращая тем самым время, проводимое в бездействии;

g) отслеживать и фиксировать случаи насилия среди заключенных в целях выявления его коренных причин и выработки соответствующей стратегии его предупреждения. Комитет предлагает государству-участнику представить ему такие данные, дезагрегированные по соответствующим показателям, в своем четвертом периодическом докладе;

h) обеспечить конфиденциальность медицинских осмотров и рассмотреть вопрос о возможности передачи системы медицинского обслуживания из ведения министерства юстиции в ведение министерства здравоохранения;

i) пересмотреть порядок, в соответствии с которым заключенные должны покрывать часть расходов на свое содержание, с тем чтобы полностью отменить это требование;

j) обеспечить, чтобы классификация запрещенных по Конвенции актов проводилась беспристрастным органом с целью возбуждения соответствующего судопроизводства и в своем следующем периодическом докладе представить информацию об уголовных расследованиях предположительных актов пыток и других видов жестокого обращения в соответствии со статьей 259 а) Уголовного кодекса;

k) рассмотреть вопрос о независимости и эффективности расследований жалоб на чрезмерное применение силы в связи с демонстрациями в сентябре 2000 года во время совещания Международного валютного фонда/Всемирного банка в целях привлечения виновных к ответственности и обеспечения компенсации жертвам;

l) включить в свой следующий периодический доклад информацию о компенсации, предоставляемой жертвам или их семьям в соответствии со статьей 14 Конвенции;

m) пересмотреть строгий режим содержания незаконных иммигрантов в целях его отмены и обеспечить перевод всех детей из таких центров содержания под стражей вместе с их родителями в приемники для семей;

n) проводить расследования в связи с заявлениями о недобровольных стерилизациях с использованием медицинских карт и записей данных о персонале и настоятельно просить тех, кто подает жалобы, способствовать, насколько это возможно, надлежащему обоснованию соответствующих утверждений;

о) представить в течение одного года информацию о реакции на рекомендации Комитета, содержащиеся выше в подпунктах а), b), i), k) и m);

р) широко распространять доклады, представляемые Чешской Республикой Комитету, и сделанные по ним выводы и рекомендации на соответствующих языках через официальные вебсайты, средства массовой информации и неправительственные организации;

q) представить свой следующий периодический доклад Комитету не позднее 31 декабря 2009 года, когда должен быть представлен пятый периодический доклад. Этот доклад должен содержать сведенные воедино четвертый и пятый периодические доклады.

ГЕРМАНИЯ*

88.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Германии (CAT/C/49/Add.4) на своих 600‑м и 603‑м заседаниях (CAT/C/SR.600 и 603), состоявшихся 7 и 10 мая 2004 года, и принял следующие выводы и рекомендации.

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/32/7.

А. Введение

89.Комитет приветствует третий периодический доклад Германии, хотя и сожалеет о трехгодичной задержке с его представлением. Доклад соответствует принятым Комитетом руководящим принципам по составлению докладов; в частности, в нем содержатся ответы государства-участника на предыдущие заключительные замечания Комитета. Комитет выражает удовлетворение в связи с развернутыми письменными ответами, представленными на его перечень вопросов, а также в связи с подробными ответами на все устно заданные вопросы. Наконец, Комитет также приветствует готовность государства-участника поддерживать всесторонний и откровенный диалог с Комитетом по всем связанным с Конвенцией вопросам.

В. Позитивные аспекты

90.Комитет приветствует:

а)укрепление государством-участником организационных мер по защите прав человека, в том числе создание Комитета по правам человека при федеральном парламенте и представление федеральным правительством двухгодичных национальных докладов по правам человека в федеральный парламент;

b)учреждение в марте 2001 года Германского института по правам человека в качестве информационно-координационного центра, в чью компетенцию входит контроль за положением в области внутригосударственных прав человека;

с)подтверждение государством-участником своей приверженности принципу полного запрета пыток, в том числе в рамках принудительного возвращения. В этой связи Комитет принимает к сведению недавнее возбуждение уголовного преследования в отношении старшего сотрудника франкфуртской полиции по обвинениям в угрозе применения пыток. Кроме того, Комитет приветствует подтверждение государством-участником того факта, что запрет на принудительное возвращение, о котором говорится в статье 3 Конвенции, применяется ко всем случаям, включая ситуацию, когда просителю убежища было отказано в статусе беженца по причинам безопасности;

d)согласие государства-участника на внешнюю проверку с целью контроля за соблюдением им положений Конвенции, особенно с учетом его признания компетенции Комитета рассматривать жалобы в соответствии со статьями 21 и 22 Конвенции;

е)значительный прогресс, который был достигнут за отчетный период в отношении i)  условий содержания беженцев в пункте временного размещения во франкфуртском аэропорту; ii)  применяемых процедур для целей предоставления статуса беженца; а также iii)  методов, используемых для целей принудительного возвращения воздушным транспортом лиц, которым было отказано в предоставлении убежища;

f)применение государством-участником законодательства по осуществлению Римского статута Международного уголовного суда, в котором содержится всеобъемлющая классификация преступлений против международного права, включая пытки в контексте геноцида, военных преступлений или преступлений против человечности;

g)тот факт, что государство-участник учитывает наличие пыток и других противоречащих Конвенции деяний, совершаемых негосударственными субъектами, когда они подпадают под действие Конвенции, в ходе разбирательства на предмет предоставления убежища или высылки, а также тот факт, что в соответствии с федеральной судебной практикой индивидуальные жалобы о жестоком обращении могут возбуждаться даже в том случае, если соответствующее лицо является выходцем из "безопасной" третьей страны;

h)инициативу государства-участника по учреждению мандата Специального докладчика Комиссии Организация Объединенных Наций по правам человека по вопросу о торговле людьми, особенно женщинами и детьми.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

91.Комитет с обеспокоенностью обращает внимание на следующее:

а)чрезмерную продолжительность времени, необходимого для вынесения решений по уголовным делам, касающимся жалоб на жестокое обращение с задержанными со стороны сотрудников правоохранительных органов, включая, в частности, серьезные случаи, приведшие к смерти, например случай с Амиром Аджибом, который скончался в мае 1999 года;

b)ряд утверждений о том, что то или иное уголовное преследование было возбуждено правоохранительными органами в целях наказания или запугивания лиц, выдвинувших против правоохранительных органов обвинения в жестоком обращении;

с)тот факт, что по множеству охватываемых Конвенцией областей государство-участник не смогло представить статистических данных или обеспечить надлежащую разбивку имевшихся у него данных. В ходе состоявшегося диалога это, в частности, имело место при рассмотрении вопросов, касающихся возбуждения уголовных дел, предположительно соумышленных обвинений в жестоком обращении, контробвинений со стороны правоохранительных органов, подробных данных о правонарушителях и потерпевших, а также фактических элементов обвинений в жестоком обращении;

d)тот факт, что в силу понятных трудностей, вытекающих из конституционного разделения полномочий между федеральными властями и властями земель, меры, принимаемые на федеральном уровне с целью более эффективного осуществления Конвенции, не распространяются на соответствующие сферы деятельности земель. Таким образом, широкие федеральные нормы о принудительном возвращении воздушным транспортом, применимые в отношении возвращений, осуществляемых силами федеральной пограничной полиции (Bundesgrenzschutz), не применяются в отношении возвращений, производимых властями земель;

е)правовой контроль за деятельностью частных охранных компаний, используемых для обеспечения безопасности в определенных местах для временного задержания в международном аэропорту Франкфурта‑на‑Майне, и уровень профессиональной подготовки сотрудников этих компаний.

D . Рекомендации

92. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) принять все необходимые меры для того, чтобы обвинения в совершении преступлений, выдвигаемые против его правоохранительных органов, рассматривались в безотлагательном порядке, с тем чтобы обеспечить оперативное вынесение решений по таким обвинениям и полностью исключить возможность любых спекуляций по поводу фактора безнаказанности, в ходе которых, согласно утверждениям, выдвигаются контробвинения;

b ) создать центральный пункт сбора соответствующих общенациональных статистических данных и сведений по охватываемым Конвенцией областям, запросить такие данные и сведения у властей земель или принять другие надлежащие меры для обеспечения того, чтобы власти государства-участника, а также Комитет, располагали полной и подробной информацией при оценке соблюдения государством-участником его обязательств по Конвенции;

с) принять соответствующие меры в рамках своих полномочий в отношении властей земель, с тем чтобы обеспечить принятие и общее выполнение ими мер, которые показали свою эффективность на федеральном уровне в контексте содействия более строгому соблюдению Конвенции, включая, в частности, федеральные нормы о принудительном возвращении воздушным транспортом;

d ) свести в единую категорию свои уголовные нормы, касающиеся пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания;

е) представить Комитету подробные данные о том, какое число случаев экстрадиции или высылки, подкрепленных получением дипломатических заверений или гарантий, имело место за период после 11 сентября 2001 года, какие минимальные требования предъявляет государство-участник в отношении содержания таких заверений или гарантий и какие меры последующего контроля осуществляются им в подобных случаях;

f ) сообщить Комитету: i ) распространяются ли на нанимаемых государством-участником сотрудников частных охранных компаний все предусмотренные законом средства для подачи жалоб и получения возмещения (включая признание государством ответственности за действия своих служащих), которыми могут воспользоваться потерпевшие в результате действий представителей государственных правоохранительных органов; и ii )  какую подготовку в связи с охватываемой Конвенцией проблематикой проходят сотрудники таких компаний;

g ) обеспечить введение в обиход практики медицинских обследований как до проведения любого принудительного перемещения с использованием воздушного транспорта, так и в случае, если таковое не состоялось;

h ) изучить вопрос о более активном использовании предусмотренных в Конвенции механизмов экстрадиции в отношении германских граждан, которые обвиняются в том, что они совершали акты пыток или участвовали в совершении таких актов за рубежом или в тех случаях, когда германские граждане являются предполагаемыми жертвами;

i ) приложить все усилия к тому, чтобы ратифицировать Факультативный протокол к Конвенции.

93. Комитет просит государство-участник представить в течение одного года информацию в ответ на рекомендации Комитета, содержащиеся выше в подпунктах а), b ), е) и f ) пункта 5.

94. С учетом того, что Германия представила информацию, касающуюся осуществления Конвенции за период, охватываемый третьим и четвертым периодическими докладами, Комитет рекомендует государству-участнику представить свой пятый периодический доклад 30 октября 2007 года.

ЛАТВИЯ*

95.Комитет рассмотрел первоначальный доклад Латвии (CAT/C/21/Add.4) на своих 579‑м и 582‑м заседаниях, состоявшихся 13 и 14 ноября 2003 года (CAT/C/SR.579 и 582), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

96.Комитет приветствует первоначальный доклад Латвии, который был подготовлен в соответствии с требованиями, предъявляемыми к форме и содержанию первоначальных докладов государств-участников. Он сожалеет, однако, что этот доклад, который подлежал представлению 13 мая 1993 года, был представлен с опозданием на девять лет. Комитет признает в этой связи те трудности политического и экономического характера, с которыми государство-участник столкнулось в течение переходного периода, и надеется, что в будущем оно будет полностью соблюдать свои обязательства по статье 19 Конвенции.

97.Комитет приветствует также дополнительную информацию, представленную государством-участником в письменном виде, и информацию, приведенную высокопоставленной делегацией во вступительных замечаниях и подробных ответах на поставленные вопросы, что свидетельствует о желании государства-участника начать открытый и плодотворный диалог с Комитетом.

В. Позитивные аспекты

98.Комитет с удовлетворением отмечает текущую деятельность государства-участника, направленную на укрепление прав человека в Латвии. В частности, Комитет приветствует следующее:

а)законодательные меры:

i)учреждение Конституционного суда в 1996 году и включение в Конституцию главы VIII, посвященной основным правам человека;

ii)учреждение в 1995 году Национального бюро по правам человека, которое уполномочено, в частности, рассматривать жалобы на нарушения прав человека, а также представлять в Конституционный суд дела, касающиеся правовых положений, которые, по его мнению, противоречат Конституции Латвии;

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/31/3.

iii)вступление в силу в сентябре 2002 года нового Закона о убежище, направленного на приведение национальной системы предоставления убежища в еще большее соответствие с нормативными актами Европейского союза по вопросу предоставления убежища и соответствующими международными стандартами. В новом Законе об убежище предусматриваются также две формы дополнительной защиты ("альтернативный статус") для просителей убежища;

iv)вступление в силу в мае 2003 года нового Закона об иммиграции, в котором, в частности, предусматривается максимальный срок содержания под стражей иностранцев, арестованных за нарушение данного закона, и право арестованного иностранца подавать жалобу прокурору, связываться с консульством и иметь доступ к правовой помощи;

v)вступление в силу нового Уголовного кодекса, в котором содержится концепция постепенного осуществления санкций и установленных альтернативных санкций, с тем чтобы частично решить проблему переполненности тюрем;

vi)проект нового уголовно-процессуального кодекса, который направлен на упрощение правовых процедур и сократит, в частности, срок, в течение которого подозреваемый должен предстать перед судьей, с 72 до 48 часов;

vii)проект нового Закона об амнистии, предусматривающий либо освобождение, либо сокращение срока тюремного заключения таких подверженных риску групп, как несовершеннолетние лица, беременные женщины, женщины с малолетними детьми, инвалиды и престарелые.

b)Административные меры:

i)принятие в 2002 году Инструкции о правилах внутреннего распорядка следственных тюрем, устанавливающей стандарты для условий содержания под стражей, а также основные права и обязанности находящихся под стражей лиц;

ii)передача с ноября 2003 года всех латвийских тюрем под надзор квалифицированных профессиональных надзирателей;

iii)разработка, в соответствии со статьей 10 Конвенции, программ профессиональной подготовки для персонала правоприменительных и судебных органов.

99.Кроме того, Комитет с удовлетворением отмечает:

а)участие национальных НПО и гражданского общества в подготовке первоначального доклада Латвии;

b)начало осуществления нового проекта, в рамках которого НПО будут участвовать в инспекции мест лишения свободы в Латвии.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

100.Комитет выражает свою озабоченность по поводу следующего:

а)утверждений о жестоком обращении, которое в некоторых случаях может быть приравнено к пытке, со стороны сотрудников полиции, особенно при задержании и допросе подозреваемых;

b)отсутствия независимости и беспристрастности в работе Бюро внутренней безопасности государственной полиции, в компетенцию которого входит рассмотрение жалоб на предполагаемые насильственные действия сотрудников полиции;

с)условий содержания под стражей в местах лишения свободы, особенно в полицейских участках и изоляторах краткосрочного содержания;

d)продолжительности правовых процедур и чрезмерных сроков досудебного задержания, особенно в изоляторах краткосрочного содержания;

е)того факта, что новым Законом об убежище предусматривается, что никакого "альтернативного статуса" просителя убежища не предоставляется лицу, прибывшему в Латвию из страны, в которой оно могло просить защиты и получить ее. Кроме того, Комитет озабочен длительными сроками, в течение которых просители убежища могут находиться под стражей после отказа им в предоставлении убежища;

f)переполненности тюрем и других мест содержания под стражей, учитывая, в частности, потенциальную опасность подобной ситуации с точки зрения распространения инфекционных заболеваний;

g)того факта, что, хотя в проекте нового уголовно-процессуального кодекса были учтены многие из существующих недостатков, в действующем ныне Уголовно-процессуальном кодексе отсутствует положение о праве находящегося под стражей лица на поддержание контактов с членами семьи. Выражается также озабоченность по поводу информации о том, что для получения консультации врача по своему выбору требуется разрешение властей;

h)заявлений о том, что во многих случаях лиц, содержащихся под стражей в полиции, лишают возможности встретиться с адвокатом или затягивают на практике получение такой возможности, даже если она предусматривается законом, и что ответчики должны оплачивать расходы на юридическую помощь, если они проиграли дело;

i)количества лиц, которые утратили свой правовой статус граждан или "неграждан" и стали "незаконными" после временного выезда из страны.

D . Рекомендации

101. Комитет рекомендует государству-участнику:

a ) принять все необходимые меры для предотвращения актов жестокого обращения со стороны сотрудников полиции и обеспечить, чтобы все утверждения о жестоком обращении расследовались безотлагательно и беспристрастно;

b ) улучшить условия в местах лишения свободы, особенно в полицейских участках и изоляторах краткосрочного содержания, и обеспечить их соответствие международным стандартам;

c ) гарантировать лицам, находящимся под стражей в полиции, право на поддержание контактов со своими семьями и возможность получения консультации у врача по своему выбору, а также адвоката сразу после того, как эти лица были лишены свободы;

d ) принять все необходимые меры для сокращения продолжительности правовых процедур и существующего ныне срока досудебного заключения под стражу;

e ) установить юридически обязательные сроки содержания под стражей лиц, которым было отказано в предоставлении убежища и в отношении которых действует постановление о высылке. В этой связи государству-участнику предлагается сообщить статистические данные в разбивке по признаку пола, этнической принадлежности, стране происхождения и возрасту о лицах, ожидающих высылки;

f ) продолжать осуществление мер для решения проблемы переполненности тюрем и других мест содержания под стражей;

g ) представить в очередном периодическом докладе подробные статистические данные в разбивке по возрасту, полу и стране происхождения, касающиеся жалоб на пытки и другие случаи жестокого обращения со стороны сотрудников полиции, а также проведенных в этой связи расследованиях, преследованиях виновных и случаях применения уголовных и дисциплинарных наказаний;

h ) обеспечить быстрое принятие проекта кодекса поведения сотрудников полиции во время допроса ("Кодекс полицейской этики");

i ) принять меры для обеспечения того, чтобы при любых обстоятельствах преступление в виде пытки четко фигурировало среди преступлений, за совершение которых, согласно статье 34, виновный не может ссылаться на приказ начальника;

j ) продолжать оказание содействия интеграции и натурализации "неграждан";

k ) рассмотреть вопрос о заявлениях согласно статьям 21 и 22 Конвенции;

l ) рассмотреть вопрос о ратификации Факультативного протокола к Конвенции.

102. Комитет рекомендует также государству-участнику обеспечить широкое распространение выводов и рекомендаций Комитета на всех соответствующих языках, используя для этого официальные вебсайты, средства массовой информации и неправительственные организации.

103. Комитет просит государство-участник представить в течение года информацию о действиях, предпринятых им в ответ на рекомендации Комитета, которые изложены в подпунктах e ), f ), g ), h ) и i ) пункта 101 выше.

104. Государству-участнику предлагается представить до 13 мая 2005 года его очередной периодический доклад, который будет рассматриваться в качестве второго доклада.

ЛИТВА*

105.Комитет рассмотрел первоначальный доклад Литвы (CAT/C/37/Add.5) на своих 584‑м и 587-м заседаниях, состоявшихся 17 и 19 ноября 2003 года (CAT/C/SR.584 и 587), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/31/5.

А. Введение

106.Комитет приветствует первоначальный доклад Литвы и дополнительную информацию, представленную делегацией высокого уровня.

107.Доклад, в котором в основном рассматриваются правовые положения и не содержится подробной информации о практическом выполнении Конвенции, а также статистических данных, не полностью соответствует руководящим принципам в отношении представления докладов.

B . Позитивные аспекты

108.Комитет приветствует предпринимаемые государством-участником усилия по реформированию своей правовой системы и пересмотру законодательства с целью гарантировать основные права человека, включая право не подвергаться пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания, в частности:

a)принятие нового Уголовного кодекса и Уголовно-процессуального кодекса, которые запрещают применение насилия, запугивание, унижающее достоинство обращение или обращение, наносящее ущерб здоровью человека, а также Кодекса исполнения наказаний: все они вступили в силу 1 мая 2003 года;

b)обнародование постановления 96 (от 8 июня 2001 года) Генерального прокурора о контроле за обеспечением защиты задержанных и арестованных лиц от пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения и наказания;

c)принятие 21 мая 2002 года Закона о возмещении ущерба, причиненного незаконными действиями органов государственной власти;

d)Закон об учреждении административных судов (1999 год), предусматривающий рассмотрение жалоб на акты, действия или бездействие государственных должностных лиц;

e)передачу на основании Закона № III-1631 от 18 апреля 2000 года ответственности за обеспечение исполнения уголовных наказаний от министерства внутренних дел министерству юстиции;

f)ратификацию ряда договоров по правам человека, в частности Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания, и текущее сотрудничество с Комитетом по предупреждению пыток;

g)ратификацию в 2003 году Римского статута Международного уголовного суда;

h)разработку Национального плана действий по защите прав человека, одобренного резолюцией № IX-1185 парламента Литвы от 7 ноября 2002 года;

i)создание организационных структур по правам человека, в частности парламентского омбудсмена, омбудсмена по равным возможностям мужчин и женщин и омбудсмена по правам детей;

j)создание при Полицейском департаменте Службы по защите свидетелей и потерпевших;

k)меры, принятые с целью решения проблемы переполненности пенитенциарных заведений путем, в частности, введения такой категории преступления как мисдиминор, за совершение которого не предусматривается наказания в виде лишения свободы.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

109.Комитет выражает озабоченность по поводу следующего:

a)отсутствия всеобъемлющего определения пытки, подобного тому, которое содержится в статье 1 Конвенции, и отсутствия конкретной ссылки на такое уголовное преступление, как пытка, в Уголовном кодексе (статья 4);

b)практического лишения задержанных лиц возможности получить сразу после их задержания доступ к адвокату, независимому врачу или членам семьи;

c)утверждений о жестоком обращении с содержащимися под стражей лицами, которое может быть приравнено к пытке, в частности во время допросов в полиции;

d)процедур высылки иностранцев, которые в некоторых случаях могут представлять собой нарушение статьи 3; условий в заведениях, в которых содержатся иностранцы в ожидании высылки, и отсутствия данных о возрасте, поле и стране назначения высылаемых иностранцев или лиц без гражданства, особенно тех, которые содержатся в Центре регистрации иностранцев;

e)существенного увеличения количества жалоб на плохое обращение полиции с заключенными (в основном по причине принятия государством позитивных мер с целью повышения конфиденциальности процесса рассмотрения жалоб), и того факта, что, согласно государству-участнику, почти половина таких жалоб была сочтена обоснованной. Кроме того, Комитет озабочен тем, что расследования утверждений, касающихся действий сотрудников полиции, не проводятся независимым от полиции органом;

f)сообщений о том, что назначаемые государством адвокаты не проявляют большого интереса к тому, каким образом обращаются с их подопечными, которые содержатся под стражей;

g)отсутствия информации о компенсации ущерба и реабилитации жертв пыток и/или жестокого обращения;

h)неблагоприятных, как это признает государство-участник, условий содержания под стражей и того, что некоторые заключенные "живут в страхе" перед насилием со стороны других заключенных, как это было отмечено Европейским комитетом по предупреждению пыток;

i)отсутствия информации, касающейся утверждений относительно жестокого обращения с новобранцами в армии.

D . Рекомендации

110. Комитет рекомендует государству-участнику:

a ) принять определение понятия "пытка", охватывающее все элементы определения, содержащегося в статье 1 Конвенции, и включить в Уголовный кодекс определение понятия "пытка" как уголовного деяния, четко соответствующего упомянутому определению;

b ) обеспечить, чтобы все задержанные лица могли незамедлительно получить доступ к врачу и адвокату, а также связаться со своей семьей на всех стадиях содержания под стражей (статья 2);

c ) принять все соответствующие меры с целью предупреждения актов пыток и жестокого обращения, в частности путем:

i ) обеспечения специальной подготовки медицинских работников, с тем чтобы они могли выявлять признаки физических и психологических пыток;

ii ) уделения повышенного внимания выработке у работников тюрем навыков общения между собой и с заключенными в качестве меры, направленной на уменьшение числа случаев запрещенного физического принуждения и насилия в отношениях между заключенными;

iii ) принятия других соответствующих мер с целью предупреждения актов жестокого обращения со стороны сотрудников полиции и создания полностью независимой и беспристрастной следственной системы;

d) обеспечить практический контроль за действиями прокуроров, с тем чтобы любые лица, утверждающие, что они подверглись жестокому обращению или пыткам, или обращающиеся с просьбой о проведении медицинского обследования, получали санкцию прокурора проходить такое обследование по их просьбе, а не только по указанию какого-либо должностного лица;

е) незамедлительно принять эффективные меры по созданию полностью независимого механизма рассмотрения жалоб, обеспечению оперативного, беспристрастного и всестороннего расследования многочисленных заявлений о пытках, которые доводятся до сведения властей и органов судебного преследования, и соответствующему наказанию преступников;

f) обеспечить оперативное расследование военными должностными лицами сообщений о жестоком обращении с новобранцами, которое может быть приравнено к жестокому обращению или пытке, и справедливое и беспристрастное расследование других сообщений о злоупотреблениях, а также привлечение виновных к ответственности;

g) обеспечить строгое соблюдение компетентными органами положений статьи 3 Конвенции и не высылать, не возвращать и не выдавать лицо государству, в котором оно может подвергнуться пыткам. Комитет настоятельно призывает государство-участник предпринять более энергичные усилия для обеспечения того, чтобы заведения, предназначенные для содержания под стражей иностранцев, соответствовали международным стандартам, и просит представить дезагрегированные данные об этом;

h) продолжать усилия по обеспечению эффективного функционирования системы правовой помощи, в частности путем оплаты услуг адвокатов за счет государства, обеспечения им надлежащего вознаграждения и привлечения коллегии адвокатов к процессу координации назначений;

i) предоставить информацию о возможностях возмещения ущерба и реабилитации, имеющихся в распоряжении жертв пыток и других видов жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения или наказания;

j) продолжать принимать меры с целью улучшения условий содержания под стражей как подследственных, так и осужденных;

k) рассмотреть возможность представления заявлений по статьям 21 и 22 Конвенции и ратификации Факультативного протокола к Конвенции;

l) рассмотреть вопрос о проведении консультаций с неправительственными организациями и организациями гражданского общества в процессе подготовки всех частей очередного периодического доклада.

111. Комитет просит государство-участник представить в своем следующем периодическом докладе подробные статистические данные - в разбивке по категориям преступлений, географическим районам, этническому происхождению и признаку пола, - касающиеся жалоб на акты пыток и жестокого обращения, предположительно совершенные сотрудниками правоохранительных органов, а также сведения о видах и результатах рассмотрения правонарушений, связанных с пытками, которые были вменены в вину сотрудникам полиции и других правоохранительных органов, включая дела, по которым иски были отклонены судом, и данные о, возможно, имевших место случаях компенсации и реабилитации потерпевших.

112. Комитет просит государство-участник представить в течение года информацию о действиях, предпринятых им во исполнение рекомендаций Комитета, содержащихся в подпунктах d), е) и f) пункта 110 выше.

113. Комитет просит государство-участник широко распространить выводы и рекомендации Комитета, а также краткие отчеты о рассмотрении первоначального доклада государства-участника в стране, в том числе среди сотрудников правоохранительных органов путем публикации в средствах массовой информации, а также распространения и популяризации соответствующих материалов неправительственными организациями.

МОНАКО*

114.Комитет рассмотрел второй периодический доклад Монако (CAT/C/38/Add.2) на своих 596, 599 и 609-м заседаниях 5, 6 и 13 мая 2004 года (CAT/C/SR.596, 599 и 609 и принял следующие выводы и рекомендации.

А. Введение

115.Комитет с удовлетворением отмечает представление второго периодического доклада Монако, который в целом соответствует принятым Комитетом руководящим

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/32/1.

принципам. Вместе с тем он выражает сожаление в связи с тем, что доклад был представлен с пятилетним опозданием и содержит мало информации о конкретном осуществлении Конвенции. Комитет выражает удовлетворение в связи с присутствием высокопоставленной делегации, которая дала точные ответы на заданные вопросы и продемонстрировала стремление к откровенному сотрудничеству.

В. Позитивные аспекты

116.Комитет с удовлетворением отмечает:

а)отсутствие сообщений о нарушениях Конвенции государством-участником;

b)текущий процесс вступления в Совет Европы;

с)реформу Уголовного кодекса и Уголовно-процессуального кодекса в целях приведения их в соответствие с европейскими нормами в области прав человека;

d)взносы, направляемые с 1994 года ежегодно в Фонд добровольных взносов Организации Объединенных Наций для жертв пыток.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

117.Комитет выражает озабоченность по поводу следующего:

а)отсутствия в уголовном законодательстве определения пытки, содержащего все элементы, изложенные в статье 1 Конвенции;

b)отсутствия каких-либо положений, конкретно запрещающих ссылаться на исключительные обстоятельства или приказ вышестоящего начальника или государственной власти в оправдание пыток;

с)слабости гарантий, связанных с высылкой и возвращением иностранцев, в той мере, в какой применительно к таким ситуациям в национальном законодательстве, как представляется, отсутствует какое‑либо положение о недопущении принудительного возвращения в соответствии с требованиями статьи 3 Конвенции, а обжалование в Верховном трибунале не приостанавливает автоматически процедуру высылки;

d)ограниченной сферы применения статей 228 и 278 Уголовного кодекса, которые не отвечают в полной мере требованиям статьи 4 Конвенции, поскольку они касаются лишь убийств, совершенных с помощью пыток или сопровождаемых проявлениями жестокости, и пыток, совершенных при незаконных арестах или похищениях людей;

е)того факта, что содержащиеся под стражей лица не имеют права на помощь адвоката, ибо эта помощь предусмотрена лишь с момента их первой доставки к следственному судье, и что эти лица могут информировать своих родственников о задержании лишь с разрешения упомянутого судьи;

f)отсутствия положений об обязательном ведении журнала регистрации лиц, содержащихся в полицейских участках, хотя такие журналы и существуют на практике;

g)отсутствия механизма контроля за обращением с иностранцами, осужденными судами Монако к длительным срокам заключения и помещенными в пенитенциарные учреждения Франции, и за фактическими условиями их содержания.

D . Рекомендации

118. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) внести в национальное уголовное право определение пытки, которое полностью соответствует статье 1 Конвенции;

b ) включить в национальное законодательство положение, которое запрещает ссылаться на чрезвычайные обстоятельства или приказ вышестоящего начальника или государственной власти в оправдание пыток;

с) уважать принцип, провозглашенный в статье 3 Конвенции, в том числе в случаях высылки и возвращения иностранцев, и принять меры к тому, чтобы обжалование решений о высылке со ссылкой на угрозу применения пыток в стране назначения автоматически приостанавливало процедуру высылки. Отмечая, что соответствующие лица высылаются и возвращаются исключительно во Францию, Комитет напоминает о том, что государство-участник должно обеспечить, чтобы не было произведено ни одной высылки в третью страну, где может возникнуть угроза применения пыток;

d ) гарантировать право содержащихся под стражей лиц иметь доступ к адвокату по их выбору и информировать своих родственников в первые часы задержания;

е) регламентировать использование журналов регистрации в полицейских участках согласно соответствующим международным документам, в частности Своду принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме;

f ) обеспечить контроль за обращением с заключенными в пенитенциарных учреждениях Франции и условиями их содержания;

g ) рассмотреть вопрос о ратификации Факультативного протокола к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, превентивные цели которого имеют очень важное значение.

119. Комитет рекомендует широко распространить в стране настоящие выводы и рекомендации, а также краткие отчеты о заседаниях, посвященных рассмотрению второго периодического доклада государства-участника.

120. Комитет просит государство-участник представить ему через год информацию о том, какие меры оно приняло для выполнения рекомендаций Комитета, содержащихся выше в подпунктах с), d) и f ) пункта 118.

121. Учитывая, что второй периодический доклад Монако охватывает также третий доклад, подлежавший представлению 4 января 2001 года, Комитет просит государство-участник представить свои четвертый и пятый доклады в одном документе 4 января 2009 года.

МАРОККО*

122.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Марокко (САТ/С/66/Add.1 и Corr.1), а также дополнительную устную информацию, представленную делегацией государства-участника, на своих 577, 580 и 598-м заседаниях (CAT/C/SR.577, 580 и 589), состоявшихся 12, 13 и 20 ноября 2003 года, и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

123.Комитет с удовлетворением воспринял представление Марокко третьего периодического доклада, в котором приведена подробная информация о принятых за период после рассмотрения второго периодического доклада в 1999 году мерах по осуществлению Конвенции, а также устно представленную марокканской делегацией полезную информацию о мерах по выполнению Конвенции, которые были приняты после представления 23 марта 2003 года третьего доклада государства-участника. Комитет выражает делегации Марокко признательность за состоявшийся откровенный и конструктивный диалог.

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/31/2.

124.Третий доклад был представлен с некоторым опозданием, поскольку он был запланирован на 2002 год. Доклад не в полной мере отвечал руководящим принципам, касающимся формы и содержания периодических докладов, поскольку, в частности, в нем отсутствовала часть, посвященная реализации выводов и рекомендаций ранее сформулированных Комитетом.

В. Позитивные аспекты

125.Комитет отмечает следующие новые позитивные тенденции:

а)заявление делегации государства-участника о намерении исполнительной власти самого высокого уровня, а также законодательной власти осуществлять положения Конвенции, которые имеют прямое применение в Марокко, принимать организационно-структурные, нормативные и просветительские меры в консультации с национальными и международными ассоциациями и развивать техническое сотрудничество в области прав человека с Программой развития Организации Объединенных Наций (ПРООН), Управлением Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по правам человека (УВКПЧ) и неправительственными организациями (НПО); эта политическая воля нашла также свое выражение в освобождении политических заключенных, в том числе группы заключенных из 56 человек, выпущенных на свободу в ноябре 2002 года, и в выплате компенсации потерпевшим;

b)расширение мандата Консультативного совета по правам человека (КСПЧ), учреждение поста "посредника", диван-аль-мадхалим, на которого возложено рассмотрение сообщенных ему случаев нарушения прав человека и представление компетентным органам власти соответствующих предложений и рекомендаций; создание Фонда Мохаммеда VI по реинтеграции заключенных, который возглавляет сам король; создание Центра документации, информации и просвещения по вопросам прав человека; реформа пенитенциарной системы, в частности осуществление мер в интересах лиц, подвергаемых любым формам задержания или заключения, в том числе в интересах несовершеннолетних, содержащихся в центрах охраны детства, и осуществление мер, гарантирующих медицинское обслуживание и возможности получения образования для задержанных и заключенных;

с)кардинальная реформа соответствующего законодательства, начатая государством-участником, в частности пересмотр таких документов, как Уголовно-процессуальный кодекс и проект пересмотра Уголовного кодекса в консультации с КСПЧ и ассоциациями, работающими в области прав человека, в частности в том, что касается утверждения принципа презумпции невиновности, права на справедливое судебное разбирательство, права на обжалование судебных решений и учета специфических потребностей женщин и несовершеннолетних;

d)значительные усилия по развитию системы подготовки кадров и образования в области прав человека, в частности организация Центром документации, информации и образования в области прав человека учебных курсов для административных сотрудников пенитенциарной системы и специалистов, занимающихся вопросами тюремной и судебной медицины;

е)предоставление представителям национальных независимых неправительственных организаций возможностей посещения задержанных и заключенных;

f)выплата компенсаций по рекомендациям учрежденной при КСПЧ Независимой арбитражной комиссии жертвам насильственных исчезновений и произвольных задержаний, а также их законным представителям в порядке возмещения нанесенного материального и морального ущерба;

g)заверения в том, что государство-участник примет меры в связи с рекомендациями Комитета и выраженной им озабоченностью.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

126.Обеспокоенность Комитета вызывают следующие вопросы:

а)отсутствие информации о всестороннем применении статьи 2 Конвенции, в частности в отношении предусмотренных в подпунктах 2 и 3 случаев, которые касаются исключительных обстоятельств и приказов вышестоящего начальника или государственной власти как основания для освобождения от уголовной ответственности;

b)имевшее место после рассмотрения второго периодического доклада значительное увеличение как в уголовном законодательстве в целом, так и в законе о борьбе с терроризмом максимального срока задержания, т.е. периода, когда опасность применения пыток особенно велика;

с)отсутствие в период задержания гарантий обеспечения задержанным права на безотлагательный и надлежащий доступ к адвокату и врачу, а также к кому-либо из родственников;

d)увеличение, по некоторым сведениям, числа арестов по политическим мотивам за рассматриваемый период, а также рост общего числа задержанных и заключенных, включая политических заключенных, и увеличение числа утверждений о применении пыток и жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов наказания и обращения сотрудниками Департамента территориального надзора (ДТН);

е)отсутствие информации о принятых судебными, административными и иными органами власти мерах, касающихся жалоб, расследований, обвинений, разбирательств и приговоров в отношении лиц, виновных в применении пыток, в частности в случаях применения пыток, подтвержденных Независимой арбитражной комиссией, в целях выплаты компенсации материального и морального ущерба, причиненного лицам, ставшим жертвами незаконного исчезновения и задержания, и их родственникам;

f)применение к актам пыток сроков исковой давности, предусмотренных в общем праве, что лишает потерпевших права на не имеющее исковой давности возбуждение судебного расследования;

g)отсутствие в уголовном законодательстве положения о запрещении использования любых полученных вследствие применения пытки показаний в качестве доказательств в рамках судебного разбирательства;

h)общее число лиц, умерших в заключении;

i) переполненность тюрем, наличие сообщений о драках и насилии между заключенными.

D. Рекомендации

127. Комитет рекомендует государству-участнику:

a) в рамках текущего пересмотра Уголовного кодекса предусмотреть возможность включения в него определения пытки, полностью соответствующего положениям статей 1-4 Конвенции;

b) в рамках текущего пересмотра Уголовного кодекса четко запретить любые акты пыток, даже в исключительных обстоятельствах или по приказу вышестоящего начальника или государственной власти;

c) ограничить до минимума продолжительность срока содержания под стражей в полиции и гарантировать задержанным право на безотлагательный доступ к адвокату, врачу и кому ‑либо из родственников;

d) включить в Уголовно-процессуальный кодекс положения, дающие любому лицу, ставшему жертвой пыток, не имеющее срока давности право возбудить судебное расследование в отношении любого лица, виновного в применении пытки;

e) принять все необходимые меры с тем, чтобы положить конец безнаказанности государственных служащих, ответственных за применение пыток и жесткого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения;

f ) следить за тем, чтобы все утверждения о применении пыток и жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения в срочном порядке становились предметом беспристрастных и всесторонних расследований, в частности утверждения о случаях и ситуациях, подтвержденных Независимой арбитражной комиссией, и утверждений, свидетельствующих о причастности сотрудников Департамента территориального надзора (ДТН) к применению пыток; следить за тем, чтобы к виновным применялись надлежащие санкции и жертвам выплачивались справедливые компенсации;

g ) проинформировать Комитет о результатах беспристрастных расследований, проведенных в связи со всеми случаями смерти находящихся под стражей лиц, задержанных или заключенных, в частности теми случаями, которые, как утверждается, стали результатом применения пыток;

h ) в рамках текущего пересмотра Уголовного кодекса включить в него положение о запрещении использования в качестве доказательств в ходе судебного разбирательства любых показаний, полученных под пыткой, как это предусмотрено в статье 15 Конвенции;

i ) снять оговорку к статье 20 и сделать заявления, предусмотренные в статьях 21 и 22 Конвенции;

j ) посвятить отдельную часть своего следующего периодического доклада принятым мерам по реализации выводов и рекомендаций, сформулированных Комитетом;

k ) включить в свой следующий периодический доклад статистическую информацию, в разбивке, в частности, по видам правонарушений, возрасту и полу жертв и категориям преступников, о жалобах на применение пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания со стороны государственных служащих, а также о всех расследованиях, обвинениях и уголовных и дисциплинарных наказаниях в связи с указанными жалобами. Государству-участнику следует также представить информацию о результатах любых имевших место проверок всех мест содержания под стражей и о принятых органами власти мерах в целях решения проблем переполненности тюрем и в отношении утверждений о фактах насилия между заключенными.

128. Комитет рекомендует широко распространить в стране на соответствующих языках настоящие выводы и рекомендации, а также краткие отчеты о заседаниях, посвященных рассмотрению третьего периодического доклада государства-участника.

129. Комитет просит государство-участник представить ему в течение одного года информацию о принятых им мерах по осуществлению рекомендаций Комитета, изложенных выше в подпунктах с), f) и g) пункта 127.

НОВАЯ ЗЕЛАНДИЯ*

130.Комитет рассмотрел третий периодический доклад Новой Зеландии (CAT/C/49/Add.3) на своих 604, 607 и 616-м заседаниях, состоявшихся 11, 12 и 19 мая 2004 года (CAT/C/SR.604, 607 и 616), и принял следующие выводы и рекомендации.

А. Введение

131.Комитет приветствует третий периодический доклад Новой Зеландии, который был подготовлен в соответствии с принятыми Комитетом руководящими принципами. Вместе с тем он отмечает, что доклад был представлен с трехлетним опозданием.

132.Комитет дает высокую оценку дополнительно представленной в письменной и устной форме информации, а также приветствует присутствие высокопоставленной делегации, что подтверждает стремление государства-участника поддерживать открытый и плодотворный диалог с Комитетом.

В. Позитивные аспекты

133.Комитет с удовлетворением отмечает:

а)принятие в 1999 году Закона об экстрадиции в соответствии с высказанными ранее Комитетом рекомендациями;

b)сотрудничество с Управлением Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев и стремление выполнять его руководящие принципы и рекомендации;

с)тот факт, что Центр по приему беженцев в Манджере можно считать скорее открытым центром, чем местом содержания под стражей;

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/32/4.

d)процедуру оказания правовой помощи задержанным полицией лицам, которая обеспечивает этим лицам бесплатное получение правовой консультативной помощи;

е)законодательные и административные изменения, которые способствуют более эффективному соблюдению положений Конвенции, в частности Протокол 2000 года, заключенный между Департаментом пенитенциарных учреждений и Управлением омбудсмена, поправку 1998 года к Закону о взаимной помощи в связи с уголовно-процессуальными действиями и Закон 2000 года о международных преступлениях и Международном уголовном суде;

f)меры, принимаемые для повышения эффективности и укрепления независимости Органа по рассмотрению жалоб на действия полиции;

g)усилия, прилагаемые для развития позитивных отношений между полицией и маори;

h)усилия, прилагаемые в целях строительства новых помещений для размещения детей, молодежи и семей;

i)текущую разработку национального плана действий в области прав человека Комиссией по правам человека;

j)объявление о намерении снять оговорки к Конвенции против пыток и к Конвенции о правах ребенка, а также ратифицировать Факультативный протокол к Конвенции против пыток.

С. Вопросы, вызывающие озабоченность

134.Озабоченность Комитета вызывают следующие моменты:

а)тот факт, что законодательство об иммиграции не закрепляет предусмотренное в статье 3 Конвенции обязательство в отношении недопустимости принудительного возвращения;

b)значительное снижение доли просителей убежища, которые сразу же после прибытия получают неограниченную свободу передвижения, а также содержание в предварительном заключении ряда просителей убежища вместе с другими задержанными лицами;

c)заключения об угрозе безопасности в соответствии с Законом об иммиграции, что может привести к нарушениям статьи 3 Конвенции, поскольку власти могут высылать или депортировать любое лицо, которое, как они считают, угрожает национальной безопасности, без подробно мотивированных причин, либо к разглашению конфиденциальной информации о соответствующем лице; ограниченность возможностей для эффективного обжалования; и тот факт, что министр иммиграции обязан решать в течение трех рабочих дней вопрос о целесообразности высылки или депортации соответствующего лица;

d)случаи продолжительной недобровольной изоляции в период содержания под стражей (помещение в одиночную камеру), что, при определенных обстоятельствах, может быть равносильно действиям, запрещенным в статье 16 Конвенции;

e)установление низкого возрастного порога для привлечения к уголовной ответственности и тот факт, что иногда несовершеннолетние не содержатся раздельно от взрослых заключенных и их размещают в полицейских камерах вследствие нехватки специальных помещений для детей, молодежи и семей;

f)выводы омбудсмена относительно расследований предполагаемого жестокого обращения тюремных служащих с заключенными, в частности относительно нежелания оперативно рассматривать такие утверждения, а также качество, беспристрастность и объективность расследований.

D . Рекомендации

135. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) закрепить в его законодательстве об иммиграции обязательство о недопущении принудительного возвращения, упомянутое в статье 3 Конвенции против пыток, и изучить вопрос о введении единой процедуры определения статуса беженца, в рамках которой вначале рассматриваются основания для признания этого статуса, определенные в Конвенции 1951 года о статусе беженцев, а затем анализируются любые иные мотивы для обеспечения современных форм защиты, в частности в соответствии со статьей 3 Конвенции против пыток;

b ) обеспечить, чтобы при любых обстоятельствах борьба с терроризмом не приводила к нарушениям положений Конвенции и к возникновению неоправданных трудностей для просителей убежища, а также установить предельный срок для содержания под стражей и ограничений, применяемых в отношении просителей убежища;

c ) незамедлительно принять меры для пересмотра законодательства, касающегося заключений об угрозе безопасности, с тем чтобы можно было эффективно обжаловать решения о задержании, высылке или депортации соответствующих лиц, продлить время, предоставляемое министру иммиграции для принятия решений, и обеспечить всестороннее соблюдение статьи 3 Конвенции;

d ) сократить продолжительность и улучшить условия недобровольной изоляции (содержания в одиночной камере), которая может быть применена в отношении просителей убежища, заключенных и других задержанных лиц;

e ) выполнить рекомендации, высказанные Комитетом по правам ребенка ( CRC / C /15/ Add .216, пункты 30 и 50);

f ) представить информацию о результатах стратегии развития, направленной на обеспечение того, чтобы несовершеннолетние не подвергались произвольным обыскам;

g ) провести расследование событий, связанных с решением Высокого суда по делу Тауноа и др.;

h ) проинформировать Комитет о результатах мер, принятых в ответ на обеспокоенность, выраженную омбудсменом относительно расследования случаев жестокого обращения тюремного персонала с заключенными.

136. Комитет приветствует намерение государства-участника ратифицировать Конвенцию 1954 года о статусе апатридов и Конвенцию о сокращении безгражданства и рекомендует ему оперативно ратифицировать эти документы.

137. Комитет рекомендует государству-участнику широко распространить выводы и рекомендации Комитета на соответствующих языках с помощью официальных вебсайтов, средств массовой информации и неправительственных организаций.

138. Комитет просит государство-участник представить в течение года информацию о принятии мер по реализации рекомендаций Комитета, содержащихся в пунктах 7 b ), c ), d ) и h ) выше.

139. С учетом того, что третий периодический доклад включает также четвертый периодический доклад, подлежавший представлению 8 января 2003 года, Комитет просит государство-участника представить его пятый периодический доклад 8 января 2007 года.

ЙЕМЕН*

140.Комитет рассмотрел первоначальный доклад Йемена (CAT/С/16/Add.10) на своих 583‑м и 586‑м заседаниях, состоявшихся 17 и 18 ноября 2003 года (CAT/C/SR.583 и 586), и принял нижеследующие выводы и рекомендации.

А. Введение

141.Комитет приветствует первоначальный доклад Йемена и возможность начать диалог с государством-участником. Вместе с тем он сожалеет, что доклад, который должен был быть представлен 4 декабря 1992 года, был представлен почти 10 лет спустя.

142.Доклад, который содержит обширную информацию о правовых положениях, но при этом не затрагивает вопросов практического применения Конвенции или связанных с этим трудностей, не полностью соответствует руководящим принципам Комитета в отношении подготовки периодических докладов. Комитет приветствует готовность делегации вступить в откровенный и открытый диалог.

B . Позитивные аспекты

143.Комитет приветствует предпринимаемые государством‑участником усилия по реформированию его правовой системы, пересмотру законодательства и поощрению демократических ценностей, включая:

а)создание министерства по правам человека в 2003 году в целях поощрения и обеспечения соблюдения прав человека, включая рассмотрение индивидуальных жалоб;

b)предоставление многочисленным неправительственным организациям возможности беспрепятственно действовать на территории страны;

с)положения принятых законов о защите прав человека, включая, например, статью 149 Конституции; статью 6 Уголовно-процессуального кодекса № 3 от 1994 года; статью 21 Кодекса о воинских преступлениях и наказаниях 1998 года; статью 9 Закона о службе полиции № 15/2000; статью 35 Уголовного кодекса; и ратификацию посредством Закона № 36 от 1983 года Арабской конвенции о судебном сотрудничестве;

d)провозглашенное государством-участником намерение ратифицировать Римский статут Международного уголовного суда и меры, принятые в этом отношении на национальном уровне;

_______________

*Также опубликовано как CAT/C/CR/31/4.

e)ратификацию основных договоров по правам человека и включение положений этих международных договоров во внутреннее законодательство;

f)образование и подготовку в области прав человека и готовность государства-участника к международному сотрудничеству, как это отражено в соглашении, заключенном с Управлением Верховного комиссара по правам человека;

g)заверения, полученные от делегации о намерении создать специальные учреждения ("временные приюты") для приема находящихся в уязвимом положении женщин, которые отбыли сроки тюремного заключения;

h)предоставление Международному комитету Красного Креста доступа к лицам, задержанным Департаментом политической безопасности.

С. Факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции

144.Комитет, которому известно о трудностях, с которыми сталкивается государство-участник в своей давней борьбе с терроризмом, напоминает, что никакие исключительные обстоятельства не могут использоваться для оправдания пыток. Он, в частности, подчеркивает, что реакция государства-участника на подобные угрозы должна соответствовать положениям пункта 2 статьи 2 Конвенции и не выходить за рамки резолюции 1373 (2001) Совета Безопасности.

D . Вопросы, вызывающие озабоченность

145.Комитет выражает озабоченность по поводу следующего:

а)отсутствия всеобъемлющего определения пытки в национальном законодательстве согласно статье 1 Конвенции;

b)характера некоторых уголовных наказаний, в частности порки и ампутации конечностей, которые могут нарушать положения Конвенции;

c)сообщений о нередко используемой практике содержания заключенных без связи с внешним миром сотрудниками Департамента политической безопасности, включая случаи массовых арестов и содержания под стражей в течение длительных периодов времени без суда;

d)непредоставления на практике задержанным лицам возможности встретиться с адвокатом, врачом по своему выбору или родственниками с момента задержания;

e)очевидного отсутствия своевременного, беспристрастного и полномасштабного расследования многочисленных утверждений о пытках и нарушениях статьи 16 Конвенции и непринятия мер по судебному преследованию предполагаемых нарушителей;

f)сообщений о случаях депортации иностранцев без предоставления им возможности в законодательном порядке оспорить применение этих мер, что в случае подтверждения данных сообщений может нарушать обязательства, налагаемые статьей 3 Конвенции;

g)непредставления государством-участником подробной информации об условиях компенсации и реабилитации жертв жестокого обращения со стороны государства;

h)положения женщин, которые отбыли свой срок тюремного заключения, но при этом остаются в тюрьме в течение продолжительных периодов времени;

i)Комитет обеспокоен низким минимальным возрастом наступления уголовной ответственности и содержанием несовершеннолетних правонарушителей, начиная с 7‑летнего возраста, в специализированных больницах или в учреждениях социальной защиты.

E . Рекомендации

146. Комитет рекомендует государству-участнику:

а) принять определение пытки, которое охватывало бы все элементы этого понятия, содержащиеся в статье 1 Конвенции, и соответствующим образом изменить национальное уголовное законодательство;

b ) принять все необходимые меры для обеспечения того, чтобы уголовные наказания полностью соответствовали положениям Конвенции;

c) обеспечить, чтобы все задерживаемые лица незамедлительно получали доступ к врачу и адвокату, а также имели возможность связаться со своими семьями на всех этапах задержания и чтобы лица, задержанные Департаментом политической безопасности, получали незамедлительный доступ к судьям;

d) принять все необходимые меры для ликвидации де-факто системы содержания под стражей без связи с внешним миром;

e) принять незамедлительные меры для обеспечения того, чтобы аресты и задержания проводились под независимым и беспристрастным судебным надзором;

f) обеспечить, чтобы все меры по борьбе в терроризмом принимались в полном соответствии с Конвенцией;

g) обеспечить, чтобы выдворение, принудительное возвращение или экстрадиция того или иного лица в другое государство осуществлялись в соответствии со статьей 3 Конвенции;

h) принять меры для создания эффективной, надежной и независимой системы рассмотрения жалоб для проведения своевременных и беспристрастных расследований утверждений о жестоком обращении или пытках со стороны полиции и других государственных должностных лиц и для наказания виновных;

i ) активизировать усилия по уменьшению числа случаев пыток или других видов жестокого обращения со стороны полиции и других государственных должностных лиц и собирать данные для контроля над такими случаями;

j ) обеспечить право жертв пыток на справедливую и адекватную компенсацию со стороны государства и создать программы для физической и психологической реабилитации жертв;

k ) продолжать и расширять усилия по созданию "временных приютов" для женщин, с тем чтобы ликвидировать практику их нахождения в тюрьме по истечении срока заключения;

l) пересмотреть минимальный возраст наступления уголовной ответственности и обеспечить, чтобы все учреждения по обеспечению защиты и другие места содержания под стражей отвечали международным нормам отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, включая нормы, закрепленные в Конвенции;

m ) рассмотреть возможность сделать заявления в соответствии со статьями 21 и 22 Конвенции и ратифицировать Факультативный протокол к Конвенции;

n ) проводить консультации с Управлением Верховного комиссара по правам человека, независимыми правозащитными механизмами и страновыми программами Организации Объединенных Наций для разработки надлежащих программ в области образования и подготовки кадров, в частности по вопросам процессов подготовки докладов органам Организации Объединенных Наций по правам человека, и программ, направленных на обеспечение соблюдения запрета пыток и жестокого обращения.

147. Комитет рекомендует государству-участнику, чтобы его следующий доклад соответствовал руководящим принципам Комитета в отношении представления докладов и, в частности, включал:

а) подробную информацию о практическом осуществлении его законодательства и рекомендаций Комитета;

b ) подробные статистические данные - в разбивке по совершенным преступлениям, географическим районам, этническим группам и признаку пола ‑ о жалобах на акты пыток и жестокого обращения, предположительно совершенные сотрудниками правоохранительных органов, а также о проведенных в этой связи расследованиях, судебном преследовании виновных и применении уголовных и дисциплинарных наказаний.

148. Комитет рекомендует государству-участнику обеспечить широкое распространение представленных Йеменом докладов Комитету и выводов и рекомендаций Комитета на соответствующих языках через официальные вебсайты, средства массовой информации и неправительственные организации.

149. Комитет предлагает делегации представить дополнительную письменную информацию по вопросам, которые были затронуты в ходе диалога и остались без ответа.

150. Комитет просит государство-участник представить в течение года информацию о действиях, предпринятых им в ответ на рекомендации Комитета, которые изложены в подпунктах d) и f) пункта 146 выше.

Примечание

1Официальные отчеты Генеральной Ассамблеи, пятьдесят восьмая сессия, Дополнение № 48 (А/58/48), пункты 93-100.

IV . ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОМИТЕТА В СООТВЕТСТВИИ

СО СТАТЬЕЙ 20 КОНВЕНЦИИ

А. Общая информация

151.В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Конвенции, если Комитет получает достоверную информацию, которая, по его мнению, содержит вполне обоснованные данные о систематическом применении пыток на территории какого-либо государства-участника, Комитет предлагает этому государству-участнику сотрудничать в рассмотрении этой информации и с этой целью представить свои замечания в отношении данной информации.

152.Согласно правилу 69 правил процедуры Комитета Генеральный секретарь доводит до сведения Комитета информацию, которая представлена или считается представленной для рассмотрения Комитетом в соответствии с пунктом 1 статьи 20 Конвенции.

153.Комитет не принимает никакую информацию, если она касается государства-участника, которое в соответствии с пунктом 1 статьи 28 Конвенции при ратификации Конвенции или присоединении к ней заявило, что оно не признает компетенцию Комитета, предусмотренную в статье 20, если только это государство-участник впоследствии не сняло свою оговорку в соответствии с пунктом 2 статьи 28 Конвенции.

154.В течение отчетного периода продолжалась работа Комитета по статье 20 Конвенции. В соответствии с положениями статьи 20 и правилами 72 и 73 правил процедуры все документы и материалы Комитета, касающиеся его деятельности по статье 20 Конвенции, носят конфиденциальный характер и все заседания, посвященные его деятельности во исполнение этой статьи, являются закрытыми. Вместе с тем в соответствии с пунктом 5 статьи 20 Конвенции после консультаций с соответствующим государством-участником Комитет может принять решение о включении краткого отчета о результатах этой работы в свой годовой доклад, который представляется государствам-участникам и Генеральной Ассамблее. Ниже приводится такой краткий отчет, касающийся Сербии и Черногории.

155.В рамках последующих мер Комитет на своей тридцать первой сессии назначил одного из своих членов, г-на Расмуссена, осуществить деятельность в целях поощрения государств-участников, в отношении которых проводилось расследование с публикацией его итогов, к принятию мер по выполнению рекомендаций Комитета. Г-н Расмуссен установил контакты с этими государствами для получения информации о принятых ими мерах.

B . Краткий отчет о результатах расследования, касающегося

Сербии и Черногории

I. ВВЕДЕНИЕ

156.19 декабря 1997 года базирующаяся в Белграде неправительственная организация "Центр гуманитарного права" (ЦГП) представила Комитету материалы, содержащие утверждения о систематическом применении пыток на территории Сербии и Черногории, и обратилась к Комитету с просьбой изучить положение дел в соответствии со статьей 20 Конвенции. В мае 1998 года Комитет предложил ЦГП представить дополнительную информацию, подтверждающую относящиеся к делу факты. В ноябре 1998 года полученная от ЦГП информация была передана государству-участнику с просьбой представить свои замечания. Учитывая сложившуюся в стране на тот момент политическую ситуацию, Комитет решил отложить рассмотрение этого вопроса. В мае 2000 года Комитет принял решение вновь обратиться к государству-участнику с просьбой о представлении замечаний в ответ на выдвинутые утверждения. Замечания были в конечном итоге представлены 23 августа 2000 года.

157.В ноябре 2000 года Комитет постановил провести конфиденциальное расследование, принимая во внимание, что информация, которой он располагает, содержит достоверные признаки систематического применения в стране пыток. В то же время Комитет обратился к правительству с просьбой дать разрешение на прибытие членов Комитета, которым было поручено провести расследование. Правительство согласилось на такое посещение, которое состоялось в период с 8 по 19 июля 2002 года.

II. ПОСЕЩЕНИЕ СЕРБИИ И ЧЕРНОГОРИИ В ПЕРИОД

С 8 ПО 19 ИЮЛЯ 2002 ГОДА

158.В составе группы, посетившей страну, находились Питер Бернс, Андреас Мавромматис и Оле Расмунсен. Члены Комитета посетили Белград, где они встречались с министром иностранных дел, представителями федерального министерства юстиции, заместителем министра юстиции Сербии, министром внутренних дел Сербии и его старшим личным секретарем, государственным прокурором Сербии, директором службы пенитенциарных заведений Сербии, членами Верховного суда Сербии, председателем белградского окружного суда, начальником департамента общественной безопасности (начальник полиции) министерства внутренних дел Сербии, высшим военным прокурором и координатором Комиссии по установлению истины и примирению. Они также встретились с представителями Миссии Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Сербии и Черногории, Совета Европы и неправительственных организаций (НПО). Члены Комитета также побывали в Нови-Пазаре, где встретились с окружным прокурором и представителями НПО. Кроме того, они посетили несколько полицейских участков и тюрем в Белграде и других частях Сербии.

159.Помимо этого члены Комитета побывали в Подгорице (Черногория), где имели встречи с исполняющим обязанности министра иностранных дел и заместителем премьер-министра, министром юстиции, заместителем министра внутренних дел и государственным прокурором. Во время пребывания в Черногории они также встретились с представителями НПО и посетили два полицейских участка и тюрьму в Спуже (см. раздел V ниже). Учитывая то, что территория Косово не подконтрольна югославским властям с момента создания там в 1999 году Миссии Организации Объединенных Наций (МООНВАК), Комитет счел, что включение Косово в программу посещения нецелесообразно.

160.Центральные и республиканские власти выступали в поддержку этого посещения и активно сотрудничали с прибывшей группой. Члены Комитета без предварительного предупреждения посещали тюрьмы и места содержания под стражей и проводили частные беседы с заключенными. Сложности встретились только в связи с проведением бесед с лицами, находящимися в предварительном заключении. Согласно закону, санкция на такие беседы должна выдаваться соответствующими следователями, и это правило распространяется на всех, кто желает встретиться с лицами, находящимися в местах предварительного заключения. К сожалению, членам Комитета не сообщили об этом требовании до их прибытия в страну. В конечном итоге необходимая санкция была получена. Однако члены Комитета желали бы, чтобы все необходимые приготовления были предприняты государством-участником заранее, так как это позволило бы избежать сбоев в программе работы.

III . ВЫВОДЫ КОМИТЕТА В ОТНОШЕНИИ СЕРБИИ

161.Факт широкомасштабного применения пыток при режиме президента Слободана Милошевича был во многих случаях документально подтвержден национальными и международными НПО, а также специальными докладчиками - как докладчиками Комиссии по правам человека по вопросу о положении в области прав человека на территории бывшей Югославии, так и ОБСЕ. До и в ходе своей поездки в Сербию члены Комитета заслушали прямые свидетельские показания и получили информацию из правительственных и неправительственных источников, подтверждавшие достоверность сведений, содержавшихся в вышеупомянутых докладах, и вывод о систематическом применении пыток - главным образом по политическим мотивам - при режиме Милошевича. Досье Комитета содержит обширную информацию по этому вопросу, выдержки из которой были переданы государству-участнику.

162.Информация, собранная членами Комитета во время посещения Сербии и Черногории, свидетельствует о том, что с октября 2000 года при новом политическом режиме произошли огромные перемены с точки зрения характера и частоты применения пыток. Их выводы на этот счет основаны главным образом на свидетельских показаниях находящихся на свободе лиц, которые утверждали, что подвергались пыткам или грубому обращению, заключенных, НПО, тюремных врачей, сотрудников правоохранительных органов, государственных чиновников и судей.

А. Информация, полученная из бесед с предполагаемыми жертвами

и при посещении мест лишения свободы

163.Члены Комитета опросили двух находящихся на свободе лиц, утверждавших, что они подвергались пыткам в период нахождения под стражей. Они также в частном порядке провели собеседование с 40 лицами, лишенными свободы. Для бесед выбирались те, кто в числе последних поступил в проинспектированные места содержания под стражей. Некоторые из них были отобраны по результатам изучения записей в имевшихся в посещавшихся заведениях медицинских картах за последние перед посещением месяцы. Десять человек из тех, с кем проводилось собеседование, заявили, что были подвергнуты обращению, которое, по мнению членов Комитета, может подпадать под определение пытки, содержащееся в статье 1 Конвенции.

164.В каждой тюрьме и в каждом полицейском участке, где побывали члены Комитета, они ознакомились с учетными книгами, записи в которых в целом велись неплохо. В полицейских участках они осмотрели комнаты для допросов и камеры, в которых содержатся задержанные лица. Хотя в задачи посещения не входило изучение физических условий содержания заключенных, в чем-то эти условия не могли не поразить членов группы. Так, например, в большинстве полицейских участков в камерах отсутствовало освещение, вентиляция, мебель и приемлемое санитарное оборудование1. Что касается условий содержания в тюрьмах, то, как отметили члены Комитета, на ежедневные прогулки лицам, содержащимся в предварительном заключении, выделяется слишком короткое время (около получаса). В остальное время заключенные содержатся в камерах, не имея возможности заниматься какой-либо содержательной деятельностью. Некоторых даже подолгу содержат в одиночных камерах. Кроме того, в стране, по‑видимому, не существует системы контроля за условиями содержания под стражей со стороны независимых экспертов. Заключенные, желающие подать жалобу, могут обратиться только в министерство юстиции. От Хельсинкского комитета по правам человека, представителям которого недавно было разрешено посетить некоторые тюрьмы, члены Комитета узнали, что такие жалобы в основном остаются без ответа.

165.В целом у членов Комитета сложилось впечатление, что положение в тюрьмах с октября 2000 года значительно улучшилось и что власти успешно пересматривают правила поведения работников соответствующих заведений, сохраняя в штате только тех из них, кто обязуется вести себя надлежащим образом. Это впечатление было подтверждено свидетельскими показаниями самих заключенных.

1. Тюрьмы

Центральная тюрьма Белграда

166.Один из членов Комитета, обладающий опытом медицинской работы, изучил медицинские карты 70 лиц, содержащихся в предварительном заключении по делам, рассматривавшимся белградским окружным судом. Записи в 55 из изученных карт не содержали каких-либо признаков жестокого обращения или физического насилия со стороны полиции. В остальных 15 картах (21%) были отмечены жалобы заключенных на избиение полицейскими. В шести случаях (примерно 9% от общего числа изученных карт) проводившим осмотр врачом были обнаружены и зафиксированы следы повреждений на теле. Кроме того, как заявил членам Комитета тюремный врач, по поступлении в место предварительного заключения около одной трети заключенных имели телесные повреждения, которые тем не менее не обязательно являлись следствием жестокого обращения со стороны полиции. У тех заключенных (около 10%), кто жаловался на избиение полицейскими, телесные повреждения в основном носили легкий характер (например, кровоподтеки). Во всех случаях жалобы заключенных были отражены в их медицинских картах. Кроме того, врач сообщил, что ему не известны случаи избиения заключенных тюремными надзирателями, хотя в прошлом такое случалось нередко.

167.Помимо этого, члены Комитета провели беседы с 21 лицом, содержавшимся в предварительном заключении; некоторые из них были выбраны по результатам изучения медицинских карт. Всем из них были предъявлены обвинения в общеуголовных преступлениях. Девять из них сообщили, что подверглись избиению или иным видам пыток со стороны полицейских, пытавшихся добиться от них признательных показаний.

Тюрьма в Сремска-Митровице

168.В крупнейшей в стране тюрьме в Сремска Митровице, где содержатся более 1 000 заключенных, члены Комитета были проинформированы о том, что новой администрацией тюрьмы осуществлены обширные нововведения. До конца 2000 года по получившим огласку случаям жестокого обращения меры дисциплинарного воздействия в отношении тех, кто был признан виновным в таких действиях, не принимались. Однако, как заявил директор, все вызывавшие нарекания надзиратели были переведены на другое место работы. С тех пор не было отмечено ни одного конфликта между заключенными и персоналом тюрьмы или случая насилия между заключенными. Тюремный врач подтвердил, что в этой тюрьме не было случаев пыток или жестокого обращения.

169.В этой тюрьме были проведены беседы с пятью заключенными, ни один из которых не сообщил о применении к нему пыток до прибытия в тюрьму или во время заключения. По словам четырех из них, положение полностью изменилось за последние два года после прибытия нового директора и отстранения некоторых надзирателей. Один из заключенных, содержавшийся в штрафном изоляторе после покушения на побег, не сообщал о каком-либо жестоком обращении со стороны тюремного персонала.

Женское пенитенциарное учреждение в Пожареваце

170.Были проведены индивидуальные беседы с шестью заключенными в закрытой зоне тюрьмы. Никто из этих заключенных не жаловался на пытки или жестокое обращение со стороны полицейских или тюремных надзирателей. В открытой и полузакрытой зонах группа заключенных сообщила, что им известны случаи жестокого обращения в прошлом. Однако нынешнее положение они назвали очень хорошим. Одна из заключенных сообщила об инциденте, когда надзиратель в ярости ударил ее по кисти руки, когда она работала в поле. Как стало известно, этот надзиратель был временно отстранен от работы, и в настоящее время по этому делу ведется дисциплинарное разбирательство. Тюремный врач подтвердила, что ей не известно ни об одном случае пыток или жестокого обращения за последние три года.

Военная тюрьма Белграда

171.В этой тюрьме беседа была проведена с одним заключенным. Он был арестован по обвинению в дезертирстве. Он не сообщал о пытках или жестоком обращении.

Полицейские участки

172.Члены Комитета посетили девять полицейских участков ‑ на улицах Божидура Адзие, Раковицкой, Воздовацкой, Палилулской, 29‑го ноября, Стариградской и Милана Ракича в Белграде, главный полицейский участок Смередево и центральный полицейский участок в Нови‑Саде. В момент посещения в участке на Воздовацкой улице находились два задержанных, на улице Милана Ракича ‑ один и в смередевском участке ‑ еще один задержанный. Никто из них не жаловался на пытки или жестокое обращение. В полицейском участке на улице 29‑го ноября под стражей содержался лишь один пожилой человек, который также не сообщил о жестоком обращении. Один из членов Комитета разговаривал с двумя лицами (предположительно незаконными иммигрантами), которые ожидали привода в суд в связи с совершенными ими мелкими правонарушениями; они сообщили, что с ними обращаются хорошо.

В. Информация, представленная неправительственными организациями

173.Представителями НПО, с которыми встретились члены Комитета, была представлена информация о случаях применения пыток, о которых им стало известно от предполагаемых жертв. По их мнению, после смены правительства не отмечалось массовых нарушений права на свободу от пыток. Вместе с тем озабоченность продолжает вызывать распространенность случаев чрезмерного применения силы сотрудниками правоохранительных органов при исполнении служебных обязанностей. По мнению этих представителей, предстоит еще немало сделать для подготовки сотрудников правоохранительных органов в вопросах прав человека и провести дальнейшие кадровые перемены в полиции, с тем чтобы однозначно порвать с практикой, применявшейся прежним режимом, и восстановить среди общественности доверие к правоохранительным органам. Они сообщили, что пытки часто применяются в качестве средства принуждения к даче показаний. Однако во многих случаях применение пыток объясняется менталитетом полицейских, для которых чрезмерное применение силы всегда являлось атрибутом их повседневной работы. Кроме того, как подчеркнули представители НПО, после смены правительства лишь немногие из тех, кто, предположительно, участвовал в применении пыток при прежнем режиме, стали объектом разбирательства или судебного преследования.

174.ЦГП представил информацию о 12 отдельных случаях, имевших место с 1 декабря 2000 года по март 2002 года, в ходе которых в общей сложности пострадал 21 человек. Согласно сообщениям, эти инциденты произошли в Белграде, Смедерево, Бечее (Воеводина), Прешево, Нови‑Саде, Смедеревска‑Паланке, Србобране (Воеводина), Владичин‑Хане, Крагуеваце и Бачка‑Паланке. Все жертвы утверждают, что были жестоко избиты; один из пострадавших сообщил, что был подвергнут электрошоку, а другому из них, страдающему астмой, не было позволено воспользоваться ингалятором, когда в полицейском участке с ним случился сильный приступ астмы. Шестеро из предположительных жертв были рома.

175.Югославский комитет юристов в защиту прав человека представил информацию о 16 случаях, все из которых, за исключением четырех, имели место в Сербии после 5 октября 2000 года. В сообщениях говорилось о жестоком избиении дубинками, о нанесении ударов по ступням ног, неоказании медицинской помощи жертвам, находившимся без сознания, сексуальных надругательствах (возможно, даже об изнасиловании) и произведении выстрелов у головы. Согласно сообщениям, все это происходило либо на улице, либо в ходе допроса в полицейских участках. В одном случае жертва, предположительно, была избита тюремными надзирателями, а в другом - солдатами. Инциденты имели место, в частности, в Белграде, Лесковаце, Тутине, Сьенице (оба пункта находятся в Санджаке), Сурдулице, Прокупле и Вране.

176.Согласно информации Центра по правам меньшинств - НПО, которая следит за положением рома, - это меньшинство является особой мишенью для насилия со стороны полиции; Центр проиллюстрировал это на ряде примеров, которые включены в доклад, озаглавленный "Нарушения прав рома в Сербии"2. Уже после завершения поездки информация была получена и от других НПО, включая Лесковацкий комитет по правам человека, Санджакский комитет по правам человека и свободам и Буяновацкий комитет по правам человека. В информации говорилось об инцидентах, имевших место в большинстве районов Сербии.

С. Сведения, полученные от государственных должностных лиц

177.Практически все государственные должностные лица, с которыми контактировали члены Комитета, признавали, что пытки широко практиковались при прежнем режиме. Вместе с тем они утверждали, что при новом правительстве положение коренным образом изменилось - особенно в том, что касается отношения полиции.

178.По словам министра внутренних дел, пытки более не применяются полицией. После октября 2000 года был отмечен ряд случаев чрезмерного применения силы, однако в этой связи были приняты соответствующие меры. К их числу относится проведение дисциплинарного, а при необходимости и уголовного расследования и отстранение подозреваемых от работы на время разбирательства. Министр также сказал, что в министерстве была произведена смена всех сотрудников старшего звена и что процесс обновления персонала почти завершен во всех территориальных общинах. По всей Сербии сменилось почти две трети начальников полицейских участков.

179.Директор по вопросам пенитенциарных учреждений в министерстве юстиции сказал, что с практикой пыток в тюрьмах покончено. Этого удалось достичь главным образом путем замены начальников тюрем и их заместителей. Было уволено немало работников тюрем, а многим из них были предъявлены обвинения в уголовных преступлениях. Однако он не представил статистических данных о том, скольких лиц это коснулось. Случаи чрезмерного применения силы тюремными надзирателями встречаются теперь нечасто и обычно заканчиваются увольнением виновных. По этим делам в министерстве также не нашлось статистических данных. Все заключенные по поступлении в тюрьму проходят медицинский осмотр. Если они утверждают, что были подвергнуты пыткам или жестокому обращению со стороны полиции, эта информация фиксируется в их медицинской карте и открыта для ознакомления с ней следователям. Он признал, что в стране не существует системы контроля за тюрьмами со стороны независимого органа. Поэтому он ранее предложил Хельсинкскому комитету по правам человека инспектировать тюрьмы. Впрочем предпринимаются усилия по созданию системы контроля с участием экспертов, неподведомственных министерству.

D. Правовые гарантии предупреждения пыток и жестокого обращения

180.Новый Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), вступивший в силу 28 марта 2002 года, включает значительные усовершенствования, касающиеся порядка действия правоохранительных органов на этапе предварительного заключения, по сравнению с прежним кодексом. Некоторые из этих усовершенствований имеют прямое отношение к предупреждению пыток; речь идет, например, о предельных сроках содержания того или иного лица под стражей в полиции и о праве на помощь адвоката. Однако УПК не распространяется на лиц, задержанных по подозрению в совершении мелких правонарушений. Согласно закону о мелких правонарушениях, полиция может задержать подозреваемых на срок до 24 часов, до того как они предстанут перед судьей. Во время содержания под стражей в полиции подозреваемые не имеют права обращаться за помощью к адвокату. Члены Комитета отметили, что совершение мелкого правонарушения часто приводится в качестве причины содержания под стражей в полицейских участках. Согласно информации, представленной им министерством внутренних дел, в период с января по июнь 2002 года было задержано 1 918 человек и лишены свободы 1 865 человек. Из них только за нарушения общественного порядка под стражей в полиции содержались 1 104 человека. Судя по этим статистическим данным, представляется, что предусматриваемая новым УПК защита, включая право на обращение за помощью к адвокату, не распространяется на широкий круг лиц, задерживаемых полицией.

181.Общее положение о праве на помощь адвоката зафиксировано в статье 5 УПК, согласно которой лицо, лишенное свободы, должно быть незамедлительно проинформировано о праве на помощь адвоката по своему выбору и праве требовать извещения членов его семьи или других близких ему лиц о своем задержании.

182.В статье 226 УПК предусматривается, что в процессе сбора информации то или иное лицо может быть вызвано в полицию, но не может подвергаться допросу в течение более четырех часов. Получение информации от граждан силой недопустимо. Лицу, давшему показания, должен быть зачитан официальный протокол или запись о представленных сведениях. Это лицо может выдвинуть возражения, и полицейские органы обязаны отметить это в официальном протоколе или записях. В той же статье говорится, что в процессе сбора полицией информации лицо, которое по веским причинам подозревают в совершении уголовного правонарушения, может быть вызвано для дачи показаний в качестве подозреваемого; в повестке должно указываться, что подозреваемый имеет право на помощь адвоката. Если в процессе сбора информации сотрудники полиции убеждаются в том, что вызванное повесткой лицо является подозреваемым, они немедленно информируют его о вменяемом ему в вину уголовном правонарушении и о его праве на помощь адвоката, который должен присутствовать при дальнейшем допросе, а также о том, что оно не обязано отвечать на задаваемые ему вопросы в отсутствие адвоката. В статье 226 также предусматривается, что при проведении допроса подозреваемого сотрудники полиции уведомляют об этом прокурора, который может присутствовать при допросе.

183.В соответствии со статьей 5 УПК лицо, задержанное без судебного ордера, должно быть немедленно направлено к следователю. В пункте 3 статьи 227 говорится о том, что, если лицо, лишенное свободы, содержится под стражей более восьми часов в силу непреодолимых обстоятельств, уполномоченный сотрудник полиции обязан объяснить причины задержки в заявлении, подлежащем представлению следователю. Кроме того, в статье 229 говорится, что лицо, лишенное свободы, не может удерживаться полицией для целей снятия показаний более 48 часов до момента, когда оно предстает перед судьей3.

184.Информация, полученная членами Комитета, как представляется, свидетельствует о том, что вышеупомянутые принципы в целом соблюдаются в случаях, когда УПК применим. Тем не менее в течение 48-часового периода до момента, когда подозреваемый предстает перед судьей, или до того, как ему предоставляется возможность обратиться к адвокату, пытки, похоже, все еще применяются. Иногда подозреваемый лишается возможности пригласить адвоката или не имеет знакомых адвокатов и в этом случае вынужден согласиться на кандидатуру из списка, предлагаемого полицией. В ряде таких случаев, изученных членами Комитета, предполагаемые жертвы жаловались на то, что роль адвоката сводилась к формальности и что он игнорировал факт жестокого обращения с его подзащитным.

185.Некоторые должностные лица, с которыми встречались члены Комитета, утверждали, что у полиции нет резона добывать признательные показания под угрозой насилия, поскольку такие признания не могут использоваться в качестве доказательства при судебном разбирательстве. По этому вопросу статья 89 УПК гласит, что применять силу с целью добиться от обвиняемого показаний или признания запрещено и что в случае несоблюдения этого положения решение суда не может быть основано на таких показаниях или признаниях. Тем не менее члены Комитета считают, что, даже если обвинительный приговор не может быть основан исключительно на признательных показаниях, полиция все же использует добытые от задержанных лиц сведения для завершения следствия. Кстати, некоторые из сотрудников полиции, опрошенные членами Комитета при посещении полицейских участков, заявили, что не располагают современным оборудованием для ведения уголовного следствия и вынуждены полагаться на весьма рудиментарные средства.

186.В ходе беседы с членами Комитета государственный прокурор обратил внимание на предпринимаемые усилия по изменению менталитета полицейских. Он считает, что такое изменение должно идти рука об руку с перестройкой кадрового состава и предпринимаемой в настоящее время внутренней реорганизацией полицейских сил. Должен быть пересмотрен и подход полиции к сбору доказательств. Полицейские должны осознать, что доказательства преступления могут быть получены только законным путем. Это очень важно для прокуратуры, поскольку в рамках правовой системы Югославии прокуроры не наделены правом руководства полицейским следствием и не могут давать указания полиции о путях сбора доказательств.

187.Необходимость изменения менталитета полицейских была подчеркнута многими собеседниками, а также в опубликованном ОБСЕ в октябре 2001 года докладе под названием "Исследование по вопросу о полицейской деятельности в Союзной Республике Югославии". Как указывается в этом докладе, "причина, по которой так часто применяется сила, оказывается сопротивление и возникают обиды, состоит в том, что полицейские не только не соблюдают профессиональный кодекс поведения, но и не понимают, что соблюдать его ‑ их долг. Представляется, что в отсутствие этического кодекса или принципов ведения полицейской деятельности это неудовлетворительное положение наблюдается повсюду в Югославии. В силу этого предлагается охватить все полицейские силы Югославии широкой программой обучения сотрудников полиции вопросам прав человека, причем эта программа должна быть жизненной и практически увязанной с оперативной работой полиции"4.

Е. Проведение расследований и наказание виновных в применении пыток

1. Дисциплинарные разбирательства

188.Начальник службы общественной безопасности по Сербии, отвечающий в министерстве внутренних дел за внутренний надзор за деятельностью полиции, пояснил членам Комитета, что в каждом региональном управлении полиции имеется подразделение внутреннего контроля, сотрудники которого отслеживают и контролируют работу каждого полицейского. Если в такое подразделение из любого источника поступает информация о неправомерных действиях полицейских, оно может возбудить расследование и передать дело в соответствующий дисциплинарный трибунал, создаваемый министерством. Меры дисциплинарного воздействия включают снижение месячного оклада до 30% на срок от одного до шести месяцев и перевод на определенное время в более низкооплачиваемую категорию работников. В качестве крайней меры соответствующий полицейский может быть уволен с работы. Дисциплинарное разбирательство может проводиться независимо от возможного уголовного преследования. Позднее министерство проинформировало членов Комитета о том, что в период с января по июнь 2002 года на действия полиции были поданы 392 жалобы, причем в 43 случаях жалобы были сочтены обоснованными и по ним было возбуждено дисциплинарное разбирательство. Однако в этой информации не было указано, в скольких из этих жалоб говорилось о применении пыток или жестоком обращении и были ли возбуждены уголовные дела.

189.Члены Комитета отмечают, что согласно указу о распределении дисциплинарных обязанностей в министерстве внутренних дел5, который определяет порядок проведения внутреннего дисциплинарного разбирательства, решение о проведении такого разбирательства принимается непосредственным начальником сотрудника, на которого подана жалоба. Начальник определяет, имеются ли основания для подозрений в нарушении правил, и передает дело прокурору дисциплинарного трибунала. Такой порядок дает начальникам возможность заблокировать разбирательство в отношении сотрудников своего подразделения. Кроме того, как стало известно членам Комитета, ни декрет, ни полицейская практика не гарантируют, что пострадавшая сторона будет извещена о ходе и исходе разбирательства.

190.Что касается работы дисциплинарных трибуналов, то, как сообщают НПО, хотя полиция проявляет теперь гораздо большую готовность реагировать на жалобы и замечания правозащитных организаций, полицейские нередко пытаются отрицать факт применения пыток в том или ином конкретном случае или, если это невозможно в силу наличия убедительных доказательств (например, материалы врачебного осмотра, фотографии и свидетельские показания), общественности говорят, что дело будет расследовано, а виновные привлечены к ответственности. Однако это происходит не всегда. В серьезных случаях применения пыток дисциплинарные трибуналы, вопреки убедительным доказательствам обратного, систематически придают больше веса заявлениям полицейских, чем утверждениям их жертв. Кроме того, как кажется, были случаи, когда обвинения в применении пыток выдвигались против полицейских, входящих в состав дисциплинарных трибуналов.

191.В исследовании ОБСЕ по вопросам полицейской деятельности, о котором упоминалось выше, подчеркивается необходимость удовлетворительного для общественности контроля за качеством работы всех подразделений по внутреннему контролю, а также необходимость создания независимого органа, наделенного широкими полномочиями по контролю и принятию мер, в порядке преодоления проблем, вызывающих озабоченность общественности. В докладе далее говорится о необходимости "введения в будущем внешнего и абсолютно независимого надзора за разбирательством жалоб в полицейских органах, чтобы надлежащим образом привлекать полицейских к ответственности, но при этом отвечающий за это орган должен быть наделен широкими правами требовать представления документов, материалов и досье, имеющих отношение к жалобе, и правом руководить при необходимости дальнейшим расследованием"6.

2. Уголовные преследования

192.Члены Комитета выявили ряд недостатков в законодательстве, касающемся запрещения пыток, и в работе органов, на которые возложен разбор жалоб.

193.В своих выводах и рекомендациях по итогам рассмотрения первоначального доклада Югославии Комитет выразил озабоченность отсутствием в уголовном законе страны положения, определяющего пытки в качестве самостоятельного преступления в соответствии со статьей 1 Конвенции, и рекомендовал дословно воспроизвести определение пыток как преступления в югославском Уголовном кодексе7. Положение в этом плане не изменилось. Как следствие этого виновным в применении пыток могут быть предъявлены лишь обвинения в том или ином уголовном преступлении, например в "принуждении к даче показаний"8 или в "причинении гражданского вреда"9. Однако эти положения носят более ограничительный характер, чем определение, данное в статье 1. Так, например, в этих положениях, по всей видимости, не предусмотрены ситуации, когда пытки совершаются по подстрекательству или с ведома или молчаливого согласия официального должностного лица. Кроме того, судьи, как правило, видимо, не полностью осведомлены о международных обязательствах Югославии в области прав человека и о Конвенции в частности. Этот вывод был подтвержден членами Верховного суда Сербии, с которыми удалось побеседовать членам Комитета. По их словам, судьи зачастую узнают о таких обязательствах и о правовой практике международных органов, только когда на это им указывают соответствующие НПО.

194.В общем и целом представляется, что судьи и прокуроры предпринимают расследование только при поступлении официальной жалобы от жертвы или ее адвоката. На вопрос о реакции следователей на жалобы о применении пыток члены Верховного суда ответили, что теоретически следователи обязаны информировать прокурора о таких фактах и что решение о возбуждении преследования остается за прокурором. Вместе с тем они добавили, что на практике прокуроры принимают меры, только когда адвокат подает жалобу и предает дело огласке.

195.Бездействие прокуроров было еще более вопиющим в прошлом и в таких краях, как Косово и Санджак10. Когда члены Комитета подняли этот вопрос в беседе с государственным прокурором Сербии, особенно в связи со случаями, имевшими место до октября 2000 года, он ответил, что некоторые прокуроры занимались такими случаями, но что у него нет готовой информации об этом. Сотрудники его Бюро также занимались некоторыми военными преступлениями. Однако расследование продвигалось трудно, поскольку доказательства должны были быть представлены полицией, которая не всегда проявляла готовность к сотрудничеству11.

196.Одним из первых препятствий, с которыми сталкиваются жертвы при подаче жалоб, является оказание на них давления полицейскими, которые, стремясь удержать их от этого, угрожают выдвинуть против них свои собственные обвинения. Если жертвы все же подают жалобу, полицейские непременно выдвигают встречные обвинения в создании для сотрудника правозащитных органов препятствий в выполнении своих обязанностей (статья 213 Уголовного кодекса Сербии) или нарушении общественного порядка. Членам Комитета стало известно об одном таком случае, в котором наказание в виде четырехмесячного тюремного заключения условно за якобы создание препятствий (брань в адрес полицейских) было почти столь же суровым, как и наказание полицейского за нанесение телесных повреждений. Кроме того, не раз звучало утверждение, что жалобы полиции обычно рассматриваются весьма оперативно, в то время как жалобы жертв - очень медленно или не рассматриваются вообще. Члены Верховного суда Сербии заявили членам Комитета, что не могут ни подтвердить, ни опровергнуть это утверждение, а государственный прокурор, со своей стороны, сказал, что ему известно о таком положении дел.

197.В контексте вопроса о роли прокуратуры в проведении разбирательства по жалобам ряд собеседников, включая самого государственного прокурора, подчеркнули, что на деле полиция неподконтрольна прокуратуре в том, что касается сбора доказательств12. Члены Комитета озабочены тем, что это противоречит положениям статьи 46 УПК, согласно которым государственный прокурор имеет право требовать проведения расследования и руководить следственными действиями. Теми же положениями предусмотрено, что сотрудники полиции и других государственных органов, наделенных полномочиями расследовать дела по уголовным преступлениям, обязаны предпринимать расследование во всех случаях, когда того требует полномочный государственный прокурор.

198.По сообщениям НПО, прокуроры очень часто не возбуждают уголовного преследования по случаям применения пыток и даже не информируют предполагаемую жертву о судьбе ее жалобы. Однако такое неизвещение может служить важным препятствием для дальнейших процессуальных действий. Согласно статье 61 УПК, когда прокурор не принимает к рассмотрению жалобу с просьбой о возбуждении уголовного дела или принимает решение снять обвинение, потерпевшая сторона может выступить в роли частного обвинителя и продолжить процессуальные действия в восьмидневный срок после ее извещения о решении прокурора. Если потерпевшая сторона не получает такого извещения, установленный кодексом срок для возбуждения потерпевшей стороной уголовного дела составляет три месяца, начиная с даты отклонения жалобы или снятия обвинений. Члены Верховного суда подтвердили, что случаи неизвещения встречаются весьма часто, добавив при этом, что судьи позволяют пострадавшей стороне продолжить судебное преследование в качестве частного обвинителя даже при отсутствии извещения.

199.НПО передали информацию о некоторых случаях, когда полицейские были признаны виновными в действиях, имеющих отношение к пыткам. При этом, по их данным, в немногих случаях дело доводилось до суда и в очень редких случаях виновным в применении пыток было назначено наказание, соизмеримое с тяжестью совершенных преступлений. Виновным редко назначается наказание свыше шести месяцев тюремного заключения, причем часто наказание носит условный характер, в результате чего наказанные полицейские продолжают службу13. НПО также сообщили, что обычно полицейские не отстраняются от работы на время разбирательства. Члены Верховного суда разделяют мнение о том, что в вопросе о пытках дело редко доходит до судебного разбирательства. По словам заместителя министра юстиции Сербии, лишь в малом числе случаев жертвы пыток обращаются с жалобами, причем еще меньше дел кончается осуждением виновных. Кроме того, судьи обычно назначают весьма легкие, а иногда даже условные наказания.

200.По сообщениям НПО, очень часто судебные слушания приходится переносить - порой несколько раз в ходе рассмотрения одного и того же дела - из-за неявки обвиняемых полицейских на судебные заседания. Члены Верховного суда подтвердили эти сообщения. Вполне очевидно, что в таких случаях судьи направляют жалобу соответствующему руководителю полицейского органа, но надлежащие меры реагирования принимаются не по всем жалобам14.

201.Представители Санджакского комитета защиты прав человека рассказали членам Комитета о некоторых трудностях, с которыми они сталкиваются при подаче заявлений о возбуждении уголовного дела в связи с инцидентами, имевшими место несколькими годами ранее. По их словам, в 2001 и 2002 годах они подали 33 жалобы по инцидентам, подпадающим под действие статей 65 и 66 Уголовного кодекса Сербии, которые имели место в Санджаке главным образом в 1990-х годах. Однако расследование было проведено лишь по двум из них, в то время как по всем остальным жалобы были отклонены. Они сказали, что адвокату весьма трудно представить медицинские свидетельства, поскольку в период с 1992 по 1997 год медицинским учреждениям не разрешалось выдавать медицинские справки жертвам жестокого обращения со стороны полиции. В качестве документального подтверждения жалоб использовались главным образом свидетельские показания, имена свидетелей и фотографии. На их взгляд, окружной прокурор неверно толкует статью 65 Уголовного кодекса Сербии. Согласно его толкованию, преступление имеет место только в том случае, если вменяемые в вину действия стали причиной тяжких телесных повреждений. В качестве еще одной трудности они назвали то, что некоторые дела касались преступлений, в отношении которых применяется срок давности15.

202.Когда члены Комитета обратили внимание окружного прокурора Нови-Пазара на вышеизложенные соображения, он отметил, что крайний срок подачи жалоб по статьям 65 и 66 составляет пять лет и что поэтому по многим случаям срок давности истек. Он добавил, что, помимо 33 случаев, о которых говорилось выше, прокуратура и муниципальные судьи за прошедшее десятилетие рассматривали и многие другие дела, и обещал собрать информацию и некоторые статистические данные по этому вопросу и направить их в Комитет. Однако такая информация так и не была получена.

IV . ВЫВОДЫ КОМИТЕТА В ОТНОШЕНИИ ЧЕРНОГОРИИ

203.Из всех инцидентов, которые НПО довели до сведения Комитета после 1997 года, в Черногории произошли лишь немногие. Во время посещения черногорские НПО передали членам Комитета информацию по некоторым из случаев. По сообщению одной НПО, ее юристы подали 20 жалоб, которые на момент посещения находились на разных стадиях уголовного разбирательства. Ни один человек из тех, с кем беседовали члены Комитета, не сказал, что применение пыток в Республике носит систематический характер; это касалось как прошлого, так и настоящего.

204.Во время пребывания в Черногории члены Комитета посетили тюрьму в Спуже. В Комитет поступали сигналы о случаях пыток и грубого обращения в этой тюрьме. Директор тюрьмы пояснил, что в течение последних трех лет он проводил обширную программу реформ, предусматривавшую, в частности, обучение персонала. Немало внимания уделялось налаживанию наиболее оптимальных отношений между персоналом и заключенными. В 2002 году сообщалось всего лишь о двух случаях чрезмерного применения силы. В первом случае речь шла о заключенном, страдающем психическим расстройством, который был избит тюремным надзирателем за отказ покинуть камеру. Во втором случае речь шла о заключенном, который напал на свидетеля в суде; была предпринята попытка остановить его силой, но он в этот момент уже начал отступать. В обоих случаях надзирателям было назначено наказание в виде удержания части заработка в течение трех месяцев. Если бы в результате этих актов заключенные получили серьезные травмы, инциденты рассматривались бы в качестве физического посягательства, т.е. в качестве уголовного преступления.

205.Далее директор пояснил, что по поступлении в тюрьму все заключенные проходят медицинский осмотр. Если у них есть травмы, то это фиксируется. Доступ к медицинским картам обеспечивается адвокату заключенного, членам его семьи, министру внутренних дел и следователю. Кроме того, дежурный врач заявил членам Комитета, что лет пять назад заключенные по прибытии в тюрьму часто жаловались на пытки или жестокое обращение со стороны полиции и что порою имели место серьезные случаи. С тех пор положение во многом изменилось, хотя до сих пор некоторые заключенные сообщают об избиениях и поступают с легкими травмами. Члены Комитета ознакомились с медицинскими картами заключенных, поступивших с января 2002 года. Таких оказалось 167 мужчин и 8 женщин. Из них 39 мужчин сообщили о том, что подверглись избиению; у 24 были травмы, охарактеризованные врачами как "несерьезные", а у троих травмы носили "серьезный" характер.

206.В Спуже члены Комитета беседовали с тремя заключенными. Один из них, прибывший недавно, заявил, что полицейские избили его на глазах семьи в Берхане. В его медицинской карте было указано, что у него сломаны три ребра. Второй из опрошенных, осужденный за контрабанду наркотиков, заявил, что при аресте в 1998 году его содержали под стражей в течение трех дней, прежде чем он предстал перед судьей. Он утверждал, что в эти три дня его избивали и угрожали ему, засовывая дуло пистолета в рот, с тем чтобы заставить его дать показания о торговцах наркотиками, действующих в Черногории. До привода в суд ему не давали встретиться с адвокатом. Третий из опрошенных был арестован дня за три до приезда членов Комитета в Спуж, расположенной на югославско-венгерской границе, за попытку грабежа, а также нанесение огнестрельных ранений двум работникам бензозаправочной станции. Он утверждал, что целый день он оставался без пищи и воды, не имея возможности сходить в туалет, с руками крепко связанными за спиной.

207.В ходе поездки в Черногорию члены Комитета также посетили полицейский участок в Даниловграде, где на момент посещения заключенных не оказалось. Кроме того, они побывали в центральном полицейском участке в Подгорице, где находился один только что арестованный заключенный. Члены Комитета настаивали на проведении с ним частного собеседования, но в этом им было отказано по неизвестной причине.

208.Что касается права на подачу жалобы и на то, чтобы жалоба была рассмотрена, то положение в Черногории, по всей видимости, мало чем отличается от положения в Сербии. Очень часто жертвы, подающие жалобы, оказываются объектом уголовного преследования по обвинению в создании сотруднику правоохранительных органов препятствий в выполнении его обязанностей, а следователи не информируют прокуроров о заявлениях задержанных лиц относительно применения к ним пыток или грубого обращения. Власти Черногории все еще не признают применимости нового федерального Уголовно-процессуального кодекса в Республике и продолжают применять кодекс 1976 года, согласно которому лицо, арестованное полицией, должно быть передано в руки следователя не более чем через сутки после ареста. Однако в ряде случаев статья 196 позволяет содержать задержанного под стражей в течение 72 часов, прежде чем он получит возможность обратиться к адвокату или будет направлен к следователю. Кроме того, в уголовном кодексе Черногории отсутствует определение пыток, а содержатся положения, сходные с теми, что изложены в статьях 65 и 66 Уголовного кодекса Сербии.

209.Государственные должностные лица, с которыми встречались члены Комитета, выразили свою приверженность защите прав человека и рассказали о некоторых мерах, принимаемых правительством Черногории в этой сфере, например о проекте закона об учреждении поста омбудсмена, мерах по совершенствованию функционирования системы уголовного правосудия и реформе полиции. Они также выразили готовность сотрудничать с международными организациями. По словам заместителя министра внутренних дел, созданы телефонные службы доверия, номера которых регулярно публикуются в ежедневных газетах, с тем чтобы каждый гражданин имел возможность позвонить и обратиться с жалобой на злоупотребление полномочиями со стороны должностных лиц. Кроме того, разрабатываются программы по обучению сотрудников полиции вопросам прав человека. В 2001 году в его министерство поступило 9 жалоб на применение пыток, по которым было проведено дисциплинарное разбирательство и уволены 18 полицейских.

210.Что касается уголовного преследования, то, как заявил государственный прокурор Черногории, хотя закон и дает прокурорам право возбуждать такое преследование по долгу службы, это право использовалось лишь в исключительных случаях. Он также сказал, что его ведомство выступает за реформу, которая позволила бы государственным прокурорам осуществлять надзор за следственными действиями полиции и руководить ими.

V. ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ КОМИТЕТА

211.За время проведения расследования Комитет изучил большой объем информации из надежных источников о применении пыток в Сербии и Черногории в период до октября 2000 года. Эта информация была подтверждена свидетельскими показаниями жертв, свидетелей и государственных чиновников, данными трем посетившим страну членам Комитета. Основываясь на этой информации, Комитет пришел к выводу о том, что до октября 2000 года в Сербии систематически применялись пытки16. Кроме того, Комитет

с обеспокоенностью отметил, что при всей серьезности инцидентов не принимается никаких значимых мер по их расследованию, наказанию виновных и выплате компенсации жертвам. Тем не менее Комитет приветствовал создание Комиссии по установлению истины и примирению17, в задачу которой входит поощрение и организация расследования нарушений прав человека, а также международного и гуманитарного права и законов ведения войны, имевших место на территории бывшей Югославии, с целью установления истины и содействия общему примирению внутри Сербии и Черногории и с соседними странами. Комитет отметил, что Комиссия имеет в виду собрать как можно больше свидетельских показаний и составить список жертв при том понимании, что составление списка преступников, возможно, будет излишним, поскольку она не располагает судебными полномочиями принимать в их отношении какие-либо меры.

212.Комитет констатировал, что в отличие от положения, существовавшего в стране до октября 2000 года, при новом политическом режиме пытки, по‑видимому, стали применяться значительно реже и более не носят систематического характера18. Тем не менее со всей очевидностью выявилось, что пытки по‑прежнему имеют место, особенно в полицейских участках, и что реформа полиции и судебных органов еще не доказала своей всесторонней эффективности в плане недопущения подобной практики и наказания за нее. Чтобы покончить с безнаказанностью, носящей, по всей видимости, систематический характер, полицейское руководство, судьи и прокуроры, которые, как представляется, проявляют пассивность в искоренении практики пыток, должны инициативно бороться с этим явлением. В настоящее время впечатление таково, что их действия определяются главным образом тем, активно ли выступает общественность за принятие мер по тем или иным случаям, поданы ли частными лицами или представляющими их НПО заявления о возбуждении уголовного дела и начато ли уголовное преследование в частном порядке. Комитет хотел бы напомнить в этой связи, что государство-участник обязано, не щадя усилий, вести расследование по всем случаям, обеспечивать возмещение за причиненный ущерб или увечье и привлекать к ответственности виновных. Кроме того, согласно резолюции 827 (1993) Совета Безопасности и Уставу Международного трибунала по уголовным делам для бывшей Югославии (МТБЮ), государство-участник также обязано в полной мере сотрудничать с Трибуналом в вопросах расследования и судебного преследования лиц, обвиняемых в совершении серьезных нарушений международного гуманитарного права, включая пытки.

213.В свете приведенных выше выводов Комитет счел целесообразным принять следующие рекомендации:

а)необходимо проводить полное и беспристрастное расследование по жалобам на применение пыток государственными служащими прежнего режима, обеспечить привлечение к ответственности виновных и компенсацию жертвам. Результаты таких расследований должны предаваться гласности;

b)следует обеспечить полное сотрудничество с МТБЮ, в том числе посредством задержания и передачи ему тех лиц, которым предъявлены обвинения и которые остаются на свободе, а также посредством предоставления Трибуналу полного доступа к необходимым документам и потенциальным свидетелям;

с)Комиссия по установлению истины и примирению должна быть наделена полномочиями расследовать все сигналы о применении пыток при прежнем режиме, должна предавать гласности свои выводы и вносить рекомендации о мерах по исправлению положения, в том числе о привлечении к ответственности соответствующих лиц в тех случаях, когда это необходимо. Комиссия должна быть при необходимости наделена, полномочиями и средствами для максимально скорейшего выполнения своего мандата;

d)в законе должны быть закреплены гарантии недопущения пыток в отношении всех лиц, содержащихся под стражей в полиции, независимо от того, обвиняются ли они в серьезных преступлениях или других правонарушениях, их право уведомить свою семью и право на доступ к медицинской и правовой помощи по своему выбору;

e)государство-участник должно в полной мере обеспечить независимость судей и прокуратуры;

f)государство-участник должно принять необходимые меры, обеспечивающие этническим и религиозным меньшинствам свободу от жестокого обращения со стороны сотрудников правоохранительных органов, мотивированного дискриминацией;

g)следует создать систему контроля за условиями содержания заключенных со стороны независимых экспертов. Следует и далее допускать посещение тюрем активистами НПО;

h)определение пытки как преступления, зафиксированное в Конвенции, должно быть включено во внутреннее законодательство. Государство-участник должно помнить, что и в обычном международном праве, и в Конвенции пытки рассматриваются в качестве международного преступления. В отношении пыток, как и любого другого международного преступления, срок давности неприменим. Одновременно с этим следует провозгласить право на справедливую и адекватную компенсацию и реабилитацию в соответствии с требованиями Конвенции;

i)в соответствии со статьей 12 Конвенции прокуроры и судьи должны расследовать сигналы о применении пыток во всех случаях, когда им становится о них известно, независимо от того, подана ли жертвой официальная жалоба. В частности, каждый следователь, узнав из показаний задержанного о том, что тот был подвергнут пыткам, должен незамедлительно инициировать эффективное расследование по соответствующему делу;

j)поскольку безнаказанность, по‑видимому, превратилась в систему, расследование сообщений о пытках должно быть оперативным, беспристрастным и эффективным. Оно должно включать в качестве одного из элементов медицинский осмотр, производимый в соответствии со Стамбульским протоколом об эффективном расследовании и документировании пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания;

k)сотрудникам правоохранительных органов должны быть обеспечены все современные средства и оборудование, а также профессиональная подготовка, необходимые для эффективного проведения уголовных расследований в духе справедливости;

l)все сотрудники правоохранительных органов должны пройти обучение касающимся содержания под стражей и обращения с заключенными международным нормам, зафиксированным в Конвенции и принятом Организацией Объединенных Наций Кодексе поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка;

m)во всех тюрьмах не позднее чем через одни сутки после задержания должен проводиться медицинский осмотр всех задержанных. Документация по любому медицинскому осмотру задержанного лица должна включать: i)  изложение сделанных соответствующим лицом заявлений, имеющих отношение к медицинскому осмотру, включая его собственное описание состояния его здоровья и любые возможные утверждения о жестоком обращении; ii)  отчет об объективном состоянии здоровья по итогам тщательного осмотра; iii)  заключение врача с учетом подпунктов i) и ii). Кроме того, тому заключенному, которого это касается, и его адвокату должен быть обеспечен доступ к результатам медицинского осмотра;

n)судьи, прокуроры и адвокаты должны быть в полной мере осведомлены о международных обязательствах Сербии и Черногории в области прав человека, и особенно о зафиксированных в Конвенции;

о)государство-участник должно создать независимый механизм по расследованию всех доводимых до его сведения нарушений прав человека, когда бы они ни имели место;

р)лица, обвиненные в совершении актов пыток, должны отстраняться от работы на время расследования таких обвинений. Признанные виновными должны быть уволены с государственной службы независимо от возможности применения к ним любого другого наказания;

q)следует принять меры, обеспечивающие оперативность, независимость и эффективность работы механизмов внутреннего надзора за деятельностью полиции. В составе полицейских сил следует создать независимую службу для рассмотрения жалоб, наделенную широкими полномочиями по надзору и принятию мер;

r)государству-участнику следует разработать соответствующий порядок выплаты компенсации жертвам пыток;

s)государству-участнику следует разработать официальные программы реабилитации жертв пыток. До настоящего времени такие программы были лишь у частных организаций;

t)государству-участнику следует настоятельно призвать Республику Черногорию ввести предусмотренные новым Уголовно-процессуальным кодексом гарантии, касающиеся недопущения пыток и жестокого обращения.

VI. УТВЕРЖДЕНИЕ ДОКЛАДА КОМИТЕТОМ И ЕГО ПЕРЕДАЧА ГОСУДАРСТВУ-УЧАСТНИКУ

214.На своей двадцать девятой сессии Комитет утвердил доклад о проведенном расследовании и принял решение о его передаче государству-участнику в соответствии с пунктом 4 статьи 20 Конвенции. Комитет предложил государству-участнику в соответствии с пунктом 2 правила 83 своих правил процедуры проинформировать его о мерах, принятых в ответ на выводы и рекомендации Комитета.

VII. РЕЗЮМЕ ОТВЕТА, ДАННОГО ГОСУДАРСТВОМ-УЧАСТНИКОМ

215.13 октября 2003 года в своем сообщении Комитету государство-участник подчеркнуло большую важность рекомендаций в контексте работы по поощрению прав человека, которая будет осуществляться в соответствии с программами технической помощи, ожидаемой от Управления Верховного комиссара по правам человека, на основе меморандума о договоренности, подписанного министром иностранных дел Сербии и Черногории и Управлением Верховного комиссара.

Гарантии неприменения пыток и иных недопустимых форм наказания

216.В статье 12 Хартии прав человека и меньшинств и гражданских свобод, опубликованной в официальном вестнике Союза государств № 6/2003, предусматривается не только запрещение пыток, но и прямой запрет бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. В этом смысле Хартия представляет собой шаг вперед по сравнению с Конституцией Союзной Республики Югославии и конституциями республик Сербии и Черногории.

217.Основной уголовный закон Сербии и Черногории и уголовные кодексы входящих в состав Союза государств относят незаконное задержание, принуждение к даче показаний и грубое обращение при исполнении служебных обязанностей к основаниям для возбуждения уголовного дела. Когда в 2001 году принимались поправки к Уголовному кодексу Союзной Республики Югославии (ныне Основной уголовный закон), считалось, что международные обязательства согласно Конвенции включены в статьи 190 и 191, а также в статьи 65 и 66 Уголовного кодекса Республики Сербии и статьи 47 и 48 Уголовного кодекса Республики Черногории. Кроме того, в статье 12 Уголовно-процессуального кодекса 2001 года говорится, что любое насилие в отношении арестованного лица или лица, подвергнутого ограничению свободы, а также любое принуждение к даче обвиняемым или любым другим лицом, причастным к разбирательству, признательных или любых иных показаний запрещено и наказуемо. Упоминаются также и другие положения Кодекса, касающиеся допроса, запрета на применение силы, обязательства судов не принимать во внимание показаний, добытых под пытками, изъятия из материалов дела показаний, полученных в нарушение действующих запретов, и т.д.

218.Законы государств-участников, касающиеся исполнения уголовных наказаний, не содержат безусловного запрета на применение пыток и других подобных видов обращения. Вместе с тем в них говорится о гуманном обращении с осужденными. Государствами-участниками также приняты меры по пересмотру своего законодательства с целью гарантировать принцип независимости судов от исполнительной ветви власти. В марте 2003 года в закон о судьях Республики Сербии были внесены поправки, приводящие его в соответствие с международными нормами. Ожидается, что вскоре будут внесены изменения в Уголовный кодекс, относящие пытки к числу уголовных правонарушений.

219.Правительством Республики Черногории учреждена рабочая группа для выработки проекта уголовного закона, уголовно-процессуального закона и закона о государственном прокуроре. Планируется включить в уголовный закон положение, относящее пытки к числу уголовных правонарушений. Ожидается, что Уголовно-процессуальным кодексом будет предусмотрена проверка сделанных подозреваемыми на досудебном этапе и в ходе следствия сообщений о пытках или иных бесчеловечных видах обращения и наказания.

Предъявление обвинений и судебные процессы в период 1992-2002 годов по делам, касающимся пыток и жестокого обращения

220.С 1 января 1992 года по 30 сентября 2002 года министерством внутренних дел Республики Сербии в 32 случаях предъявлены обвинения 43 полицейским по подозрению в совершении следующих уголовных правонарушений: жестокое обращение (21 случай), незаконный арест (6 случаев), принуждение к половому сношению (3 случая), противоестественный половой акт (3 случая) в порядке злоупотребления служебным положением и принуждения к даче показаний и половой акт (1 случай), квалифицируемый по уголовной статье о принуждении к половому сношению или о противоестественном половом акте в порядке злоупотребления служебным положением. Больше всего обвинений было выдвинуто в 2001 и 2002 годах.

221.В период с 1 января 2000 года по 31 октября 2002 года гражданами было подано 4 625 жалоб на действия полиции. 523 из них были признаны обоснованными, и по ним в отношении 158 полицейских были приняты меры дисциплинарного воздействия за серьезные нарушения служебных обязанностей, а в отношении 111 - за мелкие нарушения служебных обязанностей. На период до завершения разбирательства 32 полицейских были отстранены от работы. В 10 случаях были предъявлены уголовные обвинения, а в 14 ‑ обвинения в мелких правонарушениях, и 4 полицейских были освобождены от работы по взаимному согласию. 2 929 жалоб были признаны необоснованными, а по 1 173 ведется расследование. Из рассмотренных дел (32 уголовных дела против 43 полицейских) большая часть касалась необоснованного и/или чрезмерного применения силы в качестве средства принуждения. В этих инцидентах три человека погибли, а пяти были причинены серьезные травмы. В результате судебного разбирательства 12 полицейских были приговорены к тюремному заключению сроком от 80 дней до 6 лет.

222.Против 32 полицейских были применены меры дисциплинарного воздействия. Четыре полицейских были уволены, десять ‑ оштрафованы, а пять ‑ переведены на другую работу. С двух человек обвинения были сняты. Пять были оправданы, а в отношении шести других дело еще не закрыто.

223.Помимо правовых мер, предпринятых в служебном порядке министерством внутренних дел, граждане подали непосредственно государственному прокурору 1 076 жалоб в отношении 1 578 полицейских, из которых большая часть обвиняется в уголовно наказуемом жестоком обращении при исполнении служебных обязанностей (930) с последующим принуждением к даче показания (124) и незаконным арестом. В большинстве случаев уголовное преследование было прекращено, поскольку жалобы были признаны необоснованными.

224.При вынесении решений о выплате компенсации жертвам суды стали непосредственно применять Конвенцию против пыток.

225.В Черногории в период с 1 июля 2001 года по 1 сентября 2002 года меры дисциплинарного воздействия были приняты в отношении 258 полицейских19. В последнее время акцент был сделан на регулировании и ограничении полномочий полиции, включая вопросы использования силы и применения огнестрельного оружия, арестов, обращения с задержанными и назначения адвоката при первом допросе во время содержания под стражей.

226.Что касается рекомендации Комитета против пыток по делу цыган из Даниловграда, то правительство Черногории уполномочило государственного прокурора пойти на судебное урегулирование вопроса о выплате компенсации жертвам за материальный и прочий ущерб в сумме 985 динаров.

Гарантии неприменения пыток к осужденным и задержанным лицам

227.В Сербии осужденные и задержанные лица имеют право подать жалобу директору департамента исполнения уголовных наказаний и в организационное подразделение департамента ‑ службу надзора.

228.Раз в год производится плановая инспекция каждого учреждения. Помимо сотрудников службы внутреннего надзора пенитенциарные заведения посещают представители Международного комитета Красного Креста. В период с 1999 года по декабрь 2002 года состоялось 215 таких посещений.

229.Продолжительные экономические неурядицы в стране серьезно сказались на работе учреждений по исполнению уголовных наказаний. В последние два года предпринимаются усилия по улучшению материального положения работников тюрем и стимулированию их труда. Как следствие этого наблюдается улучшение обращения с осужденными. Кроме того, предпринимаются усилия по улучшению условий содержания заключенных.

Меры по профессиональной подготовке сотрудников правоохранительных органов

230.В обоих государствах, входящих в состав Союза, проводится обучение полицейских по вопросу о недопущении пыток. В Республике Сербии ведется разработка новых законов о полиции и профессиональной подготовке полицейских; ожидается, что эти законы будут готовы для принятия осенью 2003 года. Министерство внутренних дел приняло решение об учреждении поста генерального инспектора, который будет обеспечивать соответствие процедур, определяющих деятельность полиции, требованиям закона. Производится ознакомление сотрудников министерства внутренних дел с договорами о правах человека, и в особенности с требованиями о запрещении пыток, положениями гуманитарного права и Кодексом поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка. Это ознакомление проводится в ходе обучения в полицейских училищах среднего и высшего уровня и в полицейском колледже, а также на семинарских занятиях.

231.В Республике Черногории в парламент был направлен новый проект закона о полиции. В этом законе развивается новая концепция деятельности государственной администрации и ее взаимоотношений с общественностью, которая предполагает полную транспарентность, открытость и сотрудничество. Кроме того, разрабатывается соответствующий кодекс поведения. В 2003 году состоялся ряд конференций и семинаров на тему о правах человека и полицейской деятельности. При поддержке ЦГП в интересах повышения квалификации судей, прокуроров, практикующих юристов и следователей полиции был организован специализированный курс по международному гуманитарному праву. Кроме того, состоялись семинары, посвященные вопросу об организации полицейской деятельности на уровне общин.

Сотрудничество с МТБЮ

232.Сербия и Черногория придает большое значение сотрудничеству с Трибуналом, которое осуществляется на основе закона о сотрудничестве с МТБЮ. В соответствии с этим законом был создан Национальный совет по сотрудничеству. Советом разработан порядок сотрудничества, основанный на поэтапном подходе. Примерами такого сотрудничества являются передача Трибуналу лиц, которым предъявлено обвинение, представление документов, помощь в заслушивании показаний свидетелей и подозреваемых, судебное преследование в национальных судах и принятие мер защиты. На сегодня было арестовано и передано в распоряжение Трибунала 9 человек, которым предъявлены обвинения, а 12 человек, проживавших в стране, сдались добровольно.

233.МТБЮ выдал властям 17 ордеров на арест других обвиняемых, включая бывшего лидера боснийских сербов Радована Караджича, бывшего командующего силами боснийских сербов генерала Радко Младича, бывшего военнослужащего вооруженных сил Сербии и Черногории Владимира Ковачевича, а также 14 солдат армии боснийских сербов. Многие из них были объявлены в розыск, а двое будут объявлены в розыск в ближайшем будущем. С начала 2001 года по май 2003 года Сербия и Черногория удовлетворила 99 запросов бюро прокурора МТБЮ о представлении документов. Лишь в восьми случаях бюро был получен ответ, в котором указывалось, что его запрос не может быть удовлетворен или что нужных документов в наличии нет. Кроме того, в 14 случаях запросы были удовлетворены частично, поскольку были переданы не все запрошенные документы.

234.Что касается свидетелей, то в этом отношении сотрудничество заключается в их поиске, извещении, вручении им повесток на судебные слушания и освобождении их от обязательства не разглашать секретную или закрытую информацию для целей дачи свидетельских показаний. В период с начала 2001 года по начало мая 2003 года со стороны бюро прокурора и судебной палаты поступило 115 запросов. Лишь в 10 случаях последовал ответ о том, что истребуемые лица не могут быть локализованы. Сербия и Черногория удовлетворяет и другие просьбы МТБЮ, например об организации встреч с представителями государственных органов власти, о присутствии следователей МТБЮ при эксгумации тел и т.п.

235.Помимо этого, еще несколько дел рассматривались или рассматриваются в национальных судах. В июле 2003 года был принят закон об учреждении и круге ведения соответствующих государственных инстанций в связи с уголовными делами о военных преступлениях, в том числе охватываемых статьей 5 Устава МТБЮ. Согласно этому закону, властные органы Республики Сербии вправе возбуждать уголовное дело по факту военных преступлений, совершенных на территории бывшей Югославии, независимо от гражданства преступника или жертвы. В законе предусматривается учреждение бюро Специального прокурора по военным преступлениям; назначение на этот пост уже произведено. В законе также предусматривается, что инстанцией, компетентной принимать решения по делам о военных преступлениях, является окружной суд Белграда.

VIII. ИНФОРМАЦИЯ, ПОЛУЧЕННАЯ КОМИТЕТОМ ПОСЛЕ ПОСЕЩЕНИЯ ЕГО ЧЛЕНАМИ СЕРБИИ И ЧЕРНОГОРИИ

236.В 2003 году и в начале 2004 года НПО представили Комитету информацию, в которой, в частности, сигнализировали о продолжающейся практике грубого обращения полиции с лицами, подозреваемыми в уголовных преступлениях, о неполном сотрудничестве государства-участника с МТБЮ, о недостаточно активных усилиях по судебному преследованию военных преступников в национальных судах и об ограниченности созданной в стране системы привлечения к ответственности лиц, виновных в военных преступлениях.

237.Сообщалось, в частности, что в ходе расследования убийства премьер-министра Зорана Джинджича в марте 2003 года было задержано примерно 10 000 человек. В соответствии с чрезвычайными правилами, введенными после убийства, их содержание под стражей не было санкционировано компетентной судебной инстанцией и они были лишены доступа к адвокатам или членам семей - в ряде случаев до двух месяцев. В этих сообщениях также говорилось о повсеместном жестоком обращении с задержанными, которое в ряде случаев было равносильно пыткам.

238.Кроме того, поступили сообщения о нескольких инцидентах в Сербии и Черногории, некоторые из которых не были связаны со следствием по делу об убийстве премьер-министра.

239.Комитет с озабоченностью воспринял эту информацию.

IX. ПУБЛИКАЦИЯ КРАТКОГО ОТЧЕТА

240.На своей тридцать первой сессии Комитет постановил предложить государству-участнику в соответствии с пунктом 5 статьи 20 Конвенции и правилом 84 своих правил процедуры сообщить ему свои замечания по вопросу относительно возможного опубликования краткого отчета о результатах расследования в его ежегодном докладе. 1 марта 2004 года государство-участник дало согласие на такое опубликование. На своей тридцать второй сессии Комитет одобрил краткий отчет и постановил включить его в свой годовой доклад.

Примечания

1В своем исследовании за 2001 год, посвященном деятельности полиции в Союзной Республике Югославии, ОБСЕ рекомендовала провести основательный комплексный обзор мест содержания под стражей (рекомендация № 48).

2Petar Antic; Abuses of Roma Rights in Serbia, Belgrade, 2001.

3Прежним УПК на это отводилось три дня.

4OSCE, op. cit., p. 24.

5Указ правительства Республики Сербии № 05 broj 011-5742/74 от 23 сентября 1992 года.

6OSCE, op. cit., pp. 22-23.

7Официальные отчеты Генеральной Ассамблеи, пятьдесят четвертая сессия, Дополнение № 44 (А/54/44), пункты 35-52.

8Статья 65 Уголовного кодекса Сербии гласит:

"1)Лицо, которое, действуя в официальном качестве, применяет силу или угрозы или иные запрещенные либо недопустимые средства с целью принудить подозреваемого, свидетеля, свидетеля‑эксперта или иное лицо к даче признательных или иных показаний, подлежит наказанию в виде тюремного заключения на срок от трех месяцев до пяти лет.

2)Если принуждение к даче признательных или иных показаний сопровождается жестоким насилием или влечет за собой серьезные последствия для обвиняемого по уголовному делу, виновный подлежит наказанию в виде тюремного заключения на срок не менее четырех лет".

9Статья 66 Уголовного кодекса Сербии гласит: "Лицо, которое, действуя в официальном качестве, грубо обращается с другим лицом, оскорбляет его или угрожает ему таким образом, что это унижает его человеческое достоинство, подлежит наказанию в виде в виде тюремного заключения сроком от трех месяцев до трех лет". Положения, аналогичные тем, что содержатся в статьях 65 и 66, фигурируют в статьях 190 и 191 Уголовного кодекса Югославии 1976 года.

10По сообщениям ОБСЕ, Миссия по проверке в Косово часто обращалась к сербским властям, начальникам полиции и судьям по поводу сообщений о пытках и грубом обращении. "Обычно МПК ОБСЕ давались заверения в том, что по всем случаям пыток и грубого обращения будет проведена проверка с предусмотренными законом дисциплинарными и судебными последствиями для конкретных виновных сотрудников. Принятие таких мер… было бы, однако, возможным только при предъявлении конкретных обвинений с указанием имени сотрудника и времени и места предполагаемого правонарушения. Когда представители МПК ОБСЕ задали главному прокурору Печа и председателю окружного суда Печа вопрос о том, будут ли предприняты активные следственные действия и уголовное преследование по сигналам о применении пыток и грубом обращении со стороны полиции, прокурор подтвердил это, добавив, однако, что сам он никогда не слышал о подобных случаях. Принять конкретные меры было нелегко по ряду причин: во‑первых, косовские албанцы, как, впрочем, и другие граждане, ставшие жертвой пыток или грубого обращения со стороны полиции, не верили в готовность государственных учреждений защищать их права и интересы в плане оказания правовой помощи и в конечном итоге выплаты возмещения. Во‑вторых, в большинстве случаев жертвам была неизвестна личность нарушителей, а добиться сотрудничества рядовых полицейских в усилиях по выявлению потенциальных нарушителей было практически невозможно. И в‑третьих, даже если человек ‑ чаще всего при активной поддержке местного отделения МПК ОБСЕ ‑ …подавал жалобу местному начальнику полиции, последствия для полицейского, неподобающим образом обошедшегося с подателем жалобы, были недостаточно серьезными для того, чтобы удержать его от повторения преступного акта… Почти полное безразличие судебных инстанций к таким жалобам лишь укрепляло чувство безнаказанности в полицейской среде и подталкивало полицейских к продолжению и эскалации таких нарушений прав человека". Kosovo, As Seen, As Told, p. 52.

11Государственный прокурор заявил членам Комитета, что предоставит им статистические данные о жалобах, поданных в соответствии со статьей 65 Уголовного кодекса Сербии. На момент подготовки настоящего доклада эти статистические данные еще не поступили.

12ЦГП передал Комитету информацию о деле Э.М., мусульманина из Прибоя (Санджакский регион), которого, согласно сообщениям, 19 ноября 1999 года забрали в местный полицейский участок и в течение нескольких часов избивали, пытаясь заставить ответить на вопросы о человеке, которого он не знал. 29 декабря 1999 года ЦГП подал жалобу на неизвестных сотрудников Прибойского полицейского участка, обвинив их в нанесении легких телесных повреждений. Дважды работники ЦГП обращались к городскому прокурору с просьбой выяснить личность этих сотрудников и возбудить против них уголовное дело. Прокурор ответил, что, несмотря на дважды поданное ходатайство, полицейские власти Прибоя не представили ему информации, необходимой для установления личности предполагаемых виновников.

13Согласно трудовому законодательству Сербии, лицо, приговоренное к тюремному заключению сроком до шести месяцев, может быть восстановлено в должности, которую оно занимало ранее.

14В качестве примера такого поведения можно привести дело В.К. 13 ноября 1996 года В.К. был избит сотрудниками полицейского управления Панчево; результатом избиения стали сотрясение мозга, трещина затылочной кости, перелом челюсти и носа и необратимая потеря слуха. 12 декабря 1996 года он подал жалобу, обвиняя двух полицейских в нанесении тяжких телесных повреждений. 5 марта 1997 года прокурор снял с полицейских обвинения, после чего В.К. выступил в роли частного обвинителя. На протяжении 2001 года из запланированных 12 судебных заседаний состоялись только два. Одно было отложено, поскольку судьи уехали на конференцию, а девять других - из-за неявки одного или обоих обвиняемых. (Xelsinki Committee for Human Rights in Serbia, Human Rights and Transition -Serbia 2001, 2002, pp. 63-64).

15Согласно статье 95 Уголовного кодекса Союзной Республики Югославии, в отношении преступлений, наказуемых тюремным заключением на срок от трех до пяти лет, применяется пятилетний срок давности.

16Как уже не раз указывалось, Комитет считает, что о систематической практике пыток можно говорить тогда, когда выясняется, что засвидетельствованные случаи пыток не являются единичными и характерными для какого-либо места или времени, а характеризуются повторяемостью, широким распространением и конкретной целью, по крайней мере на значительной части территории соответствующей страны. С другой стороны, пытки могут носить систематический характер, не являясь при этом следствием прямых намерений какого-либо правительства. В самом деле, применение пыток может быть обусловлено факторами, которые правительству сложно контролировать, а наличие такой практики может свидетельствовать об имеющемся разрыве между политикой, определяемой на уровне центрального правительства, и ее проведением в жизнь на уровне местной администрации. Систематический характер такой практики может также объясняться пробелами в законодательстве, открывающими возможность применения пыток.

17 Создана решением президента Республики от 29 марта 2001 года.

18Значительная часть полученной информации касается действий, которые не обязательно подпадают под определение пыток согласно статье 1, но при этом могут подпадать под статью 16 Конвенции и, следовательно, не относятся к сфере применения статьи 20.

19Сведения о характере совершенных действий отсутствуют.

V . РАССМОТРЕНИЕ ЖАЛОБ В СООТВЕТСТВИИ

СО СТАТЬЕЙ 22 КОНВЕНЦИИ

А. Общая информация

241.В соответствии со статьей 22 Конвенции лица, которые утверждают, что они являются жертвами нарушения государством-участником положений Конвенции, могут представить жалобу Комитету против пыток для рассмотрения при условии соблюдения предусмотренных в этой статье требований. 56 из 136 государств, присоединившихся к Конвенции или ратифицировавших ее, заявили, что они признают компетенцию Комитета получать и рассматривать жалобы в соответствии со статьей 22 Конвенции. Список этих государств содержится в приложении III. Комитет не вправе рассматривать какие-либо жалобы, если они касаются государства - участника Конвенции, не признавшего компетенцию Комитета, предусмотренную в статье 22 Конвенции.

242.Рассмотрение жалоб в соответствии со статьей 22 Конвенции проводится на закрытых заседаниях (пункт 6 статьи 22). Все документы, относящиеся к работе Комитета в соответствии со статьей 22, т.е. сообщения сторон и другие рабочие документы Комитета, носят конфиденциальный характер.

243.В соответствии с правилом 107 правил процедуры с целью принятия решения о приемлемости жалобы Комитет, его рабочая группа или докладчик, назначенные в соответствии с правилом 98 или пунктом 3 правила 106, удостоверяются в том, что: лицо утверждает, что оно является жертвой нарушения соответствующим государством-участником положений Конвенции; жалоба не наносит ущерба проводимому Комитетом процессу и не является явно необоснованной; жалоба не является не совместимой с положениями Конвенции; этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования; заявитель исчерпал все имеющиеся у него внутренние средства правовой защиты; период времени, истекший с момента исчерпания внутренних средств правовой защиты, не является столь неоправданно продолжительным, что это необоснованно затрудняет рассмотрение жалоб Комитетом или государством-участником.

244.В соответствии с правилом 109 правил процедуры жалоба препровождается как можно скорее после регистрации соответствующему государству-участнику с просьбой представить на нее письменный ответ в течение шести месяцев. Государство-участник включает в свой ответ объяснения или заявления, касающиеся как приемлемости жалобы, так и ее существа, а также любого средства правовой защиты, которое могло быть представлено в данном случае, если только Комитет, рабочая группа или докладчик не решат, в силу чрезвычайного характера дела, запросить ответ только в отношении вопроса о приемлемости. Государство-участник может в двухмесячный срок ходатайствовать об отклонении жалобы как неприемлемой. Комитет или Докладчик по новым жалобам и временным мерам может согласиться или не согласиться на рассмотрение вопроса о приемлемости отдельно от существа жалобы. После принятия отдельного решения о приемлемости Комитет в каждом конкретном случае устанавливает крайние сроки для представления материалов.

245.Комитет, его рабочая группа или докладчик(и) могут предложить соответствующему государству-участнику или заявителю представить дополнительную письменную информацию, разъяснения или замечания и указывают сроки для их представления. В течение сроков, установленных Комитетом, его рабочей группой или докладчиком (докладчиками) государству-участнику или заявителю может быть предоставлена возможность высказать замечания по любым материалам, полученным от другой стороны. Неполучение сообщений или замечаний обычно не должно служить причиной задержки с рассмотрением жалобы. Если государство-участник или заявитель не могут представить запрошенную информацию в установленные сроки, им настоятельно предлагается ходатайствовать о продлении такого крайнего срока. В отсутствие такого ходатайства Комитет или рабочая группа может постановить рассмотреть вопрос о приемлемости и/или существа жалобы на основании информации, имеющейся в деле. На своей тридцатой сессии Комитет постановил включать соответствующий стандартный пункт в любую вербальную ноту или сопроводительное письмо государству-участнику/заявителю с указанием крайнего срока для представления замечаний по материалам другой стороны. Этот пункт заменяет собой существовавшую ранее практику направления напоминаний, приводившую к задержкам в рассмотрении жалоб.

246.Комитет выносит решение по жалобе в свете всей информации, представленной ему заявителем и государством-участником. Выводы Комитета препровождаются сторонам (пункт 7 статьи 22 Конвенции и правило 112 правил процедуры) и доводятся до сведения широкой общественности. Текст вынесенных Комитетом решений, в которых жалобы объявляются неприемлемыми в соответствии со статьей 22 Конвенции, также предается гласности без оглашения личности заявителя, но с указанием соответствующего государства-участника.

247.В соответствии с пунктом 1 правила 115 своих правил процедуры Комитет может принять решение о включении в свой годовой доклад резюме рассмотренных сообщений. Кроме того, Комитет должен включить в свой годовой доклад текст своих решений в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

В.Временные меры защиты

248.Заявители нередко обращаются с просьбами о применении к ним превентивных мер защиты, в частности в тех случаях, когда речь идет о немедленной высылке или экстрадиции, и ссылаются в этой связи на статью 3 Конвенции. В соответствии с пунктом 1 правила 108 правил процедуры в любой момент после получения жалобы Комитет, его рабочая группа или Докладчик по новым жалобам и временным мерам могут направить соответствующему государству-участнику просьбу о том, чтобы оно приняло такие временные меры, какие Комитет считает необходимыми во избежание причинения непоправимого ущерба жертве или жертвам предполагаемых нарушений. Государство-участник должно уведомляться о том, что такая просьба не предполагает принятия решения по вопросу о приемлемости жалобы или ее существа. Докладчик по новым жалобам и временным мерам регулярно следит за выполнением направленных Комитетом просьб о временных мерах. Государство-участник может информировать Комитет о том, что причин для применения временных мер более не существует, или представить аргументы относительно того, по какой причине временные меры должны быть сняты. Докладчик, Комитет или его рабочая группа могут снять просьбу о применении временных мер.

249. Докладчик по новым жалобам и временным мерам выработал методы работы, касающиеся снятия просьб о применении временных мер. Когда обстоятельства позволяют предположить, что просьба о применении временных мер может быть изучена до рассмотрения существа жалобы, то к такой просьбе следует добавлять стандартную фразу о том, что эта просьба формулируется на основе информации, содержащейся в представлении заявителя, и что она может быть изучена по инициативе государства-участника в свете информации и замечаний, полученных от государства-участника, и каких-либо дополнительных замечаний, если таковые имеются, от заявителя.

250.И наоборот, в одном из случаев, зарегистрированных за отчетный период, заявителям было первоначально отказано в применении временных мер в отсутствие достаточной информации, которая оправдывала бы соответствующую просьбу согласно пункту 1 правила 108 правил процедуры. Однако впоследствии Докладчик по новым жалобам и временным мерам обратился к государству-участнику с просьбой не высылать заявителей в страну их происхождения с учетом представленной ими дополнительной информации.

251.За рассматриваемый период Докладчик в ряде случаев обращался к государствам-участникам с просьбой отложить высылку, депортацию или экстрадицию, с тем чтобы позволить Комитету рассмотреть жалобы в соответствии с предусмотренной Комитетом процедурой. Все запрошенные в этой связи государства-участники удовлетворили просьбу Комитета об отсрочке. В девяти случаях депортации/высылки, зарегистрированных за отчетный период, Докладчик после обстоятельного изучения представленных материалов не счел необходимым просить принятия временных мер соответствующими государствами-участниками во избежание причинения непоправимого ущерба заявителям по их возвращению в страны происхождения.

C . Ход работы

252.На момент утверждения настоящего доклада Комитет зарегистрировал 249 жалоб, касающихся 23 стран. Из них производство по 59 жалобам было прекращено, а 44 были признаны неприемлемыми. Комитет принял окончательные решения по существу в отношении 99 жалоб и в 25 из них констатировал наличие нарушений Конвенции. В общей сложности 47 жалоб оставались нерассмотренными.

253.На своей тридцать первой сессии Комитет признал одну жалобу приемлемой и подлежащей рассмотрению по существу и объявил неприемлемой жалобу № 236/2003 (А.Т.А. против Швейцарии).

254.Также на своей тридцать первой сессии Комитет принял решения по существу в отношении жалоб № 153/2000 (З.Т. против Австралии), № 186/2001 (К.К. против Швейцарии), № 187/2001 (Тхабти против Туниса), № 188/2001 (Абделли против Туниса), № 189/2001 (Лтаиеф против Туниса), № 199/2001 (Х.А. против Швеции), № 203/2002 (А.Р. против Нидерландов), № 209/2002 (М.О. против Дании), № 210/2002 (В.Р. против Дании), № 213/2002 (Э.Х.В.М. против Швеции), № 215/2002 (Х.А.Г.В. против Швеции) и № 228/2003 (Т.М. против Швеции). Тексты этих решений воспроизводятся в приложении VII к настоящему докладу.

255.В своих решениях по жалобам № 153/2000 (З.Т. против Австралии), № 186/2001 (К.К. против Швейцарии), № 203/2002 (А.Р. против Нидерландов), № 209/2002 (М.О. против Дании), № 210/2002 (В.Р. против Дании), № 213/2002 (Э.Х.В.М. против Швеции) и № 215/2002 (Х.А.Г.В. против Швеции) Комитет пришел к выводу о том, что заявители не представили доказательств того, что в случае их возвращения в страны происхождения им будет угрожать прогнозируемая, реальная и личная опасность применения пыток. В силу этого Комитет в каждом случае сделал заключение о том, что возвращение заявителей в эти страны не повлечет за собой нарушения статьи 3 Конвенции.

256.В своем решении в отношении жалобы № 199/2001 (Х.А. против Швеции) заявительница утверждала, что ее высылка в Египет подвергнет ее опасности применения пыток с учетом того, что ее муж был выслан в эту страну на основании его предполагаемого участия в террористической деятельности. Комитет пришел к выводу о том, что в свете заверений, данных принимающим государством, Египтом, относительно обращения с заявительницей и ее мужем после возвращения, а также обязательства самого государства-участника регулярно контролировать положение заявительницы посредством посещений со стороны сотрудников посольства или консульства заявительница не доказала, что ее высылка явится нарушением статьи 3 Конвенции.

257.В своем решении по жалобе № 228/2003 (Т.М. против Швеции) Комитет пришел к выводу о том, что высылка заявителя в Бангладеш, где он предположительно подвергался пыткам в качестве члена незаконной политической партии, не является нарушением статьи 3 Конвенции с учетом того обстоятельства, что со времени предполагаемой пытки прошло уже шесть лет и что политическая партия, в которой состоял заявитель, в настоящее время входит в состав правительства Бангладеш. Кроме того, Комитет объявил неприемлемыми ratione materiae утверждения о том, что возвращение заявителя подвергнет его угрозе возможного жестокого обращения в Бангладеш в нарушение статей 2 и 16 Конвенции, и отметил, что сфера действия обязательства о недопущении принудительного возвращения, закрепленного в статье 3, не распространяется на виды обращения, предусматриваемые статьей 16. Он также пришел к выводу о том, что для целей приемлемости заявитель недостаточно обосновал утверждение о том, что, несмотря на проблемы психического здоровья, высылка заявителя из Швеции нарушит статью 16 Конвенции; в этой связи он отметил, что ухудшение состояния физического или психического здоровья того или иного лица в результате депортации, как правило, недостаточно для того, чтобы представлять собой унижающее достоинство обращение по смыслу положения данной статьи, и что заявитель не представил доказательства того, что в Бангладеш ему не может быть оказана медицинская помощь.

258.В своих решениях по жалобам № 187/2001 (Тхабти против Туниса), 188/2001 (Абделли против Туниса) и 189/2001 (Лтаиеф против Туниса) Комитет пришел к выводу о том, что неспособность государства-участника расследовать подробные жалобы заявителя на применение пыток, сделанные в судебных органах в ходе судебных процессов над заявителями по обвинению в попытке государственного переворота или поддержке незаконной организации, представляет собой нарушение статей 12 и 13 Конвенции. Он подчеркнул, что содержащиеся в статье 13 обязательства быстро и беспристрастно рассматривать такие жалобы, в том числе путем проведения медицинского обследования сразу же после утверждений о жестоком обращении, не требуют официального представления жалобы на применение пыток в соответствии с процедурой, предусмотренной внутренним законодательством, равно как и наличия четко выраженного заявления о намерениях в этой связи. Одного лишь доведения жертвой соответствующих фактов до сведения государственных властей является достаточным.

259.На своей тридцать второй сессии Комитет объявил приемлемой одну жалобу, которую надлежит рассматривать по существу, и объявил неприемлемыми жалобы № 202/2002 (Х.Дж. против Дании), 225/2003 (Р.С. против Дании), 229/2002 (Х.С.В. против Швеции ) и 243/2004 (С.А. против Швеции).

260.На своей тридцать второй сессии Комитет принял решение по существу в отношении жалоб № 135/1999 (С.Г. против Нидерландов), 148/1999 (А.Х. против Австралии), 182/2001 (А.И. против Швейцарии), 183/2001 (Б.С.Ш. против Канады), 196/2002 (М.А.М. против Швеции) и 214/2002 (М.А.К. против Германии). Текст этих решений воспроизводится в приложении VII к настоящему докладу.

261.В своих решениях по жалобам № 135/1999 (С.Г. против Нидерландов), 148/1999 (А.Х. против Австралии), 182/2001 (А.И. против Швейцарии) и 196/2002 (М.А.М против Швеции) Комитет пришел к выводу о том, что заявители не продемонстрировали того, что по возвращении в страны происхождения им будет угрожать там прогнозируемая, реальная и личная опасность подвергнуться пыткам. Поэтому в каждом случае Комитет сделал вывод о том, что высылка заявителей в эти страны не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции.

262.В своем решении по жалобе № 183/2001 (Б.С.Ш. против Канады) Комитет пришел к выводу о том, что депортация заявителя в Индию через 13 лет, после того как он предположительно был подвергнут пыткам со стороны сотрудников полиции Пенджаба, не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции с учетом того, что представленные заявителем доказательства указывают всего лишь на наличие для него опасности быть подвергнутым пыткам в Пенджабе. Комитет пришел к выводу о том, что заявитель не обосновал утверждение о том, что он не сможет жить, не подвергаясь пыткам, в другой части Индии, и отметил, что, хотя переезд из Пенджаба будет связан для заявителя со значительными лишениями, тот только факт, что он, возможно, не сможет вернуться к своей семье и в свою родную деревню, сам по себе не равнозначен пытке по смыслу статей 1 и 3 Конвенции. Комитет объявил неприемлемой жалобу заявителя о том, что его принудительное возвращение в Индию нанесет ему серьезную психологическую травму, что явится нарушением статьи 16 Конвенции, и отметил, что, хотя депортация заявителя может явиться причиной субъективных опасений, она не является равнозначной жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению по смыслу статьи 16.

263.В деле 214/2002 (М.А.К. против Германии) заявитель, гражданин Турции курдского происхождения, ходатайствовал о повторном возбуждении процедуры предоставления убежища в Германии после того, как его первоначальное ходатайство о предоставлении убежища было отклонено окончательным решением суда Германии. Хотя внутреннее судебное разбирательство просьбы заявителя о повторном рассмотрении его ходатайства о предоставлении убежища до сих пор продолжается, Комитет объявил данную жалобу приемлемой в свете того обстоятельства, что одновременное ходатайство заявителя об издании временного постановления с отсрочкой предстоящей депортации было отклонено окончательным решением и что основное разбирательство ходатайства не имело приостанавливающего воздействия. Вместе с тем Комитет пришел к выводу о том, что депортация заявителя в Турцию не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции, поскольку он не смог подкрепить свои утверждения о прохождении подготовки в учебном лагере РПК в Нидерландах и поскольку его участие в блокировании автомагистрали, организованном сторонниками РПК в 1994 году, в связи с которым он был приговорен к тюремному заключению с отсрочкой исполнения наказания, не может быть приравнено к виду деятельности, который сделает его особенно уязвимым по отношению к опасности подвергнуться пыткам по возвращении в Турцию. В то же время Комитет приветствовал предложение государства-участника следить за положением заявителя по его возвращении в Турцию и просил его информировать Комитет о его ситуации.

D . Последующая деятельность

264.На своей двадцать восьмой сессии в мае 2002 года Комитет против пыток пересмотрел свои правила процедуры и учредил пост Докладчика по последующим мерам в связи с решениями по жалобам, представленным в соответствии со статьей 22. Комитет постановил, что Докладчик должен заниматься, в частности, следующими видами деятельности:

а)наблюдать за выполнением решений Комитета, в том числе путем направления государствам-участникам запросов о мерах, принятых ими в соответствии с решениями Комитета;

b)представлять Комитету рекомендации относительно надлежащих действий в связи с неполучением от государств ответов и получением от заявителей писем, касающихся невыполнения государствами принимаемых Комитетом решений;

с)проводить встречи с представителями государств-участников в целях содействия выполнению принимаемых Комитетом решений и определения степени необходимости или желательности оказания УВКПЧ консультативных услуг или технической помощи;

d)проводить с санкции Комитета поездки в государства-участники в рамках последующих мер;

е)заниматься подготовкой для Комитета периодических докладов о своей деятельности.

265.Докладчик по последующим мерам представил Комитету своей первый письменный доклад на его тридцать второй сессии. В этом докладе содержится информация, полученная до 3 мая 2004 года от заявителей или государств-участников по вопросу о последующих мерах в связи с рядом решений, в которых Комитет установил факт нарушения Конвенции. Представленный ниже список стран содержит краткое резюме таких решений и полученной информации о последующих мерах.

Сербия и Черногория

266.Хайризи Джемайль и др. против Югославии, дело № 161/2000, решение, принятое 21 ноября 2002 года. Данное дело касалось поджога и разрушения домов рома лицами, не принадлежащими к этой национальности, в апреле 1995 года. При этом Комитет обнаружил нарушения пункта 1 статьи 16, а также статей 12 и 13 Конвенции и рекомендовал провести надлежащее расследование этих фактов, привлечь к ответственности и наказать лиц, виновных в совершении этих актов, и предоставить заявителям средства правовой защиты, включая справедливую и адекватную компенсацию. Комитет просил государство-участник информировать его в течение 90 дней с даты препровождения ему данного решения, т.е. к 13 марта 2003 года, о мерах, принятых им в ответ на его замечания.

267.4 августа и 24 сентября 2003 года государство-участник проинформировало Комитет о том, что оно намерено предоставить заявителям компенсацию в размере 985 000 евро. 2 февраля 2004 года Докладчик направил государству-участнику письмо, выразив в нем свое удовлетворение по поводу намерения государства-участника предоставить компенсацию, но при этом напомнил о том, что для выполнения в полной мере решения Комитета государству-участнику также предлагается привлечь виновных к ответственности, и просил представить дополнительную информацию в этой связи. Аналогичная просьба была направлена представителю государства-участника, с которым Докладчик встретился 30 апреля 2004 года. 6 мая 2004 года государство-участник ответило, что оно предоставило компенсацию заявителям и что, таким образом, все обязательства, связанные с решением Комитета, правительством Черногории были выполнены.

268.Ристич против Югославии, дело № 113/1998, решение, принятое 11 мая 2001 года. Данное дело касалось непроведения расследования утверждений о предполагаемых пытках при обстоятельствах, когда причина смерти жертвы осталась неустановленной. При этом Комитет пришел к выводу о нарушениях статей 12 и 13 Конвенции и рекомендовал государству-участнику предоставить потерпевшему надлежащие средства правовой защиты. После встречи с представителем государства-участника 30 апреля 2004 года Докладчик был проинформирован о том, что 3 мая 2004 года Генеральная прокуратура в Шабаце дала указание провести эксгумацию останков Милана Ристича и новое вскрытие в целях установления того, имеются ли какие-либо новые свидетельства в пользу повторного судебного разбирательства. Эксгумация была проведена 20 апреля 2004 года и по завершении экспертизы государство-участник проинформирует Комитет о его результатах.

Швеция

269.Шедли Бен Ахмед Каруи против Швеции, дело № 185/2001, решение, принятое 8 мая 2002 года . Данное дело касалось опасности подвергнуться пыткам в случае возвращения заявителя в Тунис. Комитет сделал вывод о нарушении статьи 3 Конвенции. 11 декабря 2002 года государство-участник проинформировало Комитет о том, что заявитель и его семья подали в Апелляционный совет по делам иностранцев новое ходатайство, которое в частности, касалось предоставления им видов на жительство. В поддержку этого ходатайства была сделана ссылка на решение Комитета. 4 июня 2002 года Совет отменил решения о высылке в отношении заявителя и членов его семьи, которым впоследствии были предоставлены постоянные виды на жительство.

Тунис

270.Мбарек против Туниса, дело № 60/1996, решение, принятое 10 ноября 1999 года. Данное дело касалось непроведения расследования утверждений о предполагаемых пытках при обстоятельствах, когда причина смерти жертвы осталась неустановленной. Комитет сделал вывод о нарушениях статей 12 и 13 Конвенции и рекомендовал государству-участнику проинформировать его в течение 90 дней о мерах, принятых в ответ на высказанные им замечания. В письме от 15 апреля 2002 года государство-участник оспорило решение Комитета и данное в нем толкование фактов.

271.Тхабти против Туниса, дело № 187/2001, Абдели против Туниса, дело № 188/2001, Лтаиеф против Туниса, дело № 189/2001, решения, принятые 14 ноября 2003 года. Эти дела касались утверждений о применении пыток к заявителям. Комитет обнаружил нарушения статей 12 и 13 Конвенции и рекомендовал государству-участнику провести расследование данных утверждений и в течение 90 дней проинформировать его о принятых мерах.

272.В своем ответе от 26 марта 2004 года государство-участник оспорило решение Комитета и вновь повторило свои аргументы, приведенные во время рассмотрения жалобы. Оно утверждает, что данная жалоба является нарушением процедуры, что авторы не исчерпали внутренних средств правовой защиты и что мотивы представляющей авторов НПО не являются bona fide. Кроме того, государство-участник просило Комитет "пересмотреть" жалобу.

VI. БУДУЩИЕ СОВЕЩАНИЯ КОМИТЕТА

273.По просьбе одного из своих членов Комитет постановил, что его тридцать пятая сессия будет проведена с 14 по 25 ноября 2005 года вместо 7-18 ноября 2005 года, как это указывалось в его предыдущем годовом докладе.

VII . УТВЕРЖДЕНИЕ ГОДОВОГО ДОКЛАДА КОМИТЕТА

О СВОЕЙ РАБОТЕ

274.В соответствии со статьей 24 Конвенции Комитет представляет государствам-участникам и Генеральной Ассамблее годовой доклад о своей работе. Поскольку каждый календарный год Комитет проводит свою вторую очередную сессию в конце ноября, что совпадает с очередными сессиями Генеральной Ассамблеи, он утверждает свой годовой доклад в конце своей весенней сессии для его соответствующего препровождения Генеральной Ассамблее в течение того же календарного года. В этой связи на своем 619‑м заседании 21 мая 2004 года Комитет рассмотрел и единогласно утвердил доклад о своей работе на тридцать первой и тридцать второй сессиях.

Приложение I

ГОСУДАРСТВА, КОТОРЫЕ ПОДПИСАЛИ, РАТИФИЦИРОВАЛИ КОНВЕНЦИЮ ПРОТИВ ПЫТОК И ДРУГИХ ЖЕСТОКИХ, БЕСЧЕЛОВЕЧНЫХ ИЛИ УНИЖАЮЩИХ ДОСТОИНСТВО ВИДОВ ОБРАЩЕНИЯ И НАКАЗАНИЯ ИЛИ ПРИСОЕДИНИЛИСЬ К НЕЙ, ПО СОСТОЯНИЮ НА 21 МАЯ 2004 ГОДА

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Афганистан 4 февраля 1985 года 1 апреля 1987 года

Албания11 мая 1984 года а

Алжир26 ноября 1985 года12 сентября 1989 года

Антигуа и Барбуда19 июля 1993 года а

Аргентина 4 февраля 1985 года24 сентября 1986 года

Армения13 сентября 1993 года а

Австралия10 декабря 1985 года 8 августа 1989 года

Австрия14 марта 1985 года29 июля 1987 года

Азербайджан16 августа 1996 года а

Бахрейн 6 марта 1998 года а

Бангладеш 5 октября 1998 года а

Беларусь19 декабря 1985 года13 марта 1987 года

Бельгия 4 февраля 1985 года25 июня 1999 года

Белиз17 марта 1986 года а

Бенин12 марта 1992 года а

Боливия 4 февраля 1985 года12 апреля 1999 года

Босния и Герцеговина 6 марта 1992 года b

Ботсвана 8 сентября 2000 года 8 сентября 2000 года

Бразилия23 сентября 1985 года28 сентября 1989 года

Болгария10 июня 1986 года16 декабря 1986 года

Буркина-Фасо 4 января 1999 года а

Бурунди18 февраля 1993 года а

Камбоджа15 октября 1992 года а

Камерун19 декабря 1986 года а

Канада23 августа 1985 года24 июня 1987 года

Кабо-Верде 4 июня 1992 года а

Чад 9 июня 1995 года а

Чили23 сентября 1987 года30 сентября 1988 года

Китай12 декабря 1986 года 4 октября 1988 года

Колумбия10 апреля 1985 года 8 декабря 1987 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Коморские Острова22 сентября 2000 года

Конго30 июля 2003 года а

Коста-Рика 4 февраля 1985 года11 ноября 1993 года

Кот-д'Ивуар18 декабря 1995 года а

Хорватия 8 октября 1991 года b

Куба27 января 1986 года17 мая 1995 года

Кипр 9 октября 1985 года18 июля 1991 года

Чешская Республика 1 января 1993 года b

Демократическая

Республика Конго18 марта 1996 года а

Дания 4 февраля 1985 года27 мая 1987 года

Джибути 5 ноября 2002 года a

Доминиканская

Республика 4 февраля 1985 года

Эквадор 4 февраля 1985 года30 марта 1988 года

Египет25 июня 1986 года а

Сальвадор17 июня 1996 года а

Экваториальная Гвинея 8 октября 2002 года а

Эстония21 октября 1991 года а

Эфиопия14 марта 1994 года а

Финляндия 4 февраля 1985 года30 августа 1989 года

Франция 4 февраля 1985 года18 февраля 1986 года

Габон21 января 1986 года 8 сентября 2000 года

Гамбия23 октября 1985 года

Грузия26 октября 1994 года а

Германия13 октября 1986 года 1 октября 1990 года

Гана 7 сентября 2000 года 7 сентября 2000 года а

Греция 4 февраля 1985 года 6 октября 1988 года

Гватемала 5 января 1990 года а

Гвинея30 мая 1986 года10 октября 1989 года

Гвинея-Бисау12 сентября 2000 года

Гайана25 января 1988 года19 мая 1988 года

Святейший Престол26 июня 2002 года а

Гондурас28 ноября 1986 года 5 декабря 1996 года а

Венгрия 4 февраля 1985 года15 апреля 1987 года

Исландия23 октября 1996 года

Индия14 октября 1997 года

Индонезия23 октября 1985 года28 октября 1998 года

Ирландия28 сентября 1992 года11 апреля 2002 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Израиль22 октября 1986 года 3 октября 1991 года

Италия 4 февраля 1985 года12 января 1989 года

Япония29 июня 1999 года а

Иордания13 ноября 1991 года а

Казахстан26 августа 1998 года

Кения21 февраля 1997 года а

Кувейт 8 марта 1996 года а

Кыргызстан 5 сентября 1997 года а

Латвия14 апреля 1992 года а

Ливан 5 октября 2000 года а

Лесото12 ноября 2001 года а

Ливийская Арабская

Джамахирия16 мая 1989 года а

Лихтенштейн27 июня 1985 года 2 ноября 1990 года

Литва 1 февраля 1996 года а

Люксембург22 февраля 1985 года29 сентября 1987 года

Мадагаскар 1 октября 2001 года

Малави11 июня 1996 года а

Мальдивские Острова20 апреля 2004 года а

Мали26 февраля 1999 года a

Мальта13 сентября 1990 года а

Маврикий 9 декабря 1992 года а

Мексика18 марта 1985 года23 января 1986 года

Монако 6 декабря 1991 года а

Монголия24 января 2002 года

Марокко 8 января 1986 года21 июня 1993 года

Мозамбик14 сентября 1999 года а

Намибия28 ноября 1994 года а

Науру12 ноября 2001 года

Непал14 мая 1991 года а

Нидерланды 4 февраля 1985 года21 декабря 1988 года

Новая Зеландия 14 января 1986 года10 декабря 1989 года

Никарагуа15 апреля 1985 года

Нигер 5 октября 1998 года а

Нигерия28 июля 1988 года28 июня 2001 года

Норвегия 4 февраля 1985 года 9 июля 1986 года

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Панама22 февраля 1985 года24 августа 1987 года

Парагвай23 октября 1989 года12 марта 1990 года

Перу29 мая 1985 года 7 июля 1988 года

Филиппины18 июня 1986 года а

Польша13 января 1986 года26 июля 1989 года

Португалия 4 февраля 1985 года 9 февраля 1989 года

Катар11 января 2000 года а

Республика Корея 9 января 1995 года а

Республика Молдова28 ноября 1995 года а

Румыния18 декабря 1990 года а

Российская Федерация10 декабря 1985 года 3 марта 1987 года

Сент-Винсент и Гренадины 1 августа 2001 года а

Сан-Томе и Принсипи 6 сентября 2000 года

Саудовская Аравия23 сентября 1997 года а

Сенегал 4 февраля 1985 года21 августа 1986 года

Сербия и Черногория12 марта 2001 года b

Сейшельские Острова18 марта 1985 года 5 мая 1992 года а

Сьерра-Леоне25 апреля 2001 года

Словакия29 мая 1993 года b

Словения16 июля 1993 года а

Сомали24 января 1990 года а

Южная Африка29 января 1993 года10 декабря 1998 года

Испания 4 февраля 1985 года21 октября 1987 года

Шри-Ланка 3 января 1994 года а

Судан 4 июня 1986 года

Свазиленд26 марта 2004 года

Швеция 4 февраля 1985 года 8 января 1986 года

Швейцария 4 февраля 1985 года 2 декабря 1986 года

Таджикистан11 января 1995 года а

Бывшая югославская

Республика Македония12 декабря 1994 года b

Тимор-Лешти16 апреля 2003 года

Того25 марта 1987 года18 ноября 1987 года

Тунис26 августа 1987 года23 сентября 1988 года

Турция25 января 1988 года 2 августа 1988 года

Туркменистан25 июня 1999 года а

Уганда 3 ноября 1986 года а

Государство

Дата подписания

Дата получения ратификационной грамоты или документа о присоединении

Украина27 февраля 1986 года24 февраля 1987 года

Соединенное Королевство

Великобритании и

Северной Ирландии15 марта 1985 года 8 декабря 1988 года

Соединенные Штаты

Америки18 апреля 1988 года21 октября 1994 года

Уругвай 4 февраля 1985 года24 октября 1986 года

Узбекистан28 сентября 1995 года а

Венесуэла15 февраля 1985 года29 июля 1991 года

Йемен 5 ноября 1991 года а

Замбия 7 октября 1998 года а

________________________

aПрисоединение.

bПравопреемство.

Приложение II

ГОСУДАРСТВА-УЧАСТНИКИ, КОТОРЫЕ ПРИ РАТИФИКАЦИИ ИЛИ ПРИСОЕДИНЕНИИ ЗАЯВИЛИ, ЧТО ОНИ НЕ ПРИЗНАЮТ КОМПЕТЕНЦИЮ КОМИТЕТА, ПРЕДУСМОТРЕННУЮ СТАТЬЕЙ 20 КОНВЕНЦИИ, ПО СОСТОЯНИЮ НА 21 МАЯ 2004 ГОДА a

Афганистан

Китай

Экваториальная Гвинея

Израиль

Кувейт

Марокко

Саудовская Аравия

_____________________

aВсего семь государств-участников.

Приложение III

ГОСУДАРСТВА-УЧАСТНИКИ, КОТОРЫЕ СДЕЛАЛИ ЗАЯВЛЕНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕННЫЕ СТАТЬЯМИ 21 И 22 КОНВЕНЦИИ,

ПО СОСТОЯНИЮ НА 21 МАЯ 2004 ГОДАa

Государство-участник

Дата вступления в силу

Алжир

Аргентина

Австралия

Австрия

Бельгия

Босния и Герцеговина

12 апреля 1989 года

26 июня 1987 года

29 января 1993 года

28 августа 1987 года

25 июля 1999 года

4 июня 2003 года

Болгария

Камерун

Канада

Чили

Коста-Рика

Хорватия

12 июня 1993 года

11 ноября 2000 года

24 июля 1987 года

15 марта 2004 года

27 февраля 2002 года

8 октября 1991 года

Кипр

Чешская Республика

Дания

Эквадор

Финляндия

8 апреля 1993 года

3 сентября 1996 года

26 июня 1987 года

29 апреля 1988 года

29 сентября 1989 года

Франция

Германия

Гана

Греция

Венгрия

26 июня 1987 года

19 октября 2001 года

7 октября 2000 года

5 ноября 1988 года

26 июня 1987 года

______________

aВсего 51 государство-участник.

Исландия

Ирландия

Италия

Лихтенштейн

Люксембург

22 ноября 1996 года

11 апреля 2002 года

11 февраля 1989 года

2 декабря 1990 года

29 октября 1987 года

Мальта

Монако

Нидерланды

Новая Зеландия

Норвегия

Парагвай

Перу

Польша

Португалия

Российская Федерация

Сенегал

Сербия и Черногория

Словакия

13 октября 1990 года

6 января 1992 года

20 января 1989 года

9 января 1990 года

26 июня 1987 года

29 мая 2002 года

7 июля 1988 года

12 июня 1993 года

11 марта 1989 года

1 октября 1991 года

16 октября 1996 года

12 марта 2001 года

17 апреля 1995 года

Словения

Южная Африка

Испания

Швеция

Швейцария

16 июля 1993 года

10 декабря 1998 года

20 ноября 1987 года

26 июня 1987 года

26 июня 1987 года

Того

Тунис

Турция

Уругвай

Украина

Венесуэла

18 декабря 1987 года

23 октября 1988 года

1 сентября 1988 года

26 июня 1987 года

12 сентября 2003 года

26 апреля 1994 года

Государства-участники, которые сделали только заявление, предусмотренное

статьей 21 Конвенции, по состоянию на 21 мая 2004 года

Япония

Уганда

Соединенное Королевство Великобритании и

Северной Ирландии

Соединенные Штаты Америки

29 июня 1999 года

19 декабря 2001 года

8 декабря 1988 года

21 декабря 1994 года

Государства-участники, которые сделали только заявление, предусмотренное

статьей 22 Конвенции, по состоянию на 21 мая 2004 года b

Бурунди

Азербайджан

Гватемала

10 июня 2003 года

4 февраля 2002 года

25 сентября 2003 года

Мексика

15 марта 2002 года

Сейшельские Острова

6 августа 2001 года

_______________

bЗаявление, предусмотренное статьей 22, сделали в общей сложности 56 государств‑участников.

Приложение IV

ЧЛЕНСКИЙ СОСТАВ КОМИТЕТА ПРОТИВ ПЫТОК В 2004 ГОДУ

Имя и фамилия члена Комитета

Страна гражданства

Срок полномочий истекает 31 декабря

Г-н Гибрил КАМАРАСенегал2007 года

Г‑н Сайед Кассем ЭЛЬ-МАСРИЕгипет2005 года

Г-жа Фелис ГАЕРСоединенные Штаты Америки2007 года

Г-н Клаудио ГРОССМАНЧили2007 года

Г‑н Фернандо МАРИНЬО МЕНЕНДЕСИспания2005 года

Г‑н Андреас МАВРОММАТИСКипр2007 года

Г-н Хулио ПРАДО ВАЛЬЕХОЭквадор2007 года

Г‑н Оле Ведель РАСМУССЕНДания 2005 года

Г‑н Александр М. ЯКОВЛЕВРоссийская Федерация2005 года

Г-н ЮЙ МэнцзяКитай2005 года

Приложение V

ДОКЛАДЧИКИ И ЗАМЕСТИТЕЛИ ДОКЛАДЧИКОВ ПО СТРАНАМ ПО КАЖДОМУ ИЗ ДОКЛАДОВ ГОСУДАРСТВ-УЧАСТНИКОВ, РАССМОТРЕННЫХ КОМИТЕТОМ НА ЕГО ТРИДЦАТЬ ПЕРВОЙ И ТРИДЦАТЬ ВТОРОЙ СЕССИЯХ

А. Тридцать первая сессия

Доклад

Докладчик

Заместитель

Камерун: третий периодический доклад

(CAT/C/34/Add.17)

г-н Камара

г-н Юй

Колумбия: третий периодический доклад

(CAT/C/39/Add.4)

г-н Мариньо

г-н Расмуссен

Латвия: первоначальный доклад

(CAT/C/21/Add.4)

г-н Эль-Масри

г-н Расмуссен

Литва: первоначальный доклад

(CAT/C/37/Add.5)

г-н Яковлев

г-жа Гаер

Марокко: третий периодический доклад

(CAT/C/66/Add.1)

г-н Камара

г-жа Гаер

Йемен: первоначальный доклад

(CAT/C/16/Add.10)

г-н Бёрнс

г-н Мавромматис

В. Тридцать вторая сессия

Болгария: третий периодический доклад

(CAT/C/34/Add.16)

г-жа Гаер

г-н Яковлев

Чили: третий периодический доклад

(CAT/C/39/Add.5/Corr.1)*

г-жа Гаер

г-н Расмуссен

Хорватия: третий периодический доклад

(CAT/C/54/Add.3)

г-н Расмуссен

г-н Яковлев

Чешская Республика: третий периодический доклад

(CAT/C/60/Add.1)

г-н Эль-Масри

г-н Гроссман

Германия: третий периодический доклад

(CAT/C/49/Add.4)

г-н Юй

г-н Гроссман

Монако: второй периодический доклад

(CAT/C/38/Add.2)

г-н Камара

г-н Мариньо

Новая Зеландия: третий периодический доклад

(CAT/C/49/Add.3)

г-н Мавромматис

г-н Эль-Масри

_______________

*Документ CAT/C/39/Add.14 (третий периодический доклад Чили) от 28 октября 2002 года должен иметь условное обозначение CAT/C/39/Add.5. Просьба обратить внимание на то, что исправление касается только изменения условного обозначения документа.

Приложение VI

МЕТОДЫ РАБОТЫ КОМИТЕТА ПРОТИВ ПЫТОК ПРИ РАССМОТРЕНИИ

ДОКЛАДОВ В СООТВЕТСТВИИ СО СТАТЬЕЙ 19 КОНВЕНЦИИ

Введение

1.Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания была принята в 1984 году и вступила в силу 26 июня 1987 года. На своем первом совещании, состоявшемся в Женеве в апреле 1988 года, Комитет в соответствии со статьей 18 Конвенции принял свои правила процедуры и определил свои методы работы. В силу растущего числа ратификаций и практики, сложившейся при выполнении Комитетом своих функций, ему приходится постоянно пересматривать свои правила процедуры и методы работы в целях повышения эффективности и координации своей деятельности. В последний раз поправки в существующие правила процедуры вносились в 2002 годуa.

2.В соответствии со статьей 19 Конвенции каждое государство-участник должно представлять Комитету доклады о принятых им мерах по осуществлению своих обязательств согласно Конвенции. Первоначальный доклад должен представляться в течение одного года после вступления Конвенции в силу для соответствующего государства. В дальнейшем раз в четыре года должны представляться доклады о последующих мерах, принимаемых в связи с Конвенцией (периодические доклады).

Руководящие принципы подготовки докладов государствами-участниками

3.Для оказания государствам-участникам содействия в подготовке первоначальных и периодических докладов Комитетом были утверждены руководящие принципы подготовки докладовb. Эти руководящие принципы регулярно рассматриваются Комитетом с учетом его собственного опыта и усилий по согласованию, предпринимаемых всеми органами по наблюдению за осуществлением договоров о правах человека.

4.Комитет придает большое значение включению в доклады государств-участников информации, связанной с осуществлением Конвенции де‑факто, а также с факторами и трудностями, оказывающими воздействие на такое осуществление. Комитет также приветствует подключение национальных учреждений, занимающихся вопросами защиты и поощрения прав человека, и неправительственных организаций к процессу консультаций, ведущему к подготовке докладов государствами-участниками.

Определение порядка рассмотрения докладов и составление перечней вопросов

5.На каждой сессии Комитет выбирает из числа полученных докладов те доклады, которые будут рассматриваться на его последующих двух сессиях. При осуществлении своего выбора Комитет обычно руководствуется хронологическим порядком представления, отдавая приоритет первоначальным докладам по сравнению с периодическими докладами. В то же время Комитет назначает двоих из своих членов докладчиками по каждому страновому докладу. Один член Комитета может выступать в качестве докладчика по нескольким докладам в течение одной и той же сессии.

6.На сессии, предшествующей сессии, на которой будет рассматриваться периодический доклад, Комитет составляет перечень вопросов, подлежащих направлению соответствующему государству не позднее чем за два месяца до рассмотрения доклада. Такой перечень подготавливается, в частности, на основе содержащейся в докладе информации, прошлых рекомендаций Комитета государству и информации, полученной из неправительственных источников.

7.Цель перечней вопросов состоит в том, чтобы сосредоточить диалог с государствами на вопросах, представляющих особый интерес для Комитета. Ответы на эти вопросы должны предоставляться устно в ходе рассмотрения доклада. Государство-участник по своему усмотрению может также представлять ответы в письменном виде для распространения среди членов Комитета за две недели до даты рассмотрения доклада Комитетом. Письменные ответы не переводятся. Они доводятся до сведения общественности путем помещения на вебсайте УВКПЧ на языке представления.

Рассмотрение докладов государств-участников

8.Комитет проводит две сессии в год: двухнедельную сессию в ноябре и трехнедельную сессию в мае. Для представления своих докладов на каждую сессию приглашаются от пяти до семи государств-участников.

9.Рассмотрение доклада обычно происходит в форме диалога между делегацией представившего доклад государства и Комитетом. Цель диалога состоит в том, чтобы Комитет получил более точное представление о положении в государстве-участнике с точки зрения Конвенции мог дать рекомендации относительно того, как улучшить осуществление Конвенции. В исключительных случаях Комитет может рассмотреть доклад в отсутствие представителей государства-участника, когда после получения соответствующего уведомления они не являются на заседания и не указывают при этом веских основанийc.

10.Рассмотрению доклада обычно посвящаются два открытых заседания: первое, занимающее половину дня, утреннее заседание и заседание во второй половине дня следующего дня. Первое заседание начинается с выступления представителей государства-участника, в котором они дают общую информацию, освещая, в частности, новые события, имевшие место после представления доклада, и дают ответы на ранее направленный Комитетом перечень вопросов. Такое выступление не должно занимать более 90 минут. После этого с замечаниями выступают докладчики по странам и другие члены Комитета, которые запрашивают дополнительную информацию по вопросам, требующим, по их мнению, дальнейшего разъяснения. Они также могут поднимать вопросы, которые не были упомянуты в первоначальном перечне вопросов.

11.Согласно практике Комитета, члены Комитета воздерживаются от какого-либо участия в рассмотрении докладов государств-участников, гражданами которых они являются.

12.По заседаниям, на которых рассматриваются доклады государств-участников, Информационная служба Организации Объединенных Наций незамедлительно выпускает пресс-релизы на английском и французском языках. Во время или после закрытия сессии также выпускаются краткие отчеты на английском или французском языках.

13.Поскольку официальными языками Комитета являются английский, испанский, русский и французский, на всех официальных заседаниях обеспечивается устный перевод на эти языки и с этих языков. На этих же языках также подготавливаются доклады государств-участников и другая соответствующая документация. Доклады государств-участников, представляемые на арабском и китайском языках, выпускаются в качестве официальных документов также на языке оригинала. Устный перевод на арабский и китайский языки также обеспечивается в тех случаях, когда представители соответствующего государства изъявляют желание использовать эти языки.

Выводы и рекомендации

14.После рассмотрения каждого доклада, Комитет приступает к обсуждению на закрытом заседании, на основе которого докладчики по странам составляют проекты выводов и рекомендаций. Затем проекты выводов и рекомендаций обсуждаются и принимаются на пленарном заседании, которое также является закрытым. Выводы и рекомендации составляются по стандартной форме, состоящей из краткого введения, разделов, в которых отмечаются позитивные аспекты, факторы и трудности, препятствующие осуществлению Конвенции (если таковые имеются), вопросы, вызывающие озабоченность Комитета, и рекомендации.

15.После принятия выводы и рекомендации направляются соответствующему государству-участнику и предаются гласности. Они также помещаются на вебсайте УВКПЧ. Наконец, они включаются в годовой доклад, ежегодно представляемый Комитетом Генеральной Ассамблее.

16.В ответ на выводы и рекомендации государство-участник может представить любые замечания, которые оно сочтет целесообразными. Если это государство обращается с соответствующей просьбой, Комитет может придать такие замечания гласности, издав их в качестве официального документа.

Последующая деятельность в связи с выводами и рекомендациями

17.Комитет может выделить некоторые из своих рекомендаций, в отношении осуществления которых он хотел бы получить информацию от государства-участникаd. Комитет назначает докладчика для контроля за выполнением государством-участником этих просьб.

Стратегии содействия представлению докладов государствами-участниками

18.Комитет дважды в год выпускает список просроченных докладов. Такой список включается также в годовой доклад Комитета Генеральной Ассамблее. Комитет может также направить государству-участнику напоминание относительно представления его доклада (докладов). Кроме того, Комитет в целях содействия подготовке и представлению докладов назначил двух своих членов для поддержания контактов с представителями государств, не представивших доклады.

19.В соответствии с правилом 65 своих правил процедуры Комитет может в соответствующих случаях уведомить не представившее доклад государство о своем намерении назначить на дату, указанную в уведомлении, рассмотрение мер, принятых государством-участником для защиты или осуществления прав, закрепленных в Конвенции, и может сделать такие замечания общего порядка, какие он считает целесообразными в данных обстоятельствах.

Взаимодействие со специализированными учреждениями и органами Организации Объединенных Наций и неправительственными организациями при рассмотрении докладов

20.Согласно правилу 62 своих правил процедуры, Комитет предлагает специализированным учреждениям и органам Организации Объединенных Наций, региональным межправительственным организациям и неправительственным организациям представлять ему информацию, относящуюся к деятельности Комитета в соответствии с Конвенцией.

21.Комитет придает особое значение информации, получаемой от специализированных учреждений и неправительственных организаций, поскольку такая информация зачастую является результатом непосредственного наблюдения за ситуацией внутри страны. Кроме того, эти учреждения и организации могут играть важную роль в контексте осуществления рекомендаций Комитета на национальном уровне.

22.Информация, представляемая НПО в письменной форме, доводится до сведения соответствующего государства, если нет возражений со стороны авторов. Эта практика позволяет государству-участнику лучше подготовиться к ответу на вопросы, которые могут быть заданы Комитетом на основе такой информации, и способствует диалогу. Если НПО возражает против препровождения соответствующему государству-участнику представленной ею информации, Комитет не может принимать ее во внимание в ходе диалога с этим государством.

23.Неправительственная организация во время сессии может также обратиться с просьбой о предоставлении во время сессии Комитету информации в устной форме. На таких брифингах, посвященных каждый раз лишь одной стране, присутствуют только члены Комитета.

Прочие вопросы

Сотрудничество с другими органами Организации Объединенных Наций по правам человека

24.Комитет взаимодействует с другими договорными органами по правам человека, особенно по вопросам, связанным с методами работы, посредством участия в межкомитетских совещаниях и совещаниях председателей договорных органов по правам человека. Он также ‑ непосредственно и через Секретариат ‑ осуществляет регулярные контакты с другими органами и механизмами Организации Объединенных Наций, занимающимися непосредственно вопросами пыток, например со Специальным докладчиком по вопросу о пытках Комиссии по правам человека и Советом попечителей Добровольного фонда для жертв пыток. Цель таких контактов состоит в обмене информацией, координации деятельности и недопущении дублирования.

Заявления и замечания общего порядка, принимаемые Комитетом

25.Комитет принимает заявления, для того чтобы обратить внимание на важные события и вопросы, связанные с осуществлением Конвенции, отметить их значение и разъяснить свою позицию по таким вопросам. Комитет может по своему усмотрению выступить с заявлением самостоятельно или совместно с другими органами Организации Объединенных Наций. Совместные заявления обычно выпускаются в связи с Международным днем Организации Объединенных Наций в поддержку жертв пыток.

26.Комитет может также принимать замечания общего порядка по конкретным положениям Конвенции или вопросам, связанным с их осуществлением. Так, например, в 1997 году было принято замечание общего порядка об осуществлении статьи 3 в контексте статьи 22 Конвенцииe.

Примечания

aCAT/C/3/Rev.4.

bCAT/C/4/Rev.2 в отношении первоначальных докладов и CAT/C/14/Rev.1 в отношении периодических докладов.

cПункт 2 правила 66 правил процедуры.

dПункт 1 правила 68 правил процедуры.

eА/53/44, пункт 258, или Подборка замечаний общего порядка и общих рекомендаций, принятых договорными органами по правам человека (HRI/GEN/1/Rev.6), стр. 375‑377.

ПРИЛОЖЕНИЕ VII

Решения Комитета против пыток в соответствии со статьей 22

А. Решения по существу

Сообщение № 135/1999

Представлено: С.Г. (представлен адвокатом, г‑жой Мариеттой Тиммер)

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство-участник:Нидерланды

Дата представления жалобы:19 июля 1999 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 12 мая 2004 года,

завершив рассмотрение жалобы № 135/1999, представленной Комитету против пыток С.Г. в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем, его адвокатом и государством-участником,

принимает следующее решение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции:

1.1Заявителем является С.Г., гражданин Турции, родившийся в 1965 году, который в настоящее время проживает в Нидерландах и ожидает высылки в Турцию. Он утверждает, что его принудительное возвращение в Турцию явится нарушением Нидерландами статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Он представлен адвокатом.

1.218 августа 1999 года Комитет препроводил эту жалобу государству‑участнику. В соответствии с пунктом 9 правила 108 своих правил процедуры Комитет просил государство-участник не высылать заявителя в Турцию, пока его дело находится на рассмотрении Комитета. В своей ноте от 13 октября 1999 года государство-участник сообщило о своем решении удовлетворить эту просьбу.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель является гражданином Турции курдского этнического происхождения из города Батман, расположенного в восточной части Турции. В 1993 году он стал сторонником Национального фронта освобождения Курдистана (ЕРНК) - политического крыла КРП. В 1994 году заявитель вступил в члены Народно-демократической партии (ХАДЕП). Он присутствовал на собраниях, а также собирал деньги и продовольствие для курдов, которые были вынужденыа покинуть свои деревни и переселиться в Батман.

2.219 марта 1995 года заявитель был арестован вместе с семью другими лицами, причем причины ареста не указываются, и содержался под стражей в течение 15 дней. Он утверждает, что в этот период он несколько раз подвергался пыткам, в результате которых на его спине и левой ноге остались шрамыb.

2.310 мая 1997 года заявитель был арестован четырьмя полицейскими, когда он направлялся на собрание турецкой Ассоциации прав человека (ИХД). Ему завязали глаза и вывезли в поле, где полицейские обещали его убить, если он не станет их осведомителем и не сообщит фамилии сочувствующих КРП, ЕРНК и ХАДЕП. Заявитель испугался и согласился сотрудничать с полицией, после чего он был освобожден. Впоследствии он начал скрываться и 14 мая 1997 года бежал в Стамбул. 29 мая 1997 года он вылетел из Турции в Нидерланды по фальшивому паспорту.

2.4По прибытии в Нидерланды заявитель узнал от своего отца о том, что он разыскивается властями, что дом его семьи находится под наблюдением и что полиция несколько раз допрашивала его отца с целью выяснения местопребывания его сынаc. Он также узнал, что полиция направила его отцу письменной запрос представить информацию о его местопребывании.

2.529 мая 1997 года заявитель подал ходатайство о предоставлении ему убежища в Нидерландах. Это ходатайство было отклонено статс-секретарем министерства юстиции 13 августа 1997 года. 25 августа 1997 года заявитель обратился к статс-секретарю министерства юстиции с просьбой о пересмотре этого решения, которая была отклонена 29 сентября 1997 года. Апелляция в связи с отказом статс-секретаря предоставить убежище была отклонена окружным судом Гааги 23 июля 1998 года. Впоследствии заявитель выехал из Нидерландов в Даниюd и подал ходатайство о предоставлении ему убежища в этой странеe.

2.614 февраля 1999 года заявитель покинул Данию и 15 февраля 1999 года вернулся в Нидерланды. Вскоре после этогоf он принял участие в демонстрации, которая была организована в знак протеста против действий правительства Греции, приведших к аресту Абдуллаха Оджалана, и которая завершилась тем, что приблизительно 200 курдов, в том числе и заявитель, заняли резиденцию посла Греции в Гааге. Этот захват получил широкий международный резонанс. Средства массовой информации Турции назвали этот захват "акцией КРП", а его участников - "террористами". После того, как резиденция посла была освобождена, заявитель был арестован в связи с участием в ее захвате, а 20 февраля 1999 года он был помещен в изолятор для иностранцев и впоследствии привлечен к уголовной ответственностиg.

2.723 февраля 1999 года заявитель, находясь в изоляторе для иностранцев, обратился к властям Нидерландов со вторым ходатайством о предоставлении ему убежища. 19 марта 1999 года статс-секретарь министерства юстиции вынес решение о неприемлемости ходатайства о предоставлении убежищаh. Апелляция по поводу этого решения, направленная в окружной суд Гааги, была отклонена 7 мая 1999 года.

2.8Заявитель утверждает, что, помимо захвата резиденции посла Греции в Гааге, он также участвовал в других политических мероприятиях, организованных курдами. В Нидерландах он принял участие в собраниях, которые были организованы в Гааге и Арнеме в 1997 годуi, "торжествах", состоявшихся 15 августа 1997 года в Мидделбурге, "празднике Навруз" 21 марта 1998 года в Мидделбурге, праздновании Международного дня солидарности трудящихся 1 мая 1998 года в Роттердаме и в проходивших в 1998 году в ряде голландских городов молодежных фестивалях "Мазлум Доган". В Дании он присутствовал на собраниях в Копенгагене, на которых распространялись листовки неизвестного содержания, и участвовал в том, что он называет "различными мероприятиями, связанными с арестом Абдуллаха Оджалана"j. Он также говорит о своем участии в ряде "мероприятий, организованных курдами" в Германии, Франции и Бельгии.

2.9Заявитель ссылается на общую ситуацию в области прав человека в Турции, и в частности на доклады ряда неправительственных организаций и правительств, касающиеся практики применения пыток в Турции. Он ссылается на доклады организации "Международная амнистия" и Организации по наблюдению за осуществлением прав человека, которые были опубликованы в 1999 году и в которых говорится, что пытки в Турции являются "общепринятой" и "широко распространенной" практикой. Также упоминается доклад Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания от 23 февраля 1999 года, который посвящен поездке членов этого органа в Турцию в 1997 году и в котором отмечается, что существование практики применения пыток в Турции и ее масштабы являются доказанным фактом, не вызывающим никаких сомнений. В частности, автор ссылается на опубликованный в 1999 году доклад Швейцарской ассоциации по оказанию помощи беженцам (Schweizerische Flüchtlingshilfe), в котором сообщается об "ухудшении положения в области прав человека в Турции в связи с арестом лидера КРП Абдуллаха Оджалана" и отмечается, что к группам, которые могут подвергнуться пыткам по их возвращению в Турцию, относятся члены и сочувствующие ХАДЕП, а также лица, участвующие в деятельности незаконных партий и организаций.

Жалоба

3.Заявитель утверждает, что в случае его возвращения в Турцию ему грозит опасность подвергнуться пыткам и что его высылка будет представлять собой нарушение статьи 3 Конвенции. Риск подвергнуться пыткам обусловлен, как утверждается, тем фактом, что он является молодым человеком курдского происхождения, который ранее уже подвергался пыткам в Турции, а также тем, что он участвовал в политической деятельности как внутри Турции, так и за ее пределами. В этой связи он заявляет о существовании реальной опасности того, что турецким властям известно об его участии в захвате резиденции посла Греции в Гааге.

Замечания государства-участника по вопросу о приемлемости и по существу жалобы

4.1В своей ноте от 13 октября 1999 года государство-участник сообщило, что у него нет возражений против приемлемости сообщения; его замечания по существу жалобы были изложены в ноте от 18 февраля 2000 года.

4.2Государство-участник утверждает, что высылка заявителя не явится нарушением статьи 3 Конвенции. Оно приводит описание юридических процедур подачи ходатайства о предоставлении статуса беженца в Нидерландах и процедуры рассмотрения апелляций на решения административных и судебных органов. Соответствующие правовые рамки выдачи иностранцам разрешения на въезд в страну и их высылки содержатся в Законе об иностранцах и соответствующих подзаконных актах. Иммиграционные власти проводят с лицами, просящими убежища, две беседы, при этом в рамках второй беседы основное внимание уделяется причинам, по которым соответствующее лицо покинуло страну происхождения. Беседы могут проводиться в присутствии адвоката. Проситель убежища получает копию доклада, подготавливаемого по итогам бесед, и располагает двумя днями для представления исправлений или дополнений к этому докладу. Соответствующее решение выносится сотрудником Службы иммиграции и натурализации (СИН) от имени статс-секретаря министерства юстиции. Если ходатайство отклоняется, заявитель может подать протест, и в этом случае ходатайство будет вновь рассмотрено СИН. В некоторых ситуациях эта служба должна запрашивать мнение Консультативного комитета по делам иностранцев (ККДИ). Для статс-секретаря министерства юстиции готовится рекомендация, на основе которой он выносит решение по этому протесту. В случае отклонения протеста может быть подана апелляция в окружной суд.

4.3Государство-участник напоминает, что министерство иностранных дел периодически выпускает доклады о положении в странах происхождения, которые служат подспорьем для СИН при рассмотрении ходатайств о предоставлении убежища. При составлении этих докладов министр использует публикуемые источники, а также доклады неправительственных организаций и дипломатических представительств Нидерландов. В своем докладе от 17 сентября 1999 года министр отметил, что, хотя положение в области прав человека в Турции является "безусловно неблагоприятным", расширение международной деятельности в области мониторинга привело к улучшению ситуации в ряде областей. Как указывалось в докладе, многие случаи нарушения прав человека связаны с "курдским вопросом" и сопряжены главным образом с ограничением права на свободу выражения мнения и свободу собраний. В докладе отмечалось, что курды, подвергающиеся преследованиям, в принципе могут поселиться в каких-либо других районах Турции и что в большинстве европейских стран положение, существующее в Турции, не рассматривается в качестве основания для невозвращения в эту страну лиц, которым было отказано в предоставлении убежища.

4.4Государство-участник подчеркивает, что правительство Нидерландов постоянно следит за положением в области прав человека в Турции и что в июле 1999 года высылка курдов в Турцию была приостановлена в связи с поступившими сообщениями о кончине бывшего просителя убежища, который был выслан в Турцию в апреле 1999 года. В своем письме от 8 декабря 1999 года статс-секретарь министерства юстиции заявил, что с учетом результатов исследований, проведенных министерством иностранных дел, было принято решение о возобновлении высылкиk.

4.5Что касается конкретных обстоятельств заявителя, то государство-участник кратко излагает информацию, которую заявитель представил СИН в ходе первой и второй бесед относительно его деятельности в Турции и обращения, которому он подвергся со стороны турецких властей. Оно отмечает, что в своих решениях от 13 августа и 29 сентября 1997 года статс-секретарь министерства юстиции пришел к заключению, что заявитель не является беженцем и что в случае его возвращения ему не угрожает реальная опасность подвергнуться бесчеловечному обращению по смыслу статьи 3 Европейской конвенции о защите прав человека. 23 июля 1998 года окружной суд Гааги отклонил апелляцию заявителя. Второе ходатайство заявителя о предоставлении убежища было отклонено 19 марта 1999 года, и это решение было подтверждено в рамках апелляционного производства в окружном суде Гааги 7 мая 1999 года. Государство-участник сообщает, что в результате процессуальных действий, которые автор предпринял в связи с его помещением в изолятор для иностранцев, 1 сентября 1999 года было принято решение об отмене приказа о его задержании.

4.6Государство-участник отмечает, что наличие в той или иной стране постоянной практики грубых нарушений прав человека как таковое не является достаточным основанием для вывода о том, что конкретному лицу, в случае его возвращения в эту страну, будет угрожать опасность применения пыток; должны существовать конкретные доказательства, указывающие на то, что это лицо лично подвергнется такой опасностиl. Соответствующему лицу должна угрожать реальная, предсказуемая и личная опасность подвергнуться пыткам в стране, в которую оно будет возвращеноm. С учетом докладов о положении в отдельных странах, подготовленных самим государством-участником, общая ситуация в Турции не является таковой, чтобы можно было считать, что лицам из Турции, включая курдов, угрожает общая опасность подвергнуться пыткам.

4.7Государство-участник утверждает, что политическая деятельность, которой автор, по его утверждению, занимался в Турции, не предполагает, что он станет объектом особого внимания со стороны турецких властей. Эта деятельность была несущественной по своему характеру и состояла, в частности, в сборе средств. Автор не утверждал, что он знает других членов ЕРНК и что он выполнял какие-либо специальные функции в рамках этой группы. Его участие в деятельности ХАДЕП сводилось лишь к присутствию на собраниях. Он не продемонстрировал, что в связи с этой деятельностью он был поставлен турецкими властями на специальный учет. Об этом свидетельствует тот факт, что власти, узнав в марте 1995 года о его членстве в ХАДЕП, полностью освободили его в апреле 1995 годаn.

4.8Государство-участник отмечает, что заявитель представил противоречивую информацию об обстоятельствах его ареста 10 мая 1997 года. Во‑первых, в докладах государства-участника о ситуации в стране указывается, что все местные отделения ИХД, по пути в одно из которых и был якобы арестован заявитель, были закрыты. Заявитель не смог точно сообщить, где находилось отделение ИХД. Во‑вторых, он представил противоречивую информацию о времени различных событий, происшедших в ночь на 10 мая 1997 года. Он утверждал, что находился под стражей до полуночи, а затем после двухчасовой поездки в автомобиле допрашивался еще в течение двух часов. Это не согласуется с его заявлением о том, что впоследствии в 2 час. 30 мин. утра он был доставлен в его родной город. Кроме того, государство-участник считает неправдоподобным вытекающее из сообщения автора обстоятельство, что лицу, которое власти считали потенциальным осведомителем, не было сразу предложено назвать фамилии членов КРП и ХАДЕП. Оно приходит к заключению, что, поскольку власти не дали ему конкретных инструкций относительно его задач как осведомителя и после 10 мая 1997 года оставили его в покое, они не считали его важной фигурой в оппозиции. В ходе его второй беседы с сотрудниками СИН заявитель сообщил, что он являлся лишь пассивным членом ХАДЕП и не знал активных членов ЕРНК. Поэтому государство-участник не считает, что турецкие власти рассматривают автора сообщения в качестве важной фигуры курдской оппозиции. Государство-участник добавляет, что запрос, направленный полицией отцу заявителя о представлении сведений о местонахождении последнего, не предполагал ничего плохого, и что информация отца о том, что власти интересуются местонахождением его сына, не заслуживает доверия, поскольку отца нельзя рассматривать в качестве источника объективной информации в связи с жалобой его сына.

4.9Что касается утверждения заявителя о его политической деятельности за пределами Турции, то государство-участник отмечает, что оно не было подкреплено какими-либо доказательствами и что в любом случае эта деятельность не носила существенного характера. Оно отклоняет как необоснованное утверждение о том, что об этой деятельности может быть известно турецким властям. Что касается участия заявителя в захвате резиденции посла Греции в Гааге, то уголовное дело против него было прекращено ввиду отсутствия доказательств. Даже если турецким властям и стало известно об участии заявителя в этом инциденте, эта акция не имела явно выраженного оппозиционного характера для того, чтобы сделать его объектом преследования.

4.10Государство-участник отмечает, что жестокое обращениеo, которому якобы подвергся заявитель во время его ареста в марте 1995 года, не является решающим фактором с точки зрения рассматриваемого вопроса. Тот факт, что заявитель ранее подвергался пыткам, является лишь одним из соображений, которые, согласно Замечанию общего порядка Комитета, следует принимать во внимание при рассмотрении жалобы в соответствии со статьей 3. Государство-участник отмечает, что жестокое обращение с заявителем после полицейской облавы, которая не была направлена лично против него, не предполагает, что автору угрожает личная опасность подвергнуться пыткам в случае возвращения в Турцию. Кроме того, поскольку заявитель утверждает, что он подвергся пыткам в 1995 году, то речь не идет о "недавнем прошлом". И наконец, после его освобождения в апреле 1995 года у него не возникало каких-либо проблем с властями до 1997 года. С учетом вышесказанного государство-участник считает, что статья 3 нарушена не была и что жалоба является необоснованной.

Комментарии заявителя по замечаниям государства-участника

5.1В своих комментариях по замечаниям государства-участника от 5 января 2003 года заявитель отвергает сомнения, высказанные государством-участником относительно его правдивости. Он утверждает, что в момент его ареста в мае 1997 года не все местные отделения ИХД были закрыты и что в этот период эти отделения на регулярной основе как закрывались, так и открывались. Что касается имеющихся в его утверждениях расхождений относительно времени, в которое происходили различные события 10 мая 1997 года, то он заявляет, что он сообщил нидерландским властям лишь приблизительное время и что в момент этого инцидента он был очень испуган и потерял чувство времени. Кроме того, он заявляет, что от него нельзя требовать объяснения причин, по которым турецкие власти, прежде чем отпустить его, не потребовали назвать фамилии. В заключение он отмечает, что государство-участник не оспаривало подлинности полицейского "запроса", который был направлен его отцу относительно его местонахождения.

5.2Заявитель утверждает, что в Турции существует постоянная практика нарушений прав человека, что в прошлом турецкая полиция подвергала его пыткамp, что он занимался политической и другой деятельностью внутри Турции и за ее пределами, в связи с чем он находится в особенно уязвимом положении с точки зрения опасности подвергнуться пыткам в случае его возвращения, и что представленные им сведения о пережитом являются правдивыми. Поэтому Комитету следует прийти к заключению, что возвращение заявителя в Турцию будет представлять собой нарушение статьи 3 Конвенции.

Вопросы на рассмотрении Комитета

6.1Прежде чем рассматривать какие бы то ни было утверждения, содержащиеся в сообщении, Комитет против пыток должен решить вопрос о приемлемости этого сообщения в соответствии со статьей 22 Конвенции. Комитет удостоверился, как того требует пункт 5 a) статьи 22 Конвенции, что этот вопрос не рассматривался и не рассматривается в рамках какой-либо другой процедуры международного расследования и урегулирования и что каких-либо других препятствий для решения вопроса о приемлемости не существует. Комитет отмечает, что государство-участник не высказало возражений против приемлемости жалобы. Поскольку каких-либо других препятствий для вынесения решения о приемлемости этого сообщения не существует, Комитет объявляет жалобу приемлемой и приступает к ее рассмотрению по существу.

6.2Комитет должен решить, явится ли принудительное возвращение заявителя в Турцию нарушением обязательств государства-участника по пункту 1 статьи 3 Конвенции не высылать и не возвращать ('refouler') какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток. С тем чтобы вынести такое решение, Комитет должен учесть все соответствующие обстоятельства, включая наличие в соответствующем государстве постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Однако цель состоит в том, чтобы определить, угрожает ли лично соответствующему лицу опасность применения пыток в стране, в которую оно будет возвращено. В соответствии с правовой практикой Комитета наличие постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в какой-либо стране как таковое не является достаточным основанием для вынесения решения о том, что соответствующему лицу будет угрожать опасность применения пыток по его возвращении в эту страну. Аналогичным образом, отсутствие такой ситуации не означает, что тому или иному лицу не угрожает опасность оказаться подвергнутым пыткам.

6.3Комитет ссылается на свое Замечание общего порядка по статье 3, в котором указывается, что Комитет обязан оценить наличие "серьезных оснований полагать, что автору может угрожать применение пыток" в случае его возвращения и что при оценке степени опасности применения пыток "должны анализироваться основания, выходящие за пределы одних лишь умозрительных предположений или подозрений". Опасность не следует оценивать на основе критериев "высокой степени вероятности", но она должна "угрожать лично соответствующему лицу и являться реальной"q. В этой связи в своих предыдущих решениях Комитет постоянно исходил из того, что опасность подвернуться пыткам должна быть "объективной, реальной и персональной"r.

6.4Что касается оценки степени опасности применения пыток в данном конкретном случае, то Комитет отмечает, что заявитель, согласно его утверждениям, ранее уже задерживался и подвергался пыткам со стороны турецких властей. Однако эти акты пыток были совершены в 1995 году. Комитет отмечает, что в соответствии с его Замечанием общего порядка по статье 3 для рассмотрения степени опасности применения пыток уместной считается информация, в частности, о том, подвергался ли заявитель пыткам в прошлом, и если да, то имело ли это место в недавнем прошлом. Упоминаемые инциденты произошли девять лет назад, в связи с чем их нельзя отнести к недавнему прошлому.

6.5Комитет должен также рассмотреть вопрос о том, занимался ли заявитель на территории его страны или за ее пределами какой-либо политической или иной деятельностью, которая могла бы поставить его в особенно уязвимое положение с точки зрения опасности подвергнуться пыткам в случае возвращения в Турцию. В связи с его деятельностью в Турции политическая деятельность заявителя включала в себя сбор финансовых средств и продовольствия для перемещенных лиц из числа жителей курдских деревень. Хотя он и утверждает, что дважды подвергался задержаниям, заявитель не подтверждает, что он действительно являлся или рассматривался турецкими властями в качестве значительной фигуры в составе курдской оппозиции. Он также не утверждает, что он играл какую-либо особую роль в соответствующих организациях. По поводу своей деятельности за рубежом заявитель привел примеры своего участия в политической деятельности и собраниях. Некоторые из них являются весьма общими, конкретно говорится лишь об участии заявителя в захвате резиденции посла Греции в Гааге в 1999 году. Однако не установлено, что турецкие власти осведомлены об участии заявителя в этой акции и других упоминаемых мероприятиях. В этой связи Комитет отмечает, что разбирательство в отношении автора по поводу захвата резиденции в Гааге было прекращено из-за недостаточности доказательств. Также не установлено, будет ли угрожать заявителю особая опасность подвергнуться пыткам после его возвращения в Турцию, если турецким властям станет известно об этих акциях.

6.6Соответствующие сведения относительно происшедшего с заявителем в Турции, а также о его деятельности внутри этой страны и за ее пределами были учтены властями Нидерландов. Комитет не может ни оспорить их заявления по фактической стороне дела, ни решить вопрос о том, имеются ли какие-либо противоречия в сведениях, представленных заявителем. Согласно своей правовой практике Комитет должен в значительной степени опираться на заявления по фактической стороне дела, подготовленные правительственными органами.

6.7С учетом вышеизложенного Комитет считает, что заявитель не смог доказать, что ему будет угрожать предсказуемая, реальная и личная опасность подвергнуться пыткам в случае его возвращения в Турцию по смыслу статьи 3 Конвенции.

7.Комитет против пыток, действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, делает вывод о том, что высылка заявителя в Турцию не будет представлять собой нарушение статьи 3 Конвенции.

Примечания

aПодробности не сообщаются.

bСсылка делается на весьма краткое медицинское заключение на голландском языке (не переводилось), которое вновь упоминается в замечаниях заявителя по представлениям государства-участника. В этих замечаниях содержится описание этого медицинского заключения на английском языке (см. стр. 3 соответствующего документа под заголовком "Ad 2 & 3").

cСогласно информации, представленной в ответе государства-участника, заявитель сообщил сотрудникам иммиграционных властей о том, что его отец был арестован. Об этом ничего не говорится в первоначальном сообщении.

d Дата не сообщается.

eПодробности не сообщаются.

fДата не сообщается.

gПодробная информация о пунктах обвинения, осуждении или приговоре не приводится.

hПодробности не сообщаются.

iПодробности не сообщаются.

jПодробности не сообщаются.

kКакая-либо информация о форме или результатах этих исследований не приводится.

lСсылка делается на соображения Комитета относительно сообщения № 91/1997, А. против Нидерландов, от 13 ноября 1998 года и сообщения № 29/1995, Э.А. против Швейцарии, от 10 ноября 1997 года.

mСсылка делается на Замечание общего порядка Комитета по статье 3.

nОб этом ничего не говорится в первоначальном сообщении, хотя, возможно, об этом упоминается в приложениях к сообщению, составленных на голландском языке.

oХотя об этом и не говорится в сообщении заявителя, государство-участник отмечает, что его якобы облили холодной водой, избили с нанесением ударов кулаками и палками, а также кололи ножами.

pПримечание: он утверждает, что подвергался пыткам как в 1995, так и в 1997 году, хотя в первоначальной жалобе речь идет лишь о 1995 годе. Вероятно, что применительно к пыткам, которым он подвергся в 1997 году, речь идет о якобы исходившей от властей угрозе расправиться с ним, если он не станет осведомителем.

qЗамечание общего порядка № 1, шестнадцатая сессия (1996 год).

rСоображения Комитета относительно сообщения № 204/2002, Х.К.Х. против Швеции, принятые 28 ноября 2002 года.

Сообщение № 148/1999

Представлено:А.Х.

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство-участник:Австралия

Дата представления жалобы:13 октября 1999 года (дата первоначального представления)

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 5 мая 2004 года,

завершив рассмотрение жалобы № 148/1999, представленной Комитету против пыток А.Х. в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем, его адвокатом и государством-участником,

принимает следующее решение в соответствии со статьей 22 Конвенции

1.1Заявителем является г-н А.Х., гражданин Судана, в настоящее время содержащийся под стражей в Центре для содержания нелегальных иммигрантов, Новый Южный Уэльс. Он утверждает, что его принудительное возвращение в Судан представляло бы собой нарушение Австралией статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения. Первоначально заявитель был представлен адвокатомa.

1.21 ноября 1999 года Комитет просил государство-участник в соответствии с пунктом 9 правила 108 своих правил процедуры не высылать заявителя до тех пор, пока его жалоба находится на рассмотрении Комитета. 20 января 2000 года государство-участник подтвердило, что оно выполнит эту просьбу.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель утверждает, что он принадлежит к племени ансар и является членом партии Умма, одной из двух традиционалистских партий севера страны, находящихся в оппозиции существующему правительству. С 1990 по 1995 год заявитель учился в хартумском отделении Каирского университета, где получил диплом юриста. В Каирском университете обучалось около 100 членов партии Умма, и заявитель стал руководителем этой группы.

2.2В апреле 1992 года заявитель, по его словам, организовал антиправительственные митинги и демонстрации. После одного из таких митингов он был задержан силами безопасности. Он подвергся угрозам, его вынудили подписать обязательство, что он не будет заниматься политической деятельностью, после чего он был отпущен. После этого инцидента силы безопасности установили за ним наблюдение.

2.3Заявитель утверждает, что, когда он учился в университете, студентов вынуждали вступать в Народные силы обороны (НСО), представляющие собой армию правящей партии Национальный исламский фронт (НИФ). С целью избежать призыва на военную службу заявитель стал полицейским и с 1993 по 1995 год работал в главной администрации Хартумской тюрьмы и иногда в Коберской тюрьме.

2.4В 1994 году правительство отправило студентов, которые считались нарушителями спокойствия и противниками режима, на фронт в Южный Судан. 1 июня 1996 года заявитель, как сообщается, получил повестку, предписывающую ему явиться в течение 72 часов в комендатуру НСО, поскольку он был отобран "для исполнения долга джихада". Поскольку он не хотел воевать против собственного народа или обезвреживать минные поля, он решил покинуть страну. Он не мог воспользоваться своим паспортом из-за полученного предписания, и поэтому воспользовался паспортом своего старшего брата. По словам заявителя, после его отъезда военные приходили к нему на дом.

2.510 декабря 1997 года заявитель прибыл в Австралию без действующих проездных документов и был задержан до принятия окончательного решения по его ходатайствам о предоставлении убежища. 12 декабря 1997 года он подал ходатайство о получении "визы в целях защиты" (статуса беженца) в министерство иммиграции и по делам этнических групп (ДИМА). К своему заявлению он приложил следующие документы: письмо от партии Умма, подтверждающее его членство в этой партии; письмо командующего Народными силами на имя управляющего департаментом пенитенциарных учреждений об освобождении заявителя и явке его в НСО; и заявление представительницы суданской общины в Австралии, в котором она указывает, что у нее нет сомнений в том, что заявитель является гражданином Судана и происходит из семьи, известной своей решительной поддержкой группы ансар, которая поддерживает партию Умма.

2.65 января 1998 года представитель ДИМА отклонил ходатайство заявителя о предоставлении "визы в целях защиты" со ссылкой на то, что заявитель не является гражданином Судана и что его претензиям недостает убедительности. 5 февраля 1998 года заявитель обратился в Суд по делам беженцев (РРТ) с просьбой об административном пересмотре решения указанного представителя. В своем решении от 7 июля 1998 года РРТ отклонил апелляцию заявителя. Заявитель подал апелляцию в Федеральный суд Австралии о судебном пересмотре. 25 августа 1998 года суд направил апелляцию в РРТ на повторное заключение.

2.725 ноября 1998 года новый состав РРТ отклонил апелляцию заявителя. Решение было обжаловано в Федеральном суде, в котором заявитель не имел представителя. Во время слушания дела он заявил, что переводчик, помогавший ему при рассмотрении апелляции в РРТ, работал непрофессионально, в связи с чем его неправильно поняли. Заседание суда было отложено, с тем чтобы заявитель мог получить помощь адвоката. 9 августа 1999 года Федеральный суд отклонил эту апелляцию. Были отклонены и несколько последующих заявлений с просьбами о вмешательстве министерства.

2.8Характеризуя недавнюю политическую историю Судана, заявитель указывает, что в стране существует постоянная практика грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Он, в частности, ссылается на принятие в апреле 1997 года Комиссией по правам человека Организации Объединенных Наций резолюции по стране, в которой среди нарушений прав человека в Судане отмечаются "внесудебные казни, произвольные аресты, содержание под стражей без соблюдения законности, насильственные или недобровольные исчезновения, нарушения прав женщин и детей, рабство и сходная с рабством практика, насильственное перемещение лиц и систематические пытки, а также отказ в осуществлении права на свободу религии, выражение своего мнения, ассоциации и мирных собраний".

2.9В январе 1998 года Специальный докладчик по Судану Организации Объединенных Наций сообщил о том, что ответственность за многочисленные нарушения прав человека несут власти страны, силы безопасности и отряды самообороны. В апреле 1998 года Комиссия по правам человека Организации Объединенных Наций вновь выразила свою глубокую обеспокоенность в связи с непрекращающимися серьезными нарушениями прав человека в Судане. На протяжении четырех лет подряд Комиссия рекомендовала направить на места сотрудников, занимающихся правами человека, для наблюдения за положением в области прав человека.

2.10По словам заявителя, хотя религиозное преследование во многом направлено против немусульман, фундаменталистская природа нынешнего режима такова, что многие мусульмане, включая приверженцев суфизма, не могут при нынешнем режиме НСО свободно исповедывать эту разновидность ислама. Племена ансар (являющиеся в основном последователями суфизма) контролируются государством, а их мечети конфискуются. Кроме того, мусульманские группы, критически относящиеся к правительству, по‑прежнему подвергаются притеснениямb. Что касается политической жизни, то, по мнению заявителя, власти не допускают политического инакомыслия со стороны последователей ислама, в том числе центристских исламских партий, таких, как Умма.

2.11По свидетельству заявителя, имеются доказательства того, что дезертировавшие военнослужащие рискуют подвергнуться пыткам и казни. В апреле 1998 года от "Международной амнистии" поступило следующее сообщение: "Десятки студентов-новобранцев погибли, когда сотни молодых людей вырвались из военного учебного лагеря в эль-Айфуне под Хартумом. Власти объявили, что при попытке переплыть Голубой Нил утонули более 50 дезертиров. Однако в других сообщениях указывалось, что были убиты свыше 100 человек, многие из которых были расстреляны, а другие забиты до смерти". Он также утверждает, что как УВКБ, так и "Международная амнистия" сообщали о центрах содержания под стражей в Судане и об опасности жестокого обращения и пыток, в частности при допросах в органах безопасностиc. По словам заявителя, его, бывшего сторонника суфизма, члена партии Умма, ищущего убежища, прожившего значительное время на Западе и ставшего юристом, вне зависимости от того, служил ли он в армии или нет, ждут немалые испытания по возвращении в Судан.

Жалоба

3.А.Х. утверждает, что его насильственная репатриация в Судан явилась бы нарушением его прав по статье 3 Конвенции, поскольку имеются веские основания полагать, что по возвращении ему будет угрожать применение пыток. Аргументируя свою жалобу, он утверждает, что по причине его религиозных убеждений, политической деятельности в прошлом и того факта, что он дезертировал с военной службы, ему лично угрожает применение пыток. Вследствие того, что он покинул страну, чтобы избежать призыва на военную службу, он подвергся бы по возвращении угрозе смертной казни. И наконец, он утверждает, что если бы он был возвращен в свою страну, от него потребовали пройти службу в НСО и он был бы вынужден вопреки своему желанию участвовать в гражданской войне.

Представление государства-участника

4.1В своем представлении от 7 ноября 2000 года государство-участник оспаривает приемлемость и существо всех аспектов жалобы. В том что касается приемлемости, государство-участник утверждает, что заявитель не обосновал своей жалобы, исказил объем его обязательства по статье 3 и не доказал, что лично ему угрожает серьезная опасность подвергнуться пыткам.

4.2Государство-участник предлагает Комитету принять решение о том, что установленные национальными органами факты, относящиеся к оценке степени опасности по смыслу статьи 3, будут приняты Комитетом, если только не будут представлены четкие доказательства явного произвола, несправедливости или нарушения юридической независимости или беспристрастности. Оно утверждает, что вопросы, касающиеся толкования и применения внутреннего законодательства, относятся прежде всего к компетенции национальных судов и обычно не подлежат рассмотрению Комитетом. Оно далее утверждает, что РРТ является независимым учреждением и имеет большой опыт в деле рассмотрения ходатайств суданских граждан - в 1997 и 1998 годах в Суд поступило 21 ходатайство от суданских граждан. Из 21 поданного ходатайства по восьми были проведены слушания и вынесены определения; в большинстве из этих случаев (5) РРТ отменил решение иммиграционных властей об отказе в "визе в целях защиты", а по трем делам утвердил их решения. В данном случае ходатайства заявителя рассматривались в РРТ в ходе двух отдельных слушаний. Его юридический представитель присутствовал на обоих заседаниях, и ему каждый раз помогал профессиональный переводчик. Государство-участник отмечает, что заявитель не представил Комитету никакой новой информации по стране, которая не была бы также известна РРТ и не рассматривалась бы им.

4.3Государство-участник утверждает, что доказательства в обоснование утверждений о пытках недостоверны, и заявитель, соответственно, prima facie не обосновал свою жалобу. В ходе слушаний в РРТ заявитель высказал противоречивые суждения относительно трех важных вопросов. Во‑первых, он существенно изменил свои показания в отношении своих прошлых контактов с суданскими властями. На заданный по прибытии в сиднейский аэропорт вопрос, подвергался ли он угрозе физического насилия со стороны суданских властей, он ответил "да". Однако когда его спросили, "В какой форме?", он изменил свой ответ, сказав "Нет, я не подвергался угрозам". Затем он стал предъявлять претензии переводчику.

4.4В ходе собеседования в ДИМА, по словам заявителя, он сказал переводчику в аэропорту, что ему угрожали "разрезанием ногтей на пальцах рук, а также ударами в грудь, прижиганием, вырыванием ногтей на пальцах рук", но что пыткам он не подвергался. Он также утверждал, что ему угрожали этими видами пыток, в своем обосновании ходатайства о предоставлении ему "визы в целях защиты", которое было подготовлено в период между собеседованиями в аэропорту и в ДИМА при содействии адвоката. По мнению государства-участника, его объяснение, что устный перевод и/или запись его интервью в аэропорту были неточными, неубедительно.

4.5Во‑вторых, заявитель дал противоречивые показания в отношении приобретения паспорта, с которым он прибыл в Австралию, и в отношении его паспортов в целом. Заявитель продолжал давать противоречивые сведения по этому вопросу на протяжении всей указанной процедуры, так что представитель ДИМА не мог установить ни его личности, ни гражданства. Государство-участник подробно останавливается на противоречиях в показаниях автора, приводя, в частности, одно его заявление о том, что он приобрел паспорт на рынке у незнакомого человека, причем бесплатно, второе ‑ о том, что он воспользовался паспортом своего брата, чтобы выехать из Судана и совершать в течение двух лет поездки через Чад, Ливию, Мальту, Малайзию и Сингапур, и третье ‑ о том, что речь шла об официальном паспорте, но в нем содержалась неправильная информация.

4.6В-третьих, государство-участник ссылается на недостоверность утверждений заявителя о его политической деятельности и об интересе к этой деятельности со стороны суданских властей. Его показания относительно последствий его политических взглядов для его работы неправдоподобны, противоречивы и с каждым разом становились все более запутанными. Во время интервью в ДИМА заявитель сказал, что его главная обязанность заключалась в охране здания тюрьмы или администрации и в недопущении незаконного прохода. В ходе второго слушания в РРТ он утверждал, что передавал письма от политических заключенных их семьям и обратно, не объяснив, каким образом он вступал в контакт с заключенными, тогда как он выполнял работу охранника у наружного входа в здания. Он также утверждал в ходе указанного слушания, что эти услуги по передаче были успешными, поскольку заключенные "инстинктивно… чувствовали", что он придерживается близких им политических взглядов.

4.7Государство-участник указывает на отсутствие подробных сведений и независимого подтверждения информации в отношении жестокого обращения, которому заявитель якобы подвергался со стороны суданских властей. Заявитель только один раз сообщил подробности одного случая грубого физического обращения, которому он якобы подвергся, о чем упоминается в пункте 4.4. Даже если его утверждения соответствуют действительности, одни угрозы физического насилия со стороны суданских властей в виде ареста и допроса, а также обыск дома с последующим установлением неинтенсивного наблюдения на короткий период времени не представляют собой ущерба, равнозначного причинению сильной боли или страдания. Нет свидетельств того, что заявителю действительно был причинен физический ущерб.

4.8Что касается упоминания о митинге, то государство-участник сообщает, что оно не смогло обнаружить какой-либо информации о таком событии в апреле 1992 года. С учетом того, что это - единственное общественно-политическое событие, в котором заявитель, по его словам, участвовал, тот факт, что ни его представители, ни государство-участник не смогли найти какого-либо его подтверждения, серьезно подрывает достоверность данного утверждения. Когда же заявителя спросили, почему нет независимого подтверждения того, что митинг имел место, он пытался приуменьшить его масштабы.

4.9В том что касается сведений, представленных в обоснование утверждения заявителя о том, что он вел активную политическую работу в партии Умма, то представленное им доказательство в виде факса лондонской ячейки партии не было принято РРТ вследствие его низкой доказательной ценности. В факсе нет информации, свидетельствующей хотя бы о личном знакомстве с заявителем, о факте его членства в партии, и в нем содержатся просто общие слова о преследовании в Судане членов партии Умма. В письме австралийского отделения Национального демократического альянса Судана (НДА) от 5 февраля 1998 года, адресованного "тем, кого это касается", также нет конкретных сведений о положении или фактах биографии заявителя. В этом письме заявитель упоминается только один раз и характеризуется как "политический активист, [который] привержен делу борьбы и выступает против [sic] правительства Судана с 30 июня 1989 года, когда было свергнуто демократическое правительство ". Как отметила член РРТ при обосновании своего решения, заявитель никогда не утверждал ни в ДИМА, ни в РРТ, что он был политическим активистом со времени переворота. Так, в ходе второго слушания в РРТ он заявил, что вел активную работу только в 1992 и 1993 годах.

4.10Государство-участник отмечает, что как устные, так и письменные свидетельства, представленные в РРТ одним из членов местной суданской общины, с которой заявитель познакомился только в Сиднее, также имеют сомнительную доказательную ценность. На первом слушании в РРТ она сказала, что не была знакома с заявителем в Судане, но училась в школе вместе с его двумя кузинами, и что она звонила в лондонскую ячейку партии Умма, чтобы удостовериться в его членстве. Хотя ее показания могут быть правдивыми, государство-участник считает, что информация общего характера, которую она получила из лондонской ячейки партии Умма, имеет меньшее значение, чем полное отсутствие документальных доказательств со стороны самого заявителя в отношении членства в партии Умма и его предположительной репутации политического диссидента. Даже в случае принятия к сведению ее заявления оно лишь подтверждает утверждение заявителя о том, что он является выходцем из Судана.

4.11В том что касается утверждения заявителя в отношении его отказа от несения военной службы по своим убеждениям, то государство-участник считает, что свидетельские показания в РРТ, касающиеся обязательной военной службы, противоречивы и неубедительны и что нет независимого доказательства, подтверждающего его отказ по указанным мотивам воевать во время гражданской войны. Государство-участник приводит подробные выдержки из показаний заявителя по данному вопросу в ходе первого и второго слушаний в РРТ, которые отличаются друг от друга во многих отношениях. Примечательно, что указанная представительница РРТ в ходе второго слушания отклонила его утверждения о том, что он был призван на военную службу, и не согласилась с тем, что письмо, представленное заявителем в качестве доказательства того, что он был призван воевать на стороне НСО, было подлинным. Государство-участник утверждает, что заявитель не представил никакого доказательства того, что к нему будут относиться как к дезертиру. Если даже предположить, что он отказался от военной службы по своим убеждениям и что он был бы вынужден принять участие в гражданской войне в результате неизбирательного призыва на военную службу, это не является само по себе пыткой, как она определяется в Конвенции.

4.12Государство-участник указывает, что даже если согласиться с тем, что заявитель либо уклонился от призыва, либо дезертировал, мало что свидетельствует о том, что в связи с этим ему угрожала бы опасность подвергнуться пыткам по возвращении в Судан. После принятия в 1998 году новой Конституции Судана пытки или смертная казнь при любых обстоятельства, включая дезертирство, считаются незаконными. На основании тщательного изучения имеющейся информации государство-участник полагает, что заявитель не подвергся бы опасности пыток или смертной казни в результате уклонения от военной службы. Даже если бы заявителю действительно угрожало какое-то наказание за его так называемое "дезертирство", имеющаяся информация свидетельствует о том, что он считался бы уклонившимся от призыва, а не дезертиром, и таким образом, он мог бы быть приговорен к тюремному заключению на срок не более трех лет.

4.13Государство-участник отмечает, что в Судане плохо обстоит дело с соблюдением прав человека и что как правительственные, так и неправительственные силы продолжают нарушать права человека. Оно указывает на общие выводы Комиссии по правам человекаd о том, что неспособность объединенного Межправительственного органа по развитию консолидировать положение на основе Декларации о принципах 1994 года (ДОП), согласованной суданским правительством с воюющими фракциями, привела к продолжению конфликта на юге страны. Вместе с тем оно считает, что само по себе наличие постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в стране не является достаточным основанием для того, чтобы считать, что тому или иному лицу угрожает опасность подвергнуться пыткам по возвращении в эту страну. Должны быть конкретные основания, свидетельствующие о том, что в результате высылки предполагаемой жертве лично будет угрожать применение пыток. Они должны базироваться на чем-то большем, чем просто умозрительные предположения или подозренияe.

4.14Даже если бы государство-участник согласилось с тем, что заявитель является суданцем и что он был арестован на митинге в апреле 1992 года, оно не может согласиться с тем, что он принадлежит к группе, в значительной степени подвергающейся риску. Заявитель никогда не занимался адвокатской практикой, он более не является студентом и не осуществляет политической деятельности с апреля 1992 года. Кроме того, он находится за пределами Судана с 1996 года, и с этого момента до настоящего времени он не сделал ничего такого, что могло бы привлечь к нему внимание властей Судана. Заявитель не подпадает под определение преследуемого "рядового активиста или студента" либо молодежного, студенческого лидера или адвоката, который может рассматриваться в качестве политического оппонента и в силу этого стать лицом, которому угрожает применение пыток со стороны правительстваf. В документе УВКБ "Положение в Судане", подготовленном в 1997 году, делается вывод о том, что партия Умма и другая оппозиционная партия, а именно Юнионистско-демократическая партия, отстали от жизни и большая часть молодежи не проявляет к ним интереса. Ни один из этих источников не подтверждает обоснованности утверждений заявителя о его членстве в партии Умма или опасениях подвергнуться пыткамg.

4.15И наконец, в справке министерства иностранных дел и торговли Австралии указывается, что "суданские граждане нередко остаются за пределами Судана в течение длительного периода времени, как правило по экономическим соображениям"h. Запрошенная в других странах информация относительно обстановки в Судане и типовых характеристик суданских беженцев, подавших ходатайства, говорит о том, что, поскольку члены партии Умма или племени ансар порою подвергаются преследованиям в Судане, многие причисляют себя к членам этой партии. Следовательно, возникает необходимость в проверке достоверности указанных заявлений и степени личного участия заявителей.

4.16Что касается вопроса о том, угрожает ли заявителю применение пыток за попытку получить убежище в Австралии, то, по мнению государства-участника, мало что говорит об обоснованности такого предположения. Как явствует из собственных показаний заявителя, по возвращении в Судан его брат был арестован и подвергнут допросу, на котором его спросили, где он находился и чем занимался за пределами Судана, однако через пять дней он был отпущен живым и невредимым. Государство-участник также получило информацию от сотрудника ДИМА из Каира о том, что министерству известны случаи, когда суданские граждане, покинувшие страну после переворота 1989 года, в том числе граждане, которым был предоставлен статус беженца в Австралии, возвратились в Судан, причем по возвращении у них не было никаких проблем с властями. Государство-участник также ссылается на информацию министерства иностранных дел и торговли Австралии, датированную апрелем 2000 года, в которой указывается, что партия Умма и суданское правительство пытаются разрешить имеющиеся между ними разногласия.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

Рассмотрение вопроса о приемлемости

5.1Перед рассмотрением любых утверждений, содержащихся в жалобе, Комитет против пыток должен принять решение о том, является ли данная жалоба приемлемой в соответствии со статьей 22 Конвенции. Как предусмотрено в пункте 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет удостоверился в том, что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается в рамках какой-либо другой процедуры международного расследования или урегулирования.

5.2Комитет отмечает, что государство-участник не оспаривает факта исчерпания внутренних средств правовой защиты. Хотя государство-участник возражает против приемлемости на основании того, что заявитель не обосновал prima facie свое утверждение о нарушении статьи 3, Комитет считает, что заявитель представил достаточно информации в обоснование своего ходатайства о рассмотрении его жалобы по существу. Поскольку Комитет не видит никаких других препятствий для приемлемости жалобы, он признает данную жалобу приемлемой и приступает к ее рассмотрению по существу.

Рассмотрение сообщения по существу

6.1Комитет должен принять решение о том, будет ли принудительное возвращение заявителя в Судан являться нарушением закрепленного в пункте 1 статьи 3 Конвенции обязательства государства-участника не высылать и не возвращать (refouler) какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток. Чтобы придти к определенному заключению, Комитету надлежит принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование в данном государстве постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Вместе с тем преследуемая цель заключается в определении того, угрожает ли лично данному лицу применение пыток в стране, в которую оно будет возвращено. Из этого следует, что существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в той или иной стране само по себе не является достаточным основанием для определения того, будет ли какому-либо конкретному лицу угрожать применение пыток после его возвращения в страну; для этого необходимы дополнительные основания, свидетельствующие о том, что такая угроза будет возникать лично для данного лица. И наоборот, отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека не означает, что, с учетом конкретного положения того или иного лица, нельзя считать, что ему угрожает применение пыток.

6.2Оценивая вероятность применения пыток в случае с заявителем, Комитет отмечает серьезные неувязки в показаниях, представлявшихся заявителем в ходе рассмотрения ходатайства, на которые указало государство-участник, что, применительно к данному случаю, было детально рассмотрено Судом по делам беженцев в ходе двух отдельных слушаний. Комитет отмечает, что заявитель не объяснил и не привел каких-либо причин этих неувязок, а также ссылается на пункт 8 своего Замечания общего порядка № 1, согласно которому вопросы в отношении достоверности утверждений автора и наличия соответствующих фактических неувязок в его заявлении считаются уместными при рассмотрении Комитетом вопроса о вероятности того, что автору может угрожать применение пыток по возвращении.

6.3Что касается утверждений об участии в политической деятельности и жестоком обращении в прошлом со стороны суданских властей как основаниях для опасений, что заявитель может быть подвергнут пыткам по возвращении, то Комитет отмечает, что, даже если бы он не принял во внимание вышеупомянутые неувязки и счел бы эти заявления достоверными, заявитель не утверждает, что он занимался политической деятельностью с 1992 года, и ни в ходе разбирательства внутри страны, ни в своей жалобе в Комитет он ни разу не утверждал, что подвергался пыткам со стороны суданских властей.

6.4В том что касается его предполагаемого дезертирства, Комитет отмечает, что государство-участник изучило письмо от 1 июня 1996 года, в котором указывается, что автор был предположительно призван в НСО, и сочло это письмо неподлинным. Комитет считает, что выводам относительно фактов, сделанным национальными, судебными или компетентными государственными властями, необходимо уделять должное внимание, если отсутствуют доказательства того, что такие выводы являются произвольными или необоснованными. Даже если бы Комитет счел, что автор является дезертиром или уклонился от призыва, автор не обосновал, что он подвергнется пыткам по возвращении в Судан. Комитет отмечает, что, прежде чем прийти к такому выводу, государство-участник рассмотрело значительный объем информации из нескольких различных источников.

6.5Комитет принимает к сведению утверждение заявителя о том, что в случае возвращения в Судан он будет вынужден проходить военную службу, несмотря на то, что он отказался это сделать по своим убеждениям, и намек на то, что это было бы равносильно пытке по смыслу статьи 3 Конвенции. Комитет считает, что письма от 1 июня 1996 года, достоверность которого была поставлена под сомнение, как и утверждения автора, что противники режима призываются на военную службу для участия в гражданской войне, недостаточно для обоснования ни того утверждения, что заявитель является лицом, отказывающимся служить в армии по своим убеждениям, ни предположения о том, что по возвращении в Судан его призовут на военную службу. Не была доказана не только состоятельность других мотивов для опасений по поводу возможности применения пыток, но и необоснованность или произвольность оценки государством-участником связанных с этим фактов.

6.6На основании вышесказанного Комитет считает, что заявитель не представил достоверных свидетельств для вывода о том, что ему лично по возвращении в Судан будет угрожать предсказуемая и реальная опасность стать жертвой пыток по смыслу статьи 3 Конвенции.

7.Действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Комитет против пыток делает вывод о том, что высылка заявителя в Судан не явилась бы нарушением статьи 3 Конвенции.

Примечания

a20 марта 2004 года представители автора известили Комитет о том, что более не представляют интересы заявителя.

bЗаявитель ссылается на ежегодный доклад за 1999 год "Международной амнистии", в котором указывается, что среди лиц, задержанных в 1997 году, есть пять имамов, которые поставили под сомнение религиозный авторитет Хассана эль Тураби, генерального секретаря Национального конгресса и идеолога правительства.

сОн ссылается на призыв "Международной амнистии" к незамедлительным действиям от 21 января 1997 года.

dДоклад Специального докладчика по положению в области прав человека в Судане, E/CN.4/1999/38/Add.1 (17 May 1999).

еГосударство-участник ссылается на Замечание общего порядка Комитета по статье 3 и сообщение № 13/1993 Мутомбу против Швейцарии.

fКак об этом говорится в страновом докладе о практике соблюдения прав человека в Судане, подготовленном государственным департаментом США в 1999 году.

gGerard Prunier, "Sudan Update: War in North and South", UNHCR RefWorld-Country Information ,p. 3.

hDFAT CA500922 of 22 January 1998, CX27237.

Сообщение № 153/2000

Представлено:З.Т. (представлена г-жой Анжелой Крэнстон)

Предполагаемая жертва:Р.Т.

Государство-участник:Австралия

Дата представления жалобы:4 января 2000 года (дата первоначального представления)

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 11 ноября 2003 года,

завершив рассмотрение жалобы № 153/2000, представленной Комитету против пыток г-жой З.Т. в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему заявителем, ее адвокатом и государством-участником,

принимает следующее решение в соответствии со статьей 22 Конвенции.

1.1Заявителем сообщения от 4 января 2000 года является З.Т. Она представляет сообщение от имени ее брата Р.Т., алжирского гражданина, родившегося 16 июля 1967 года. Она утверждает, что ее брат стал жертвой нарушения Австралией статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Она представлена адвокатом.

1.226 января 2000 года Комитет препроводил данную жалобу государству-участнику для комментариев и просил его, в соответствии с пунктом 1 Правила 108 правил процедуры Комитета, не высылать заявителя в Алжир до тех пор, пока его жалоба рассматривается Комитетом. Однако государство-участник выслало заявителя в тот же день, не уделив времени рассмотрению этой просьбы.

Факты в изложении заявителя

2.127 ноября 1997 года заявитель по туристической визе прибыл в Мекку в Саудовской Аравии. Он прожил там семь месяцев, затем "купил" австралийскую визу и вылетел в Южную Африку для получения этой визы.

2.221 августа 1998 года заявитель прибыл в Австралию из Южной Африки. В аэропорту прибытия он уничтожил свои проездные документы. Он сразу же подал ходатайство о получении статуса беженца в аэропорту, где с ним беседовал сотрудник министерства иммиграции и по делам этнических групп (ДИМА). Поскольку заявитель прибыл без документов, то в соответствии со статьей 172 австралийского Закона об иммиграции он не был допущен к процедуре иммиграционного контроля. В тот же день его задержали и доставили в Центр для содержания нелегальных иммигрантов в Уэстбридже.

2.326 августа 1998 года заявитель подал ходатайство о получении "визы в целях защиты". Его консультировал эксперт из Комиссии по оказанию правовой помощи Нового Южного Уэльса. 16 октября 1998 года его ходатайство было отклонено ДИМА. 16 октября 1998 года он подал апелляцию в Суд по делам беженцев. 11 ноября 1998 года эта апелляция была отклонена. Затем заявитель подал апелляцию в Федеральный суд Австралии, который отклонил его апелляцию 10 марта 1999 года.

2.4Заявитель не обжаловал решение Федерального суда Австралии в Федеральном суде полного состава, поскольку его представители сочли, что с учетом ограниченных оснований для пересмотра решения в Федеральном суде такое обжалование не имеет каких-либо шансов на успех и, следовательно, не соответствует требованиям, определяющим целесообразность оказания правовой помощи. Заявитель утверждает, что без правовой помощи он, по всей вероятности, не имел бы своего представителя при разбирательстве апелляции.

2.5Заявитель направил последовательно три апелляции в министерство иммиграции и по делам этнических групп: 17 марта, 6 июля и 26 августа 1999 года. Он просил министра воспользоваться его дискреционным правом и позволить ему остаться в Австралии по гуманитарным соображениям. Министр отказался воспользоваться своим дискреционным правом в письме без даты, которое адвокат получил 22 июля 1999 года, а также в последующем письме от 23 августа 1999 года. Решение министра обжалованию не подлежало. 29 октября 1999 года сотрудник Юридической службы по вопросам иммиграции и делам общин Южного Брисбена обратился к министру с просьбой разрешить заявителю остаться в Австралии по гуманитарным соображениям; директор отделения "Международной амнистии" в Австралии также направил письмо с просьбой не депортировать заявителя "в обозримом будущем".

2.6Затем в сентябре 1999 года заявитель и два других просителя убежища начали голодовку. 8 октября 1999 года они были вывезены из Уэстбриджа. При этом им не разрешили проконсультироваться со своими адвокатами и упаковать свои личные вещи. 16 октября 1999 года они подали жалобу министру иммиграции и по делам этнических групп.

2.7Заявитель утверждает, что он не был уведомлен о решении выслать его из Австралии. 26 января 2000 года его действительно выслали в Южную Африку.

2.8В новом письме от 12 апреля 2000 года г-жа Т. сообщает дополнительную информацию о своем брате. Она заявляет, что после его высылки из Австралии ее брат провел один или два дня в гостинице, расположенной в аэропорту Йоханнесбурга. Затем он был передан правительственным должностным лицам Южной Африки и в течение более 30 дней содержался в центре Линдела для содержания правонарушителей как нелегально прибывшее в страну лицо.

2.97 февраля 2000 года или приблизительно в этот день он подал ходатайство о предоставлении убежища, и ему была выдана временная виза, благодаря которой он был освобожден из центра содержания под стражей.

2.1030 января 2000 года или приблизительно в этот день заявителю сказали, что его посетит посол Алжира в Южной Африке. Цель этого визита заключалась в передаче заявителю документов для предстоящего перелета в Алжир. После вмешательства адвоката заявителя этот визит был отменен.

2.11Заявитель утверждает, что после его высылки из Австралии он не чувствует себя в Южной Африке в безопасности и что в соответствии с южноафриканским законодательством нет никаких гарантий того, что его не вышлют в любое время. Он выражает беспокойство в связи с действиями правительства Южной Африки, в частности в связи с уведомлением посла Алжира о его нахождении в Южной Африке; принятием и последовавшим затем отказом принять ходатайство об убежище и отказом предоставить временную визу; и его содержанием в центре содержания правонарушителей Линдела свыше установленного законом максимального срока в 30 дней. Заявитель утверждает, что, поскольку правительства Южной Африки и Алжира торгуют между собой оружием, у него есть основания опасаться того, что его ходатайство будет отклонено в угоду коммерческим интересам этих стран.

2.12Утверждается, что жалоба не была представлена для рассмотрения в рамках какой-либо иной процедуры международного расследования или урегулирования.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает, что имеются существенные основания полагать, что по возвращении в Алжир ему может угрожать применение пыток и что, соответственно, Австралия нарушит статью 3 Конвенции, если он будет туда возвращен. Он заявляет, что он опасается преследований в Алжире по причине его политических убеждений и членства в Исламском фронте спасения (ИФС). Он также опасается, что его призовут в алжирскую армию, и сообщает, что члены его семьи были обвинены алжирскими властями в поддержке вооруженных исламских групп. Как следствие, он и другие члены его семьи являются объектами преследования со стороны алжирской армии.

3.2Утверждается, что заявителю лично угрожает применение пыток вследствие его поддержки ИФС и его тесных семейных связей с несколькими лицами, которые подверглись преследованиям по причине их членства в ИФС и, в ряде случаев, вследствие того, что они выдвигались ранее кандидатами от ИФС.

3.3И наконец, утверждается, что заявителю лично угрожает применение пыток вследствие опубликования решения Федерального суда, в котором приводятся личные данные заявителя и информация о семье, его жалобы, а также то, что он ходатайствовал о защите в Австралии. Заявитель утверждает, что после такого опубликования над ним лично нависнет угроза, если его принудительно вышлют в Алжир, с учетом той вероятности, что алжирские власти знакомы с опубликованным решением и подробными сведениями, касающимися его ходатайства о защите.

3.4Заявитель утверждает, что Алжир остается авторитарным государством, в котором систематически совершаются грубые и вопиющие нарушения прав человека. Утверждается, что лица, задержанные в Алжире по соображениям национальной безопасности, подвергаются, как правило, пыткам, что подтверждают доклады нескольких организаций. Заявляется, что эти свидетельства дают серьезные основания полагать, что по возвращении в Алжир заявителю будет угрожать применение пыток.

3.5Заявитель стремится установить тот факт, что его высылка из Австралии в условиях, когда он не вправе вернуться или выехать в любую другую страну, кроме Алжира, представляет собой нарушение статьи 3 Конвенции.

Представление государства-участника относительно приемлемости и существа жалобы

4.114 ноября 2000 года государство-участник представило свои замечания относительно приемлемости и существа сообщения. Оно поясняет, что оно не имело возможности выполнить просьбу Комитета о принятии временных мер защиты, поскольку на 26 января 2000 года, т.е. на момент высылки заявителя из Австралии, никакой письменной просьбы от Комитета получено не было. Государство-участник добавляет, что отделение УВКБ в Австралии было уведомлено о предстоящей высылке заявителя и не выдвинуло никаких возражений и что все связанные с возвращением потенциальные угрозы были всесторонне проанализированы на основе имеющейся по Алжиру информации.

4.2По мнению государства-участника, данная жалоба является неприемлемой, поскольку она не совместима с положениями Конвенции. Кроме того, государство-участник утверждает, что заявитель prima facie не обосновал свое утверждение о том, что существуют серьезные основания полагать, что он будет подвергнут пыткам в случае его возвращения в Алжир. Государство-участник добавляет, что заявитель не привел никаких убедительных аргументов в обоснование его убеждения в том, что ему угрожает опасность применения пыток.

4.3Государство-участник отметило, что нет никаких доказательств того, что алжирские власти когда-либо ранее подвергали заявителя пыткам, и имеется очень мало свидетельств, подтверждающих, что он действительно принимал участие в политической деятельности ИФС. Государство-участник утверждает, что информация заявителя о его деятельности характеризуется рядом несоответствий, которые порождают сомнения в его правдивости. Учитывая силу доказательств, государство-участник не верит в то, что заявитель является сторонником ИФС.

4.4Относительно возможного призыва заявителя на военную службу после его возвращения в Алжир государство-участник утверждает, что маловероятно, что заявитель будет призван в армию, либо по той причине, что он уже прошел эту службу, либо потому, что он слишком стар для ее прохождения. Государство-участник заявляет, что в любом случае призыв на военную службу не равнозначен применению пыток. Кроме того, государство-участник ссылается на вывод Суда по делам беженцев (СДБ) о том, что заявитель солгал, сообщив, что он не отбыл свою воинскую повинность. СДБ констатировал, что заявитель исказил факты по сравнению с теми, которые он первоначально изложил по прибытии в Австралию.

4.5Касаясь опубликования решения Федерального суда Австралии, государство-участник отрицает, что это может, вероятно, побудить алжирские власти подвергнуть заявителя пыткам после его возвращения в Алжир. Нет никаких свидетельств о том, что алжирские власти проявляли какой-либо интерес к деятельности заявителя после 1992 года, когда он, по его словам, был арестован и задержан на 45 минут. Государство-участник отмечает, что мало вероятно предположение о том, что алжирские власти будут просматривать правовые базы данных в Интернете, чтобы установить местонахождение заявителя. По мнению государства-участника, весьма мало вероятно, что публикация в Интернете информации об отказе выдать заявителю визу в целях защиты дошла бы до сведения алжирских властей. Поэтому нет никаких серьезных оснований полагать, что заявителю угрожает в этой связи применение пыток.

4.6Государство-участник признает, что министерство иммиграции и по делам этнических групп приняло к сведению тот факт, что родственники заявителя, понесшие ущерб или ставшие жертвами жестокого обращения, были активными членами ИФС или принадлежали к исламскому духовенству, но, судя по представленным им самим сведениям, заявитель не относился к их числу и не привлекал внимание властей, за исключением одного случая в 1992 году, когда он, по его словам, был задержан на 45 минут. Кроме того, государство-участник приводит заключение СДБ о том, что заявитель трижды покидал Алжир и дважды возвращался без каких-либо проблем. Это свидетельствует о том, что он не привлекал внимания властей.

4.7Кроме того, государство-участник утверждает, что в ходе разбирательства заявитель признал, что никто из его ближайших родственников не имел проблем с властями (за исключением его зятя - в 1995 году) и что после его задержания в 1992 году он лично не имел никаких проблем. Это также свидетельствует о том, что никакого негативного внимания властей заявитель не привлекал.

4.8Государство-участник отмечает, что заявитель в целом боится стать жертвой негативных последствий гражданского конфликта в Алжире; его страх, однако, не является достаточным основанием для предоставления ему защиты по Конвенции. Государство-участник добавляет, что министр иммиграции и по делам этнических групп рассмотрел полученную от властей Франции и Соединенного Королевства информацию о том, что им не известно о каких-либо случаях, когда-то или иное лицо, вернувшееся из этих стран в Алжир, было подвергнуто после возвращения насилию. Государство-участник также ссылается на недавние сообщения, которые свидетельствуют об улучшении положения в области прав человека в Алжире.

4.9Государство-участник ссылается также на заключение министерства иммиграции и по делам этнических групп, которое приняло к сведению, что алжирские власти знают о том, что многие граждане, выехавшие за границу, подают ходатайства об убежище, пытаясь избежать негативных последствий гражданского конфликта и тяжелой экономической ситуации в Алжире. Отмечается, что простое ходатайство о предоставлении убежища, поданное алжирским гражданином в другой стране, не является основанием для того, чтобы алжирские власти пытались подвергнуть это лицо преследованиям или пыткам.

4.10Государство-участник отмечает, что письмом от 25 января 2000 года заявитель был уведомлен о принятии мер для того, чтобы он покинул Австралию самолетом южноафриканской авиакомпании, который вылетает рейсом SA281 из Сиднея в Йоханнесбург 26 января 2000 года в 21 час. 40 мин. В Южную Африку с заявителем вылетели трое сопровождающих. Кроме того, государство-участник добавляет, что нынешнее местонахождение заявителя австралийским властям неизвестно.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

Рассмотрение вопроса о приемлемости

5.1Комитет принимает к сведению информацию государства-участника о том, что высылка заявителя не была приостановлена и что оно не получило своевременно просьбу Комитета о принятии временных мер в соответствии с пунктом 1 правила 108 его правил процедуры. Заявитель был выслан в Йоханнесбург 26 января 2000 года. Некоторое время он жил в Южной Африке, и где он находится сейчас, неизвестно.

5.2Перед рассмотрением любых утверждений, содержащихся в жалобе, Комитет против пыток должен принять решение о том, является или нет данная жалоба приемлемой в соответствии со статьей 22 Конвенции. Как то предусмотрено в пункте 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет в этой связи убедился в том, что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования. Комитет также отмечает, что государство-участник не оспаривало факт исчерпания внутренних средств правовой защиты. Кроме того, государство-участник утверждает, что заявитель не обосновал свое сообщение для целей приемлемости. Оно ссылается на Мнения Комитета по делу "Г.Р.Б. против Швеции"а, в которых Комитет констатировал, что "…обязательство государство-участника воздерживаться от принудительного возвращения какого-либо лица в другое государство, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток, непосредственно связано с определением пытки, содержащимся в статье 1 Конвенции". Кроме того, государство-участник отмечает заявление Комитета о том, что именно автору сообщения надлежит аргументировать его жалобу. Государство-участник поясняет, что речь идет о таком фактическом обосновании утверждений автора, которое достаточно для того, чтобы требовать ответа от государства-участника. Оно утверждает, что исходя из сведений о заявителе требовать какого-либо ответа от Австралии нельзя, и повторяет, что, как констатировал Комитет, угрозу пыток следует оценивать на основе более веских аргументов, чем простые теоретические предположения или подозрения. По мнению государства-участника, нет никаких серьезных оснований считать, что заявитель будет подвергнут пыткам.

5.3Несмотря на замечания государства-участника, Комитет полагает, что заявитель представил достаточную информацию относительно той опасности, которой заявитель, по его словам, подвергнется в случае его возвращения в Алжир, для рассмотрения его жалобы по существу. Поскольку Комитет не видит никаких других препятствий для приемлемости, он признает данную жалобу приемлемой и приступает к ее рассмотрению по существу.

Рассмотрение сообщения по существу

6.1Комитет должен принять решение о том, будет ли принудительное возвращение заявителя в Алжир являться нарушением закрепленного в пункте 1 статьи 3 Конвенции обязательства государства-участника не высылать и не возвращать (refouler) какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток. Чтобы прийти к определенному заключению, Комитету надлежит принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека. Вместе с тем преследуемая цель заключается в определении того, угрожает ли лично данному лицу применение пыток в стране, в которую оно будет возвращено. Из этого следует, что в соответствии с практикой Комитета и несмотря на изложенные в пункте 3.4 выше утверждения заявителя относительно ситуации в Алжире, существование постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в той или иной стране само по себе не является достаточным основанием для определения того, будет ли какому-либо конкретному лицу угрожать применение пыток после его возвращения в страну; для этого необходимо иметь дополнительные основания, свидетельствующие о том, что такая угроза будет возникать лично для данного лица. И наоборот, отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека не означает, что с учетом конкретного положения того или иного лица нельзя считать, что ему угрожает применение пыток.

6.2Комитет отмечает, что заявитель ссылается на предусмотренную в статье 3 Конвенции защиту на том основании, что ему лично угрожают арест и применение пыток, поскольку он и его родственники поддерживают ИФС. Его предполагаемые связи с ИФС берут свое начало в 1992 году, когда он был задержан на 45 минут и подвергнут допросу. Не сообщается, что перед тем, как заявитель уехал в Саудовскую Аравию, его подвергали пыткам или преследованиям за связи с ИФС. Заявитель не выполнил требования относительно обоснования своего утверждения о том, что имеются серьезные основания полагать, что ему будет угрожать опасность подвергнуться пыткам и что Алжир является страной, где существует постоянная практика грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека.

6.3В настоящем случае Комитет также отмечает, что зять заявителя занимался политической деятельностью приблизительно 10 лет назад и что сама по себе эта деятельность не может создавать для заявителя угрозу быть подвергнутым пыткам при возвращении в Алжир. Комитет далее констатирует, что предполагаемый страх заявителя перед призывом в армию не имеет отношения к рассматриваемому вопросу.

6.4Комитет напоминает о том, что для целей статьи 3 Конвенции должна существовать предсказуемая и реальная угроза лично данному лицу быть подвергнутым пыткам в стране, в которую оно возвращается, или, как в данном случае, в третьей стране, куда предположительно оно впоследствии может быть выслано. Исходя из изложенных выше соображений, Комитет полагает, что заявитель не представил достаточных доказательств в подтверждение того, что ему лично будет угрожать применение пыток в случае его возвращения в Алжир.

6.5Действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Комитет против пыток делает вывод о том, что, исходя из представленной информации, высылка заявителя в Южную Африку не явилась нарушением статьи 3 Конвенции.

Примечание

аДело № 083/1997, соображения, принятые 15 мая 1998 года.

Сообщение № 182/2001

Представлено:г-ном А. И. (представлен адвокатом, г-ном Гансом Петером Ротом)

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство-участник:Швейцария

Дата представления жалобы:5 марта 2001 года (первоначальное представление)

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 12 мая 2004 года,

завершив рассмотрение сообщения № 182/2001, представленного Комитету против пыток г-ном А. И., в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему автором жалобы, его адвокатом и государством-участником,

принимает следующее решение в соответствии со статьей 22 Конвенции:

1.1Заявителем является А. И., гражданин Шри-Ланки тамильского происхождения, 1977 года рождения, который в настоящее время проживает в Швейцарии и ожидает депортации в Шри-Ланку. Он утверждает, что его принудительное возвращение в Шри‑Ланку будет означать нарушение Швейцарией статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Он представлен адвокатом.

1.225 апреля 2001 года Комитет препроводил данную жалобу государству-участнику для представления по ней своих замечаний. Комитет отмечает, что государство-участник по собственной инициативе приняло решение не депортировать заявителя в Шри‑Ланку, пока его жалоба находится на рассмотрении Комитета.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель родился в Чанканае на севере Шри-Ланки. В июле 1995 года он вместе со своей семьей бежал из района военных действий, развернувшихся вследствие гражданской войны, и на некоторое время оказался в лагере беженцев близ Навали. Во время бомбардировки католической церкви в Навали самолетами военно-воздушных сил Шри-Ланки заявитель стал свидетелем гибели многочисленных беженцев, укрывшихся в этой церкви, в том числе некоторых его дальних родственников. Впоследствии заявитель вместе со своей семьей оказался в Чавакачиери, который в то время находился под контролем ТОТИа и где его младший брат С. вступил в ряды ТОТИ.

2.2В январе 1996 года заявитель и его мать отправились в Коломбо для оформления его отъезда из Шри-Ланки. После взрыва бомбы в банке в Коломбо, к которому был причастен сосед, заявитель и его мать были арестованы 31 января 1996 года силами безопасности и содержались под стражей в полицейском участке Петтаха. 8 и 16 февраля 1996 года заявителя посетила делегация Международного комитета Красного Креста (МККК), а 22 февраля 1996 года он и его мать были освобождены из-под стражи после дачи взятки.

2.330 марта 1996 года заявитель был арестован во время проверки документов армейским патрулем, который доставил его в тюрьму Великаде, где он был допрошен на предмет его связей с ТОТИ. После освобождения 1 января 1997 года он был доставлен обратно в Чанканай. Между тем 18 июля 1996 года его младший брат погиб во время нападения ТОТИ на армейский лагерь около Муллайттиву.

2.4После возвращения в Чанканай заявитель и его второй брат Т. в апреле-июне 1997 года шесть-семь раз арестовывались боевиками НРФОИb и ООИс. Их доставляли в лагерь около Путтура, где они подвергались допросам на предмет их связи с ТОТИ. Во время допросов они, как утверждается, подвергались избиению; один раз с целью получения признания их били металлической цепью и прижигали им спину горячим металлическим предметом. В июле 1997 года Т. был вновь арестован боевиками, и с тех пор о нем ничего не известно.

2.5После этого заявитель вернулся в Коломбо, откуда он 22 августа 1997 года по фальшивому паспорту отправился в Швейцарию через Турцию и Италию.

2.626 августа 1997 года заявитель подал ходатайство о предоставлении политического убежища в Швейцарии. После собеседований, проведенных в Федеральном управлении по делам беженцев (ФУБ) 26 августа 1997 года и 22 апреля 1998 года и в полиции по делам иностранцев 14 октября 1997 года, ФУБ 28 октября 1998 года приняло решение об отклонении его ходатайства о предоставлении убежища, одновременно предписав ему покинуть страну к 15 января 1999 года. Это предписание было обусловлено следующими причинами: а) недостоверностью его утверждений о содержании под стражей в тюрьме Великаде и предполагаемом исчезновении его второго брата Т., а также непоследовательном изложении фактов жестокого обращения с ним и его братом со стороны боевиков НРФОИ и ООИ; b) отсутствием достаточной временной и вещественной связи между его содержанием под стражей в полицейском участке Петтаха в период 31 января - 22 февраля 1996 года и его отъездом из Шри-Ланки 22 августа 1997 года; с) отсутствием достаточно обоснованной угрозы быть подвергнутым пыткам по возвращении в Шри-Ланку, где заявитель может переселиться в районы, не затронутые военными действиями.

2.730 ноября 1998 года заявитель обжаловал это решение в Швейцарской апелляционной комиссии по делам беженцев (АРК), а затем представил два медицинских заключения от 6 января и 5 сентября 1999 года, в которых подтверждалось, что он страдает от посттравматического стрессового расстройства. В представлении от 10 октября 1999 года ФУБ подтвердило свою позицию, указав, что заявитель может получить необходимое лечение в Семейном реабилитационном центре в Коломбо или в одном из его 12 отделений в Шри-Ланке. Кроме того, ФУБ отметило противоречие между медицинским заключением от 6 января 1999 года, в котором говорилось о том, что заявитель содержался под стражей в течение 14 дней в Коломбо до его ареста 31 января 1996 года, и неупоминанием заявителем этого момента во время собеседований.

2.830 ноября 2000 года АРК отклонила апелляцию заявителя. Она поддержала выводы ФУБ и добавила следующие причины: а)  ни один из предполагаемых арестов заявителя не привел к возбуждению против него уголовного дела за сотрудничество с ТОТИ; b)  тот факт, что заявитель дважды задерживался в Коломбо, не имеет значения для его ходатайства о предоставлении убежища; с)  даже если заявитель страдает от посттравматического стрессового расстройства, он не смог обосновать, что данная болезнь является результатом его преследования со стороны властей Шри-Ланки; d)  заявитель не смог представить достоверные документы, удостоверяющие его личность; е)  депортация заявителя в Шри-Ланку не будет представлять собой чрезмерные лишения при отсутствии достаточных причин считать, что он будет подвергнут пыткам, и с учетом того, что его семья продолжает жить в Северной провинции (Теллипалай) и что в Шри-Ланке он сможет получить необходимое лечение от посттравматического стрессового расстройства.

2.9После этого ФУБ установило новый крайний срок для отъезда заявителя из Швейцарии - 5 февраля 2001 года.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает, что его принудительное возвращение в Шри-Ланку будет представлять собой нарушение Швейцарией статьи 3 Конвенции, поскольку имеются существенные основания считать, что, будучи молодым тамилом, который неоднократно арестовывался и допрашивался властями и боевиками и брат которого, как известно, являлся членом ТОТИ, по возвращении в Шри-Ланку он будет подвергнут пыткам.

3.2Заявитель сообщает, что силы безопасности Шри-Ланки ежедневно проводят облавы и проверки на улицах среди тамилов, которые в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом (ЗБТ) могут быть арестованы на срок до полутора лет без санкции на арест и без предъявления им обвинений. Согласно Положению о чрезвычайных ситуациях (ПЧС), дополняющему ЗБТ, этот срок может периодически продлеваться на 90 дней судебной комиссией, решения которой обжалованию не подлежат. В течение этого времени задержанных лиц, как правило, допрашивают на предмет их контактов с ТОТИ и зачастую подвергают пыткам, жестокому обращению и даже внесудебным казням.

3.3Ссылаясь на несколько докладов о положении в области прав человека в Шри‑Ланке, заявитель утверждает, что за последние годы угроза применения пыток в отношении тамилов практически не уменьшилась.

3.4Заявитель сообщает, что в обстановке гражданской войны в Шри-Ланке, которая зачастую характеризуется полным отсутствием контроля над отдельными районами или одновременным контролем над ними со стороны различных группировок, невозможно провести четкого разграничения между преследованием со стороны правительственных и неправительственных сил, как это предусмотрено в Законе Швейцарии о политическом убежище. Так, в некоторых районах страны тамильские боевики из НРФОИ или ООИ преследуют сторонников ТОТИ в тесном взаимодействии с армией Шри-Ланки и часто подвергают подозреваемых пыткам в тюрьмах, расположенных в их собственных лагерях. Поэтому такое обращение равносильно преследованию со стороны государства.

3.5Как утверждает заявитель, вследствие его посттравматического стрессового расстройства, обусловленного пытками, которым он подвергался в лагере НРФОИ/ООИ, а также пережитого им шока во время бомбардировки церкви в Навали, он может повести себя непредсказуемо в таких опасных ситуациях, как полицейские облавы и проверки на улицах, что еще более повысит риск ареста и последующего применения пыток со стороны полиции Шри-Ланки.

3.6Заявитель утверждает, что беженцы, преследуемые по политическим мотивам, зачастую не имеют необходимых документов и что он представил достаточные доказательства, удостоверяющие его личность, в виде фотокопии его удостоверения личности и его свидетельства о рождении. Он вряд ли мог получить паспорт или новое удостоверение личности, обратившись к властям Шри-Ланки.

3.7Заявитель утверждает, что этот вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования и что он исчерпал внутренние средства правовой защиты. В частности, он утверждает, что при отсутствии новых доказательств обращение в АРК с чрезвычайным ходатайством об обжаловании будет бесполезным.

Замечания государства-участника относительно приемлемости и существа жалобы

4.18 июня 2001 года государство-участник признало приемлемость данной жалобы, а 29 ноября 2001 года оно представило свои замечания по ее существу. Оно соглашается с соответствующими аргументами Федерального управления по делам беженцев и Апелляционной комиссии по делам беженцев по данному вопросу и приходит к заключению, что автор не обосновал наличия реальной и личной угрозы применения к нему пыток после возвращения в Шри-Ланку.

4.2Государство-участник утверждает, что заявитель не представил каких-либо новых данных в обоснование необходимости пересмотра решений ФУБ и АРК. Аналогичным образом, доказательства, представленные во время внутренней процедуры рассмотрения его ходатайства о предоставлении убежища (т.е. газетные статьи, письмо его матери и удостоверение личности, выданное МККК), недостаточны для подтверждения его утверждений о том, что он подвергался преследованию в прошлом, или о том, что в будущем ему угрожает в Шри-Ланке применение пыток. Медицинские заключения, подтверждающие наличие у заявителя посттравматического стрессового расстройства, основываются на его собственных оценках и не учитывают других возможных - и более вероятных - причин возникновения подобных симптомов.

4.3Признав, что заявитель с 31 января по 22 февраля 1996 года содержался под стражей в полицейском участке Петтаха в Коломбо, государство-участник не видит связи между этим фактом и его утверждением о том, что он может подвергнуться пыткам по возвращении в Шри-Ланку. Аналогичным образом, такой вывод не вытекает из факта частых проверок личности и арестов, которым тамилы подвергаются в Шри-Ланке.

4.4Как сообщает государство-участник, невозбуждение уголовного дела против заявителя означает, что ему лично не угрожает применение пыток со стороны сил безопасности Шри-Ланки. По мнению государства-участника, боевики НРФОИ и ООИ, если они и действовали в районе Чанканая в 1997 году, никогда не проявляли какого-либо интереса к деятельности самого заявителя, а, как утверждается, подвергали его пыткам с целью получения информации о связях его покойного брата С. с ТОТИ.

4.5В заключение государство-участник отмечает, что в случае возвращения в Шри‑Ланку заявитель может доказать, что с 1997 года он непрерывно проживал в Швейцарии, и тем самым развеять подозрения в сотрудничестве в этот период с ТОТИ.

Комментарии заявителя относительно представлений государства-участника

5.122 декабря 2003 года в своих комментариях по представлению государства-участника относительно существа жалобы адвокат отмечает, что противоречия в утверждениях заявителя, сделанных им швейцарским властям, обусловлены "утратой чувства реальности". Потерпевшие лица зачастую с трудом вспоминают детали и хронологию происшедших с ними событий.

5.2Заявитель оспаривает утверждение, согласно которому НРФОИ и ООИ уже не действовали в районе Чанканая в апреле-июне 1997 года и которое было сделано государством-участником на основании отсутствия у него каких-либо достоверных данных об этом факте.

5.3Заявитель не соглашается с утверждением государства-участника о том, что он не представил достаточные доказательства в подтверждение своего заявления. Так, членство его покойного брата в ТОТИ является документально установленным фактом, и имеются достаточные основания считать, что власти Шри-Ланки подозревают и самого заявителя. Кроме того, акты пыток, как правило, скрываются компетентными государственными органами, в результате чего зачастую невозможно получить соответствующие доказательства.

5.4Как отмечает заявитель, вместо того, чтобы подвергать сомнению представленные им заключения психиатра, государству-участнику следовало бы запросить медицинское заключение государственного врача. Хотя имеющиеся заключения от января и сентября 1999 года и не подтверждают утверждений заявителя, они по крайней мере показывают, что возникшее у него посттравматическое стрессовое расстройство было прямым следствием пыток, которым он подвергался в прошлом.

5.5В заключение заявитель отмечает, что в 2003 году сообщалось о многочисленных случаях пыток и жестокого обращения в тюрьмах Шри-Ланки и что, несмотря на продолжающиеся мирные переговоры, в Шри-Ланке еще не обеспечено соблюдение законности.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

6.1Перед рассмотрением любых утверждений, содержащихся в сообщении, Комитет против пыток должен принять решение о том, является ли данное сообщение приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. Как это предусмотрено в пункте 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет убедился в том, что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования. Касаясь данного случая, Комитет отмечает также, что были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты и что государство-участник согласилось с приемлемостью сообщения. В силу этого Комитет признает данное сообщение приемлемым и приступает к его рассмотрению по существу.

6.2Комитет должен решить вопрос о том, станет ли принудительное возвращение заявителя в Шри-Ланку нарушением предусмотренного в пункте 1 статьи 3 Конвенции обязательства государства-участника не высылать и не возвращать (refouler) какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что этому лицу может угрожать там применение пыток. Формулируя свое заключение, Комитет должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование в данном государстве постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека (пункт 2 статьи 3 Конвенции).

6.3На основании информации из недавних докладов о положении в области прав человека в Шри-Ланке Комитет отмечает, что, несмотря на принятие мер по искоренению пыток, сообщения о случаях их применения продолжают поступать и что жалобы на применение пыток зачастую не находят должного рассмотрения со стороны сотрудников полиции, судебных и медицинских работников. Вместе с тем Комитет отмечает также заключение в феврале 2002 года официального соглашения о прекращении огня между правительством и ТОТИ. Хотя имевшие место в последнее время политические события и изменения в составе правительства, возможно, и создали препятствия для эффективного продолжения текущего мирного процесса, сам этот процесс остановлен не был. Комитет далее напоминает, что после проведения им расследования положения в Шри-Ланке в соответствии со статьей 20 Конвенции он пришел к заключению, что практика пыток в государстве-участнике не носит систематического характераd. Наконец, Комитет отмечает, что в последние годы в Шри-Ланку возвратилось большое число беженцев.

6.4Вместе с тем Комитет напоминает, что цель проводимого им рассмотрения заключается в том, чтобы определить, будет ли заявителю лично угрожать применение пыток в стране, в которую он вернется. Из этого следует, что независимо от того, можно ли говорить о существовании в Шри-Ланке постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека, наличие такой практики само по себе не является достаточным основанием для вывода о том, что заявителю будет угрожать применение пыток после его возвращения в Шри-Ланку. В этой связи необходимо иметь дополнительные основания, подтверждающие наличие такой угрозы лично для заявителя. И наоборот, отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека необязательно означает, что заявителю не будет угрожать применение пыток с учетом конкретных обстоятельств его дела.

6.5В отношении личной угрозы для заявителя быть подвергнутым пыткам со стороны сил безопасности Шри-Ланки Комитет принимает к сведению его утверждение о том, что в 1997 году он подвергался пыткам со стороны НРФОИ и ООИ, которые действовали в сотрудничестве с армией Шри-Ланки. Вместе с тем, даже если допустить, что эти утверждения являются достоверными, Комитет считает, что из этого не обязательно следует, что в настоящее время заявителю будет угрожать опасность вновь подвергнуться пыткам, принимая во внимание продолжающийся в Шри-Ланке мирный процесс и тот факт, что в последние годы многие тамильские беженцы возвратились в эту страну.

6.6В отношении утверждения заявителя о том, что его посттравматическое стрессовое расстройство приведет к неконтролируемому поведению в стрессовых ситуациях, повысив для него риск ареста полицией Шри-Ланки, Комитет отмечает, что невозбуждение в прошлом против заявителя какого-либо уголовного дела, а также непроявление им высокой политической активности можно в свою очередь трактовать в качестве фактора, который может уменьшить какой бы то ни было риск серьезных последствий в случае его нового ареста.

6.7Комитет считает маловероятным, чтобы власти Шри-Ланки или группы боевиков, предположительно действующие с их ведома или молчаливого согласия, по‑прежнему проявляли интерес к связи с ТОТИ младшего брата заявителя, который скончался почти восемь лет назад.

6.8В отношении вопроса о возможности необходимого психиатрического лечения посттравматического стрессового расстройства заявителя в Шри-Ланке Комитет считает, что ухудшение состояния здоровья заявителя, которое, возможно, произойдет вследствие его депортации в Шри-Ланку, не будет равнозначно применению пыток по смыслу статьи 3 (в сочетании со статьей 1) Конвенции, в нарушении которой и можно было бы обвинить государство-участнике.

6.9В силу этого Комитет полагает, что заявитель не представил достаточных аргументов, которые позволили бы Комитету заключить, что ему будет серьезно, реально и лично угрожать применение пыток в случае возвращения в Шри-Ланку.

7.Действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Комитет против пыток приходит к заключению о том, что высылка заявителя в Шри‑Ланку государством-участником не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции.

Примечания

аДвижение "Тигры освобождения Тамил-Илама".

bНародный революционный фронт освобождения Илама.

сОрганизация освобождения Илама.

dОфициальные ответы Генеральной Ассамблеи, пятьдесят седьмая сессия, Дополнение № 44 (А/57/44), глава IV, раздел В, пункт 181.

еСм. сообщение № 186/2001, К.К. против Швейцарии, решение от 11 ноября 2003 года, пункт 6.8.

Сообщение № 183/2001

Представлено:Б.С.Ш. (представлен адвокатом г‑ном Стюартом Иствэнффи)

Предполагаемая жертва:Б.С.Ш.

Государство-участник:Канада

Дата представления жалобы:7 марта 2001 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 12 мая 2004 года,

завершив рассмотрение жалобы № 183/2001, представленной Комитету против пыток г-ном Б.С.Ш. в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему автором жалобы, его адвокатом и государством-участником,

принимает следующее решение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции

1.1Заявителем является гражданин Индии г-н Б.С.Ш., родившийся в 1958 году, проживающий в настоящее время в Квебеке/Канада и ожидающий депортации в Индию. Он заявляет, что его принудительное возвращение в Индию явилось бы нарушением Канадой статей 3 и 16 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Он представлен адвокатом.

1.2 4 мая 2001 года Комитет препроводил жалобу государству-участнику для представления замечаний и просил в соответствии с пунктом 1 правила 108 правил процедуры Комитета не высылать заявителя в Индию до тех пор, пока его жалоба находится на рассмотрении Комитета. 19 февраля 2004 года государство-участник просило Комитет отозвать свою просьбу о применении временных мер согласно пункту 7 правила 108 правил процедуры Комитета, либо по возможности скорее вынести окончательное решение по данной жалобе. В своем письме от 2 марта 2004 года адвокат просил Комитет оставить в силе свою просьбу о применении временных мер до принятия окончательного решения по жалобе. Эти просьбы утратили свое значение 12 мая 2004 года, когда Комитет утвердил свои c оображения по данной жалобе.

1.3 31 марта 2003 года заявитель просил Комитет приостановить рассмотрение его жалобы до завершения разбирательства в соответствии с новой процедурой оценки рисков до высылки (ОРДВ), оставив при этом в силе свою просьбу согласно пункту 1 правила 108 его правил процедуры. 25 апреля 2003 года Комитет проинформировал заявителя и государство-участник о том, что им принято решение приостановить рассмотрение жалобы, а также действие его просьбы к государству-участнику не высылать заявителя в той мере и на тот срок, пока его высылка автоматически откладывается в соответствии с разделом 162 Положения об иммиграции и защите беженцев.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель является выходцем из индийской провинции Пенджаб. По религиозной принадлежности он сикх. Его жена и трое детей по‑прежнему проживают в Пенджабе.

2.2В соответствии с "отчетом о расследовании" от 12 марта 1993 года, подготовленным адвокатом по правам человека из Патиалы (Пенджаб) г‑ном С.С., который в значительной мере основан на свидетельских показаниях отца заявителя, его дочери и других жителей деревни, в апреле 1991 года в дом семьи заявителя вошли двое вооруженных мужчин и потребовали накормить их, угрожая при этом пистолетом. Они находились в доме полчаса. Позже вечером полиция арестовала заявителя, обвинив его в том, что он дал приют террористам. По словам заявителя, он находился в специальной камере для пыток, где полицейские его допрашивали и избивали. Он был освобожден через два дня после того, как его отец дал взятку.

2.3В соответствии с этим же отчетом заявитель был арестован вторично в сентябре 1991 года, после того как в соседней деревне были убиты шесть членов семьи одного из сотрудников полиции. Заявитель содержался под стражей в неизвестном месте, где, как утверждается, полицейские вновь подвергали его пыткам. Он был освобожден после вмешательства местного политического деятеля и после этого отправился в Джайпур (Раджастхан), с тем чтобы скрыться от пенджабской полиции. В отчете говорится о том, что полиция продолжала преследовать его семью, а один раз был арестован брат заявителя. После того как полиция начала расследование с целью установления его местонахождения в Джайпуре, заявитель, следуя совету своего отца, решил покинуть страну.

2.41 сентября 1992 года заявитель уехал из Индии в Бразилию, после чего перебрался в Мексику, а 22 сентября 1992 года въехал в Соединенные Штаты Америки. 30 октября 1992 года он прибыл в Канаду и обратился с просьбой о предоставлении ему статуса беженца. После того как он был возвращен в Соединенные Штаты Америки, иммиграционные власти США попросили его выехать из страны до 29 ноября 1992 года. После этого заявитель продолжал незаконно оставаться на территории Соединенных Штатов Америки. Он не явился на заседание, на котором должно было рассматриваться его заявление о предоставлении статуса беженца, назначенное на 17 августа 1993 года в канадском пограничном пункте в Ляколле.

2.524 ноября 1993 года консульство Индии в Нью-Йорке выдало заявителю паспорт.

2.64 августа 1994 года заявитель вновь прибыли в Канаду (Ванкувер), а 16 августа 1994 года обратился в Монреале с новой просьбой о предоставлении ему статуса беженца. 13 октября 1994 года канадские иммиграционные власти издали постановление о его высылке. 4 ноября 1996 года Отдел по определению статуса беженцев Совета по вопросам иммиграции и беженцев отказал в предоставлении ему статуса беженца в соответствии с Конвенцией, однако заявитель подал прошение о предоставлении ему разрешения ходатайствовать о судебном пересмотре этого решения. 29 мая 1998 года Федеральный суд Канады отказался выдать подобное разрешение.

2.7В этот период заявитель направил прошение в Отдел по пересмотру решений, касающихся ходатайств о предоставлении статуса беженца в Канаде. К этому прошению он приложил копию документа, похожего на ордер на арест, который, согласно этому документу, был выдан в отношении него индийскими властями 8 мая 1994 года. Его прошение было отклонено в письме от 10 марта 1997 года, в котором его информировали о том, что постановление о высылке вступило в силу и он обязан покинуть Канаду до 16 апреля 1997 года. В примечаниях к делу, составленных сотрудником, который выносил решение по прошению, говорилось о том, что копия ордера на арест была предоставлена лишь на позднем этапе рассмотрения дела и что не было дано никакого объяснения причин, по которым ордер на арест был выдан в 1994 году в связи с событиями, относящимися к 1991 году. 29 августа 1997 года Федеральный суд Канады отклонил просьбу заявителя о выдаче ему разрешения ходатайствовать о судебном пересмотре отказного решения по его заявлению.

2.82 октября 1997 года заявитель обратился с просьбой об исключении из обычной практики применения Закона об иммиграции и защите беженцевапо соображениям гуманности и сострадания. Просьба содержала новые доказательства, включая статью от 10 августа 1997 года из чандигархской (Пенджаб) газеты, в которой говорилось о том, что семья заявителя до сих пор подвергается запугиваниям со стороны пенджабской полиции и что ему угрожает смерть, если его вернут в Индию; прилагалась медицинская справка от 25 апреля 1995 года, выданная индийским врачом и подтверждающая, что он лечил заявителя в связи с переломом ноги и кровотечением из уха 21 сентября 1991 года, а также медицинская справка от 14 марта 1995 года от монреальского врача, подтверждающая нарушение слуха в правом ухе заявителя, а также наличие шрама размером в 3 см на его правой ноге; при этом делался вывод о том, что эти симптомы соответствуют его заявлениям о пытках. 4 ноября 1997 года просьба заявителя, основанная на соображениях гуманности и сострадания, была отклонена. В то же время в ходе рассмотрения просьбы заявителя о предоставлении ему разрешения ходатайствовать о судебном пересмотре этого решения стало очевидно, что сотрудник иммиграционной службы не учел все представленные ему доказательства. Государство-участник согласилось пересмотреть эту просьбу, поданную со ссылкой на соображения гуманности и сострадания, и процедура судебного разбирательства была прекращена.

2.94 июня 1998 года другим сотрудником иммиграционной службы была проведена дополнительная оценка риска, и, несмотря на наличие новых доказательств, он пришел к выводу о том, что заявитель не будет подвергаться опасности пыток или бесчеловечного обращения в случае его возвращения в Индию. Письмом от 13 августа 1998 года заявитель был извещен о том, что его вторая просьба, основанная на соображениях гуманности и сострадания, также отклонена. Он обратился за разрешением ходатайствовать о судебном пересмотре, которое было предоставлено ему Федеральным судом.

2.10В своем решении от 2 октября 1998 года Федеральный суд постановил приостановить исполнение постановления о высылке. Суд решил, что заявитель поднял серьезный вопрос, который должен быть рассмотрен в судебном порядке, и вынес временное постановление о том, что заявителю будет нанесен непоправимый ущерб, если он будет депортирован в Индию. Своим решением от 24 ноября 1998 года Федеральный суд санкционировал пересмотр дела в судебном порядке и отменил решение сотрудника иммиграционной службы, отклоняющее вторую просьбу заявителя, основанную на соображениях гуманности и сострадания, и вернул данное дело для повторного рассмотрения. Хотя Суд отверг претензию заявителя в отношении того, что иммиграционная процедура пересмотра дела в Канаде представляет собой нарушение статей 7b и 12c Конституции Канады, он постановил, что решение сотрудника иммиграционной службы было необоснованным, поскольку в нем не учитывались должным образом новые доказательства, представленные заявителем, и поскольку оно было основано на доводах, не имеющих отношения к делу.

2.11После этого просьба заявителя, основанная на соображениях гуманности и сострадания, была пересмотрена другим сотрудником иммиграционной службы, который прошел профессиональную подготовку и в качестве сотрудника по рассмотрению последующих заявлений, и после длительного анализа фактов и доказательств этот сотрудник отклонил просьбу от 13 октября 2000 года, в частности, по следующим основаниям: a) наличие сомнений в подлинности ордера на арест ввиду его формы и отсутствия каких-либо подтверждающих доказательств; b) невозможность установления источника и/или устаревшая дата большинства справок и газетных статей, представленных заявителем в отношении ситуации в Пенджабе; c) наличие противоречия между тем фактом, что, согласно свидетельским показаниям членов его семьи и соседей в его родной деревне, заявитель был невиновным, и его заявлением о том, что он до сих пор подвергается преследованиям со стороны полиции; d) наличие сомнений в отношении доказательственной ценности перевода газетной статьи от 11 июня из ванкуверского еженедельника, опубликованной на пенджабском языке, в которой упоминалось дело заявителя; е) неоправданная неявка заявителя на рассмотрение его первого ходатайства о предоставлении ему статуса беженца, которое было назначено на 17 августа 1993 года в канадском пограничном пункте; f) тот факт, что 24 ноября 1993 года индийским консульством в Нью-Йорке заявителю был выдан паспорт, несмотря на то, что его якобы разыскивали индийские власти; g) тот факт, что адвокат указал на наличие у заявителя посттравматического стрессового расстройства, сопровождавшегося приступами панического страха, диагноз которого фигурировал в справке психиатра, выданной 30 августа 1999 года, лишь на позднем этапе рассмотрения дела заявителя; что то психологическое состояние, в котором находился заявитель, не помешало ему работать с января 1999 года и что он отрицал наличие какого-либо психического расстройства при заполнении иммиграционных документов в октябре 1997 года и в сентябре 2000 года; h)  малая политическая значимость заявителя и тот факт, что обычно лишь активисты-правозащитники и сикхи-активисты и их семьи подвергались опасности запугиваний со стороны пенджабской полицииd; i) тот факт, что семья заявителя продолжает проживать в Пенджабе; j) защита заявителя благодаря наличию у его отца хороших политических связей; k) общее улучшение ситуации в Пенджабе; и l)  тот факт, что заявитель сумел найти прибежище в соседнем штате до своего отъезда из Индии в 1991 году.

2.122 марта 2001 года Федеральный суд отклонил просьбу заявителя о предоставлении ему разрешения на подачу ходатайства о судебном пересмотре дела.

Жалоба

3.1Адвокат утверждает, что заявитель подвергся бы опасности пыток в Индии и в этой связи Канада нарушила бы статью 3 Конвенции в случае его возвращения в родную страну. Кроме того, учитывая посттравматическое стрессовое расстройство заявителя, он получил бы сильную эмоциональную травму при возвращении в Индию и при этом был бы лишен возможности получить надлежащее медицинское обслуживание, что само по себе будет представлять собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение и являться нарушением статьи 16 Конвенции.

3.2Адвокат утверждает также, что заявитель исчерпал все внутренние средства правовой защиты. Он далее заявляет о том, что те средства правовой защиты, которые имеются в рамках канадской системы пересмотра дел, касающихся иммиграции, являются неэффективными, поскольку сотрудники иммиграционной службы не проходят профессиональной подготовки в области прав человека или по правовым вопросам, в большинстве случаев не учитывают практику рассмотрения дел Советом по вопросам иммиграции и беженцев и Федеральным судом и не могут реально оценить ситуацию в стране происхождения лиц, ходатайствующих о предоставлении статуса беженцев, нередко подвергаются давлению с целью увеличения числа случаев депортации и, как правило, демонстрируют недоверие к утверждениям заявителей, ходатайствующих о предоставлении статуса беженца.

Замечания государства-участника по вопросу о приемлемости и существу жалобы

4.18 ноября 2001 года государство-участник представило свои замечания по вопросу о приемлемости и дополнительно по существу жалобы.

4.2Государство-участник признает, что заявитель использовал все имеющиеся внутренние средства правовой защиты. В то же время государство-участник утверждает, что жалоба является неприемлемой, поскольку представленные заявителем доказательства недостаточны для подтверждения prima facie нарушения Конвенции.

4.3В отношении статьи 3 Конвенции государство-участник утверждает, что в соответствии с Замечанием общего порядка № 1 это положение возлагает на заявителя бремя доказывания того, что ему угрожала бы опасность быть подвергнутым пыткам в случае возвращения в Индию. Согласно государству-участнику, поведение заявителя после его отъезда из Индии в 1992 году не соответствует его утверждению об опасениях подвергнуться пыткам, о чем свидетельствует тот факт, что он не попытался получить статус беженца в Соединенных Штатах Америки во время его проживания в этой стране, его неявка на рассмотрение канадскими властями его первого заявления о предоставлении статуса беженца 17 августа 1993 года, а также выдача ему нового индийского паспорта в Нью-Йорке в 1993 году, что, по мнению государства-участника, является еще одним доказательством того, что заявитель не опасается индийских властей и что он не разыскивался и не разыскивается имие. Кроме того, государство-участник ставит под вопрос правдивость утверждений заявителя ввиду сомнительной подлинности ордера на его арест, который был выдан через два года после отъезда из Индии, был представлен канадским властям лишь в декабре 1996 года, не был напечатан на официальном бланке и относился к типу документов, которые могут быть легко подделаны или получены за небольшую плату в Индии.

4.4Государство-участник утверждает также, что медицинские справки, представленные заявителем, лишь подтверждают наличие телесных повреждений в прошлом без представления доказательства причины этих телесных повреждений. Государство-участник высказывает также сомнение в отношении справки психиатра, в которой ставится диагноз посттравматического стрессового расстройства, о котором заявитель никогда не упоминал до 1999 года. Государство-участник делает вывод о том, что, даже если справки подтверждают утверждение заявителя о том, что его пытали в прошлом, этого не происходило в недавнем прошлом, при этом главный вопрос заключается в том, существует ли по‑прежнему опасность пыток. В отношении правовой практики Комитетаf, государство-участник утверждает, что, даже если пытки в прошлом представляют собой элемент, который необходимо учитывать при рассмотрении заявления в рамках статьи 3, цель рассмотрения вопроса Комитетом заключается в выявлении того факта, будет ли заявитель подвергаться опасности пыток в настоящее время в том случае, если он вернется в страну происхождения.

4.5На основании нескольких докладов о положении в области прав человека в Индии, и в частности в Пенджабе, государство-участник утверждает, что в Пенджабе отсутствует какая-либо постоянная практика грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека и что ситуация в этой провинции улучшилась за последние годы, о чем свидетельствует значительный спад как воинственных настроений сикхов, так и их преследований со стороны полиции. Государство-участник высказывает сомнение относительно того, что лично заявитель вообще являлся объектом преследований полиции, а также предположение, что его предполагаемое заключение являлось частью существовавшей в прошлом практики арестов под ложным предлогом, производившихся пенджабской полицией с целью получения взяток. Государство-участник утверждает далее, что только известные сикхи-экстремисты или активисты могут до сих пор рассматриваться в качестве людей, которым угрожает опасность жестокого обращения; заявитель же никогда не был членом какой-либо политической партии или социального движенияg. Учитывая тот факт, что Комитет отклонил даже жалобу по статье 3, направленную известным сикхским активистом, который участвовал в угоне самолета компании "Индиэн эрлайнз" в 1981 годуh, государство-участник делает вывод о том, что с учетом обстоятельств настоящего случая возможность пыток нельзя рассматривать в качестве предсказуемого и неизбежного последствия возвращения заявителя в Индию.

4.6В отношении предполагаемого нарушения статьи 16 Конвенции государство-участник утверждает, что это положение не имеет отношения к ситуации заявителя, поскольку из подготовительной работы в связи с Конвенцией вытекает, что вопросы депортации или высылки полностью регулируются положениями статьи 3. Государство-участник утверждает также, что в соответствии с правовой практикой Комитета "ухудшение состояния здоровья автора, к которому, возможно, приведет высылка, не будет равнозначным актам жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения со стороны государства-участника, о которых говорится в статье 16 Конвенции"i. Поскольку неспособность государства обеспечить медицинское обслуживание на высшем уровне не представляет собой, по мнению государства-участника, жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, возвращение заявителя в Индию также не может быть равнозначным подобному обращению даже в том случае, если бы его утверждение относительно отсутствия надлежащего медицинского лечения в Индии было достаточно обоснованным.

4.7В случае альтернативного варианта, если жалоба будет объявлена приемлемой, государство-участник обращается с просьбой к Комитету отклонить ее по существу вопроса по тем же основаниям, которые были изложены выше.

4.8В отношении оценки опасности, проведенной канадскими иммиграционными властями, государство-участник утверждает, что сотрудников иммиграционной службы специально учат оценивать ситуацию в стране происхождения ходатайствующих о предоставлении статуса беженца и применять национальное канадское законодательство, а также правовые нормы в области прав человека, в том числе Конвенцию против пыток. Государство-участник считает, что такое средство правовой защиты, как пересмотр дела в судебном порядке, является надлежащей гарантией того, что статус сотрудников иммиграционной службы не характеризуется "относительным недостатком независимости".

4.9И наконец, государство-участник утверждает, что Комитету не следует выдвигать свои собственные выводы в отношении того, имеются ли достаточные основания полагать, что заявителю угрожала бы опасность пыток в случае возвращения в Индию, поскольку рассмотрение дела на национальном уровне в иммиграционной службе и Совете по делам беженцев, а также в Федеральном суде не выявляет наличия явной ошибки или необоснованности или любых иных отклонений, а оценка фактов и доказательств относится к компетенции национальных судов.

Комментарии заявителя

5.1В своих комментариях от 30 марта 2002 года к представлению государства-участника заявитель вновь утверждает, что существует опасность применения к нему пыток и даже его казни в случае его возвращения в Индию. Он заявляет, что некоторые из представленных им доказательств были полностью проигнорированы или приуменьшены в представлении государства-участника; это касается, в частности, отчета о расследовании г‑на С.С., нескольких газетных статей и решения Европейского суда по правам человека по делу Chahal , в то время как другие документы, в частности ордер на арест и статья из ванкуверского еженедельника, в которой четко упоминалось имя заявителя, не были признаны в качестве подлинных. Поскольку все документы были представлены канадским властям в оригинале, государству-участнику было бы легко проверить их подлинность.

5.2Заявитель утверждает, что государство-участник стремится подорвать доверие к нему по вторичным основаниям, таким, как поздняя подача им просьбы о предоставлении статуса беженца, необращение с подобной просьбой в Соединенных Штатах Америки, выдача ему паспорта индийским консульством в Нью-Йорке и дата ордера на его арест, которые в данном случае являются недостаточными для доказательства несостоятельности документально подтвержденной опасности пыток. Адвокат утверждает, что для получения документа, подтверждающего его личность, заявитель заплатил 500 долл. США некоему г‑ну Ш., с тем чтобы получить свой паспорт в индийском консульстве в Нью-Йорке. В отношении даты ордера на арест заявитель утверждает, что ему неизвестно, почему он был выдан через два года после его отъезда из Индии, и что возможным объяснением этого могут быть события в Пенджабе, о которых он не знает.

5.3В отношении медицинских справок, в том числе от психиатра, заявитель утверждает, что в этих документах четко указывается, что он подвергался пыткам, что этот факт ни разу серьезно не оспаривался государством-участником. Заявитель отклоняет заявление государства-участника о том, что эти справки были представлены лишь на позднем этапе рассмотрения дела, и поясняет, что по меньшей мере одна медицинская справка, датированная 1995 годом, была представлена канадским властям на раннем этапе.

5.4В отношении дальнейших доказательств, заявитель представляет письменное свидетельство г‑на С.С.Ш. - своего друга и бывшего офицера индийской армии, который после увольнения из армии стал сикхом-активистом, бежал из страны и получил в Канаде в 1993 году статус беженца в соответствии с Конвенцией. В этих письменных показаниях под присягой он утверждает, что несколько раз встречался с семьей заявителя во время продолжавшегося четыре месяца посещения Индии в 1997 году, и во время этих встреч ему было сказано о том, что пенджабская полиция продолжает запугивать эту семью и подозревает заявителя в поддержании контактов с террористами за рубежом.

5.5Заявитель утверждает, что в основной части представления государства-участника лишь повторяются те аргументы, которые были изложены в окончательном решении сотрудника иммиграционной службы от 13 октября 2000 года, без объяснения того, почему в нем был проигнорирован содержащийся в двух решениях Федерального суда вывод о том, что депортация заявителя в Индию подвергла бы его опасности причинения непоправимого ущерба. В отношении отказа в разрешении ходатайствовать о пересмотре дела в судебном порядке, адвокат поясняет, что в этом пересмотре дела было отказано новым судьей, который стал членом Федерального суда в марте 2001 года.

5.6Согласно заявителю, опасность быть подвергнутым пыткам по возвращении в Индию усугубляется для заявителя в связи с тем, что он считается сочувствующим экстремистам, поскольку пенджабская полиция обвинила его в оказании поддержки сикхам-экстремистам. Кроме того, его плохое физическое состояние усилит убеждение сотрудников сил безопасности в том, что он принимал участие в вооруженной борьбе.

5.7В отношении нарушений прав человека в Индии в настоящее время, и в частности в Пенджабе, заявитель считает, что даже если и наблюдается улучшение ситуации по сравнению с началом 90-х годов, до сих пор широко распространенной практикой является применение пыток во время содержания под стражей в полиции или армейских подразделениях. Обосновывая свои утверждения, он представляет несколько объемных докладов о продолжающихся нарушениях прав человека в Пенджабе, а также о канадской системе определения статуса беженцев.

5.8В отношении предполагаемого нарушения статьи 16 Конвенции заявитель утверждает, что это заявление основано не только на факте отсутствия надлежащего медицинского обслуживания в Индии, но также и на опасности серьезного потрясения в случае возвращения в страну, где его подвергали пыткам.

5.9Заявитель утверждает, что сотрудники канадской иммиграционной службы обычно не получают профессиональной подготовки в области прав человека. Вместо этого они обучаются тому, как оспаривать достоверность утверждений заявителя, претендующего на получение статуса беженца. Заявитель также еще раз повторяет, что процедура судебного пересмотра дела Федеральным судом не обеспечивает надлежащего контроля за злоупотреблениями со стороны иммиграционных властей, и приводит настоящее дело в качестве примера неадекватности этого средства правовой защиты.

Дополнительные замечания государства-участника и комментарии адвоката

6.1 В дополнительном представлении от 12 ноября 2002 года государство-участник утверждало, что жалоба не только не подтверждена доказательствами, но к тому же является неприемлемой в соответствии с пунктом 2 статьи 22 из-за несовместимости со статьей 3 Конвенции, поскольку на том этапе не было принято решения о высылке заявителя, а также в соответствии с пунктом 5 b) статьи 22 Конвенции и правилом 107 е) правил процедуры Комитета, поскольку заявитель не исчерпал все средства правовой защиты в рамках новой процедуры оценки рисков до высылки (ОРДВ). К тому же государство-участник считает жалобу несостоятельной.

6.2 Государство-участник утверждает, что, согласно принятому 28 июня 2002 года новому закону об иммиграции и защите беженцев, любое лицо, ожидающее высылки из Канады, имеет право на новую оценку рисков, если в 15-дневный срок после уведомления заявителя о возможности подать ходатайство о применении процедуры ОРДВ он представляет новые доказательства; в таком случае действие ордера на высылку автоматически приостанавливается. Оценка производится сотрудником, занимающимся ОРДВ, который обучен применению Женевской конвенции о статусе беженцев, а также Конвенции против пыток. Если ОРДВ дает негативный результат, заявитель может просить о разрешении ходатайствовать в Федеральном суде о пересмотре решения в судебном порядке; Федеральный суд может удовлетворить ходатайство на основании простой юридической ошибки или явно неверной интерпретации материалов дела. Решение судебной коллегии Федерального суда может быть обжаловано в Федеральный апелляционный суд, если судья, входящий в состав судебной коллегии, подтверждает, что в связи с данным делом возникает серьезный, представляющий всеобщую важность вопрос, решение Апелляционного суда может быть далее обжаловано в Верховном суде Канады. Заявитель может ходатайствовать перед Федеральным судом о принятии временного решения о приостановлении процедуры высылки до завершения рассмотрения его заявлений и апелляций, поданных в этот суд.

6.3 Государство-участник утверждает, что, как и предусмотренная в прежнем законодательстве процедура оценки рисков в рамках пересмотра решений, касающихся ходатайств о предоставлении статуса беженца в Канаде, процедура оценки рисков до высылки является эффективным средством правовой защитыj; того же мнения по вопросу о правовой защите путем пересмотра дел в судебном порядке придерживаются Комитет против пыток и Комитет по правам человекаk.

6.4 Кроме того, государство-участник отводит приведенный заявителем аргумент о том, что Федеральный суд дважды признавал, что он рискует подвергнуться пыткам по возвращении в Индию, и утверждает, что принятое 2 октября 1998 года постановление о приостановлении процедуры высылки и решение от 24 ноября 1999 года по одному из ходатайств заявителя о судебном пересмотре не могут рассматриваться в качестве подтверждения в судебном порядке того факта, что автор подвергнется такому риску.

6.5 Государство-участник оспаривает документальные свидетельства, представленные автором, на том основании, что письменное свидетельство г-на С.С.Ш., который смог провести четыре месяца в Пенджабе в 1997 году, несмотря на то, что ему был предоставлен статус беженца в Канаде, было основано всего лишь на заявлениях членов семьи заявителя и его друзей в Пенджабе и в силу этого является своекорыстным и малозначимым; b)  сообщения и исследования о нарушениях прав человека в Пенджабе в прошлом недостаточны для того, чтобы сделать вывод о наличии лично для заявителя в настоящее время опасности подвергнуться пыткам в случае его депортации в Индию; и с)  в двух медицинских справках, относящихся к 1995 году, содержится лишь ссылка на полученные ранее физические травмы, но не говорится о посттравматическом стрессовом расстройстве, первое упоминание о котором встречается в справке, относящейся к 1999 году, когда прошло пять лет после возбуждения заявителем ходатайства о предоставлении ему статуса беженца.

7.1В комментариях, датируемых 31 марта 2003 года, заявитель повторяет утверждение, что он лично подвергся бы в настоящее время опасности применения к нему пыток в Индии, как было подтверждено решениями Федерального суда, где говорится о возможности "причинения ему непоправимого ущерба" (ордер о приостановлении от 2 октября 1998 года) и о "необычных, незаслуженных или непропорциональных лишениях" (решение суда от 24 ноября 1999 года) в случае его возвращения в эту страну.

7.2Заявитель отрицает, что при принятии решения в рамках процедуры ОРДВ принимаются во внимание международные обязательства Канады в области прав человека, поскольку эта процедура нацелена на отказ в предоставлении статуса беженца "практически всем", и в силу этого общая доля, получивших отказ, составляет 97‑98%.

Последующие представления государства-участника и комментарии адвоката

8.119 февраля 2004 года государство-участник проинформировало Комитет о том, что процедура ОРДВ в отношении заявителя завершена, и просило его отказаться от приостановлении рассмотрения дела, по возможности оперативно принять решение по вопросу о допустимости и по существу жалобы или, в качестве варианта, отозвать просьбу о применении временных мер в соответствии с пунктом 7 правила 108 его правил процедуры.

8.2Государство-участник утверждает, что представленные заявителем доказательства не дают оснований для вывода о том, что его высылка нанесет ему "непоправимый ущерб" по смыслу пункта 1 правила 108 правил процедуры в силу малозначимости его личности, того факта, что предполагаемые пытки имели место более 12 лет назад, и того, что за 11 лет, истекших со времени его отъезда из страны, положение в области прав человека в Пенджабском районе значительно улучшилось. Вывод об отсутствии опасности пыток был подтвержден при четырех последующих оценках рисков, проведенных четырьмя различными сотрудниками; умозрительные построения заявителя не должны препятствовать выполнению решения о высылке, принятого в законном порядке.

8.3Государство-участник утверждает, что 14 мая 2003 года заявитель обратился с просьбой о постоянном проживании в Канаде по соображениям гуманности и сострадания, а 10 сентября 2003 года также подал ходатайство об оценке рисков до высылки. Оба ходатайства были основаны на тех же утверждениях, что и его первоначальная просьба о предоставлении статуса беженца, а также последующие ходатайства о защите. 29 сентября 2003 года сотрудник, занимающийся ОРДВ, отклонил поданное заявителем ходатайство об ОРДВ, и выдал ордер на его немедленную высылку, вынеся определение о том, что он не подвергается опасности преследования, пыток, смерти либо жестокого или необычного обращения и наказания в случае возвращения в Индию. К тому же 30 сентября 2003 года его просьба, обоснованная соображениями гуманности и сострадания, была отклонена в силу отсутствия убедительных доводов о наличии опасности преследования.

8.4Государство-участник утверждает, что в интересах окончательного урегулирования вопроса оно более не оспаривает приемлемости жалобы на том основании, что не были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, хотя просьба заявителя о выдаче ему разрешения ходатайствовать о судебном пересмотре решения еще не рассмотрена в Федеральном суде.

9.12 марта 2004 года заявитель представил копии материалов досье, касающихся процедуры ОРДВ, а 20 апреля 2004 года – замечания по дополнительным представлениям государства-участника. Доказательства, фигурирующие в досье, включают: а) несколько докладов о положении в области прав человека в Пенджабе, в том числе доклад организации "Международная амнистия" от января 2003 года по вопросу о безнаказанности и пытках в Пенджабеl, в котором сообщалось о непривлечении к ответственности сотрудников полиции, ответственных за пытки, гибель во время содержания под стражей, внесудебные казни и исчезновения людей в период активизации действий экстремистов с середины 80-х по середину 90-х годов, как об одной из причин продолжающихся серьезных нарушений прав человека; b) несколько письменных свидетельств в подтверждение наличия опасности для заявителя, подписанных, в частности, беженцем, а в прошлом юристом по делам правозащитников из Пенджаба (ныне является практикующим юристом в Канаде), который утверждает, что люди, подозреваемые в контактах с экстремистами, как, например, заявитель, являются объектом преследования со стороны полиции и не могут рассчитывать на судебную защиту в Пенджабе; с)  перевод помеченного 27 августа 2003 года решения муниципального совета ("панчаята") деревни, где проживал заявитель, в котором подтверждается, что его жизни грозила бы опасность в случае возвращения, и содержится осуждение по поводу преследований его семьи со стороны местной полиции; d) письмо от г-на С.С., помеченное 3 октября 2003 года на ту же тему; и е) письмо от сына заявителя, помеченное 10 апреля 2004 года, в котором тот говорит, что его семья подвергается постоянному запугиванию со стороны Департамента уголовного расследования (ДУР), а также связанной с ним социальной изоляции и что он опасается за свою жизньm.

9.2Адвокат резюмирует историю юридических разбирательств, инициированных заявителем в Канаде, и информирует Комитет о том, что 17 февраля 2004 года Федеральный суд отклонил его просьбу о выдаче ему разрешения ходатайствовать о судебном пересмотре решенияn. Он утверждает, что как и прежняя процедура пересмотра решений, касающихся ходатайств о предоставлении статуса беженца в Канаде, которая постоянно подвергалась критике в Канаде со стороны церкви и групп по поддержке беженцев, процедура ОРДВ, по мнению Канадской ассоциации адвокатов и правозащитных групп, не обеспечивает независимости и беспристрастности, поскольку введена лишь для того, чтобы государство имело возможность сделать вид, что перед высылкой заявителя была произведена оценка опасностей. Ни Комитет против пыток, ни Комитет по правам человека не высказывались в том плане, что эта процедура обеспечивает эффективное средство правовой защиты; они лишь отметили, что эта процедура должна быть пройдена и что заявитель должен продемонстрировать ее неэффективность.

9.3Заявитель оспаривает состоятельность оценки рисков до высылки на следующих основаниях: а)  в решении акцентируются лишь те события, которые имели место до его отъезда из Индии, но не принимаются во внимание продолжающаяся травля его семьи, а также представленные им новые доказательства и два решения Федерального суда от октября 1998 и ноября 1999 года; b)  в нем ошибочно говорится о прекращении в Пенджабе произвольных арестов людей, подозреваемых в принадлежности к сикхским активистам или к сочувствующим им, вопреки докладам, подготовленным иммиграционной службой Дании, и страновым оценкам по Индии, составленным Соединенным Королевством; и с)  оно основано на той ложной посылке, что человек имеет возможность скрыться в Индии, хотя те, кто следит за положением с правами человека, считают, что любое лицо, являющееся объектом преследования со стороны полиции, не имеет возможности вести в Индии нормальную жизнь, поскольку все вновь прибывшие обязаны зарегистрироваться в местном полицейском участке, а также потому, что соседи доложат полиции о любом приезжем.

9.4Заявитель отрицает, что положение в области прав человека в Пенджабе в последнее время улучшилось; наоборот, по данным организации "Международная амнистия", пытки стали еще более распространенным явлением. Канадский центр защиты жертв пыток в Торонто и Сеть по защите жертв организованного насилия в Монреале подтвердили, что к ним по‑прежнему обращаются жертвы жестоких пыток из этого региона. После прихода в 2002 году к власти в Пенджабе партии "Конгресс" все сотрудники полиции, которым были предъявлены обвинения в пытках и жестоком обращении, были амнистированы. Новое законодательство о борьбе с терроризмом еще более подорвало позиции жертв пыток. Большинство наблюдателей отвергают аргумент о том, что в Пенджабе опасность грозит лишь известным сикхским активистам; это утверждение опровергается сообщениями о том, что во многих случаях те, кто подвергался преследованиям ранее, или члены их семей остаются объектом преследований.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

10.1Прежде чем рассматривать какие-либо утверждения, содержащиеся в жалобе, Комитет против пыток должен принять решение относительно ее приемлемости или неприемлемости в соответствии со статьей 22 Конвенции. Исходя из требований пункта 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет убедился в том, что этот вопрос не рассматривался и не рассматривается в рамках какой-либо другой процедуры международного расследования или урегулирования. Комитет отмечает, что государство-участник признает, что внутренние средства правовой защиты были исчерпаны. Таким образом, в рамках концепции приемлемости не возникает вопроса о том, являются ли неэффективными средства правовой защиты, имеющиеся в рамках канадской системы пересмотра решений по вопросам иммиграции, как об этом заявлялось адвокатом.

10.2В отношении утверждения заявителя о том, что решение о его возвращении в Индию само по себе будет представлять акт жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания в нарушение статьи 16 Конвенции, Комитет отмечает, что заявитель не представил достаточных доказательств в обоснование этого утверждения. В частности, Комитет напоминает о том, что в соответствии с его правовой практикой ухудшение состояния здоровья заявителя, вызванное, возможно, его депортацией, не является равнозначным тому виду жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, о котором говорится в статье 16 Конвенцииo. Хотя Комитетом признается, что высылка заявителя в Индию может явиться причиной субъективных опасений, она не является, по мнению Комитета, равнозначной жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению, о котором говорится в статье 16 Конвенции. В этой связи Комитет отмечает, что претензия заявителя в соответствии со статьей 16 Конвенции характеризуется отсутствием минимального обоснования, которое сделало бы эту часть жалобы приемлемой согласно статье 22 Конвенции.

10.3В отношении претензии заявителя в соответствии с пунктом 1 статьи 3 Конвенции Комитет считает, что не существует каких-либо дополнительных препятствий для приемлемости жалобы. Комитет соответственно переходит к рассмотрению существа дела.

11.1Комитет должен дать оценку того, существуют ли серьезные основания полагать, что лично автору угрожает опасность быть подвергнутым пыткам после возвращения в Индию. При оценке подобной опасности Комитет должен принять во внимание все соответствующие соображения согласно пункту 2 статьи 3 Конвенции, включая наличие постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека.

11.2В этой связи Комитет принимает к сведению представленные заявителем доклады, в которых подтверждается, что случаи пыток во время содержания под стражей имели место и после окончания в середине 90-х годов периода активности экстремистов в Пенджабе и что виновные в пытках в большинстве случаев не привлечены к ответственности. Он также отмечает представленный государством-участником аргумент о том, что за 11 лет с момента отъезда заявителя из Индии положение с правами человека в Пенджабе улучшилось.

11.3В то же время Комитет напоминает, что его целью является выяснение того, будет ли заявитель лично подвергаться опасности применения пыток в Индии. Он делает вывод о том, что, если даже, как говорят, в этой стране и существует постоянная практика грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека, это само по себе не является достаточным основанием для утверждения о том, что заявителю будет угрожать опасность применения пыток после его возвращения в Индию; нужны дополнительные основания, свидетельствующие о том, что ему будет лично угрожать опасность. Аналогичным образом, отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека не означает, что отдельное лицо не может рассматриваться в качестве лица, которому угрожает опасность применения пыток в особых обстоятельствах его дела.

11.4Комитет отмечает, что в обоснование своей жалобы заявитель представил свидетельства того, что его пытали во время нахождения в заключении в 1991 году, в том числе медицинскую справку и справку психиатра, а также письменные свидетельства, подтверждающие его утверждения. В то же время Комитет считает, что, даже если допустить, что заявитель подвергался пыткам со стороны пенджабской полиции, из этого автоматически не следует, что, спустя 13 лет после предполагаемых событий, ему по‑прежнему угрожает опасность подвернуться пыткам в случае его возвращения в Индию.

11.5Что касается утверждений заявителя о том, что он и в настоящее время по-прежнему подвергается опасности применения к нему пыток в Индии, Комитет отмечает, что, хотя представленные заявителем доказательства, в том числе письменные свидетельства, письма и документ, содержащий, по его словам, резолюцию, принятую муниципальным советом его родной деревни, подтверждают наличие для него опасности быть подвергнутым пыткам, а также продолжающуюся травлю членов его семьи со стороны пенджабской полиции, эти доказательства указывают всего лишь на наличие для него опасности быть подвергнутым пыткам в Пенджабе. Комитет считает, что заявитель не обосновал утверждение о том, что он не сможет жить, не подвергаясь пыткам, в другой части Индии. Хотя переезд из Пенджаба будет связан для заявителя со значительными лишениями, тот только факт, что он, возможно, не сможет вернуться к своей семье в свою родную деревню, сам по себе не равнозначен пытке по смыслу статьи 3, рассматриваемой в сочетании со статьей 1 Конвенции.

11.6В отношении эффективности средств судебной защиты, предоставляемых канадской системой пересмотра решений по иммиграционным вопросам, Комитет отмечает, что окончательное решение относительно депортации заявителя было принято после длительной и тщательной оценки опасности возвращения заявителя в Индию в ходе четырех последовательных разбирательств. Комитет также отмечает, что до принятия этого решения государство-участник согласилось пересмотреть просьбу заявителя по соображениям гуманности и сострадания, когда стало очевидно, что представленные им доказательства не были рассмотрены должным образом. Комитет принимает во внимание также тот факт, что Федеральный суд без колебаний направил данное дело на пересмотр на том основании, что при принятии пересмотренного решения по ходатайству заявителя, поданному со ссылкой на соображения гуманности и сострадания, также не проводилось должной оценки доказательств.

11.8В свете вышеизложенного, Комитет пришел к выводу о том, что заявитель не обосновал утверждения о наличии для него лично в настоящее время реальной и предсказуемой опасности подвергнуться пыткам в случае возвращения в Индию.

12.Действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Комитет против пыток считает, что решение государства-участника о высылке заявителя в Индию не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции.

Примечания

а1 ноября 2001 года в этот Закон были внесены поправки.

b"Каждый имеет право на жизнь, свободу и безопасность своей личности, и лишение этих прав возможно лишь в соответствии с основными принципами отправления правосудия".

c"Каждый имеет право не подвергаться любому жестокому или необычному обращению или наказанию".

dВ силу этой причины в "Примечаниях к делу" отрицалось наличие любого сходства с делом Chahal v . United Kingdom, по которому Европейским судом по правам человека было вынесено решение о том, что депортация известного сторонника сикхского сепаратизма в Индию будет представлять собой нарушение статьи 3 Европейской конвенции, поскольку его участие в сикхском сепаратистском движении "привлечет к нему, вероятно, интерес сторонников жесткой линии в силах безопасности, которые безжалостно преследовали в прошлом тех, кто подозревался в принадлежности к сикхам-активистам". См. Европейский суд по правам человека, Chahal v . United Kingdom (заявление № 00022414/93), судебное решение от 15 ноября 1996 года, пункты 98 и 106‑108 (цит. по пункту 106).

еГосударство-участник ссылается на решение Комитета по делу Э.А. против Швейцарии, cообщение № 28/1995, документ ООН CAT/C/19/D/28/1995, 10 ноября 1997 года, пункт 11.4.

f X , Y и Z против Швеции, сообщение № 61/1996, документ (CAT/C/20/D/61/1996), 6 мая 1998 года, пункт 11.2; A . L . N . против Швейцарии, сообщение № 90/1997 (CAT/C/20/D/90/1997), 19 мая 1998 года, пункт 8.3.

gГосударство-участник указывает на соответствующую правовую практику Комитета в поддержку этого аргумента. См., например, П.К.Л. против Канады, сообщение № 57/1996 (CAT/C/19/D/57/1996), 17 ноября 1997 года, пункт 10.4.

h Т.П.С. против Канады, сообщение № 99/1997 (CAT/C/24/D/99/1997), 4 сентября 2000 года, пункт 15.5.

I Г.Р.Б. против Швеции, сообщение № 83/1997( CAT/C/20/D/83/1997), 15 мая 1998 года, пункт 6.7.

jВ отношении оценки рисков в рамках пересмотра решений, касающихся ходатайств о предоставлении статуса беженцев в Канаде, государство-участник ссылается на решения Комитета по правам человека по cообщению № 603/1994, Баду против Канады, пункт 6.2; cообщение № 604/1994, Нарти против Канады, пункт 6.2; cообщение № 654/1995, Аду против Канады , пункт 6.2.

kПомимо вышеуказанных решений Комитета по правам человека приводится ссылка на решения Комитета против пыток по жалобам № 66/1997, П.С.С. против Канады, пункт 6.2; № 86/1997, П.С. против Канады, пункт 6.2; № 42/1996, Р.К. против Канады, пункт 7.2; № 95/1997, Л.О. против Канады, пункт 6.5; № 22/1995, M. A . против Канады, пункт 3.

lСправочный номер "МА" – ASA 20/002/2003.

mПисьмо прилагается к представлению заявителя от 20 апреля 2004 года.

nКопия решения приобщена к представлению заявителя от 2 марта 2004 года.

o Г.Р.Б. против Швеции, cообщение № 83/1997 (САТ/С/20/D/83/1997), 15 мая 1998 года, пункт 6.7.

Сообщение № 186/2001

Представлено:К.К. (представлен адвокатом)

Предполагаемая жертва:Заявитель

Государство-участник:Швейцария

Дата представления жалобы:3 июля 2001 года (первоначальное представление)

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 11 ноября 2003 года,

завершив рассмотрение жалобы № 186/2001, представленной Комитету против пыток г-ном К.К. в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во внимание всю информацию, представленную ему автором жалобы, его адвокатом и государством-участником,

принимает следующее решениев соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции:

1.1Заявителем является К.К., гражданин Шри-Ланки тамильского происхождения, родившийся в 1976 году, который в настоящее время содержится под стражей в Цуге (Швейцария) в ожидании депортации в Шри-Ланку. Он утверждает, что его принудительное возвращение в Шри-Ланку станет нарушением Швейцарией статьи 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Он представлен адвокатом.

1.28 августа 2001 года Комитет препроводил данную жалобу государству-участнику для представления по ней замечаний и в соответствии с пунктом 1 правила 108 правил процедуры Комитета просил не возвращать заявителя в Шри-Ланку, пока его жалоба находится на рассмотрении Комитета. Государство-участник выполнило эту просьбу.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель родился в Джафне на севере Шри-Ланки. После того, как в октябре 1995 года шри-ланкийская армия разбомбила дом его родителей, он и его семья бежали в город Киллиночи, который в то время находился под контролем ТОТИa, а в мае 1996 года он перебрался со своей матерью в Коломбо. По дороге в Коломбо его разлучили с матерью, арестовав на контрольно-пропускном пункте шри-ланкийской армии и Народного революционного фронта освобождения Илама (НРФОИ) вблизи Вавунии, как и несколько других тамилов-мужчин, заподозренных в принадлежности к ТОТИ.

2.2Затем заявитель содержался под стражей в помещении школы, откуда его перевели в Тхандикулам в Управление уголовных расследований (УУР) для проведения допросов насчет его причастности к ТОТИ. Там, как утверждается, его пытали тамилы - члены НРФОИ, прижигая гениталии сигаретами, когда он был раздет со связанными за спиной руками. Заявителя также били хлыстом и угрожали расправой, если он не сознается в принадлежности к ТОТИ. В период содержания под стражей ему давали только рис, перемешанный с песком, и зловонную жидкость, напоминающую мочу. Спустя 12 дней заявителя освободили, поскольку о нем неоднократно хлопотала его мать и за него поручился один из его дальних родственников из Коломбо - г-н Дж. С.

2.3Вскоре после прибытия в Коломбо, где заявитель остановился в одном из [тамильских] приютов, он был арестован военнослужащими и затем передан полиции. На следующий день его доставили к судье, который своим решением от 2 августа 1996 года снял с него за отсутствием доказательств все обвинения в террористической деятельности. Несмотря на оправдательное решение, его продолжали содержать в УУР в камере вместе с сингалами-наркоманами и алкоголиками, которые, как утверждается, избивали его. Спустя неделю его вновь доставили в суд, где с помощью адвоката ему удалось добиться освобождения.

2.4Вскоре заявителя вновь арестовали сотрудники УУР по подозрению в том, что он является активистом ТОТИ. В отделении УУР в Боралле ему дали, как утверждается, полчаса для того, чтобы он сознался в принадлежности к ТОТИ. В противном случае ему угрожала, по словам сотрудника УУР, смертная казнь. В ходе последующего допроса, на котором присутствовали еще два подозреваемых лица - г-н Дж. С. и его сестра К.С., заявителя били по голове набитой песком пластмассовой трубой (так называемой "слоной"). Затем его содержали под стражей в помещении УУР в течение семи дней и освободили вместе с двумя другими подозреваемыми лицами после того, как они заплатили 15 000 рупий в качестве взятки.

2.5В сентябре 1996 года сотрудники УУР вновь арестовали заявителя после подрыва поезда в Дехивале (Коломбо) и после того, как недалеко от дома его родственников и соподозреваемых Дж. и К.С. были найдены оружие и взрывчатка. В период содержания под стражей его, как утверждается, били, заставляли обнажать гениталии и практически не кормили. Заявителя дважды посещали представители Международного комитета Красного Креста (9 и 19 сентября 1996 года). Когда полиция арестовала настоящего исполнителя террористической акции, заявителя, как и г-на и г-жу С. освободили спустя 22 дня содержания под стражей после того, как его мать дала взятку в размере 45 000 рупий. Ему предложили покинуть Коломбо в течение месяца.

2.629 октября 1996 года заявитель покинул Шри-Ланку по фальшивому паспорту. 30 октября 1996 года он прибыл в Швейцарию, где в тот же день подал ходатайство о предоставлении убежища. После двух разбирательств в Федеральном управлении по делам беженцев (ФУБ), состоявшихся 14 ноября 1996 года и 6 марта 1997 года, и одного разбирательства в иммиграционной полиции Цуга 9 декабря 1996 года Федеральное управление приняло 23 октября 1998 года решение об отклонении его ходатайства, одновременно предписав произвести его депортацию в Шри-Ланку. Признав документы, которые заявитель представил в качестве доказательствb, подлинными, ФУБ тем не менее отметило, что ряд противоречий в его утверждениях порождает сомнения в его искренности. Так, иммиграционной полиции Цуга он заявил, что представители МККК посетили его в период его второго содержания под стражей в Коломбо, а во время второго разбирательства в ФУБ он сообщил, что эти же посещения состоялись в период его третьего и последнего содержания под стражей в Коломбо. Это несоответствие, которое он сам не смог объяснить, породило сомнения в том, действительно ли его содержали под стражей в Коломбо три раза. Сделанное им в ходе второго разбирательства в ФУБ заявление о том, что он покинул Коломбо лишь через 12 дней после его последнего освобождения, было признано неправдоподобным и, соответственно, породило дополнительные сомнения в его искренности. Кроме того, тот факт, что заявитель был оправдан шри-ланкийским судом и что его несколько раз освобождали после содержания под стражей в полиции, указывает на то, что никакой реальной угрозы преследований для него не было. Упомянутые им случаи применения пыток не могут быть увязаны с действиями правительства Шри-Ланки, которое предпринимает серьезные усилия для улучшения положения в области прав человека в стране, - их следует рассматривать как злоупотребление властью со стороны отдельных полицейских. Упомянутые заявителем проблемы со здоровьем (проблемы с мочеиспусканием, боли в области живота, потеря памяти) не помешали его переезду.

2.724 ноября 1998 года заявитель обжаловал решение ФУБ в Швейцарской апелляционной комиссии по делам беженцев (Asylrekurskommission), отметив, что видимые противоречия в отношении сроков его посещений представителями МККК возникли в результате недопонимания, поскольку во время второго разбирательства в ФУБ он говорил о его втором аресте сотрудниками УУР, а не о втором содержании под стражей в Коломбо. Касаясь оперативности организации его выезда из Коломбо, он заявил, что эта поездка планировалась его матерью и дядей задолго до его последнего освобождения, сразу же после того, как они пришли к выводу, что ему опасно оставаться в Шри-Ланке. Кроме того, заявитель выразил несогласие с тем, что применение пыток отдельными сотрудниками полиции нельзя увязывать с действиями правительства и что положение в области прав человека в Шри-Ланке существенно улучшилось. Тот факт, что он был арестован и подвергнут пыткам после вынесения судом оправдательного решения, свидетельствует лишь о том, что такое решение не защитило его от ареста и пыток.

2.8Впоследствии заявитель представил два медицинских заключения: заключение от 7 декабря 1998 года, где констатировалось, что на его гениталиях имеется четыре следа ожогов, которые, вполне вероятно, причинены сигаретами, и заключение психиатра от 17 января 1999 года, где подтверждается наличие у него очевидных симптомов посттравматического стрессового расстройства. В представлении от 29 января 1999 года ФУБ оспорило транспарентность, научную точность, правдоподобность и объективность заключения психиатра.

2.9Решением от 18 сентября 2000 года Апелляционная комиссия по делам беженцев отклонила апелляцию заявителя, сославшись в основном на те же противоречия, которые уже были отмечены ФУБ. Кроме того, Комиссия выразила сомнения относительно личности заявителя, поскольку его брат ранее ходатайствовал в Швейцарии об убежище под тем же именем, и в разных обстоятельствах заявитель указывал разные даты своего рождения. Комиссия также исключила возможность того, что во время второго разбирательства в ФУБ заявитель, говоря о посещениях представителей МККК, имел в виду его последнее содержание под стражей, продолжавшееся, по его словам, семь дней (вместо 22). Кроме того, его заявление о том, что он добровольно явился в УУР, когда мать сообщила, что его подозревают во взрыве в Дехивале, вызывает сомнения, если исходить из того, что в УУР его пытали во время предшествующих арестов. В связи с представленными заявителем медицинскими документами Комиссия, допуская, что отмеченные в медицинском заключении ожоги могли быть причинены сигаретами, сочла маловероятным, чтобы эти телесные повреждения были нанесены в обстоятельствах, о которых утверждает заявитель, с учетом того факта, что он явно преувеличил число ожогов в иммиграционной полиции. Комиссия также отметила, что заключение психиатра было представлено на поздней стадии разбирательства, и она сочла его неубедительным доказательством применения пыток в отношении заявителя. Не исключая того, что заявитель может быть арестован и избит полицией после возвращения в Шри-Ланку, Комиссия пришла к выводу об отсутствии какой-либо конкретной угрозы пыток, поскольку имеются основания полагать, что власти Шри-Ланки пресекают подобные инциденты. Комиссия также сочла доступное в Шри-Ланке лечение достаточным для удовлетворения потребностей заявителя и подтвердила как вынесенное решение, так и принятое ФУБ постановление о депортации.

2.10После того как заявитель попытался скрыться, чтобы избежать запланированной на 24 января 2001 года высылки, 23 июля 2001 года он был арестован и взят под стражу иммиграционной полицией Цуга.

Жалоба

3.1Заявитель утверждает, что его принудительное возвращение в Шри-Ланку станет нарушением государством-участником статьи 3 Конвенции, поскольку ему будет реально угрожать применение пыток, если он, конкретно взятый молодой тамил, который ранее был несколько раз арестован и подвергнут пыткам как предполагаемый активист ТОТИ, будет депортирован.

3.2Заявитель сообщает, что силы безопасности Шри-Ланки ежедневно совершают рейды против тамилов, которые в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом (ЗБТ) могут быть арестованы на срок до 18 месяцев без санкции на арест и без предъявления обвинений. Согласно Положению о чрезвычайных ситуациях (ПЧС), дополняющему ЗБТ, этот срок может периодически продлевать на 90 дней судебная комиссия, решения которой обжалованию не подлежат. В течение этого времени задержанных лиц, как правило, допрашивают об их контактах с ТОТИ и зачастую подвергают пыткам, жестокому обращению и даже внесудебным казням.

3.3Ссылаясь на несколько докладов о положении в области прав человека в Шри‑Ланкеc, заявитель отмечает, что за последние годы угроза применения пыток в отношении тамилов существенно не уменьшилась.

3.4Заявитель утверждает, что вследствие его посттравматического стрессового расстройства он может повести себя непредсказуемо в таких опасных ситуациях, как полицейские рейды и проверки на улице, и это еще более повысит риск ареста и последующего применения пыток полицией. Кроме того, пострадавшие лица не могут получить в Шри-Ланке никаких адекватных медицинских и терапевтических услуг.

3.5Заявитель сообщает, что он исчерпал внутренние средства правовой защиты и что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования.

Замечания государства-участника относительно приемлемости и существа жалобы

4.118 сентября 2001 года государство-участник признало приемлемость данной жалобы, а 8 февраля 2002 года представило свои замечания по ее существу. Оно соглашается с аргументами, выдвинутыми Федеральным управлением по делам беженцев и Апелляционной комиссией по делам беженцев, и приходит к заключению, что автор не обосновал наличие реальной и личной угрозы применения к нему пыток после возвращения в Шри-Ланку.

4.2Государство-участник напоминает о серьезных противоречиях в утверждениях заявителя, которые создают впечатление о том, что он не подвергался столь жестоким пыткам, как он утверждает, и объяснить это просто отсутствием абсолютной точности, присущим жертвам пыток, нельзя. Даже если заявитель и подвергался жестокому обращению в прошлом, это всего лишь один из элементов, подлежащих учету при определении грозящей ему опасности применения пыток. Из его предполагаемого прошлого не вытекает автоматически, что ему будет угрожать существенный риск преследования со стороны властей Шри-Ланки. Кроме того, УВКБ признало допустимым тот риск, которому подвергаются просители убежища из Шри-Ланки, чьи ходатайства были отклонены в рамках справедливого разбирательства.

4.3Государство-участник сообщает, что тамилы, арестованные в ходе полицейских рейдов, в большинстве случаев освобождались в течение 24 часов после установления их личности. Более длительное время содержатся под стражей лишь те тамилы, которые сами или родственники которых подозреваются в принадлежности к ТОТИ. Как правило, если жители тамильских приютов могли подтвердить свою личность, их вообще не арестовывали. Объявив, что он никогда не принимал участия в какой-либо политической деятельности и что никто из членов его семьи не принадлежит к ТОТИ, заявитель мог считать себя сравнительно защищенным от ареста силами безопасности с учетом также того, что он обладает копией вынесенного ему шри-ланкийским судом оправдательного решения, которую он может предъявлять во время полицейских проверок. Кроме того, тот факт, что его дважды освобождали после выплаты залога, свидетельствует о том, что серьезно в принадлежности к ТОТИ его не подозревали.

4.4Государство-участник сообщает, что защита заключенных в Шри-Ланке стала более эффективной после учреждения Комитета по расследованию необоснованных арестов и притеснений, который надлежит информировать обо всех арестах, произведенных в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом и Положением о чрезвычайных ситуациях, и который компетентен рассматривать жалобы на жестокое обращение со стороны сотрудников сил безопасности. 7 сентября 1998 года Комитет принял свои директивы, в соответствии с которыми никто не должен подвергаться аресту без предъявления ему обвинений, без информирования его семьи об этих обвинениях и о месте содержания под стражей, либо в отсутствие обличающих улик. Согласно правительственным источникам, благодаря этим требованиям более строго стали соблюдаться права человека во время проверок документов и содержания под стражей.

4.5Касаясь состояния здоровья заявителя, государство-участник сообщает, что в Шри-Ланке есть несколько учреждений, обладающих соответствующими возможностями для лечения пострадавших, например расположенный в Коломбо Семейный реабилитационный центр, который имеет свои отделения по всей стране и обеспечивает качественные медицинские услуги и терапевтическое лечение.

4.6В заключение государство-участник отмечает, что 14 февраля 2001 года заявитель сам согласился воспользоваться программой репатриации, которую осуществляет Федеральное управление по делам беженцев.

Комментарии заявителя относительно представлений государства-участника

5.116 июля 2002 года адвокат заявителя прокомментировал представление государства-участника по существу жалобы, отметив, что противоречия в тех утверждениях, которые заявитель сделал швейцарским властям, обусловлены "смешением реальных событий". Потерпевшие лица зачастую с трудом вспоминают детали и хронологию происшедших с ними событий. То, что заявитель изменил важные детали в своих утверждениях, например время его посещений представителями МККК, на протяжении одной и той же беседы в ФУБ, лишь свидетельствует о степени тяжести его посттравматического стрессового расстройства. Рассказ здорового человека, который хотел бы соврать властям, был бы более связным.

5.2Психическое расстройство заявителя повышает, как утверждается, риск ареста и последующего применения пыток со стороны сотрудников сил безопасности Шри-Ланки, поскольку заявитель паникует и пытается скрыться всякий раз, когда видит полицейского. То, что подобное поведение покажется полиции подозрительным, подтверждается случаем, когда 23 июля 2002 года на вокзале в Цуге заявитель спровоцировал свой собственный арест, распознав полицейского, одетого в гражданское платье, и попытавшись сбежать. Как только он будет арестован, шри-ланкийские власти могут сделать из наличия телесных повреждений у заявителя вывод о том, что он является активистом ТОТИ.

5.3Заявитель отмечает, что Федеральное управление по делам беженцев просто сочло заключение психиатра необъективным, не проведя положенного расследования и не назначив нового обследования другим психиатром. Кроме того, ФУБ лишь выразило сомнения относительно происхождения ожогов на гениталиях заявителя, не установив их причины.

5.4Ссылаясь на решение Административного суда Дрездена (Германия) от 12 декабря 2000 года, заявитель утверждает, что в Шри-Ланке условия для лечения пострадавших лиц не могут адекватным образом удовлетворить спрос десятков тысяч нуждающихся в этом жертв пыток. По мнению самого Семейного реабилитационного центра, у возвращенных тамилов - просителей убежища, страдающих от посттравматического стрессового расстройства, шансов на получение качественных и регулярных медицинских услуг немного.

5.5Заявитель сообщает, что в феврале 2001 года он согласился на процедуру репатриации лишь потому, что в то время страдал от депрессии, которая была вызвана неоднократным отклонением швейцарскими властями его ходатайства об убежище.

5.623 июля 2002 года заявитель представил новое психиатрическое заключение от 19 июля 2002 года, выданное Цюрихским институтом психотравмотологии (ЦИП), где отмечаются симптомы социальной маргинализации в сочетании с алкоголизмом, депрессией и возможным посттравматическим стрессовым расстройством, связанным с событиями, которые заявитель пережил в Шри-Ланке. В этом заключении подтверждается, что противоречия в тех утверждениях, которые заявитель сделал иммиграционным властям, не свидетельствуют о его неискренности, поскольку они являются частью и следствием психореактивных симптомов посттравматического стрессового расстройства, которым, несомненно, страдает заявитель.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

6.1Перед рассмотрением любых утверждений, содержащихся в сообщении, Комитет против пыток должен принять решение о том, является ли данное сообщение приемлемым в соответствии со статьей 22 Конвенции. Как это предусмотрено в пункте 5 а) статьи 22 Конвенции, Комитет убедился в том, что этот же вопрос не рассматривался и не рассматривается по какой-либо другой процедуре международного расследования или урегулирования. Касаясь рассматриваемого случая, Комитет отмечает также, что были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты и что государство-участник не высказало возражений против приемлемости сообщения. В силу этого Комитет признает данное сообщение приемлемым и приступает к его рассмотрению по существу.

6.2Комитет должен решить вопрос о том, станет ли принудительное возвращение заявителя в Шри-Ланку нарушением предусмотренного в пункте 1 статьи 3 Конвенции обязательства государства-участника не высылать и не возвращать (refouler) какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что этому лицу может угрожать там применение пыток. Формулируя свое заключение, Комитет должен принять во внимание все относящиеся к делу обстоятельства, включая существование в данном государстве постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека (пункт 2 статьи 3 Конвенции).

6.3Комитет принял к сведению упомянутые заявителем и государством-участником доклады, в которых отрицается или подтверждается существенное улучшение в том, что касается защиты прав тамилов во время проверок документов, арестов и содержания под стражей в Шри-Ланке. На основе информации из недавних докладов о положении в области прав человека в Шри-Ланке Комитет также отмечает, что, несмотря на принятие мер по искоренению пыток, сообщения о случаях их применения продолжают поступать и что жалобы на применение пыток зачастую не находят должного рассмотрения со стороны сотрудников полиции, судебных и медицинских работников. Вместе с тем Комитет также отмечает продолжающийся в Шри-Ланке процесс мирного урегулирования, который в феврале 2002 года привел к заключению соглашения о прекращении огня между правительством и ТОТИ, а также тот факт, что между участвующими в конфликте сторонами проводятся переговоры. Комитет далее напоминает, что по итогам рассмотрения результатов его расследования положения в Шри-Ланке в соответствии со статьей 20 Конвенции он пришел к заключению, что практика пыток не является систематической в государстве-участникеd. Наконец, Комитет отмечает, что в 2001 и 2002 годах в Шри-Ланку возвратилось большое число беженцеве.

6.4Вместе с тем Комитет напоминает, что цель проводимого им рассмотрения заключается в том, чтобы определить, будут ли заявителю лично угрожать пытки в стране, в которую он вернется. Комитет исходит из того, что независимо от того, можно ли говорить о существовании в Шри-Ланке постоянной практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека, наличие такой практики само по себе не является достаточным основанием для вывода о том, что заявителю будет угрожать применение пыток после его возвращения в Шри-Ланку. В этой связи необходимо иметь дополнительные основания, подтверждающие наличие такой угрозы лично для заявителя. И наоборот, отсутствие постоянной практики грубых нарушений прав человека не обязательно означает, что заявителю не будет угрожать применение пыток с учетом конкретных обстоятельств его дела.

6.5В том что касается личной угрозы для заявителя быть подвергнутым пыткам со стороны сил безопасности Шри-Ланки, Комитет принимает к сведению его утверждение, что тот факт, что в прошлом его арестовывали и подвергали пыткам по подозрению в принадлежности к ТОТИ, а также последствия этих пыток повышают для него риск нового ареста и новых пыток с учетом его неконтролируемого поведения в стрессовых ситуациях, возможного возникновения подозрений вследствие такого поведения и имеющихся у него на теле шрамов. Комитет принял к сведению аргументы государства-участника относительно противоречий в тех утверждениях, которые заявитель сделал швейцарским иммиграционным властям, относительно его оправдания шри-ланкийским судом ввиду отсутствия доказательств его участия в деятельности ТОТИ, и относительно правовых гарантий, которые обеспечивает с 1998 года новый Комитет по расследованию необоснованных арестов и притеснений (см. пункт 4.4).

6.6Комитет считает, что, если предположить, исходя из представленных заявителем заключений врача и психиатра, обоснованность его версии по делу, то утверждениям заявителя о том, что он подвергался пыткам во время последнего содержания под стражей в УУР, следует придать существенное значение. Вместе с тем Комитет отмечает, что эти предполагаемые пытки не имели места в недавнем прошломf.

6.7В отношении утверждения заявителя о том, что его посттравматическое стрессовое расстройство приведет к неконтролируемому поведению в стрессовых ситуациях, повысив для него риск ареста полицией Шри-Ланки, Комитет отмечает, что снятие с заявителя судебным решением обвинений в терроризме, а также его незначительный политический вес, можно в свою очередь трактовать в качестве факторов, которые могут уменьшить какой бы то ни было риск серьезных последствий в случае его нового ареста.

6.8В отношении предполагаемого отсутствия надлежащих условий для психиатрического лечения посттравматического стрессового расстройства заявителя в Шри-Ланке Комитет считает, что ухудшение состояния здоровья заявителя, которое, возможно, произойдет вследствие его депортации в Шри-Ланку, не будет равнозначно применению пыток по смыслу статьи 3 в сочетании со статьей 1 Конвенции, в которой и можно было бы обвинить государство-участникg.

6.9В силу этого Комитет полагает, что заявитель не представил достаточных аргументов, которые позволили бы Комитету заключить, что ему будет серьезно, реально и лично угрожать применение пыток в случае возвращения в Шри-Ланку.

7.Действуя в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Комитет против пыток приходит к заключению о том, что высылка заявителя в Шри-Ланку государством-участником не будет являться нарушением статьи 3 Конвенции.

Примечания

аДвижение "Тигры освобождения Тамил-Илама".

bЭти документы включают оправдательное решение шри-ланкийского суда от 2 августа 1996 года и выданную МККК тюремную карточку.

сУпоминается, в частности, доклад "Международной амнистии" от 20 июля 2000 года (ASA 37/022/2000).

dОфициальные отчеты Генеральной Ассамблеи, пятьдесят седьмая сессия, Дополнение № 44 (А/57/44), глава IV, раздел B, пункт 181.

eСм. сообщение № 191/2001, Ш.С. против Нидерландов, решение, принятое 5 мая 2003 года, пункт 6.3.

fСм. Замечание общего порядка № 1 Комитета, пункт 8 b).

gСм. mutatis mutandis, сообщение № 83/1997, Г.Р.Б. против Швеции, решение, принятое 15 мая 1998 года, пункт 6.7.

Сообщение № 187/2001

Представлено:г-ном Дау Бельгасемом ТХАБТИ (представлен неправительственной организацией "Веритэ-Аксьон")

От имени:Заявителя

Государство-участник:Тунис

Дата представления жалобы:1 июня 2000 года

Комитет против пыток, учрежденный в соответствии со статьей 17 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания,

на своем заседании 14 ноября 2003 года,

завершив рассмотрение жалобы № 187/2001, представленной Комитету против пыток г-ном Дау Бельгасем Тхабти в соответствии со статьей 22 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания,

приняв во вниманиевсю информацию, представленную ему заявителем, его адвокатом и государством-участником,

принимает следующеерешение в соответствии с пунктом 7 статьи 22 Конвенции.

1.Заявителем является г-н Дау Бельгасем Тхабти, тунисский гражданин, родившийся 4 июля 1955 года в Татауине (Тунис), проживающий с 25 мая 1998 года в Швейцарии, где имеет статус беженца. Он утверждает, что стал жертвой нарушения Тунисом положений статей 1, 2(1), 4, 5, 12, 13, 14, 15 и 16 Конвенции. Он представлен неправительственной организацией "Веритэ-Аксьон".

1.2Тунис ратифицировал Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания и 23 сентября 1988 года сделал заявление согласно статье 22 Конвенции.

Факты в изложении заявителя

2.1Заявитель утверждает, что был активным членом исламской организации "Нахда" (бывшая МТИ). В результате волны арестов в Тунисе, начавшейся с 1990 года, в частности в отношении членов этой организации, заявитель с 27 февраля 1991 года перешел на нелегальное положение. 6 апреля 1991 года в час ночи заявитель был арестован полицейскими, которые его жестоко избили (нанося удары дубинками, ногами и кулаками и давая пощечины).

2.2Брошенный в камеру в подземном этаже министерства внутренних дел (Управление по надзору за территорией) Туниса и лишенный сна, заявитель на следующее утро был доставлен в кабинет директора Службы госбезопасности Эззедина Джнееха. По словам заявителя, это должностное лицо лично приказало при допросе пытать его.

2.3Заявитель приводит подробное описание, иллюстрированное рисунками различных пыток, которым он подвергался до 4 июня 1991 года в камерах министерства внутренних дел (Управления по надзору за территорией).

2.4Заявитель сообщает о том, что его связывали и применяли метод пытки, широко известный как "курица на вертеле " (жертву раздевают, связывают руки под согнутыми ногами, пропускают под коленями железный стержень и подвешивают между двумя столами). При этом ему наносили удары, в частности по подошвам ног, до потери сознания. Заявитель добавляет, что полицейские, применявшие эти пытки, приводили его в чувство, обливая тело холодной водой, а также поливая чувствительные зоны (ягодицы и мошонку) эфиром.

2.5Заявитель также утверждает, что его связывали в "положении вверх ногами" (жертву раздевают, связывают руки за спиной и подвешивают к потолку на веревке, привязанной к одной ноге или двум ногам сразу, головой вниз) и при этом избивали ногами, палками и плетками до потери сознания. Заявитель добавляет, что его палачи привязывали к его половому органу веревку, которую резко дергали, будто стремясь оторвать его.

2.6Заявитель утверждает, что подвергался пытке погружением (его привязывали вверх ногами к блоку и погружали в смесь воды, стирального порошка, отбеливателя, а также мочи и соли, и, не имея возможности дышать, он вынужден был глотать эту смесь до наполнения желудка), а затем его пинали ногами в живот до появления рвоты.

2.7Заявитель сообщает, кроме того, что его связывали в положении "скорпиона" (обнаженного, с кистями рук и ногами, связанными за спиной, животом вниз, его поднимали за конечности цепью, пропущенной через блок, при этом надавливая на позвоночник), а потом били дубинками и плетками по ногам, рукам, животу и половым органам.

2.8Заявитель добавляет, что прошел через пытку столом (голого, растянутого на длинном столе, на спине или животе, с четырьмя привязанными конечностями, его осыпали ударами).

2.9В подтверждение своих показаний о пытках и их последствиях заявитель предъявляет справку от швейцарского физиотерапевта, справку от специалиста-невролога из Фрибура и справку о прохождении психиатрического лечения из медицинской службы одной из швейцарских страховых компаний. Заявитель ссылается также на доклад наблюдательной миссии Международной федерации прав человека (МФПЧ), в котором уточняется, что в ходе начавшегося 9 июля 1992 года суда против исламистских активистов, к числу которых относится заявитель, все допрошенные подсудимые жаловались на жестокое физическое обращение, которому они были подвергнуты, находясь под стражей.

2.10Заявитель приводит список лиц, применявших к нему в этот период пытки, в котором значатся: Эззедин Джнех (директор Управления по надзору за территорией), Абдеррахман Эль-Гесми, Эль-Хамруни, бен Амор (инспектор), Махмуд Эль-Джауади (служба разведки Бушуша), Слахеддин Тарзи (оттуда же), Мохамед Эннасер-Хлейс (оттуда же); он добавляет, что его палачам помогали два врача и что он видел, как пытали его сокамерников.

2.114 июня 1991 года заявителя доставили к военному следователю майору Айеду бен Каеду. Заявитель утверждает, что в ходе допроса он отверг выдвигавшиеся в его адрес обвинения в покушении на государственный переворот и что ему было отказано в помощи адвоката.

2.12Заявитель утверждает, что затем, с 4 июня по 28 июля 1991 года, он содержался в тюрьме министерства внутренних дел (Управление по надзору за территорией) в полной изоляции (был лишен свиданий и почты, необходимых лекарств и медицинского обслуживания), не считая имевшего место 18 июля 1991 года посещения доктором Монсефом Марзуки, президентом Тунисской лиги прав человека. Заявитель добавляет, что был лишен здорового питания, возможности отправлять религиозные обряды и был вновь подвергнут пыткам.

2.13С 28 июля 1991 года, когда содержание под стражей закончилось, заявитель неоднократно переводился из одного пенитенциарного учреждения страны в другое (в Тунис, Бордж-Эрруми в Бизерте, Махдию, Сус, Эль-хаоэреб, Реджим, Маатуг), как он считает, с целью воспрепятствовать его контактам с семьей.

2.14Заявитель сообщает о плохих условиях содержания заключенных в этих учреждениях, таких, как переполненность тюрем (60-80 человек в крошечных камерах, куда помещали заявителя) и отсутствие гигиены, распространенность болезней (заявитель утверждает, что таким образом приобрел астму, кожную аллергию и деформацию ступни). Заявитель уточняет, что неоднократно помещался в карцер, отчасти в наказание за голодовки, которые он объявлял в знак протеста против условий тюремного заключения и жестокого обращения (в июле 1992 года в тюрьме, с 9 апреля в Тунисе в течение 12 дней, в Махдие в октябре 1995 года в течение 8 дней и в марте 1996 года в течение десяти дней), а отчасти в результате произвола тюремных охранников. Заявитель подчеркивает также, что его полностью раздевали и подвергали избиениям на глазах других людей.

2.159 июля 1992 года в военном трибунале Бушуша в Тунисе начался суд над заявителем. Он уточняет, что ему удалось переговорить со своим адвокатом только один раз 20 июля 1992 года и то под наблюдением тюремных охранников. 28 августа 1992 года заявитель был приговорен к шести годам тюремного заключения.

2.16После того как 27 мая 1997 года истек срок заключения, согласно справке об освобождении из тюрьмы, представленной заявителем, он был помещен на пять лет под административный надзор, выражавшийся в том, что ему было предписано проживать в Ремаде за 600 км от Туниса, где жили его жена и дети. Спустя четыре месяца, 1 октября 1997 года, заявитель бежал из Туниса в Ливию, а затем в Швейцарию, где 15 января 1999 года получил статус политического беженца. В подтверждение своих слов заявитель предъявил копию доклада Комитета за соблюдение свобод и прав человека в Тунисе от 10 марта 1996 года, из которого следует, в каком положении находился заявитель после своего освобождения, а также справку федерального управления Швейцарии по делам беженцев о предоставлении ему статуса политического беженца. Заявитель добавляет, что после своего бегства он был автоматически приговорен к 12 годам тюремного заключения.

2.17Заявитель утверждает, наконец, что члены его семьи, в частности жена и пятеро детей, стали жертвами притеснений (ночные визиты, систематические обыски в доме, запугивания, угрозы изнасилования, конфискация имущества и денег, аресты и допросы, постоянная слежка) и жестокого обращения (сын заявителя Эззединн был арестован и жестоко избит) со стороны полиции в течение всего периода его тюремного заключения и бегства, т.е. вплоть до 1998 года.

2.18Что касается исчерпания внутренних средств правовой защиты, то заявитель уточняет, что он подал жалобу на применение пыток в военный трибунал Бушуша, сделав это в присутствии представителей тунисских средств массовой информации и международных наблюдателей за соблюдением прав человека. Заявитель утверждает, что председатель трибунала попытался игнорировать его жалобы, но, уступив его настойчивости, ответил, что он не сумел ничего установить. К тому же судья открыто отклонил ходатайство заявителя о медицинском освидетельствовании.

2.19Заявитель добавляет, что после слушания дела и его возвращения в тюрьму ему пригрозили пыткой, если он снова попробует обратиться с жалобой на пытки в трибунал.

2.20Кроме того, заявитель утверждает, что после 27 мая 1997 года, когда он освободился из тюрьмы, его домашний арест не позволил ему подать жалобу. Заявитель поясняет, что полицейские и жандармы Ремады продолжали преследовать и запугивать его во время ежедневных посещений заявителя при осуществлении административного надзора. По словам заявителя, простое обращение с жалобой могло бы спровоцировать усиление давления на него и даже его повторное тюремное заключение. Из-за пребывания под надзором заявитель не мог, к тому же, обратиться в органы власти по месту своего законного жительства в Тунисе.

2.21Заявитель утверждает, что, хотя тунисское законодательство признает возможность подачи жалоб в связи с пытками, на практике любой пострадавший, обращающийся с жалобой, становится мишенью для преследования со стороны полиции, что отбивает любое желание жаловаться. По словам заявителя, средства правовой защиты оказываются, таким образом, несуществующими и неэффективными.

Существо жалобы

3.1Заявитель утверждает, что тунисское правительство нарушило следующие статьи Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания:

Статья 1. Вышеуказанные виды обращения (пытка "курица на вертеле", пытка подвешивание вверх ногами, пытка "скорпион", погружение в воду до наступления асфиксии, пытка на столе, помещение в карцер и т.д.), которым был подвергнут заявитель, являются пытками;

Статья 2, пункт 1. Государство-участник не только не приняло эффективных мер, чтобы не допустить пыток, но, наоборот, использовало свой административный и, в частности, полицейский аппарат, как инструмент пыток, примененных к заявителю;

Статья 4. Государство-участник не квалифицировало все акты пыток, которым был подвергнут заявитель, как уголовные преступления;

Статья 5. Государство-участник не возбудило преследования в отношении лиц, подвергавших заявителя пыткам;

Статья 12. Государство-участник не провело беспристрастного расследования актов пыток, которым был подвергнут заявитель;

Статья 13. Государство-участник не рассмотрело жалоб на пытки, поданных заявителем в начале судебного разбирательства, а, напротив, отклонило их;

Статья 14. Государство-участник проигнорировало право заявителя на предъявление жалобы и тем самым лишило его права на компенсацию и реабилитацию;

Статья 15. Заявитель был приговорен 28 августа 1992 года к тюремному заключению на основании признаний, полученных под пыткой;

Статья 16. Вышеизложенные репрессивные меры и обращение (нарушение права на предоставление медицинского обслуживания и лекарств, на переписку, ограничение права на пользование имуществом, на посещения близких, адвокатов, ссылка, преследование семьи и т.д.), использованные государством-участником в отношении заявителя, представляют собой наказание или жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение.

Замечания государства-участника по вопросу о приемлемости жалобы

4.14 декабря 2001 года государство-участник оспорило приемлемость жалобы, утверждая, что заявитель не использовал и не исчерпал имевшихся внутренних средств правовой защиты.

4.2Государство-участник утверждает, что заявитель мог использовать имевшиеся внутренние средства правовой защиты, поскольку срок давности деяний, якобы имевших место и квалифицируемых тунисским законодательством как уголовное преступление, составляет 10 лет.

4.3Государство-участник поясняет, что с точки зрения уголовно-процессуального права истец может, в том числе из-за рубежа, подать иск представителю прокуратуры, отвечающей за эту территорию. Он может также поручить адвокату-тунисцу по своему выбору подать указанный иск или попросить адвоката-иностранца сделать это с помощью его тунисского коллеги.

4.4Согласно тем же уголовно-процессуальным нормам, прокурор Республики примет указанный иск и возбудит судебное расследование. Следователь, ведущий это дело, отберет показания автора иска в соответствии со статьей 53 уголовно-процессуального кодекса. В свете полученных показаний он допросит свидетелей и подозреваемых, произведет следственные действия на местах и соберет доказательственные материалы. Он может также назначить экспертизы и выполнить любые действия по сбору доказательств в поддержку и в опровержение иска для выяснения истины и установления фактов, которые помогут суду обосновать свое решение.

4.5Государство-участник уточняет, что в процессе производства по делу истец может, кроме того, заявить через следователя гражданский иск с требованием о возмещении причиненного вреда в дополнение к уголовному наказанию лиц, допустивших нарушение закона, в результате которого истец пострадал.

4.6Если следователь сочтет, что для возбуждения уголовного дела нет повода и оснований, что установленные факты не образуют состав преступления или что имеющихся обвинений в адрес обвиняемого недостаточно, то он выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного преследования. Если же следователь, наоборот, сочтет, что факты образуют состав преступления, наказуемого лишением свободы, то он направляет дело для производства следствия в соответствующий суд, в данном случае - в обвинительную палату апелляционного суда. Любые постановления следователя немедленно, не позднее, чем в течение 48 часов, сообщаются всем сторонам дела, в том числе гражданскому истцу в уголовном процессе. Последний может в течение четырех дней опротестовать постановления, ущемляющие его интересы. Такая апелляция, в письменном или устном виде, принимается секретарем следственного органа. При наличии достаточных оснований для вынесения постановления о предании обвиняемого суду обвинительная палата направляет дело на рассмотрение в соответствующий судебный орган (исправительный суд или уголовную палату суда первой инстанции), вынося решения по всем пунктам обвинения, сформулированным в ходе разбирательства. Она может также, при необходимости, запросить дополнительную информацию от одного из своих советников или следователей и даже потребовать возбуждения нового дела для получения или предоставления сведений о фактах, еще не являвшихся предметом расследования. Решения обвинительной палаты подлежат немедленному исполнению.

4.7После сообщения заинтересованным лицам о состоявшихся решениях обвинительной палаты гражданский истец может обжаловать эти решения в кассационном порядке. Жалоба считается приемлемой, если в постановлении обвинительной палаты говорится о прекращении уголовного преследования, неприемлемости гражданского или предусмотренного законом публичного иска, неподсудности дела данному суду или же отсутствует решение по одному из пунктов обвинения.

4.8Государство-участник подчеркивает, что в соответствии со статьей 7 Уголовно-процессуального кодекса потерпевший может возбудить гражданский иск в суде, занятом рассмотрением дела (исправительный суд или обвинительная палата при суде первой инстанции) и, в зависимости от случая, может подать апелляцию либо в апелляционный суд, если правонарушение является проступком, либо в уголовную палату при апелляционном суде, если речь идет об уголовном преступлении. Истец может также подавать кассационную жалобу.

4.9Государство-участник подчеркивает, что обращение к внутренним средствам правовой защиты вполне эффективно.

4.10По утверждению государства-участника, тунисские суды систематически и последовательно реагировали на нарушения закона, и те, кто допускал злоупотребления или нарушал закон, строго наказывались. Государство-участник утверждает, что с 1 января 1988 года по 31 марта 1995 года к суду были привлечены 302 полицейских и национальных гвардейца по различным обвинениям, причем 227 из них были обвинены в злоупотреблении служебным положением. Наказания, которые они понесли, варьировались от штрафа до многолетнего тюремного заключенияа.

4.11Государство-участник утверждает, что политическая и партийная мотивация заявителя, а также его оскорбительные и клеветнические выпады позволяют думать, что его иск является злоупотреблением правом на обращение с жалобой.

4.12Государство-участник поясняет, что идеология и политическая программа "движения", активным членом которого был заявитель, основываются исключительно на религиозных принципах, которые, будучи экстремистскими религиозными взглядами, отрицают одновременно демократические права и права женщины. Речь идет о незаконном "движении", пропагандирующем религиозную и расовую ненависть и прибегающем к насилию. По мнению государства-участника, это "движение" проявило себя в террористических актах, приведших к гибели людей и нанесению материального ущерба в 1990-1991 годах. В силу этого и учитывая, что данное "движение" противоречит Конституции и закону о политических партиях, оно не было признано государственной властью.

4.13Государство-участник уточняет, что заявитель выдвигает в адрес органов судебной власти серьезные обвинения, на самом деле не подтвержденные никакими доказательствами, утверждая, что судьи принимают признательные показания в качестве доказательств и выносят решения на их основе.

Комментарии заявителя к замечаниям государства-участника

5.1В письме от 6 мая 2002 года заявитель оспаривает утверждение государства-участника о том, что у заявителя якобы не было желания обратиться за защитой к тунисскому правосудию, чтобы воспользоваться внутренними средствами правовой защиты.

5.2Заявитель напоминает в связи с этим о своих заявлениях о применявшихся к нему пытках и о своем ходатайстве к судье военного трибунала о проведении медицинского освидетельствования, которые были проигнорированы и которым не было дано хода; о том, что он обращал внимание на нарушение статей 13 и 14 Конвенции против пыток и что в связи с помещением под административный надзор он был лишен возможности искать правосудия. По мнению заявителя, вышеуказанное поведение судей является правилом, особенно в отношении политических заключенных. Заявитель приводит в подтверждение своих слов выдержки из докладов Комитета за соблюдение свобод и прав человека в Тунисе, МФПЧ и Тунисской лиги защиты прав человека. Кроме того, заявитель ссылается на ежегодные доклады неправительственных организаций, таких, как "Международная амнистия" и Организация по наблюдению за положением в области прав человека, осудивших вскрытую заявителем практику.

5.3Кроме того, заявитель оспаривает объяснения государства-участника, касающиеся возможности немедленного обращения в суд, наличия эффективных путей обжалования и возможности вчинять гражданский иск.

5.4Заявитель считает, что государство-участник ограничилось цитированием процедуры, изложенной в Уголовно-процессуальном кодексе, которая далека от применения на практике, особенно в отношении политических узников. Заявитель приводит в подтверждение своей мысли доклады "Международной амнистии", Организации по наблюдению за положением в области прав человека, Всемирной организации против пыток (ВОПП), Национальной консультативной комиссии по правам человека Франции и Национального совета за гражданские свободы в Тунисе. Заявитель ссылается также на заключительные замечания Комитета против пыток по Тунису от 19 ноября 1998 года. Заявитель подчеркивает, что Комитет против пыток рекомендовал, среди прочего, чтобы государство-участник а)  гарантировало жертвам пыток право, не боясь, обращаться с жалобами на то, что они стали объектом репрессий, домогательства, жестокого обращения или всевозможных преследований даже в случае, если результаты расследования не подтверждают их доводов, и требовать и получать компенсацию, если эти доводы оказываются справедливыми; b)  добилось, чтобы было предусмотрено автоматическое проведение медицинских освидетельствований после заявлений о жестоком обращении и чтобы в случаях смерти при содержании под стражей всегда производилось вскрытие трупа; с)  добилось, чтобы результаты всех расследований случаев пыток обнародовались и чтобы эта информация содержала подробные сведения о допущенных правонарушениях, фамилии лиц, допустивших их, даты, названия мест и обстоятельства инцидентов, а также о наказании, наложенном на виновных. Кроме того, Комитет отметил, что значительная часть законодательства, существующего в Тунисе для защиты арестованных, на практике не применяется. Он выразил также озабоченность глубиной разрыва, существующего между правом и практикой в том, что касается защиты прав человека, и особую обеспокоенность сообщениями о распространении пыток и других видов жестокого и унижающего человеческое достоинство обращения со стороны сил безопасности и полиции, которое в ряде случаев привело к смерти лиц, содержавшихся под стражей. К тому же заявитель ссылается на решение Комитета против пыток по сообщению № 60/1996 Фейсала Баракета против Туниса. Заявитель считает, что разговоры государства-участника о возможности гарантировать эффективное и действенное обжалование являются простой политической пропагандой, не имеющей никакого отношения к праву. Заявитель уточняет, что случаи, приведенные государством-участником (пункт 4.10), касаются тунисских граждан, которые были арестованы не по политическим обвинениям, поскольку власти относятся к судам над политическими узниками особо.

5.5С другой стороны, заявитель оспаривает довод государства-участника о возможности дать из‑за рубежа тунисскому адвокату поручение подать иск.

5.6Заявитель настаивает, что эта процедура остается пустым звуком и никогда не соблюдалась при рассмотрении политических дел. По утверждению заявителя, адвокаты, которые набираются смелости выступать защитниками по таким делам, становятся жертвами преследований и других серьезных покушений на свободное и независимое занятие своей профессией, в том числе приговариваются к тюремному заключению.

5.7Заявитель утверждает, что его положение политического беженца в Швейцарии не позволяет ему предпринять шаги в отношении возможного разбирательства из‑за ограничений, налагаемых на контакты беженца с органами власти его страны. Заявитель объясняет, что прекращение любых отношений со страной происхождения является одним из условий получения статуса беженца и играет важную роль при решении вопроса о лишении права на убежище. По словам заявителя, в праве на предоставление убежища может быть отказано, если беженец снова неожиданно заявляет о защите со стороны страны своего происхождения, например поддерживая тесные контакты с ее органами власти или регулярно выезжая в нее.

5.8Наконец, заявитель считает, что комментарии государства-участника относительно его принадлежности к движению "Нахда" и в отношении его самого свидетельствуют о наличии и сохранении дискриминации в отношении оппозиции, которая по‑прежнему остается вне закона. По мнению заявителя, квалификация государством-участником данного случая как имеющего отношение к терроризму доказывает предвзятость его подхода, и поэтому совершенно абсурдно настаивать на гарантии использования эффективных внутренних средств правовой защиты. К тому же заявитель подчеркивает, что запрещение пыток и бесчеловечного и унижающего достоинство обращения является гарантией, не предполагающей никаких исключений, в том числе для террористаb.

5.9Наконец, принимая во внимание предыдущие разъяснения, заявитель отвергает комментарий государства-участника, рассматривающего данную жалобу как злоупотребление правом.

Дополнительные замечания государства-участника относительно приемлемости жалобы

6.1 8 ноября 2002 года государство-участник вновь оспорило приемлемость жалобы. Государство-участник заявляет, во ‑первых, что утверждения заявителя относительно обращения в тунисские суды и использования внутренних средств правовой защиты являются совершенно необоснованными и не подкреплены никакими доказательствами. Государство-участник уточняет, что срок исковой давности гражданского иска, касающегося содержащихся в жалобе утверждений, еще не истек, так как в рассматриваемом случае он составляет десять лет. Государство-участник считает, что заявитель не представил никаких доказательств в обоснование своих утверждений о том, что используемая властями практика не позволяет ему оперативно предъявить иск и лишает его возможности выступать в качестве гражданского истца. Государство-участник добавляет, что статус беженца заявителя не может лишить его права на подачу жалобы на рассмотрение тунисских судов. В ‑третьих, государство-участник утверждает, что заявитель, вопреки его утверждениям, имеет возможность нанять адвоката по своему выбору с целью подачи жалобы из-за границы. Наконец, государство-участник вновь утверждает, что жалоба не основывается ни на каких конкретных фактах и не содержит никаких доказательств и что она представляет собой злоупотребление правом на подачу жалоб.

Решение Комитета по вопросу о приемлемости

7.1На своей двадцать девятой сессии Комитет рассмотрел вопрос о приемлемости жалобы и в своем решении от 20 ноября 2002 года признал ее приемлемой.

7.2Что касается вопроса об исчерпании внутренних средств правовой защиты, то Комитет отметил, что государство-участник оспаривает приемлемость жалобы на основании того, что имеющиеся эффективные внутренние средства правовой защиты не были исчерпаны. В данном случае Комитет констатировал, что государство-участник представило по